Архитектор, Неосознанная Некомпетентность. Том 1

«Вы… спасение?»

Голос прозвучал прямо в мозгу, словно кто-то говорил в жестяное ведро, закопанное на глубине трех метров. Отличное начало для ночи перед экзаменами.

— Что?.. — пробормотал я, безуспешно пытаясь закопаться в подушку поглубже.

«…ть спасение?»

— Да от чего, черт возьми? От налогов? От скуки? От этой дурацкой системы с её прокачкой навыков?

— Мистер Каин! Мистер Каин! Проснитесь!

Что-то упрямо трясло меня за плечо. Я с трудом разлепил глаза. В тусклом свете ночной лампы надо мной склонился Альфред, чье лицо напоминало старую, испещренную трещинами карту неизвестных миров.

— Нет! Нет!! — вырвалось у меня само собой, прежде чем сознание окончательно вернулось и я вспомнил, что уже неделю как сдал последний экзамен по тактике побега из альтернативных реальностей.

— Мистер Каин, прошу, проснитесь! — старик повысил голос, и в его обычно невозмутимом тоне проскользнула неподдельная тревога. Или это просто скрипнули половицы? С Альфредом никогда не угадаешь.

Я сел на кровати, потирая лицо. В висках отбивала барабанную дробь команда лилипутов-строителей.

— Альфред? Что случилось? Который час? Опять нашесение трёхголовых хомяков с соседней планеты?

«Два часа ночи, — тут же пронеслось у меня в голове. — Он окончательно перечитал инструкцию к тостеру и сошёл с ума?»

— Господин Каин, прошу простить! Вы кричали на весь дом. Я не мог не разбудить вас, — он нервно теребил край своего жилета. И, странное дело, сквозь всю его обеспокоенность сквозило какое-то… облегчение. Как будто он только что обнаружил, что будильник не сработал, а у него как раз сегодня запланирован побег из этой реальности.

— Снова? — я провел рукой по лицу, пытаясь стереть остатки кошмара вместе с прилипшей к щеке наклейкой «Я ♥ Пандору». — Это становится привычкой. Скоро буду заказывать кошмары на заказ. Сюжетные, с продолжением.

— Стресс, юный господин. После экзаменов всегда так, — он захромал к тумбочке, налил воды из кувшина и протянул мне стакан вместе с маленькой пилюлей цвета угасшей звезды. — Лекарство, что прописал врач. Вам нужно выспаться. Завтра… то есть сегодня важный день. Вручение дипломов.

Я молча проглотил таблетку, запил водой и повалился на подушку, натянув одеяло с головой.

— Спасибо, Альфред. Иди. И если я снова заору — не приходи. Пусть этот дом услышат в соседней галактике. Все равно через четыре часа вставать.

— Хорошо, юный господин. Спокойной ночи.

Дверь тихо закрылась. Я лежал в тишине, прислушиваясь к тому, как лилипуты-строители в висках наконец-то получили сверхурочные и разошлись по домам.

«Снова этот сон. Один и тот же кошмар. Камень и его вечный вопрос о «спасении». От чего? Для чего? Может, это не метафора, а всего лишь назойливая реклама нового спа-салона для полубогов?»

С проклятием, достойным потомка древнего рода, я сбросил одеяло и посмотрел в окно. В небе, как всегда, висели две луны — Мама и Дочка (неофициальные названия, конечно). Их холодный свет падал на картину у меня на стене — озеро, лес, лунная дорожка на воде. Моя работа.

— Вживую всё же лучше, — вздохнул я. — Никак не могу поймать этот свет… Чертов фотореализм. Надо было идти в абстракционисты.

— Да черт! — вдруг спохватился я. — Опять не о том думаю! Спать!

Я с силой уткнулся лицом в подушку, стараясь выкинуть из головы и сны, и луны, и навязчивую мысль, что таблетка была на вкус как будто бы… новенькая.

***

— Каин! Эй, Каин! Куда ты мчишься, пуля межмерная!? Я не успеваю тебе дорогу прокладывать, поезд, ты, реактивный!

Задыхаясь, как паровоз на угольной тяге в эпоху антиграва, меня почти догнал Лука. Его лицо пылало малиновым румянцем человека, только что одержавшего победу в конкурсе по поеданию пирожков.

— Лука, — безжалостно констатировал я, не сбавляя шага, — твои любимые пирожки со сверхпространственной начинкой сведут тебя в могилу раньше, чем ты получишь диплом. Хочешь, чтобы в шестнадцать лет тебе устроили обряд погребения с почестями? Мать твоя с ума сойдет. Опять.

— Мне… комфортно… в своем… теле! — отпарировал он, опираясь о колени и пытаясь не уронить драгоценный бумажный пакет. — И вообще! Это ты дылда недоделанная, с метаболизмом шимпанзе на энергетиках! Везучий гад!

— Никакого везения, — отчеканил я. — Просто спорт и нормальная еда. Советую и тебе. Если, конечно, твой желудок не является порталом в другое измерение, куда уходит 90% потребляемых калорий.

«Когда-нибудь я добьюсь, чтобы это в его голове отложилось», — подумал я, глядя на его заплывшее, но удивительно доброе лицо.

— Ладно, не сейчас. Пришли. Ты по своим делам? Или просто бежал за мной для кардио?

— Ты же знаешь мой священный ритуал, — он гордо поднял палец, чуть не уронив пакет. — Сначала — буфет за булочками в сахарной пудре с нуговой крошкой из Пояса Астероидов! Потом — всё остальное! Включая вручение корочек о высшем образовании!

— Война войной, а обед по расписанию? — усмехнулся я.

— Завтрак по расписанию! — поправил он и вдруг побледнел, судорожно глянув на часы-хронометр, показывающие время в пяти системах. — О черт! Бегу! Увидимся на церемонии! Держи меня в курсе, если начнется раньше! Или если принесут еще те пирожные с зелёной пудрой!

Он рванул с места, как преследуемый всей охраной академии и голодным Зверем с Плюшарии.

— Увидимся, — бросил я ему вдогонку и перевел потяжелевший взгляд на защитный футляр с картиной. — Ладно, сначала ИЗО. Последний шанс произвести впечатление на комиссию перед тем, как мы все разбежимся по своим вселенным.

***

— Ллойд, я умоляю, хватит строить эти рожи. Ты уже всех девочек в общежитии распугал своей улыбкой главного босса в подземелье десятого уровня сложности.

— Эй! Не трогай мою и без того пострадавшую самооценку! Я её буквально вчера собирал по кусочкам с помощью космического клея!

— Боги, он снова корчит рожи. Неужели не надоело?

— Тссс! А то услышит и сделает свою «особую» улыбку, от которой замораживаются напитки!

— Да нормальная у меня улыбка… — он сделал вид, что вытирает слезу, и на его лице на мгновение появилось выражение подлинного страдания, что было даже страшнее.

— Меньше улыбайся — к тебе потянутся. Проверено на опыте. Кстати, ты так и будешь поступать на дизайнера межзвёздных яхт?

— Ага! Это же золотое дно! Выучусь, и самый сильный мужик на планете будет моим корешем, а в жены я возьму саму королеву Пандоры! Говорят, она обожает современный дизайн и мужчин с чувством юмора!

— Мечтать не вредно, — я расставил мольберт и снял с картины чехол с защитным полем. — Главное — не показывай ей свои эскизы до третьего свидания.

— Ах ты так! — он провел рукой по воздуху, листая невидимое системное меню. — О, кстати, Каин, что у тебя в системном окне сейчас? Какие навыки уже успел вкачать перед выпуском? А то у меня «Креативность» уже седьмого уровня, а «Самопрезентация» и вовсе…

— Не пользуюсь.

— Как это не пользуюсь? — он замер с протянутым пальцем. — А как же прокачка? Статы? Древа талантов? Легендарные достижения «За усердие в учёбе» и «За самое большое количество выпитых энергетиков за один присест»?

— Скучно. Слишком просто. Как читать книгу, зная развязку. Я лучше буду развивать ауру или настоящую магию. Система только ограничивает. С ней дальше среднего ранга не прыгнешь. Да и то, если связи иметь или папу-магната.

— Ты ничего не понимаешь в высоких технологиях! Вот получу я скрытый класс «Виртуозный Соблазнитель» — ты у меня попляшешь на моей свадьбе с королевой!

— Удачи. В системе Аврора скрытых классов, вроде как, нет. Все всё про всех знают. Но ты ищи. Ищи. Может, что-то пропустили.

— А что, может, махнуть на восток, в Пандору? Говорят, там проще выбить что-то редкое из лутбоксов. Или найти артефакт с забытыми умениями.

— Или проще отбить себе охоту к жизни. Ты слышал, что принц Индонезии просадил состояние на тамошних лутбоксах? И выбил себе легендарный класс «Лентяя». Без единого навыка. И с перманентной блокировкой на изучение любых других.

— Ха-ха! Кто о нем не слышал! Жадность фраера сгубила, — после небольшой паузы продолжил, — Однако не совсем, — поправил он прическу, явно надеясь, что я оценю его статы «Стиль» и «Харизма». — После этого у него дела пошли в гору. Самые безнадежные проекты выстреливали. И он при этом вообще ничего не делал. Просто сидел в гамаке и пил кокосовый сок.

— Может, скрытый бонус к удаче? Или пассивный навык «Фортуна улыбается идиотам»?

— Возможно. Всё-таки не зря класс легендарный. Блин, теперь я сам думаю на Пандору переться… Зачем ты меня сбиваешь с пути истинного? Я же должен соблазнять королев, а не искать приключений на свою… э-э-э… шею.

— Я же друг. Друг должен желать только лучшего. А лучшее — это, как известно, рисковать жизнью ради случайного дропа.

— Лучшего? — он осклабился своей жутковатой улыбкой, от которой у меня по спине пробежали мурашки.

— Прошу, не улыбайся. А то у меня сейчас сработает навык «Паническое бегство», и я оставлю на этом месте дымящийся след.

— Опять начинаешь!

— А, вот ты где! — Лука, с набитым булками ртом и пакетом в руке, жестом потребовал внимания, как полководец, вызывающий к себе гонца. — Готофы пофтавить фои федевры? Я фкупил фсего!

— Жуй сначала. Или подавись, и твою сестру придется отдать Ллойду в качестве компенсации, — кивнул я в сторону того, кто снова расплылся в улыбке, на этот раз многообещающей и жуткой.

— Да не фа фто! Кхх! — Лука подавился, — Пфу! Не бывать этому! Мою сестру — только через мой труп! И то только если у нее будет хороший адвокат!

— Это не тебе решать, Лука, хе-хе! — Ллойд изобразил злодейский смех, от которого задрожали ближайшие мольберты. — Ее рука и сердце уже почти мои! Я даже в системе поставил на это событие флажок!

— Щас я тебе устрою «почти»! — Лука вцепился ему в воротник дизайнерского плаща.

— Эй, руки прочь от костюма! Знаешь, что бывает с теми, кто пачкает мою одежду? Их ждет вечный бан в моём личном списке контактов!

Напряжение нарастало. Воздух затрещал от готовой вспыхнуть магии низкого уровня, но от того не менее пахучей.

«Надо их растащить, пока аудиторию не разнесли на молекулы и нас не заставили всё восстанавливать силами мысли и подручных средств».

— Парни, давайте без…

— Все по местам! — в класс впорхнула мисс Эйдж и мгновением позже возникла уже между спорщиками, взяв обоих за уши с точностью хирурга-нейрокибернетика. — Опять за свое? Харе петушиться! Вы же почти дипломированные специалисты, а не первокурсники с Пояса Астероидов!

— Пффф, ахаха, петушиться!

— Тсс! Они нас услышат и заставят чистить перья!

— Ай-ай-ай, мисс, всё, я понял! Отпустите! — завопил Ллойд, корча свою фирменную улыбку боли и покорности.

— Фу! — брезгливо сморщилась она. — На места. Показывать работы. Быстро. Прежде чем я решу, что вы уже готовы к отчислению в ближайшую черную дыру.

— Есть, мэм! — прохныкал Ллойд, потирая ухо.

— Ефть, мэм! — Лука тут же сунул в рот новую булку, видимо, для успокоения нервов.

— Надеюсь, все готовы? — ее взгляд скользнул по аудитории, задерживаясь на Ллойде. — Или вы все хотите задержаться здесь еще на год?

— Ну, не так уж и плохо здесь, с вами, мисс, — прошептал он с намеком.

Мел, пущенный ей с щелчком, пресек его на полуслове.

— Ай!

— Если хочешь пригласить меня на свидание, сначала получи диплом. С неудачниками я не встречаюсь.

— Будет сделано! — он лихорадочно начал раскладывать кисти.

«Знает же, как его мотивировать», — мелькнуло у меня.

— Это что? Клоун? — я взглянул на его творение.

— Он самый. Всю ночь вкалывал, — он сдул засохшую каплю краски. — Кажется, даже в транс впал. Смотри, какие мешки под глазами.

— У тебя был месяц на эту работу, — я прикрыл лицо ладонью. — Неужели опять забыл?

— Не забыл. Я эффективно распределил время, — он достал из портфеля банку энергетика и опорожнил ее одним глотком. — Просто так вышло, что делать ее пришлось вчера.

— «Эффективно распределил». Звучит куда лучше, чем «забыл».

— Это ты ничего не смыслишь в тайм-менеджменте! Учись, салага!

— Ага, учусь, — я махнул рукой и пошел к мольберту Луки. — Лука, а это… что?

— Театр, — бесстрастно ответил он.

— А… Это что-то вроде 3D-картины? Нужно расфокусировать взгляд?

— Нет. Просто театр. Вот сцена. Вот актеры, — он ткнул пальцем в набор геометрических фигур.

— Даже первоклассник рисует лучше, пухляк, — влез Ллойд.

— Ты фто фазал, фмышь факовая!? — у Луки в руке тут же полыхнуло огнем.

— О, так значит, да? — Ллойд достал из рукава колоду карт, окутанных фиолетовым сиянием.

— Ну давай, подойди, уродец!

— Эй, ребята, может, хв…

— Хватит! — щелчок пальцев мисс Эйдж разрезал воздух. Оба исчезли. — Пять минут в «Стуже». Остынут.

— В «Стуже»? Боже, она и своего любимчика не пощадила.

— Тссс! Сама хочешь к ним присоединиться? Помолчи хоть пять минут.

— Было предсказуемо, — я снова посмотрел на «театр» Луки. — Хотя… в этом есть что-то…

Пока я разглядывал работы других, к моему мольберту подошли две вечные спорщицы.

— Смотри-ка, как реалистично. Прямо фото, а не картина.

— Ева, то, что ты не умеешь рисовать, не значит, что другие тоже не умеют. Каин явно что-то да может.

— Вы тут над чем зависли? — я подошел к ним сзади.

— Мы тут учимся, в отличие от некоторых, придурок! — Ева резко развернулась, и ее рыжие локоны хлестнули меня по лицу.

— Ева, как тебе не стыдно! Настоящая леди не называет других придурками! Даже если это чистая правда! — Ада поправила очки в массивной оправе.

Я сделал вид, что не расслышал ‘комплимент’.

— А ты сначала перестань краситься в цвета пробитого монитора и стричься под мальчика. А потом уже читай морали.

— Это тренд! — она отбросила синюю прядь. — А тебе бы не помешало наконец выйти из каменного века! Рыжий цвет и косы — это давно не модно!

— Я не собираюсь следить за дурацкими трендами, которые меняются каждую неделю! Натуральность — вот что важно! Я даже помаду не ношу!

— Ага, по тебе сразу видно, — язвительно улыбнулась Ада.

— Ты что это намекаешь, Ада, дочь Адама? — Ева ткнула ее пальцем в грудь. — Внучка предателя!

— Все же лучше, чем быть из семьи выскочек, которые вылезли в знать на костях рабов! — Ада ловко перехватила ее палец и выкрутила.

— Ну все! Я тебе эти синие патлы…

Щелчок.

Я встретился взглядом с мисс Эйдж.

Она смотрела на меня.

Я одобрительно хлопал.

Она едва кивнула, принимая молчаливые аплодисменты.

С удовлетворением, достойным кошки, уронившей вазу с цветами и оставшейся при этом безнаказанной, мисс Эйдж обвела взглядом притихший класс.

— Ну что ж, — ее голос прозвучал в наступившей тишине. — Похоже, остались только те, кто пришел работать. Каин, с тебя начнем. Покажи нам, как выглядит твое одиночество сегодня.

Я кивнул с видом глубокомысленного художника, хотя внутри все сжималось от дурного предчувствия. Снял ткань с мольберта. На холсте — то самое озеро при луне, что я видел прошлой ночью. Я не стремился к гиперреализму, как язвительно предположила Ева. Нет. Я пытался излить на холст целый коктейль из эмоций: холодноватую тишину, зыбкое дрожание лунной дорожки и то щемящее чувство вселенского одиночества, которое накатывало на меня каждый раз.

Мисс Эйдж приблизилась, ее взгляд, обычно способный заставить завянуть цветок на обоях, скользнул по холсту. Молчала так долго, что я уже начал мысленно прощаться со своей академической карьерой.

— Интересно, — наконец изрекла она. — Техника… сносна. Но дело не в ней. Ты рисуешь памятью, Каин. Не глазами. Чувствуется, что ты не срисовывал, а… выковырял это изображение из глубин подсознания. Как несварение желудка, но в художественной форме.

От ее слов у меня похолодело в животе. Она, сама того не ведая, плеснула спиртом на свежую рану.

— Спасибо, мисс, — буркнул я, делая вид, что мне просто сделали комплимент насчет прически.

— Не за что. Оценка «Превосходно». Теперь отойди и перестань затмевать остальных своим экзистенциальным кризисом.

Я отошел к подоконнику, а ее слова засели в мозгу, как заноза.

*Рисуешь памятью.*

«А что, если это не просто фигура речи? Что, если эти образы — не воспоминания, а ошибки в прошивке? Утечки данных из поврежденного жесткого диска моей души?»

Мои философские изыскания прервал звук. Звук, от которого кровь стыла в жилах, а волосы вставали дыбом. Представьте, что гигантское стекло вселенной треснуло под невыносимой нагрузкой. Вот именно это я и услышал. Громко, противоестественно, а затем — звенящая, гнетущая тишина.

Аудитория замерла. Кисти застыли в воздухе.

— Что это было? — прошептал кто-то. — Гром?

— Тц, в такую-то ясную погоду? — фыркнула другая.

Но это был не гром. Это было нечто, отдаленно знакомое. Нечто, от чего по спине побежали мурашки, а внутренний голос завопил: «ВЫКЛЮЧАЙСЯ И ПЕРЕЗАГРУЗАЙСЯ!»

Мисс Эйдж нахмурилась. Ее пальцы сложились в защитную мудру, вокруг них заплясали крошечные искры магии.

— Всем оставаться на местах! — скомандовала она, но в ее голосе впервые зазвучала неуверенность.

И тут… из коридора донесся крик. Не просто испуганный визг, а полнометражный, оскароносный ужас, который так же внезапно оборвался, как и начался. Его сменил топот ног, гул голосов и… нарастающая, всепоглощающая тишина.

И тогда я его почувствовал. Не глазами. Это было считывание глюка в матрице. Волна холода, исходящая из самого сердца академии.

А потом случилось самое страшное. Мое внутреннее системное меню, которое я благополучно игнорировал все эти годы, вдруг взорвалось перед мысленным взором багровыми, мигающими ошибками.

[ОШИБКА: #NULL!]

[ОБНАРУЖЕНО ИСКАЖЕНИЕ РЕАЛЬНОСТИ]

[УГРОЗА ЦЕЛОСТНОСТИ СИСТЕМЫ]

[КОД 0xE1F - НЕОПРЕДЕЛЕННАЯ СУЩНОСТЬ]

По телу ударила адреналиновая волна. Древние, дремлющие инстинкты проснулись и потребовали права на управление.

— Никому не выходить! — крикнула мисс Эйдж, заблокировав дверь заклятьем.

Но было поздно.

Стена в конце коридора поплыла. Камень и дерево потеряли форму, превратившись в мерцающую грязно-серую массу. Из этого хаоса начало формироваться Нечто. Бесформенное, лишенное смысла, сотканное из теней и багов. Оно не просто поглощало свет — оно отменяло саму его идею.

Оно медленно вытянуло нечто вроде щупальца и провело им по стене. Не было ни звука, ни взрыва. Каменная кладка просто… перестала существовать. Стерлась, как неудачная строка кода.

В аудитории начался хаос. Крики, паника. Мисс Эйдж пыталась собрать щит, но ее магия рассеивалась, поглощаемая аурой не-существования чудовища.

И тут время для меня замедлилось. Внутри что-то щелкнуло. Не память, не знание. Чистейший, неотфильтрованный инстинкт. Встроенное антивирусное ПО.

Моя рука поднялась сама собой. Пальцы сложились в странную, незнакомую конфигурацию. Внутри зашумела энергия, но не магия системы. Нечто более древнее. Энергия самого пространства.

Я не произнес заклинания. Я отдал тихий, шёпотом, как отладчик, удаляющий ошибочную строку кода, приказ.

Но система дала сбой. Вместо тихого «click» раздался оглушительный, всесокрушающий «BOOM».

— Объявление пространства: Н Е Д Е Й С Т В И Т Е Л Ь Н О, — выдохнул я, и на губах выступила теплая, соленая кровь.

По аудитории прокатилась невидимая волна. Одноклассники рухнули на пол, у многих из ушей и носа потекла кровь. Пространство между нами и монстром сжалось, исказилось и сложилось, словно лист бумаги, запечатав Искажение в мгновенно созданный карман реальности. Раздался глухой хлопок, и монстр исчез. Оставив после себя лишь зияющую дыру в стене и оглушительную тишину.

Я посмотрел на ладонь, не понимая, что только что произошло.

«Так вот как работает кнопка «Delete» на вселенском уровне. Стоило бы ей присвоить комбинацию посложнее».

Мое сознание поплыло, и я рухнул на колени. Пол упруго встретил мое лицо.

В этот момент с грохотом распахнулись двери. На пороге стояли продрогшие, но грозные Лука, Ллойд, Ада и Ева, явно ожидавшие битвы с титаном, а не созерцания последствий моей спонтанной уборки.

Я успел заметить, что мисс Эйдж была в сознании. И смотрела на меня. Ее взгляд выражал леденящий душу ужас, смешанный с научным интересом энтомолога, обнаружившего совершенно новый вид таракана. Я понял, что у меня теперь очень, очень большие проблемы.

Но разбираться с этим предстояло потом.

Сознание ускользало…

***

Тьма. Но не сон. Хаос. Глюки операционной системы моей памяти.

Вспышка. Холод металла. Голографические схемы. Гул энергии.

«▪▪▪, ты уверен? Это точка невозврата». — Голос, которого я не мог вспомнить, но от которого сжималось сердце.

«У нас нет выбора. Это единственный способ. ▪▪▪ переживет. ▪▪▪».

«А если мы ошибемся?»

«Тогда мы ▪▪▪. Но это лучше, чем ▪▪▪».

Вспышка. Искаженный, механический голос в черепе: «Вы ▪▪▪ спасение?»

Ярость. «Нет! Ни за что! Это ▪▪▪, это предательство!»

Боль. Жгучая боль в висках.

«…нарушение протокола. Объект ▪▪▪. Принудительная ▪▪▪. Подавление воли…»

Вспышка. Бесконечные ряды мутных цистерн. Шесть из них помечены алыми рунами…

Я застонал, пытаясь выплыть из этого кошмара. Обрывки были слишком реальными.

Я открыл глаза. Потолок аудитории. Я лежал на холодном полу. Голова раскалывалась, во рту вкус меди и статики. Голоса доносились словно сквозь воду.

— …что случилось? Что это был за звук?.. Все лежат… Кровь… — испуганный шепот Евы.

— Искажение… должно быть, оно было здесь… — голос Ады дрожал. — Смотри, стена… она просто испарилась…

— Мисс Эйдж! Вы ранены! — это Ллойд. Собранный, но на пределе. — Лука, помоги!

— Я… я пытаюсь… — голос Луки срывался. — Они все без сознания… Что, черт возьми, произошло?!

Я приоткрыл глаза, стараясь не двигаться. Картина была, мягко говоря, не для слабонервных. Одноклассники лежали в живописных позах, украшенные подсохшей кровью. Лука пытался привести в чувство студента. Ллойд и Ада помогали мисс Эйдж подняться. Учительница была бела как полотно, ее взгляд блуждал по комнате и… остановился на мне.

Наши глаза встретились.

И в ее взгляде я прочитал весь спектр эмоций: шок, недоверие, страх и холодную, четкую решимость. Она видела всё. И для нее настоящей угрозой был уже не монстр, а я.

— Он очнулся, — тихо, но очень четко сказала она, не отводя от меня глаз.

Все взгляды, как по команде, устремились на меня. Лука вздрогнул и отпрянул, как от ядовитой змеи. Ллойд нахмурился и инстинктивно потянулся к рукаву с картами. Ада и Ева замерли.

— Кто? Каин? — прошептала Ева. — Но он же тоже пострадал, смотри, у него кровь…

— Он не пострадал, — голос мисс Эйдж был ледяным. — Он это сделал.

В комнате повисла тишина, которую можно было резать ножом.

— Сделал?.. Что сделал? — не понял Лука.

— То, что должно быть невозможно, — она сделала шаг в мою сторону. Ее рука снова сложилась в защитную мудру, но на этот раз жест выглядел более угрожающе. — Ты стер его. Стёр, как они стирают людей. Кто ты такой, Каин?!

Я попытался подняться. Мир плыл.

— Я… я не знаю, что произошло… — мои слова прозвучали сипло и крайне неубедительно.

— Не знаешь? — ее голос дрогнул. — Ты едва не убил всех в классе! Ты исказил реальность! Что ты такое?!

Я не знал, что ответить. Правда звучала бы как бред сумасшедшего.

В этот момент с грохотом распахнулась дверь. В проеме стояли люди в форме Службы Безопасности Академии с оружием наготове. Их сканеры сразу же защелкали, сфокусировавшись на мне.

И тут мое зрение снова подвело. Над головой старшего охраны, вместо его лица, на секунду возникло мерцающее голографическое сообщение: [СИГНАТУРА ОБНАРУЖЕНА. ПРОТОКОЛ «ВАВИЛОН» АКТИВИРОВАН. ОЖИДАНИЕ ПОДТВЕРЖДЕНИЯ…].

Я моргнул — и оно исчезло. Но ледяная уверенность в том, что это было не галлюцинацией, осталась.

— Всем оставаться на местах! — прогремел механический голос начальника охраны, и я мысленно похвалил его за безупречное чувство такта. Как раз вовремя прервать мой скромный опыт по спонтанной телепортации сквозь стену. — Зафиксировано нарушение целостности контура и всплеск неклассифицированной энергии!

Его здоровенный визор, напоминавший банку с сардинами, повернулся к дыре, из которой сыпалась штукатурка, потом к перепачканным пылью (и чем-то красным, но я старался не всматриваться) студентам, к мисс Эйдж… и, наконец, ко мне. Загорелся красный лазер на моем лбу. Очень драматично.

— Вот источник, — прошептала мисс Эйдж, смотря на меня так, будто я только что отравил ее любимого кота и объявил войну всему королевству. Ее рука дрожала, указывая на меня прямее стрелки компаса. — Берите его. Осторожно. Он… опасен.

«Опасен» — это сильно сказано. Я был настолько опасен, что еле стоял на ногах, а в голове гудело, будто после вчерашней вечеринки с экспериментальным зельем. Двое охранников в синей форме двинулись ко мне, стволы их жезлов смотрели мне прямо в грудь. Лука замер с открытым ртом, представляя, видимо, как его лучшего друга уводят в камеру с питанием из холодной овсянки. Ллойд сжал свои карты так, что они вот-вот должны были взвыть от боли. Предатели. Я же им проход в буфет без очереди устраивал.

Сопротивляться? Объяснять? У меня не было сил даже на внятное «Ребята, это не я, это оно само». Только оглушительная пустота, звон в ушах и леденящий взгляд мисс Эйдж — единственной, кто знал о моем маленьком «происшествии» на экзамене по магии третьего уровня.

Мои руки скрутили за спину так, что плечи неприятно хрустнули. На запястья щелкнули холодные браслеты-подавители. Знакомое чувство: легкая тошнота, внутренняя пустота, будто отключили Wi-Fi к мировой магии. Стандартная процедура для любого подозрительного элемента.

Но в тот самый момент, когда я уже собрался мысленно попрощаться со своей репутацией и стипендией, что-то шевельнулось внутри. Глубже, чем та магия, которую отсекали наручники. Древнее, неподконтрольное и чертовски сонное. Оно лениво потянулось, будто гигантский кот, которого только что разбудили посреди сладкого сна. И самое ужасное — я почувствовал, что оно не просто живо.

Оно было голодным.