Архитектор материи

Москва-Сити в этот вечер выглядела как скопление хрустальных игл, вонзенных в серое небо. Но башня Nexus Core выделялась на фоне остальных. Она не отражала свет — она его поглощала. Весь фасад был облицован инновационным материалом «Vantablack-G», который Тим синтезировал в первый месяц работы компании. Здание казалось дырой в реальности, черным монолитом, возвышающимся над суетой.

На 90-м этаже, в кабинете, где не было ни одной лишней детали, Тим стоял у окна. На нем был черный костюм-тройка, сшитый из ткани с вкраплением нанотрубок — этот костюм мог выдержать прямое попадание из винтовки, но на вид казался нежнее шелка.

— Отчет по торгам, — раздался за спиной голос Моники.

Она подошла бесшумно. В её руках был прозрачный планшет, который казался просто куском стекла, пока на нем не вспыхнули графики. Моника выглядела безупречно: строгая черная юбка-карандаш, белая шелковая блуза, расстегнутая на одну пуговицу, и холодный, аналитический блеск в глазах.

— Акции энергетических гигантов упали на 15% за последние сорок минут, Тим. Твоё заявление о «вечной батарейке» вызвало тектонический сдвиг. Нам звонили из трех министерств обороны и пять раз — из Кремниевой долины.

Тим не оборачивался. Он смотрел на свои руки. Между его пальцами, словно крошечные искры, перескакивали едва заметные разряды статического электричества.

— Они суетятся из-за денег, Моника. Они не понимают, что я даю им не продукт. Я даю им свободу от ресурсов. Но люди боятся свободы.

Он медленно повернулся. Его взгляд, глубокий и пугающе спокойный, остановился на Монике.

— Как обстоят дела с поставками оборудования на нашу горную точку?

— Всё идет по графику, — Моника чуть заметно улыбнулась, и эта улыбка была предназначена только ему. — Грузовые дроны Nexus доставляют модули в пещеру под прикрытием ночи. Маскировочное поле работает идеально. Для спутников там по-прежнему просто голый гранит.

Тим подошел к своему столу — монолитной плите из черного обсидиана. На ней стоял его кастомный терминал. 12-ядерный процессор E5 2680 v3 внутри системы работал на частотах, недоступных обычным пользователям, благодаря тому, что Тим изменил теплопроводность самой меди в радиаторах.

— Сегодняшний вечер станет переломным, — Тим нажал клавишу на панели. — Завтра мир проснется другим. Подготовь мою машину. Я хочу проехать по городу, который скоро изменится навсегда.

— Черная «Aeterna» ждет у входа, — ответила Моника, подавая ему пальто. — Я еду с тобой?

— Нет. Останься здесь. Координируй запуск первой очереди производства. И, Моника... — он на мгновение задержал руку на её плече. — Если кто-то из «доброжелателей» попытается проникнуть в систему сегодня ночью — не просто блокируй их. Выжги их сервера.

— С удовольствием, Тим.

Он вышел из кабинета, оставив за собой шлейф абсолютной уверенности. Моника проводила его взглядом, и в её глазах, обычно холодных, отразилось нечто, похожее на искреннее восхищение. Она была его творением, его правой рукой и единственным существом, которое знало, что за фасадом успешного миллиардера скрывается некто, способный превратить всю эту башню в пыль одним усилием воли.

Тим спустился в подземный паркинг. Там, в свете тусклых ламп, стоял его автомобиль — хищный, приземистый, матово-черный. В нем не было ни одной заклепки или шва. Кузов был выращен как единый кристалл.

Он сел за руль, и двигатель отозвался едва слышным гулом — звуком чистой энергии. Тим выехал на улицы Москвы. Он еще не знал, что эта поездка приведет его к больнице, где случайный хаос заставит его впервые использовать силу не ради бизнеса, а ради одной-единственной девушки.