Архивы организации «Крест». Адюльтер

Дело № 216001

«Адюльте́р»

Глава 1. Тело в гаражном массиве

Этим прохладным, хоть и солнечным апрельским утром, серая стена гаража, сложенная из старых кирпичей, была почти вся забрызгана кровью, словно кто-то кинул в неё ведро с красной краской. Трава вокруг тела тоже была красная, но в некоторых местах порозовела от утренней росы. Молодая девушка лет двадцати лежала на спине, запрокинув голову назад. Из разорванного горла уже давно перестала выплёскиваться кровь, которая запеклась бурой коркой на голых плечах и довольно миловидном лице с застывшей на нём гримасой ужаса. Гладко выбритые ноги нелепо согнуты, длинный каблук на правой туфельке обломан. Элегантная кожаная курточка сползла с плеч, один рукав был слегка надорван, под ней - короткое красное вечернее платье.

- У неё где-то должна быть сумочка, – сказал я, повернувшись к следователю полиции, мужчине средних лет с настолько блондинистыми волосами, что они казались обесцвеченными.

- Уже нашли на дороге, – кивнул тот.

- А каблук искали? Или он где-то в другом месте обломился? Девица явно не для того, чтобы зажигание менять, вырядилась, могли привезти.

- Да, каблук нашли на середине пути досюда, – следователь указал на труп. – Она от кого-то убегала и по глупости загнала себя в тупик. - «Или от чего-то», - пронеслось у меня в голове. - Испугалась, наверное. На этом же гараже кусок арматуры из стены торчит, там нитки от куртки.

- Понятно, сейчас посмотрим.

Я махнул рукой девушке, брюнетке с короткой стрижкой, стоящей за мной, и та послушно поплелась следом. Мы осмотрели весь небольшой огороженный лентой участок. Следователь все эти пятнадцать минут стоял над душой и заглядывал через плечо. Марина внимательно разглядывала каждый сантиметр, особое внимание она уделила стене с коротким обломком ржавой арматуры и каблуку, застрявшему в мягкой после дождя земле. Затем мы подошли к трупу, и я, слегка подобрав полы пальто, присел рядом на корточки. Следователь был тут как тут, выглядывая из-за плеча Марины.

- Вы записи с камер собрали? Свидетелей поискали? – спросил я.

- Так тут камер-то нет, – он усмехнулся, обводя рукой гаражный массив.

- Жилые районы прилегающие, частники с деньгами, тут промзона рядом. Сходите, распорядитесь, будьте добры, – улыбнулся я, отхлебнув зелёного чая из бумажного стаканчика. Следователь недовольно на меня посмотрел, но всё же удалился.

- Ну вы, Максим Игоревич, командир, – улыбнулась Марина.

- Иди сюда, смотри.

Она быстро присела рядом, спустя пару минут я спросил:

- Изложи мне свою версию событий.

- Ну так следователь уже всё сказал, – девушка пожала плечами. – По неизвестной причине покойная оказалась здесь, причём целая и невредимая. Так как синяков я не вижу. Потом на неё кто-то напал, и она, испугавшись, побежала куда глаза глядят. Но далеко ей уйти не удалось, и горло девочке вскрыли сразу за гаражом.

- Чем вскрыли? – спросил я.

Девушка задумалась, потом ответила:

- Рана рваная, скорее всего, когти либо что-то не очень хорошо заточенное.

- Какие подозрения?

- Честно? Не знаю. Она здесь явно по своей воле была, а потом напали. Второго трупа нет, скорее всего, она была здесь с убийцей. Но кто он, сказать не могу. Вампир?

- Вампиры аккуратней работают, – ответил я, поднимаясь и доставая из кармана сигарету. – Сейчас подождём, что скажет наш магический специалист, – я кивком указал на тощего мужчину лет сорока в очках, который чуть ли не ползал по земле с кучей каких-то приборов. – А дальше что?

- Если есть следы магической ауры – забираем дело себе, если только нормальная, то оставляем всё полиции и уезжаем, – отрапортовала Марина, словно с учебника читала.

- Правильно, – я удовлетворённо кивнул. – Теперь стоим, курим, ждём результатов.

Результаты пришли достаточно быстро, Иван Филиппович подошёл ещё до того, как я успел докурить сигарету.

- Нет следов, вообще никаких.

- В каком смысле? – спросил я, протягивая ему пачку. Тот, убирая свое оборудование в сумку, помотал головой.

- Спасибо, у меня свои. Стёрли! Всё подчистую. Заклинание примитивное, можно было, конечно, всё аккуратнее провернуть, но, тем не менее, чары своё дело сделали. Кто здесь был вчера, я никак сказать не могу. Ну и дождь им на руку сыграл, вода и так ауры хорошо стирает, а тут ещё вкупе с заметание следов.

- Ясно, – вздохнул я и, повернувшись к Марине, внимательно слушающей нас, скомандовал: - Сворачивай их, сейчас будем своих вызывать. Наш профиль.

Та кивнула и развернувшись, зашагала в сторону патрульной машины полиции.

- Только синие корки показывай. Си-ни-е! - крикнул я ей вслед. Обернувшись, Марина кивнула. Набрав короткий номер, я вызвал следственно-магическую группу и отправился помогать молодой стажёрке. Особо никто не сопротивлялся. Только следователь, видимо, из чистой мстительности за то, как я отвадил его, попытался покачать права на почве бюрократии, но я его быстро заткнул и отправил ждать все нужные ему бумаги в отдел. Все улики, включая флешки с записями камер, я забрал сразу же, только отмахнувшись от назойливого лейтенанта, которому явно светил втык от недовольного следователя.

Минут через двадцать подъехало несколько наших чёрных машин. Оттуда вывалились люди, часть в штатском, как мы с Мариной, а часть в белых костюмах парамедиков. Взяв одного из аур-экспертов, я вместе со стажёркой отправился прочёсывать гаражи. Мужчина с маской на лице шёл медленно, водя вокруг себя прибором, похожим на планшет с приделанной к нему замысловатой антенной из серебряной проволоки. Весь массив мы прочёсывали около часа. Наконец эксперт остановился около какого-то куста и провёл антенной вокруг него.

- Что такое? – спросил я, проходя вперёд.

- Дыра в аурном поле, – ответил тот. – Говорите, у вас убийца топорно ауру вытер? Вот здесь, похоже что-то такое же.

- Отлично.

Я полез в карман пальто и выудил оттуда зип-лок пакет из очень плотного пластика с вытисненными на нём рунами. Аккуратно поворошив куст чистотела, я наткнулся рукой на что-то холодное и металлическое. Аккуратно, подцепив находку пакетом, я вытащил её на свет божий. Это был небольшой кулон медного цвета, на вид из сегмента дешёвой бижутерии, в виде месяца.

- А вот это уже что-то, - Я радостно потряс пакетом и обратился к эксперту: – Сможете восстановить ауру?

- Не знаю, – пожал тот плечами. – Вряд ли, если ночью ещё дождь шёл, то мы даже вязь не восстановим. Но попробуем.

Закончив обход, мы отправили все улики в лабораторию на экспертизу. Показания свидетелей, которые собрали дежурные агенты, и записи с камер оставили себе. С этим, похоже, придётся самим разбираться.

- Ну, поехали в отдел! – крикнул я Марине, запрыгивая в салон чёрного дежурного автомобиля. Та прыгнула следом, расстёгивая вельветовую куртку, подбитую искусственным мехом. – Ты больше корки не путай. МВД, прокуратура - это в основном для гражданских. Если мы приезжаем дела оформлять к органам – тогда ФСБ. Запомнила? Не забывай теперь, что ты в секретной службе работаешь.

- Да, извините. Я просто не проснулась ещё, когда приехали, – смущённо кивнула девушка. Машина тронулась с места.

- Привыкай, – усмехнулся я. – Здесь такое постоянно. Который там час?

Марина глянула на дисплей смартфона и отрапортовала:

- Девять ноль три. Максим Игоревич, а можно я с вами это дело вести останусь?

- Не, - замотал я головой. - Ты стажировку у Андрея проходишь, он вчера меня попросил тебя на утро занять, пока ему пломбу ставят. Я занял, вот сейчас в отдел приедем, позавтракаешь и с десяти возвращаешься к нему на попечение. А что, дело интересное?

- Очень, – азартно кивнула та. - Вы как думаете, кто убийца?

- Дворецкий, – хохотнул я. – А если серьёзно, не знаю пока. Не так много деталей. Вот в отдел приедем, и всё яснее станет. Рвение к службе - это хорошо, если хочешь – я могу тебе потом рассказать, чем всё закончится. Если закончится, конечно.

- Было бы славно, – улыбнулась Марина.

- Вот и ладушки.

Прибыв в отделение, я отправил Марину в столовую, а сам ушёл в кабинет разгребать вещдоки и прочую ерунду. На почте уже висело досье убитой. Вороженкова Анастасия Игоревна, двадцати лет от роду. Студентка медицинского, проживала в общежитии. Приехала в Санкт-Петербург из Самары. Нигде не работала, получала социальную стипендию. Странно, по одежде и новенькому айфону так и не скажешь, что девочка выживала на нищее студенческое содержание. Может, эскорт? Запросив в техотделе её переписки, я почувствовал, как желудок недвусмысленным урчанием намекает, что пора бы в него что-нибудь закинуть. Недолго думая, я отправился в столовую.

Выбрав себе несколько бутербродов и тарелку молочной овсянки, я оглядел помещение и тут же приметил за одним из столов грустного Андрея, парня моего возраста с вечно растрёпанной копной светлых волос, подпиравшего ладонью щёку, и Марину, возбуждённо ему что-то рассказывающую. Плюхнув свой поднос им на стол, я поздоровался с другом:

- Привет, Андрюх, ну как зубной? – тот жалобно посмотрел на меня и ответил:

- Как, чифтили мне корнефые каналы, изферги. Ефё чфас жрать незя.

- Чё, заморозка ещё не отошла? – хохотнул я. – Ну, приятного мне, – отсалютовав несчастному товарищу ложкой с кашей, я закинул её в рот.

- Да иди тфы, – отмахнулся он от меня. – Фтавай, фейчас поедем. – это уже Марине, одновременно поднимаясь из-за стола и снимая со спинки стула свой плащ. – Тфы работать будеф.

- А у вас сегодня что?

- Рефедефи… А, фука! – раздражённо выругался Андрей, поняв, что с парализованной половиной лица слово не получиться выговорить.

- Рецедивисты, надо проверить подозрительных элементов магического сообщества, – как по учебнику зачитала девушка.

- Ну давайте, удачи!

- Ага, и тебе, – пробурчал Андрей, быстрым шагом направляясь к выходу.

- Спасибо, – улыбнулась Марина, стараясь успеть за «наставником».

«Ох, и весело сегодня будет нашим подозрительным элементам», - усмехнулся я про себя и продолжил завтракать.

Вернувшись в кабинет, я сразу открыл присланные на мейл копии переписок жертвы. Включив вытяжку, уселся поближе к ней и стал читать. Огромный минус секретных офисов – отсутствие окон из-за того, что отделения «Креста» находятся под землёй. Нет, конечно, мы не корпорация «Амбрелла», чтобы строить многоуровневые «ульи», хотя я уверен, что что-то подобное существует, но даже на глубине подземной парковки окошко не подставишь. Так что приходиться обходиться вытяжками и вентиляцией, что тоже не так уж и плохо.

Из переписок покойной студентки стало ясно только одно – эскортницей девушка не была. По крайней мере, в нормальном понимании этого слова, но имела парочку папиков при деньгах, которые, собственно, и обеспечивали её шмотками и оплачивали какие-то расходы. Ну, кто я такой, чтобы осуждать? Девочка из провинции, крутилась как могла, жаль, что всё так закончилось. Я выписал имена подруги, по совместительству соседки по комнате, и всех ухажёров, включая бедных студентов. Надо будет к каждому съездить.

Дальше последовали записи с камер, коих оказалось всего две. Одна – с жилого дома, в значительном расстоянии от массива, а вот вторая уже интереснее – эта камера была установлена на одном из крайних гаражей того ряда, хозяева которого были явно при деньгах и где мы нашли затёртый кулон. И вот она-то запечатлела, как ровно в два часа ночи сорок девять минут по массиву пробежала молодая девушка с не очень длинным каре. Однако не жертва. Хм… А вот, похоже, и наша потеряшка. Быстро сделав несколько снимков экрана, я отправил их на печать в стоящий рядом принтер и, ухмыляясь, потянулся.

Решив немного размяться, вытащил ещё тёплые фотографии из аппарата и пошёл по коридору к лифту. По дороге здороваясь с коллегами. Проехав пару этажей вниз, я оказался в архиве личных дел нелюдей и магически одарённых. Толкнув тяжёлую дверь, я вошёл внутрь. Там, под ртутными лампами дневного света, располагались сотни стеллажей, заполненных папками и связками бумаг. Впереди большой письменный стол, на котором стоял компьютер, принтер, факс и всякие канцелярские мелочи. А за ним сидела немолодая женщина лет пятидесяти с коротким ёжиком седых волос, одетая в строгий брючный костюм.

- Здравствуйте, Зоя Ивановна, – улыбнулся я.

- И тебе здравствуй, Максим, – женщина отставила в сторону керамическую чашку с нарисованным алым маком. – Ну, чего пришёл?

- Да мне бы вот, девушку пробить, – я протянул распечатки. Зоя Ивановна взяла их и внимательно рассматривала несколько секунд.

- А чего не отправил-то?

- Да размяться хотел, пройтись.

- Размяться, — хмыкнула она, — ну иди, разомнись. Покури там пока, не стой над душой. Зайдёшь минут через десять, пятнадцать, может.

- Хорошо, спасибо.

Я улыбнулся, а Зоя Ивановна, привычным движением поправив кобуру на поясе, принялась резво стучать пальцами по клавиатуре. Быстро покинув АЛДН, я вернулся к себе в кабинет. Помню, как мы с Андреем, когда Зою Ивановну только перевели к нам в архив, посмеивались на тем, зачем старушке выдали табельное. Но после ежеквартального стрельбища оба стояли с открытыми ртами, когда та всадила девять из десяти прямо в центр. Оказалось, Зоя Ивановна в прошлом инструктор стрелковой подготовки ГРУ и с оружием обращается похлеще большей части оперативных работников. А сейчас вот на пенсии, сидит, чаи гоняет в архиве. В кабинете я быстро распечатал фотографии всех ухажёров жертвы, подписал к ним имена и фамилии и отправился в архив гражданских немагических лиц. Там я сдал всё это молодой девушке в очках, она мягко улыбнулась, обнажая затянутые брекетами вампирские клыки, и пообещала прислать результаты мне на рабочую почту.

Затем я вернулся в АЛДН. Там меня уже поджидала папка на столе, не очень, кстати, толстая.

- Здесь распишись, – Зоя Ивановна сунула мне журнал выдачи личных дел. — И не забудь через трое суток вернуть.

- Конечно, думаю, завтра вам уже всё обратно принесу. Спасибо большое! – ответил я, быстро поставив дату и подпись в нужной графе.

И, откланявшись, вернулся в кабинет. Там быстро пролистал личное дело. С фотографии на меня смотрела совершенно обычная девчонка с каштановыми волосами, убранными в пучок, на левой щеке небольшая родинка. Девушку звали Екатерина Олеговна Козянкова, вампир не врождённый, обратили буквально пару лет назад, дело закрыто, виновные наказаны. Сейчас ей исполнилось двадцать один, но она так и останется выглядеть на свои девятнадцать. Безработная, студентка, учится на биохимика в том же институте, что и покойная. Местная, но с пометкой, что по месту прописки не проживает, однако за порцией гемоглобина и на отметки является регулярно, самостоятельно, в отделение по прописке.

Ага, а это уже интересно. Похоже, наша новообращённая решила зачем-то убить бедную Анастасию Игоревну, причём сделала это с каким-то жутко холодным расчётом, используя незаконные магические амулеты. Смахивает на убийство по личным причинам, частое явление – студентки молодые, нрав горячий. Теперь дело за малым – найти главную подозреваемую. Если по месту прописки не проживает, то где? Мать у неё в больнице, можно явиться туда, но мне не хотелось тревожить больную женщину чисто из человеческих соображений. Можно начать поднимать друзей через архив или явиться в институт, чтобы самому подопрашивать десяток студентов. Нет, это затянется, да и пустит кучу ненужных слухов. А если… Я достал телефон и, покопавшись в контактах, нашёл нужный номер информатора. Павлик был плодом любви кикиморы и домового, поэтому привязки к месту не имел, но имел много друзей абсолютно везде.

- А, слушаю, – раздался на том конце тихий, как будто запуганный голос.

- Привет, Паш. Я подъеду к тебе часика через два-три. Подумай пока про Екатерину Олеговну Кознякову, молодая вампирша, обратили два года назад на студенческой вписке. Учится в меде. Тебе фотку выслать?

- Максим, так не делается. Я же говорил… - начал было Паша, но я его перебил:

- Фотку выслать? Мне срочно надо, понял?

- Понял, – вздохнул Паша. – Высылай.

- Отлично. Всё, давай.

Я скинул трубку и, выслав фотографию, вынул из верхнего ящика стопку незаполненных ещё с прошлого месяца отчётов. Надо всё-таки начинать, а то втыка от начальства точно не миновать. Вздохнув и снова включив вытяжку, я закурил и принялся стучать пальцами по клавиатуре.

Глава 2. Трактир «Медная змейка»

На оговорённый Паше срок я заложил ещё сорок минут. Неспешно покинув отделение, прогулялся до метро и, проторчав львиную долю этого времени в вагонах, наконец выбрался на поверхность Васьки. Пройдя Средний проспект, несколько раз свернул во дворы - и вот он! Прямо передо мной на входе в подвальное помещение красовалась вывеска, где из янтарной мозаики была сложена небольшая змейка с чёрными глазами и блестящим красным языком, а снизу красовалась название «Медная змейка».

Спустившись вниз, я открыл тяжёлую деревянную дверь с кованой ручкой в виде змеи и прошёл внутрь. Здесь было довольно уютно, янтарные светильники на медных ножках со стен освещали ряды квадратных деревянных столов. Поздоровавшись с барменом, я прошёл в самый дальний угол, где в темноте сидел Паша, потягивая пиво из высокого бокала. Это был маленький, щуплый человечек с крысиным лицом. Одет кикимыш был в коричневую кофту, а на голове сидела серая кепка, которая явно была маловата карлику. Я присел на лавку со спинкой, такие здесь стояли у всех примыкающих к стене столиков, и поздоровался с человечком.

- Привет, Паш.

- И тебе привет, Максим, – страдальчески вздохнул тот, пожимая мне руку. Тут ко мне подошла официантка, и я быстро заказал себе обед – рассольник и печёную картошку с сомом в сметане, надо отметить, что кухня здесь очень даже, а вместо пива обошёлся хлебно-изюмным фирменным квасом.

- Я же тебе говорил, что не надо так резко без крайней необходимости, – тихо сказал Паша, дождавшись, пока официантка уйдёт.

- А крайняя необходимость есть, – я повесил на загнутый гвоздь пальто (так тут вешалки стилизованы, что, я считаю, очень изобретательно). – Мне срочно надо, понимаешь, если за неделю раскрою, то премия мне в этом месяце обеспечена.

- Премия, – фыркнул домовёнок, доставая из сумки для ноутбука несколько листов А4 в файле. – Вот, — придвинул он их мне, — здесь всё, что по ней собрал.

Я быстро взял бумаги и, бегло пролистав, мрачно уставился на Пашу. Тот аж съёжился.

- Я тебе звоню не для того, чтобы то же самое, что я в кабинете могу запросить, получать. Ты забыл, что ли, Паша?

Тут молодая ведьма принесла мне мой квас. Дождавшись, пока девушка отойдёт, Паша нагнулся над столом и затараторил:

- Да, на неё трудно нарыть, девка прячется от кого-то. Всё липа, всё старое.

- Если бы ты не мог ничего достать, я бы тебе и не звонил, – перебил его я. Нечисть разочарованно вздохнул и выдал:

- Она живёт на съёмной квартире, снимает через подружку. Учится уже сам знаешь где, найти её можно ещё в клубе «Красный фонарь», она там официанткой в ночные выходит. Тоже неофициально.

- Вот, видишь, можешь же всё. И чё тут цирк разыгрывать? – улыбнулся я, отпив кваса.

- Да она если так шхериться, явно на руку не чиста. Так ещё и ты её пробиваешь. Странно всё это, не нравится мне, как пахнет, – заворчал Павлик. – Давай лучше обещанное, и я пойду быстрее.

- Держи.

Я дал ему подарочный пакет с красной розой. Тот быстро глянул на содержимое и удовлетворённо кивнул. Хорошо, что Паша берёт не так дорого. Хотя мелочится больше из-за собственной паранойи, но доля правды в его рассуждениях есть. Пока маленькому домовому платят копейки за какие-то сплетни, всем на него плевать. А вот если информация будет стоить дорого – значит, она ценная, а тут уже и серьёзные люди с нелюдями подтянуться. Знавал я как-то одного волчонка, который пытался продать кому попало компромат на одного из глав вампирской мафии. Всё утро потом криминалисты тело с кладбищенского забора снимали.

- Ну, я побежал, – домовёнок нервно поправил сползшую на лоб кепку.

- И даже не пообедаешь? – удивлённо спросил я, кивая на официантку, несущую мой рассольник.

- Я говорю, она бегала от кого-то. Мне проблемы не нужны.

- Зря ты, — я кивком поблагодарил официантку и размешал сметану в тарелке.

- Чего зря?

- Боишься. Могу ведь тебя твоей любимой грудинкой угостить. Или облепиховым? – Паша, как, впрочем, и любая другая мелкая нечисть его подвида, был просто без ума от жирного мяса и сладостей.

- Легко тебе говорить, – проворчал человечек, застёгивая сумку. – Ты в каком весе боксировал?

- В тяжёлом.

- Вот именно. А я ни в каком. Даже не дрался ни разу.

В это я бы охотно поверил, если бы один раз при мне не задралась штанина вечно мешковатых спортивок Паши и моему взору буквально на секунду открылись кожаные ножны на ремешке, пристёгнутые к волосатой голени. Пусть информатор и трусливый параноик, но часть своего образа явно создаёт умышленно и старается поддерживать её изо всех сил. Вот и сейчас, немного подумав, скорее для вида, он всё-таки сказал:

- Облепиховый, говоришь? Ладно, чего с тобой делать, давай, раз предложил.

Я кликнул официантку, о чём-то трещавшую с барменом, и заказал свиную грудинку в паприке и торт с засахаренной облепихой. Потом, немного подумав, добавил:

- Давайте два облепиховых, – официантка кивнула, а я вернулся к своему супу. Мы сидели молча, наконец, когда ведьмочка поставила перед домовым его свинину, а я принялся за восхитительно-нежного сома, можно было начинать. – Ну, как дела-то вообще? Как работа?

Паша сначала отвечал сдержанно, отделываясь общими и расплывчатыми фразами, но на середине тарелки еда полностью поглотила его внимание, так что фильтровать информацию, выходившую, между прочим, через тот же рот, куда входила пресловутая свиная грудинка, он был не в состоянии. А уж когда принесли десерт, то он бы и мать родную заложил, если бы знал, где она. Хотя наверняка знает, просто не говорит. Но это уже его личное дело.

Доев и разузнав всё, что меня интересовало, я попрощался с довольным, сонным домовёнком, попросил счёт и, расплатившись, с щедрыми, как и полагается в таких делах, чаевыми, вышел на улицу. Этот мелкий проглот меня разорит скоро, не смотри, что метр с кепкой, жрёт, гад такой, за все восемь. Конечно, ничего особо секретного Павлик мне не рассказал, но общая картина того, что происходит, освежилась. Кто кем интересуется, кто куда ходит и что вроде как делает. Полезно знать, при моей-то профессии. Как минимум, тот факт, что на днях довольно крупный отряд Алых, вампирской мафии, вооружённый, уехал в Кронштадт, стоит запомнить и поставить это дело на карандаш. А пока дождёмся вечера и наведаемся в «Красный Фонарь». Я вытащил из кармана пачку мальборо и, закурив, не спеша направился к метро. Всё-таки плотный обед и меня слегка разморил, надо бы растрясти это дело, а то так форму совсем потеряю.

Глава 3. Стрельба в клубе «Красный фонарь»

Спустившись вечером в столовую, я взял себе зелёного чая в бумажном стаканчике и уже на выходе из едальни столкнулся с Андреем и Мариной.

- О, какие люди, домой подбросить? – улыбнулся Андрей. Утренняя заморозка уже отошла, и товарищ был весел, как обычно.

- Не, мне в «Красный Фонарь» надо.

- Чё тебя на экзотику потянуло посреди рабочей недели? Человеческие женщины уже всё, не то? – хохотнул он.

- Да иди ты, мне по работе надо.

- Ого, какие у нас ответственные и самоотверженные работники в организации! Прямо и днём и ночью рвутся работать в клубы с проститутками! Ты только на дом не бери, когда работа домой приходит – это плохо, – загоготал он.

- Иди в задницу, – я показал ему средний палец. – Подбросишь, нет?

- Подброшу, подброшу, – ответил он, даже не пытаясь стереть с лица издевательскую усмешку. И развернулся, взметнув полы чёрного плаща.

- Будешь в дороге задалбывать – новую пломбу выбью. Опять с утра как пчеловод будешь.

- Да-да, ты сам, смотри, нигде не распухни, – бросил он из-за плеча, направляясь к выходу.

- Сука какая, а, – усмехнулся я, и мы с Мариной пошли следом. – Ну как, лютовал с утра? – спросил я у стажёрки.

- Ну так, — пожала девушка узкими плечами, — Досталось упырю одному, из Гадюшника. Васечкин, что ли.

- О, этого знаем. Я когда в патруле был, так эта сволочь не один раз прикладом по клыкам отхватывала. А в этот раз чего?

- Так не отметился он, видимо, с бодуна был, права качать начал. Ну вот Андрей Евгеньевич его по полной оформил. Скрутил, вызвал наряд, нашли у него пару грамм тяжёлых, – девушка хихикнула. – Я таких матов никогда в жизни не слышала, хоть в полиции и отработала прилично.

- Понятно. Ну это кадр тот ещё, уши-то не завяли? Да вот он выйдет - и снова-здорово! Воспитывать бессмысленно, но почему бы и нет.

На выходе из отделения я остановился у кабинки дежурного, чтобы поздороваться с ночной сменой. За бронированным стеклом сидел крепкий, коренастый дедок с пышными усами щёткой. Чёрная форма натянулась на его объёмном животе так, что, казалось, того и гляди лопнет.

- Здоров, Петрович, заступил уже? – протянул я руку в окошко.

- Привет, Максим. Так как оно иначе, служба, долг. Мы жа как пионеры! – хохотнул старик, крепко стиснув мою ладонь.

Перекинувшись парой слов с дедом, я поспешил вслед за Андреем с напарницей. Выйдя из отделения, мы сели в старую, потрёпанную Ауди 100, ярко красного цвета. Марина было наметилась на переднее пассажирское, но я её опередил.

- Извини, салаги сзади, – улыбнулся я. – Не в обиду, просто как этот водит, меня укачивает.

- Да всё нормально, я понимаю, – улыбнулась девушка и залезла назад.

- Не грусти, Мариночка, когда злой дядя к своим похабным тётям уйдёт, ты на его место пересядешь. Мы ещё потом мороженое купим, хорошо? – продолжал зубоскалить Андрей, повернувшись к стажёрке.

- Да угомонись ты! – пихнул я друга локтем. – Чё, весь день терпел - и вот сошла печать молчания?

- Ага.

- Поехали давай.

Мы почти одновременно опустили окна и закурили, Андрей завёл машину, и мы тронулись. Всю дорогу нам с Мариной пришлось терпеть словесный поток Андрея. В общем-то он парень отличный, но бывает у него, что, если прорвёт – не остановить, пока сам не заткнётся. Я это ещё со школы усвоил, поэтому ехал спокойно, перебрасываясь шуточками. Хотя иногда товарища и приходилось осаживать, всё-таки девушка в машине, а этот дуралей вообще без тормозов. Наконец, мы подъехали к нужному месту, которое когда-то одна моя знакомая студентка с журфака очень ёмко описала как «довольно милый клуб с БДСМ-тематикой рядом с Лиговским, только фейс-контроль жесткий».

- Подождёте здесь, если время есть? Там личность мутная, если что, я тебе маякну.

- Окей, только Марину сейчас до дома докину и вернусь, – кивнул Андрей.

- Меня не надо, – замотала головой девушка. – Мне интересно. Можно дождаться посмотреть тоже?

- Ну валяй, если спать не хочешь, – пожал плечами Андрей.

Запахнув пальто, я съёжился от холодного весеннего ветра: всё-таки на контрасте с тёплым салоном было ощутимо прохладно, и поспешил ко входу, над которым висел красный китайский бумажный фонарик. Такая же красная неоновая вывеска с названием освещала громилу с мрачной рожей, явно исполнявшего здесь функцию фейс-контроля. Тот был в чёрном костюме-двойке, который очень явно контрастировал с кирпичным лицом вышибалы.

- Добрый вечер, – пробасил он, загораживая вход. При разговоре у него очень сильно поднималась рассечённая верхняя губа, обнажая вампирские клыки.

- И вам, — улыбнулся я. – Мне бы бокальчик выдержанного красного вина в приятной женской компании.

Громила отодвинулся от входа, пропуская меня, и пожелал приятного вечера. Поблагодарив его, я прошёл внутрь. Вот всё у этих кровососов не как у людей, хотя оно и не удивительно: пароли, явки, кодовые слова. Больше пафоса, чем пользы. Внутри, вопреки описанию моей бывшей подруги, не было никакой кожи, латекса и цепей. Типичный клуб, всё оформлено в едином пафосно-дешёвом стиле. Красные бархатные диванчики, низкие столики из тёмного стекла. Освещение только красное. Из колонок долбит музыка, вокруг снуют вполне прилично, по меркам подобных заведений, одетые официантки, нагруженные подносами. Никаких шестов и оргий. Хотя за шторам вип-мест вполне может происходить всякое. Вроде бы тут даже есть бассейн с парочкой русалок, для совсем уж отчаянных и денежных клиентов. Хоть день был и будний, но половина зала всё же была забита, у нескольких компаний на столиках дымились кальяны.

Выбрав небольшой пустой уголок, я плюхнулся на мягкий диванчик, пальто снимать не стал, чтобы не провоцировать окружающих кобурой на поясе, а только расстегнул его. Через несколько минут ко мне подбежала официантка, молодая, впрочем, как и все вампирши здесь, брюнетка с конским хвостом.

- Добрый вечер, вам пока только выпить или сразу позвать менеджера для организации компании? – прокричала она сквозь долбящий клубняк.

- Нет, спасибо, пока не нужно. Можно мне просто бокал светлого пива?

Та кивнула и удалилась, на ходу записывая что-то в блокнотик. Вскоре бокал «бада» стоял передо мной, и я периодически прикладывался к нему, внимательно вглядываясь в снующих туда-сюда людей. Так прошло около часа, и я уже собирался написать Андрюхе, чтобы тот ехал домой. Если ещё через пару часов сам не увижу – придётся всё-таки звать менеджера и спрашивать про всё официально. Пока светиться не хотелось, помня тот факт, что девица от кого-то скрывается и устроена здесь по леваку. Да и в подобных заведениях в принципе не любят такие вторжения... Но тут мимо просеменила девушка с каре, выкрашенным в какой-то явно не природный цвет, из-за красных ламп я так и не мог понять, в какой. Лицо я увидел мельком, но взгляд сразу же зацепил родинку на левой щеке. А вот, похоже, и наш клиент, клиентка, то есть.

- Постойте! Девушка! – окликнул я её, стараясь перекричать музыку. Та обернулась - точно она, подстриглась, сделала пирсинг, почти и не узнать. – Екатерина Олеговна? - начал я, вставая, и потянулся левой рукой во внутренний карман за серебряным крестом, дабы сразу обозначить свою принадлежность к организации. Та уставилась на меня широко открытыми глазами и, без раздумий швырнув в меня поднос с грязной посудой, рванула куда-то, лавируя в толпе. Выругавшись, я отбил рукой поднос, пустые бокалы со звоном полетели на пол, и бросился за ней, грубо расталкивая народ. Стараясь не упустить из виду каре, я выхватил правой «Грач» из поясной кобуры. Девица быстро пролетела к какому-то неприметному служебному выходу и, что-то шепнув двум вышибалам, ошивающимся около него, скрылась за красной дверью.

Громилы в таких же костюмах, как и у контрольщика на входе, отлипли от стены и, набычившись, ринулись на меня.

- Всем стоять, работает «Крест»! – заорал я, тыча им в лицо серебряным крестом на цепочке. – Вмешательство в действия организации карается по закону!

Те слегка зависли, увидев мой опознавательный знак, и я, не дожидаясь какой-то ответной реакции, растолкал мордоворотов и распахнул дверь с ноги. Фигура девицы уже была почти в конце узкого коридорчика, выложенного обычной кафельной плиткой. Понимая, что не успею её догнать, я выматерился про себя и выстрелил в потолок. Грохнуло так, что в ушах зазвенело, спасибо акустике коридора. На голову мне посыпалась штукатурка, девица вздрогнула, и я заорал:

- Работает «Крест»! На колени, руки за голову, мордой в пол! Стреляю на поражение, – из-за писка в ушах я слышал собственный крик как через вату. Девушка сделала ещё несколько шагов, потом остановилась и медленно подняла руки, заведя их за голову.

- На колени, мордой в пол! – Продолжил я, подходя всё ближе к подозреваемой и не сводя мушки с тощей спины в красной форменной рубашке. Официантка медлила. – Быстро, мля!

Наконец девушка медленно, стараясь не задирать юбку, улеглась на пол, уткнувшись носом в кафель. На ходу вытащив серебряные наручники, я быстро защёлкнул их на запястьях вампирши. Бледная кожа нежити зашипела от прикосновения к серебру, та взвизгнула, но я не обратил на это никакого внимания. По узкому коридору из клуба, в котором теперь вместо музыки слышался возмущённо-испуганный гомон, ко мне уже спешил парень в очках и костюме-тройке в продольную полоску, с бейджем менеджера.

Глава 4. Допрос

- За что задержана, знаешь? – спросил я, усаживаясь на пластиковый стул. Белые, испещрённые рунами стены допросной комнаты, казалось, нависли над хрупкой фигуркой девушки, сидящей на другом конце металлического стола и повесившей голову. Зелёные, как оказалось, волосы спадали на заплаканное лицо.

- Не знаю, – всхлипнула она.

- А стоит подумать. Я подожду, у меня ведь сверхурочные капают, – я закурил и, выпустив дым через ноздри, отхлебнул зелёный чай из бумажного стаканчика, такого же белого, как стены. – Тебе ведь и без признания пришить много можно. Сопротивление сотруднику организации с нападением на него, ношение незаконного амулета, стирающего ауру.

- Да не нападала я! – она вскинула голову. – Я думала, вы из этих, долг выбивать пришли.

- Из этих - это из каких?

- Ну… из «волчков».

Так, а вот это уже интересно. Волчки – преступная группировка оборотней, занимаются многим, но в основном крышуют всё и вся, используя в качестве ударной силы собственную шпану. В общем, яркий пример ОПГ девяностых, дожившей до наших дней.

- Ага, так ты у нас ещё и с преступными группировками связана? – продолжил давить я.

- Да не связана я! И не кусала никого! – крикнула она и снова разрыдалась.

Я пододвинул ей стаканчик с водой, и девушка припала к нему, расплёскивая всхлипами жидкость. Вообще ей вода уже не нужна, но со всеми обращёнными это всегда работает. Привычки прошлой жизни, так сказать. Правда, блевать потом будет, но это терпимо. Подождав, пока Катя отставит стакан, я вытащил пачку «мальборо» и предложил ей, та, благодарно кивнув, взяла одну. Пару раз промахнувшись кончиком сигареты мимо огня, она, глубоко вздохнув, всё-таки подкурилась и сделала долгую затяжку, слегка поморщившись от крепкой сигареты.

- Ну, рассказывай тогда всё по порядку, – сказал я, поняв, что достиг нужной кондиции. Девушка взглянула на меня и, размазывая потёкшую от слёз тушь, начала, всё ещё тихонько всхлипывая:

- Ну… У меня у мамы рак поджелудочной, мне были нужны деньги, срочно. И вот Алина, подруга из «Фонаря», посоветовала занять у волчков, что они не такие жёсткие, как наши, эти… как их? Алые. Они деньги дали под процент, сказали, что три месяца есть, чтобы отдать. Я потом нашла, пришлось в «Фонаре» работать… - тут она всхлипнула и руки задрожали.

- Понятно, – перебил её я, решив не провоцировать новые рыдания. И так ясно, кем работала. – А дальше?

- Дальше… - девушка затянулась, успокаиваясь. – Дальше я им вернула, как договаривались, но оказалось, что там ещё процент был. А они не говорили, понимаете? – вскинула она голову, я кивнул. – Там за три месяца столько набежало, что я таких денег в жизни не видела. Сказали, что теперь процент в неделю и что, если я им денег не отдам, они мне уши отрежут, а потом матери и в универе расскажут, кем я работала… И ещё… - тут её снова затрясло. – И ещё, что меня… - девушка снова разрыдалась, закрыв лицо руками.

- Ясно.

Я подлил в стакан воды из пластиковой бутылки и придвинул ей. В принципе ситуация понятна, скорее всего, девчонка дело имела со шпаной, низшим классом группировки, мальчики на побегушках, так сказать. Волчки хоть и бандиты, но слово держат, выше оговоренного брать не будут. А здесь, видимо, самовольно парни навариться решили, из девочки бабла потянуть. Видно же, что с ней прокатит. Но вот что-то я не уверен, что старшие об этом в курсе были. Странно, что ей никто из друзей не предложил с волчками поговорить нормально. Хотя у неё и друзья, судя по всему, такие же, как она. – Продолжай.

- Ну вот… У меня таких денег нет, и мне их не заработать даже. Я через Алину квартиру сняла, маму в другую больницу перевезла, платную, чтобы её не нашли. Ей нельзя волноваться, понимаете? – докурив сигарету, девушка нервно рвала пальцами фильтр. – Амулет через знакомую гадалку сделала, чтобы они меня не нашли.

- Что за гадалка?

- Ну… - девушка замялась, явно не желая кого-то сдавать.

- Ты уже всё рассказала, у нас эксперты всё равно вычислят. Так что просто облегчи нам работу.

- Тамара Игоревна, на проспекте Просвещения живёт.

- Ага, — кивнул я. – Теперь такой вопрос: что ты делала прошлой ночью в гаражном массиве в Девяткино?

- С работы шла, а там в гаражах стоят эти… Они меня увидели и побежали, я от них еле оторвалась. Один меня схватить попытался и куртку порвал.

«Тогда и амулет с шеи сорвался», - подумал я.

– Вот я и подумала, - сбивчиво продолжила девушка, - что они меня нашли и вас за мной на работу прислали. - Она виновато потупилась. – Извините за поднос.

- Бывает, – отмахнулся я. – А кто конкретно с тебя долг тряс, не знаешь?

- Одного знаю, — девушка чуть задумалась вспоминая. – Светлый такой, лицо у него неприятное, Яриком, вроде, зовут.

- А кличка? – девушка снова задумалась.

- Рябчик, вроде так.

- Понятно. А кого ты там не кусала? – спросил я, припоминая ей случайно оброненную на эмоциях фразу. Вздохнув, понимая, что отпереться уже не выйдет, Катя сказала:

- Маму. Лечение не помогло. Ей врачи дают три месяца. Вот я и хотела её укусить, ну, тогда же с ней всё хорошо будет. Но это ведь незаконно?

- Незаконно. Но ты можешь написать просительную. Совет старших её рассмотрит и примет решение, разрешать тебе или нет, но надеяться особенно не стоит.

- Правда? – в глазах девушки загорелась неподдельная радость. – А как?

- Я скажу, чтобы к тебе в камеру секретаря прислали, он оформит всё.

- Правда? Спасибо! – обрадовалась она, но тут же спохватилась. – В смысле в камеру? Меня судить будут?

- Маловероятно, но ты всё ещё главная и единственная подозреваемая по делу об убийстве твоей сокурсницы Анастасии Вороженковой.

- Насти? Я её не убивала, правда! – воскликнула она. В уголках глаз у девушки снова заблестели слёзы, хотя, казалось бы, куда уж больше.

- Похоже на то, – ответил я. – Но это ещё доказать надо. Если этот твой Рябчик подтвердит всё, то единственное, что тебе грозит – это за амулет. Но там не очень много, скорее всего, отделаешься условным. А теперь ответь ещё на несколько вопросов.

Закончив допрос, я поднялся со стула.

- Ладно. Тебя сейчас в камеру проводят, нормально всё будет, если не врёшь. И ещё, — я кивнул на ожоги на запястьях девушки, — за это извини, работа такая.

И, не дожидаясь ответа, вышел из допросной. Быстрым шагом протопал в кабинет, взял досье Екатерины, а затем снова вышел в коридор. Там, спустившись в архив, быстро запросил у уже сонной Зои Ивановны досье оборотня. Бегло пролистав личное дело Рябчикова Ярослава Дмитриевича, я вернул его архивариусу вместе с ранее взятым делом официантки и вышел за дверь. По пути быстро заскочил в секретариат и попросил отправить Кате человека для оформления прошения. Уже на проходной достал телефон и набрал нужный контакт. Через несколько гудков в трубке послышалось хриплое:

- Алло.

- Здорова, не спишь?

- Нет, чё хотел?

- Разговор есть, могу подъехать через полчаса примерно?

- Давай, жду.

Сохатый, а точнее, Сохатов Геннадий Вячеславович, был одним из смотрящих за шпаной у волчков. Собственно, к нему у меня был не только разговор, но и, возможно, дело, если он, конечно, согласится. А он обязательно согласится. Всё-таки мы с ним давно знакомы, и я ему один раз неплохо так помог, так что он теперь мне должен.

Выйдя на улицу, где уже начало светать, я почти сразу же поймал красную «Ладу» с шашками и номером службы такси и прыгнул в неё.

Глава 5. Волчьи трущобы

Уже спустя полтора часа я в компании высокого седого мужика со сломанным носом стоял в подъезде одной из типовых многоэтажек в Мурино и зажимал кнопку звонка. Через несколько минут дверь распахнулась. На пороге показался тощий заспанный парень лет восемнадцати с коротким ёжиком светлых волос и каким-то туповатым, вытянутым лицом, испещрённым прыщами.

- Чё трезвонишь, на? – прорычал он. – В бубен дав…

Вместо ответа я ударил его правой, серебряный кастет впечатался в скулу, парень, вскрикнув, упал на задницу. Кожа оборотня порозовела в месте прикосновения металла, всё-таки эти твари тоже чувствительны к серебру, хоть и не так остро, как вампиры. Парень затряс башкой, прижимая ладонь к обожжённой щеке. Я пнул его в морду, опрокидывая на пол, и сразу же наподдал по рёбрам. Тяжёлый армейский ботинок заставил того съёжиться от боли на полу.

- Ну здорова, Рябчик, – прошипел Сохатый, проходя за мной в квартиру и закрывая дверь.

- Сохатый, ты чё? – просипел парень, утирая кровь, капающую из разбитого носа.

Я снова пнул его под дых, и тот опять свернулся калачиком на линолеуме. Схватив парня за майку, которая предательски затрещала, я потащил его в скудно обставленную явно подержаной, советской еще мебелью комнату. Бросив его на полу, я сел в старое кресло, развернувшись к парню.

- Вы чего, мужики? – испуганно хрипел тот, не понимая, что происходит. Но тут ему в спину прилетел ещё один пинок, заставив ткнуться лицом в пол.

- Ты чё, падла, делаешь? – злобно прошипел Сохатый, входя в гостиную. – Опрокинуть меня решил? Я те лох, что ли, какой-нибудь? – ещё один удар, на этот раз синим от партаков кулаком. Парень вскрикнул, хватаясь за левый глаз.

- Ты чего, Сохатый?! Да я никогда!

- Заткнись, падла! – ещё один удар, на этот раз ладонью по уху. – Репутацию портишь, дела за моей спиной ворочаешь. Нюх совсем потерял?

Гена снова поднял руку, но я остановил его.

- Хорош пока.

Парень тут же отполз и теперь затравленно смотрел на нас из угла, не зная, за какую повреждённую часть лица держаться. Кровь из носа капала на порванную майку, ухо покраснело, а в глазу видно было лопнувший сосуд.

- Вы… Ты ч-чего Са-хатый? – от страха он начал заикаться. – Я-я бы никогда!

- Никогда, говоришь? – саркастично переспросил я, вставая с кресла. Присев рядом с Яриком на корточки, я поправил кастет. – А Катю Козянкову помнишь? Девочка денег у вас в долг брала. И всё вернула, да вот только оказалось, что не всё, да? Проценты какие-то неожиданно появились, угрозы пошли. Что ты там ей обещал? Уши отрезать, да?

- Д-д-да я же как лучше хотел… я…

Я ударил его в зубы, голова оборотня мотнулась назад и стукнулась о стену. Красные слюни запузырились на подбородке.

- Как лучше? – оскалился Сохатый, обнажая несколько металлических зубов. – Ну так а чё ж бабос мимо меня шёл, она же вам пару раз занесла?

- Да я…

Я снова двинул утырку в челюсть. На этот раз вместе с кровавой слюной на пол выпал зуб.

- Прошлой ночью в гаражах вы за ней бежали?

- Мы, – кивнул Рябчик.

- Чё делала она, видели?

- Видели.

- Ну так рассказывай! – я ударил его по рёбрам.

- Ай! Н-ну она в гаражи откуда-то шла, мы за ней п-пошли. Сказали долг вернуть, она втопила. М-мы за ней. Я её почти поймал, но вырвалась. Вёрткая, зараза, - я снова ударил его в живот, и парень, заскулив, согнулся пополам.

- Сохатый, есть за ней долг? – обернулся я к Гене. Оборотень отрицательно покачал головой. – А ты, Рябчик, что скажешь? Есть за ней долг ещё? – тот помотал головой. – Не слышу! – я ударил его по бедру, оставив на коже розовый отпечаток и обгорелые волоски.

- Н-нету!

- Отлично. Ещё хоть шаг в её сторону сделаешь – уши отрежу и сожрать заставлю, – прошипел я парню на ухо. – Теперь если её встретишь – то на другую сторону улицы переходи, понял? И друзьям своим, утыркам, передай, – парень закивал. – Опять не слышу! – занёс я кастет.

- Д-да, понял-понял!

- Вот и хорошо. Пойду я, а вы дальше тет-а-тет побеседуйте.

- Не надо! – парень испуганно пополз к стене, видимо, пытаясь забиться в какую-то щель. Я встал и, убрав кастет обратно в карман, протянул Сохатому руку.

- Ладно, Ген, спасибо. Давай, увидимся, – я пожал оборотню ладонь.

- Не на чем, Макс, до скорого.

Выйдя из подъезда, я вынул ещё одну сигарету и прикурил. Город заливал серый рассвет, а небо затянули тучи. Часы показывали 5:07. Поплотнее запахнув пальто, я направился пешком вдоль тротуара. Настроение было максимально паршивое. Начиная от того, что я безумно хотел спать, и заканчивая тем, что все зацепки по делу нулёвые. Девчонка явно не убийца, связи с жертвой у неё, как выяснилось из допроса, никакой не было, так, видели друг друга, знали, как зовут, и иногда здоровались. Всё. Алиби, если это так можно назвать, на все подозрительные моменты есть. И куда теперь копать и что делать – неизвестно. Ладно хоть помог ей немного, не надо теперь от этих гнид прятаться. И так на её долю дохрена и больше дерьма пришлось. Что-то я уж слишком сердобольным и раздражительным от недосыпа становлюсь. Надо домой ехать, завтра ещё от начальства взбучку получать за переполох в клубе.

Здесь такси пришлось искать дольше, но минут через пятнадцать, нашёлся фордик, на котором я и поехал домой, чтобы постараться отоспаться в оставшиеся мне несколько часов.

Глава 6. Новая жертва

Поспать нормально мне так и не дали. В девять утра из сна меня вырвал звонок мобильника. Я долго продирал глаза, так что звонок сбросился автоматически. Но как только я взял телефон в руки, даже не успев посмотреть, от кого пропущенный, мне тут же позвонили снова. Собственно, откуда ещё, как не с работы?

- Слушаю, – голос ото сна у меня был ещё сиплый.

- Доброе утро, Максим, — бодро поздоровался Петрович, — сегодня в восемь двадцать пять в Мурино труп нашли, следователи сказали, что подходит под твоё дело. В общем, приказ съездить посмотреть.

- А сейчас-то сколько? – спросил я, сев на диване и откинув одеяло в сторону.

- Девять, Максим, девять. Что, ночка бессонная выдалась?

- Вроде того, – ответил я, почесав голый живот.

- Давай я за тобой машину через полчаса пришлю, успеешь?

- Ага, спасибо.

Я скинул трубку и, уронив лицо в ладони, застонал. Затем взял с подоконника рядом с диваном пачку «мальборо» и, закурив, откинулся на спинку. Если второй трупешник тоже достанется мне, то это просто отвратительно. Не серийник ли завёлся? Надеюсь, что нет, и это просто формальная перестраховка, ну и бонусная ранняя поездка от начальства, так сказать, за вчерашнее. Докурив, я сходил в душ – вчера-то сразу в постель бухнулся - в ванной мельком глянул на помятую морду в запотевшем зеркале. Надо бы побриться, но сейчас некогда. Бегом сделав все утренние дела, я, прыгая через ступеньки с бутербродом в зубах, уже спускался к ждущей меня чёрной машине. Пальто после вчерашней схватки с подносом в клубе было липким и воняло спиртом. Поэтому его пришлось бросить на пол, наказав себе не забыть отправить несчастное в химчистку, и сменить на кожаную куртку, подбитую изнутри мехом. Утро было пасмурным, серые, постепенно темнеющие облака затянули небо плотной простынёй, а стёкла уже начали царапать капельки мороси.

Когда мы приехали на место – опять забытый богом маленький гаражный массив, практически примыкающий к лесополосе, - я уже заметно поник. Потому что вокруг не было ничего, кроме драного пустыря. Похоже, местные гаражи служили просто складами всякого хлама, за которым приезжают, дай Бог, раз в год. Ладно, сейчас посмотрим, что там к чему, очень надеюсь, что выйдет отбрехаться от этого покойника. Но отбрехаться не вышло, практически сразу аур-эксперт встретил меня со словами:

- Здесь следы все затёрты, подчистую.

- Ясно, давайте я на тело гляну, и будем уже сворачиваться, кивнул я, шагая за одним из полевых следователей. Молодая девушка, примерная ровесница прошлой жертвы, лежала посреди дороги, лицом в грязи. Мелированное каре уже промокло от дождя. Одета она была в некогда бежевый, теперь мокрый и весь перемазанный в крови и земле тренч, одна пола которого задралась, открывая длинное белое платье, сейчас больше похожее на грязную занавеску. Такие же белые туфли на высоких шпильках зарылись носами в грязь.

- Рядом с телом найдены сумочка и телефон, – начал следователь, теребя манжеты серого форменного пиджака. – Устройство разбито, не включается. Уже отправили в техотдел на восстановление.

- Ясно, спасибо.

Я присел рядом с телом и, надев поданную мне одноразовую перчатку, перевернул его. Ну япона мать! Горло было разорвано так же, как и у прошлой девицы.

- Криминалист сказал, что предварительно её сзади полоснули, когда убегала, видимо, – пробурчал за спиной следователь.

- Понятно, — вздохнул я. – Территорию всю прошли? – следователь кивнул. – Следы ауры, или хоть камеры, может, есть?

- Нет, ничего. Здесь весь кооператив подчистую вымыт. А камеры тут на хрен никому не сдались.

- Плохо. Амулетом, что ли?

- Вроде так сказали. Но это они уже точно заключение пришлют, – пожал плечами следователь. – Ну что, берёте?

- Беру, – я со вздохом поднялся. – Ну, тогда больше нечего здесь делать. Все улики, протоколы и прочее уже пусть мне пересылают.

- Ладно, заполним по дороге или в отделении? А то тут вон капает, не хотелось бы бланки промочить, – следователь указал на моросящее небо.

- Давайте по дороге.

Пройдя в машину к следователю, я по пути в отделение заполнил все необходимые бумаги о передаче дела и включении его в моё вчерашнее. А по приезду первым делом направил из кабинета запросы на личное дело, переписки и прочую ересь. После чего под аккомпанемент урчащего живота протопал в столовую. Завтракать. Но на полпути к едальне меня перехватила секретарша нашего горячо любимого генерал-майора со словами:

- Максим, доброе утро! Тебя на ковёр.

Горестно вздохнув, я повесил голову и поплёлся вслед за Светой, миловидной брюнеткой сорока лет со слегка вьющимися волосами, убранными с лица невидимками. Когда мы оказались перед кабинетом начальства, она оправила белую блузку, словно собираясь войти вместе со мной, но, вопреки моим надеждам, просто села за свой столик.

Постучав, я вошёл внутрь, где за длинным т-образным столом сидела мужчина, тоже лет сорока, в строгом сером костюме-двойке. Буквально каждая деталь его внешности и окружающей обстановки была выглажена, словно койка в армии. Начиная от ровных, коротко выбритых висков русых волос и заканчивая идеальным порядком на столе. Он сидел в кожаном кресле, за его спиной, помимо флага и герба, висело распятье.

- Марцинов! – грозно глянул он на меня, упирая ладони в стол, словно собираясь встать.

- Здравия желаю, Евгений Васильевич! – ответил я, вставая на противоположном конце стола. Судя по гневно сверкающим глазам, меня явно ждал шторм.

- Ты что вчера устроил в «Фонаре», а?! Тир себе нашёл?!

- Никак нет.

- Ты знаешь, чей это клуб?! Кто мне вчера звонил за сорванный вечер, а?! – начальник встал из-за стола и принялся возбуждённо расхаживать по кабинету. – Твоё ведь счастье, что нас просто попросили больше не дурить так. Ты на хрена это вчера сделал? – конечно, я мог ответить на все вопросы, но решил ограничиться только одним.

- Подозреваемую задерживал, по убийству.

- Ну как, задержал? Ты в потолок на кой шмалять начал, скажи?

- Была попытка бегства, другого варианта не было, – пожал я плечами.

- Варианта у него не было! Я у тебя все убытки из премии вычту, понял? Тебе если пострелять охота, так я тебя обратно в штурмовой отряд закинуть могу, хочешь? – я помотал головой в ответ.

- Ладно, – поуспокоился Андрей Васильевич. – Ещё раз такое вытворишь – я тебя на весь сезон могильников в болотные егеря разжалую и премии лишу, понял? А пока чтобы через час рапорт по вчерашнему инциденту у меня на столе был, ясно?

- Так точно, – кивнул я.

- Отчёты, кстати говоря, за прошлый месяц где?

- В работе, к концу недели точно сдам.

- Если в пятницу их у меня не будет, то на премию не рассчитывай.

- Понял, – я снова кивнул.

- Свободен.

Начальник махнул рукой и, усевшись за стол, начал что-то искать в ящиках и недовольно сопеть, всем своим видом показывая, что я явно здесь лишний. Не дожидаясь новых выговоров, я быстро выскочил из кабинета.

- Ну как, сильно влетело? – спросила Света после того, как я прикрыл дверь

- Да так, как обычно... – улыбнулся я. – Я тебе рапорт сегодня пришлю, распечатаешь, отнесёшь ему, пожалуйста? А то работы по горло.

- Хорошо, – кивнула секретарша.

- Спасибо.

Я поблагодарил женщину и наконец направился в столовую. Уже жуя омлет, просто смотрел в одну точку, раздумывая. Итак, что мы имеем? Два трупа в разных гаражных массивах, обе девушки одеты так, будто собирались в ресторан, но при этом попали в места убийства по собственной воле. Характер ран тоже одинаковый, горло у обоих вскрыто как будто когтями или же чем-то тупым. Убийца тщательно заметает следы, используя для этого амулет. Но при этом девушки никак не связаны с магическим миром. Тогда какой мотив у убийцы? Убийства явно тщательно спланированы, а обе жертвы до последнего момента были уверены в своей безопасности. При этом зацепок никаких нет. Придётся шерстить круг общения, возможно, копать куда-то в прошлое. Боже, как я это всё ненавижу! Допив кофе с молоком, я выбросил бумажную посуду в мусор и, вернув поднос на место, отправился к себе в кабинет.

Убитую звали Каремцева Алина Олеговна, двадцати двух лет от роду. Нигде не училась, но тоже приезжая, Ростов-на-Дону. Из института, где получала образование детского психолога, забрала документы по собственному желанию. Постоянной работы также нет. Квартиру снимает, не замужем. Не найдя ничего особо интересного, разве что подметив, что эта девица тоже не работает, а шмотки у неё хорошие, я сразу открыл переписки погибшей.

Оказалось, что Алина Олеговна - содержанка стопроцентная и бесповоротная, уже сделавшая это своим образом жизни и заработком. В переписках я нашёл немало престарелых ухажёров, но выделился только один диалог в «ватсаппе», с неким Валерой Программистом, выглядевший примерно так:

«(сообщение удалено)

Привет

(сообщение удалено)

Сегодня вечером, да, свободна. А что?

(сообщение удалено)

А почему там? Жены боишься? Хах. Куда поедем?

(сообщение удалено)

(сообщение удалено)

Ладно, но поздно, конечно. Ты мне сам такси вызовешь?

(сообщение удалено)

(сообщение удалено)

Понятно. До вечерочка тогда! Целую!

(сообщение удалено)»

Так, а вот это уже интересно. Я быстро отправил запрос на пробив номера и на восстановление переписки. Что же там такого вчера писал убитой Валера Программист? И кто это вообще такой? Похоже, что я уже напал на верный след. Осталось только выяснить, как он связан с жертвой. Или с двумя?

Быстро открыв папку по вчерашней убитой Анастасии, я начал методично перекапывать всё, что было, но никаких переписок и контактов не обнаружил. Вернувшись ещё раз к Алине, я перечитал её старую переписку с программистом и пришёл к выводу, что он был одним из «папиков». Возможно, это та самая ниточка, связывающая двух незнакомых девушек, убитых при схожих обстоятельствах. Судя по всему, Валера Алину как раз и пригласил в эти самые гаражи. Ладно, сейчас и это узнаем. Я быстро отправил запрос на восстановление удалённых данных и с телефона Анастасии. Включив вытяжку, закурил и в ожидании ответа стал крапать рапорт, до сдачи которого оставался десяток минут.

Спустя некоторое время я вновь сидел в столовой и уплетал пюре с котлетой, имея на руках следующую информацию:

«Смирнов Валерий Антонович, тридцати трёх лет, работает программистом в Сбербанке, причём очень даже неплохо получает. Женат, имеет квартиру от государства (сам он выпускник детдома) и дачу под Петербургом, есть пятилетний сын. С обеими жертвами имел любовные отношения, неплохо их спонсируя, и он же пригласил каждую на роковое свидание в гаражи, обещая им несколько шикарных выходных и прочие золотые горы. Столь странное место встречи он мотивировал конспирацией от супруги. На телефоне первой жертвы – Анастасии - он всё почистил, судя по всему, лично. А вот с Алиной уже вышла накладка, скорее всего, телефон разбился и доступа к нему не было, так что наш программист решил ограничиться удалением всех следов только с одного из аккаунтов. Единственное, что не укладывалось в картину – это, опять же, мотивация, но с этим ещё можно решить, мало ли, он псих какой-нибудь или ещё что. А самое главное – амулет, стирающий ауру. Я пробил этого Валерия по всем базам, но ни он, ни его семья никак не связаны с магическим миром. Обычные себе граждане. К тому же, судя по экспертизе и результатам вскрытия, раны нанесены когтями. Большими когтями. Вот только чьими, и откуда здесь вообще эти два абсолютно инородных элемента? Вопрос крайне интересный и требующий ответов. Поиском которых я, собственно, и собирался заняться. На работу к программисту решил не ехать, а сначала - навестить жену дома и, пока мы будем ждать её благоверного, тоже с ней побеседовать.

Доев своё пюре, я направился к выходу из столовой, на ходу прихватив стаканчик сладкого зелёного чая. Выходя, глянул на часы у кулера – 15:49.

Глава 7. Жена, дети и дача

До нужного мне дома я добрался на метро. Дверь мне открыла симпатичная, высокая и стройная брюнетка. Из квартиры потянуло чем-то вкусным, и я порадовался, что успел пообедать. Иначе было бы очень неловко огласить лестничную клетку громким урчанием желудка.

- Добрый вечер, — улыбнулся я. - Смирнова Ольга Владимировна?

- Да, а что такое? – удивлённо и слегка настороженно спросила она. Я вытащил из внутреннего кармана куртки одну из нескольких корочек, нужных для работы с гражданскими, которые отношения к магии не имеют. А для всех остальных – серебряный крест.

- Оперуполномоченный Марцинов, — я показал ей удостоверение. – Не подскажете, а муж ваш дома?

- Нет, на даче, — она с непониманием уставилась на меня. – А что такое, с ним что-то случилось?

- Не переживайте, всё хорошо. Просто нужно задать ему несколько вопросов, – тут на площадке сверху щёлкнул дверной замок.

- Проходите, пожалуйста, – пригласила она меня в квартиру и поспешно прикрыла дверь. – Разувайтесь, проходите на кухню. Что случилось? Может быть, чаю или кофе?

- Нет, спасибо. Просто несколько штатных вопросов по поводу его коллеги. А чего ж это он в разгар рабочей недели на даче отдыхает? – я уселся за стол. Квартира у айтишника была ничего себе, просторная, светлая, да и еврик не из дешёвых.

- Он отгулы гуляет, там крыша протекла. А я с ним не поехала, потому что у ребёнка здесь кружки. Английский, гимнастика, – да, загружают они малыша по полной, конечно. - А что с коллегой?

- Пропал, на связь с родственниками три дня не выходил, на работе не появлялся. Вот тревогу и забили, теперь по протоколу всё окружение опросить должны.

- Ужас какой! – ахнула Ольга Владимировна.

- Вряд ли что-то страшное, наверное, просто ушёл в отрыв. Устал от серых будней, — улыбнулся я. – Не первый раз такое.

- Понятно.

- А можете мужу позвонить, если вас не затруднит?

- Да, конечно, – женщина засуетилась, ища телефон. Потом ушла в другую комнату и, вернувшись с устройством, набрала номер мужа. После короткого гудка ответом ей был механический голос: «Аппарат абонента выключен или находиться вне зоны действия сети». – Там со связью у нас плохо. Не знаю, занят ещё, может быть.

- Бывает, – кивнул я. – А не подскажете адрес дачи? Может, я доеду до него. Долго добираться на общественном?

- Да, конечно. А вы не на машине?

- К сожалению, ещё не заработал, – покачал головой я.

- Так а давайте, я вас подвезу? И Валеру заодно проведаю, наверняка там на одних своих дошираках сидит.

- Было бы отлично! – улыбнулся я. – Если вас не затруднит, конечно.

Вообще отлично не было, меньше всего я ожидал, что придётся тащиться за город, но что теперь поделать.

- Нет, конечно. Подождёте минуток двадцать, мне просто ещё собраться надо.

- Да, без проблем.

- Точно чаю не хотите?

- Точно.

Я опять вежливо улыбнулся, и домохозяйка скрылась где-то в недрах квартиры. С полчаса она сновала туда-сюда, наконец, выключив все кастрюли на плите, накинула лёгкую кожаную куртку и, проверив в сумочке ключи, позвала меня. На парковке мы сели в белый «хёндай» и поехали на место. Всю дорогу болтали ни о чём, Ольга старалась побольше вызнать о несуществующем коллеге мужа, но я всякий раз изворачивался и отделывался расплывчатыми ответами. Вскоре, когда мне это уже изрядно поднадоело, а надо сказать, язык у девушки был явно без костей, пришлось ненавязчиво сменить тему, плавно переведя разговор на ребёнка и его развитие. Это сработало, и остаток пути я слушал, как много английских слов уже знает Саша и что выбор у них сейчас между лицеем с математическим уклоном и гимназией с языковым. Ужас какой-то!

Так что я благодарил бога, когда мы остановились у забора из сетки-рабицы, за которым был ухоженный участок с аккуратным светло-жёлтым домиком свежей постройки. Ольга Владимировна открыла калитку, приглашая меня за собой, и мы прошли по гравийной дорожке к крыльцу. Там она постучала в дверь, но никто не открыл. Затем ещё раз.

- Валера! – крикнула она, забарабанив кулаком по дереву. – Спит, что ли?

Порывшись в сумочке, Ольга вытащила связку ключей и отперла дверь. В доме было пусто. Смятая, не заправленная постель в спальне, на кухонном столе несколько грязных коробок из-под роллов и одна разорванная упаковка «доширака».

- Странно, – она растерянно развела руками. – Может, в лес ушёл? – она выглянула в окно кухни, из него было видно навес, под которым стоял чёрный «мерседес». – Машина здесь.

- И правда. А у вас ягодный лес, что ли? – спросил я.

- Да не то чтобы, — пожала девушка плечами. – Черничник есть, осенью можно грибов найти, да и всё, в общем-то.

- А муж грибник?

- Ну так, скорее, горожанин-любитель. Грибы не ест, много не собирает, просто по лесу нравится ходить.

- Понятно. Можно у вас тут покурить? – спросил я, доставая из кармана пачку.

- Да, конечно, выходите на улицу, – кивнула она. – Только окурок выбросите в бочку с дождевой водой, ладно?

- Хорошо, спасибо, - кивнул я и вышел во двор. Что-то мне это всё не нравится, странно как-то. И муж пропал, и жена не в курсе, до него не дозвониться, но сообщения на «последнее свидание» любовницам приходят. Очень всё странно. Закурив, я начал медленно идти вдоль стены дома, разглядывая участок. Ничего необычного, небольшой садик с деревьями и ягодными кустами, мангал, стол с лавками. Наконец дойдя до стены дома, я решил осмотреть забор… и тут моё внимание привлёк нож.

Обычный, охотничий, как будто самодельный, он был воткнут в землю за домом. Я сделал шаг в его сторону и увидел, что земля рядом с ножом утоптана, причём не совсем похожими на человеческие следами, из-за мороси, капающей весь день с неба, всё размыло, и разглядеть что-то уже не представлялось возможным.

- Может, чаю хотите? – раздался у меня за спиной голос, и я чуть не подпрыгнул от неожиданности. И как она так незаметно подкралась?

- Ох, нет, спасибо, – улыбнулся я.

- Вы ждать Валеру будете? Просто мне через пару часов Сашу из садика забрать надо.

- Пожалуй, нет, — я прошёл к металлической бочке, полной дождевой воды, и бросил туда окурок. – Просто скажите ему, чтобы позвонил мне, – я вытащил из кармана блокнот, быстро нацарапал свой номер на листке. Вырвав бумажку, протянул её Ольге.

- Хорошо, я записку ему просто оставлю тогда.

- А давно он уехал?

Женщина задумалась.

- Так, сегодня четверг… В субботу, получается.

- Спасибо.

- Вы идите тогда к машине, Максим, я ему сейчас быстренько всё напишу - и поедем.

- Хорошо, - я улыбнулся и зашагал к выходу с участка.

Вернулся я в отдел уже в девятом часу, на посту дежурного был неизменный Петрович, заступивший в ночную смену. Поздоровавшись, я быстро прошёл в кабинет и отправил запрос на отслеживание мобильника Валерия Антоновича. Затем уже на улице набрал Паше.

- Да?

- Паш, привет. Срочно нужны переписки мужика одного, везде, особенно «ватсапп», до завтра сделаешь?

- Макс, ты же знаешь…

- Не начинай, Паш. Оплачу всё, дело срочное, – перебил я домовёнка.

- Хорошо, – обречённо вздохнул тот. – Присылай всё. Где встретимся?

- Пришли мне, по встрече я тебе завтра скажу, ладно?

- Хорошо.

- Всё, спасибо, жду.

Я повесил трубку и отправил ему смской данные айтишника. У Паши, благодаря его происхождению, есть уши и глаза везде, а проще сказать, куча хороших друзей, таких же домовых, как он сам. Вроде как один его приятель обитает в каком-то айти-офисе, или что-то вроде того, поэтому достать чужие переписки для Павлика не является проблемой, особенно если это обычный человек и опасаться его гнева нет причин. Так что завтра у меня будет вся информация о таинственном программисте-изменщике.

Пока всё максимально неясно, но одно я знаю точно: нож в земле — это не очень хорошо, если даже не сказать, из рук вон плохо. Не то чтобы это прям чёрная магия, но для хороших обрядов и благих целей его редко используют. Ладно, завтра будет видно, а пока домой. Спать.

Глава 8. Ночная засада

Утром на работе меня ждали две новости – хорошая и плохая. Плохая заключалась в том, что запеленговать мобильник Валерия не вышло и его местонахождение до сих пор неизвестно, также мне ещё никто не звонил. А хорошая – Паша прислал переписки, из которых стало ясно, что айтишник наш имел целых четырёх любовниц, на которых с удовольствием сливал бабло. Ну прямо султан с гаремом молодых девиц. Две из них – уже покойные Алина и Анастасия, в «ватсаппе» забитые как «Рома автосервис» и «Саня монтажник». Классический, но от того не становящийся менее эффективным прием неверных мужей. Ещё две пока живы, но одной из них вчера вечером была назначена встреча. Сегодня в полночь на забытой богом загородной остановке. Вот туда-то я и поеду, а точнее, отправлюсь на дачу к супругам - а к остановке отправлю дежурный отряд. Авось и перехвачу злоумышленника прямо на месте.

Ситуация всё ещё была мутной, но потихоньку прояснялась, а стать окончательно прозрачной обещала сегодня ночью. Непонятно, как наш Валерий пронюхал про магию, раз имеет амулет и пользуется обрядами. Завёл себе любовниц и непонятно зачем их убивает. Может быть, сектант доморощенный или колдун-чернокнижник? Начитался всякого, увидел, что работает, вот крышу и снесло. Оно и не удивительно, если нож он использует классическим способом, для изменения формы, то тут у любого крыша съедет. А форму он, скорее всего, меняет, раз горло девушкам когтями рвёт. Скорее всего, гены от родителей достались, а информации об этом нет, потому что он детдомовский. Ну что ж, узнаем все подробности совсем скоро. А пока стоило бы заняться делами, а то за несданные отчёты и правда в егеря подрядят, а несколько месяцев в тайге по болотам нежить агрессивную стрелять у меня желания нет никакого.

В итоге весь рабочий день я провёл в кабинете, на пару с Андреем, с которым мы делили помещение. Сегодня он обучал Марину тонкостям нашей бумажной работы, правилам и прочей бюрократической требухе. Потом к девяти подбросил меня на адрес любовницы, готовящейся идти на смерть, но у меня в планах было отменить её сегодняшний последний вечер. Когда я позвонил в квартиру, мне сначала долго не открывали, но потом на пороге появилась рыжая девушка. Один глаз ее был густо подведен - видимо, я как раз оторвал её от сборов.

- Вам кого?

- Полина Николаевна? – улыбнулся я, доставая корочку МВД. – Оперуполномоченный Марцинов. Вам знаком некий Смирнов Валерий Антонович?

- Да, а что такое? – насторожилась она.

- Сегодня он был задержан за мошенничество с банковскими облигациями, я хотел бы задать вам несколько вопросов.

Ещё где-то с час я мурыжил её, путая бесполезными словами, с умным видом записывая псевдопоказания на листочки в папку. Сначала девица испугалась, что и её загребут, ведь на мошеннические деньги, возможно, она и гуляла, поэтому была очень несговорчива. Но потом, поняв, что ей ничего не грозит, более-менее расслабилась. В итоге я сказал ей, что на свидания с Валерием Антоновичем она ближайшие несколько лет может рассчитывать только в СИЗО, затем попросил расписаться за всё и, попрощавшись, оставил девицу разочарованно смывать так и не законченный макияж.

Выйдя из подъезда, я закурил и выбросил все девичьи показания в урну. Теперь осталось самое важное и, надеюсь, последнее – поймать этого самопровозглашенного Джека Потрошителя и постараться, чтобы он ещё долго не вышел никуда, кроме прогулочного дворика. И то если очень повезёт.

Ночь была прохладной. Кутаясь в куртку, я сидел в кустах и наблюдал за домом программиста. Свет внутри не горел, когда я приехал. Вообще хотел пораньше прибыть, но чёртовы пробки вечно портят планы. Хорошо хоть дождя нет, а то за час я здесь бы уже до нитки промок. Конечно, в засаде сидеть мне не привыкать, но одно дело в чеченскую жару, а совсем другое здесь – апрельская ночь под Питером. За всё время моего нахождения здесь я ничего интересного не увидел. Только успел сетку кусачками надкусить, сделав себе лаз на случай разных внезапностей. Ничего, если до половины первого и дежурный патруль в гаражах ничего не увидит – можно сниматься с поста. Но тогда будет совсем грустно: как этого поймать-то, если не с поличным?

Часы показывали 00:05, когда в кармане у меня завибрировал телефон.

- Алло, Максим Игоревич! На месте был волколак! Успел скрыться в лесополосе. Мы отряд вызываем на место, будем лес чесать!

- Понял. Ко мне направьте машину, возможно, он сейчас сюда вернётся.

- Вас понял, отбой! – ответил дежурный и повесил трубку.

А вот теперь движение начинается! Даже адреналин в крови закипел. Если ублюдок решит сюда притащиться, то дам ему перекинуться - и уже как человека упакую. А то с одним «грачом» против волколака переть – форменное самоубийство. Кстати, о «граче». Я вытащил пистолет из кобуры и проверил патронник. Всё на месте, всё работает, предохранитель снят. Значит, ждём-с. Спокойную тишину ночи нарушали лишь редкие птичьи крики и шелест листвы. Я сидел в кустах, стараясь дышать как можно тише и весь превратившись в слух.

Ждать долго не пришлось, минут через двадцать я услышал приближающееся слева тяжёлое дыхание и треск ломающихся веток. Я затих. Вскоре антропоморфная тощая фигура перемахнула через забор и остановилась в тени дома, секунду в темноте блестели зелёные глаза хищника, а потом, с запозданием сработали датчики света, показав чудовище во всей красе, если так можно выразиться. Тощий, такой, что рёбра выпирали из-под шкуры, высокий и мохнатый волк с длинными передними лапами, которые венчали длинные когти, с вытянутой, как у борзой собаки, мордой, крадучись пошёл вдоль стены на задних ногах. Что-то он тощеват для волколака, каши, что ли, мало кушал?

Я медленно провожал фигуру стволом пистолета, стараясь даже не дышать и не отводя оружия ни на секунду. Остановившись у того места, где вчера был воткнут нож, тварь вдруг резко вскинула морду и принюхалась. Неужели почуял, гад? Я не двигался с места и, казалось, на эти несколько секунд полностью слился с кустом, как индеец в трансе. Но затем чудище успокоилось и, сделав шаг назад для разбега, прыгнуло. Перекувырнулось в воздухе, а на землю уже приземлилась… Надо же, Ольга! Конечно, ничего нельзя было исключать, но я был настолько уверен в виновности Валерия, что больше никого не брал в расчёт. Что же здесь происходит тогда? Ладно, некогда теории строить, пора брать виновных и всё у них самих спрашивать.

Женщина стояла обнажённой, почему-то внимательно вглядываясь в темноту. В сторону моего куста.

- Выходи! Я знаю, что ты здесь! – крикнула она.

Нет, это дешёвая уловка, меня таким не проведёшь. Она пожала плечами и вдруг кувыркнулась обратно, снова приняв звериный облик. Так, а вот это уже плохо! Если она что-то подозревает и сейчас пойдёт рыскать по кустам, то мне несдобровать. Ну где же, мать его, отряд, а? И тут волчица снова повела носом, затем чётко глянула в мою сторону и, оскалившись, рванулась вперёд.

Бляха! Я выпрыгнул из куста раньше, чем тощая туша его смела, разнося тонкие ветки ударами тяжёлых лап. Вырвав из левого кармана крест, я заорал, наводя на зверя пистолет:

- Стоять на месте, работает «Крест»! Стреляю на поражение!

Это не произвело никакого эффекта. Впрочем, попытаться стоило. Тварь развернулась, слегка забуксовав и грозно зарычав, и снова бросилась на меня. Я выстрелил. Громкие хлопки разорвали тишину ночи. Первая серебряная пуля прошила левую ключицу чудища, волчица заметалась, и остальные четыре прошли мимо. Дерьмо! Я снова рванулся в сторону, уходя с траектории атаки, но забыл про сетку и уткнулся спиной в забор. Тварь же ударом лапы снесла секцию забора и запуталась в проволоке. Пользуясь моментом, я разорвал дистанцию, нырнув в подготовленную мной заранее щель, и, вскинув пистолет, выстрелил ещё четыре раза. Снова половина мимо, но ещё две попали в правое бедро монстра. Тот взвыл.

Я прицелился в спину, но тут в меня прилетела сетка, которую волчица всё это время пыталась стряхнуть с лапы. Не то чтобы этот кусок был супертяжёлым, но скорость он набрал хорошую. Так что я потерял равновесие, подошвы ботинок заскользили по влажной земле, и я, нелепо взмахнув руками, плюхнулся в грязь. «Грач» улетел в маленькую лужу, я почувствовал, как лицо и куртку царапают острые кончики проволоки. Вот гадина, а!

Как раз в этот момент монстр прыгнул на меня, кое-как сбросив проволоку, я откатился в сторону, к сожалению, противоположную пистолету. Вскочив на ноги, сунул левую руку в карман, и осиновая рукоятка выкидного стилета скользнула в ладонь. Смешно, конечно, выкидной ножичек против огромной волчицы. Я просто рванул с места по участку, петляя, как заяц. Волколак бежал за мной, то и дело совершая безуспешные прыжки. Тут мне на глаза попалась поленница и прислонённый к ней черенок от лопаты. Ладно, погнали, другого выхода нет. Ну давай, скотина, повоюем!

Я подбежал к поленнице и, схватив черенок, с разворота ударил прыгнувшего на меня монстра. Отдача пошла в ладонь. Но палка выдержала, сбив вытянутые лапы оборотня в сторону, так что тот впечатал меня в стену своей тушей. Воздух выбило из лёгких, в глазах заплясали огоньки. Завоняло мокрой псиной. Я нажал кнопку. Серебряное лезвие ножа выскочило со щелчком, и я вогнал его в тело чудища наугад. Волчица взвыла от боли. Я попытался оттолкнуть её, но Ольга лишь крепче прижала меня к стене.

И тут на покрытую чёрной шерстью шею упала серебряная цепь. Тварь резко отдёрнули от меня, повалили на землю. Она завыла, но следом на волчицу накинули сеть из цепей, звенья которых были покрыты ярко светящимися синим рунами. Она попыталась вскочить, но ничего не вышло. Сеть пригвоздила чудовище к земле. Тут же её взяли в кольцо бойцы отряда быстрого реагирования, в чёрной форме, бронежилетах, касках и балаклавах, вооружённые автоматами.

- Лежать! Лежать, мля! Не дёргаться!

Я медленно сполз по стене на землю. Ко мне тут же подбежал медик, на ходу открывая клапан аптечки.

- Ты как, задела? – спросил он, падая на одно колено рядом со мной.

- Нормально вроде. Что-то вы долго, – ответил я, потянувшись в карман за сигаретами.

Эпилог.

- Ну, а дальше чё? – спросил Андрей, крутя на столе стаканчик из-под американо. Мы втроём сидели в столовой, и они с Мариной слушали мой рассказ.

- Ничего. Обратили её, подлатали. Я же всё-таки ключицу ей прострелил и в живот куда-то попал. А утром допросили прямо в госпитале. Оказалось, это она всех убивала. И мужа тоже грохнула и в лесу прикопала. Он же на дачу собирался с подружками кутить, а она, пока тот в душе был, случайно телефон взяла и сообщение открыла. А бабка у неё, оказывается, ведунья была, незарегистрированная, из деревни какой-то глухой. Поэтому Ольга про всякие вещи колдовские знала, но не применяла. А тут вот, с её слов: «Я ему ребёнка родила, готовлю, кормлю, стираю, убираю. А этот мудак по проституткам всяким шляется, подарки им дарит!» Вот так план мести и зародился. Она, как муж уехал, ребёнка спать уложила и тоже на дачу отправилась. Там обратилась, мужа задрала и в лесу закопала. А телефон в фольге держала отключенным, доставала только, чтобы встречи любовницам назначать.

- Да уж, отчаянные нынче пошли домохозяйки, – покачал головой Андрей.

- Девушки приезжали на такси, ждали любовника на мерсе, который отвезёт на курорт и задарит подарками, – продолжил я.

- А получали волколака и когтями по горлу, – закончил Андрей.

- Да. Ну мы бы так её и не поймали, если бы вторая жертва телефон при бегстве не разбила. Поэтому у неё не получилось ничего стереть.

- А как она, кстати, это делала? У неё ж когти были.

- Убегала домой, обращалась, стирала всё и возвращала телефон на место. У неё ведь даже амулет, стирающий ауру, был, сама сделала, правда, думала, что он людей и собак со следа сбивает. А пропажу мужа хотела замаскировать под нападение диких зверей в лесу. И жить себе дальше спокойно.

- Ужас! Хотя в чём-то я её понимаю, – задумчиво протянула Марина. – Муж у неё реально мудак конченый был.

- Это да, - кивнул я. - Ребёнка только жалко. Но его вроде бабушка с дедушкой заберут, точно не знаю. - Я почесал пластырь на расцарапанной проволокой щеке. – Но ведь, главное, актриса какая! Я ведь ей поверил, что она про мужа не знает ничего.

- Любая женщина, если она мать и жена – хорошая актриса, – констатировала Марина, снимая со стула свою куртку. – Так она, получается, оборотень?

- Нет, волколак. Оборотни – это те, кто такими родились либо их укусили. Они от фаз луны зависят, и у них существует бесконтрольное превращение, то есть они не осознают себя в волчьем обличии. А волколаки – маги, ведуньи или колдуны, у которых есть какая-то генетическая предрасположенность к смене обличия. Они могут в разных зверей превращаться, не только в волков. Они себя полностью контролируют. Один из популярных способов смены облика для таких – перекувыркнуться через железный нож, воткнутый в землю, – объяснил я, тоже вставая из-за стола. – Ладно, домой надо ехать. Андрюх, подкинешь?

Тот кивнул. Мы направились к выходу. Когда мы вышли из отдела, я заметил сидящую на ступеньках девушку. Она плакала, то и дело убирая с лица зелёные волосы. В руках девчонка комкала лист бумаги.

- Идите, я догоню, – сказал я и подошёл к Кате. – Отказ? – та подняла на меня красные от слёз глаза.

- Они сказали, что не в праве вмешиваться в естественный ход жизни! – зло выкрикнула девушка.

- Я знаю, они всегда так говорят, – я протянул ей мятую пачку сигарет. Несколько секунд она переводила взгляд с неё на меня, но потом всё-таки взяла одну.

- Если знали, что откажут, зачем было мне говорить такое сделать?

- Потому что ты бы всё равно об этом узнала, – я вынул последнюю сигарету и, прикурив, выбросил пачку в урну. – И хочешь сказать, не попробовала бы? – девушка молча кивнула. Немного помолчав, я сказал:

- Волчкам ты больше не должна, тебя Рябчик за спиной старших себе в карман разводил. Я сказал кому надо, больше с ними проблем не будет. Может, ещё извиняться придут, но это вряд ли.

- Спасибо, – девушка каким-то совсем детским жестом утёрла повисшую на носу каплю.

- Пожалуйста. Не сиди тут долго, иди лучше домой. Удачи.

Повернувшись к ней спиной, я зашагал к Ауди.

- Чё ты? – спросил Андрей, когда я плюхнулся на сиденье рядом с ним.

- Да ничё, — отмахнулся я. – Поехали-ка мы с тобой, Андрюха, по пивку и баиньки, – я потянулся, заведя руки за спину. Отбитые рёбра заныли.

- Поехали, всё равно три дня выходных перед командировкой, – пожал он плечами.

- В смысле? Какой-такой командировкой?

- Так ты всё пропустил со своей санта-барбарой, — ухмыльнулся Андрей. – Нас в какую-то деревню обоих хотят забросить, типа, дети там пропадать начали.

- Да бляха! – выругался я. – Ну, тогда точно по пивку!

Я по привычке опустил стекло, но вместо того, чтобы закурить, выбросил туда окурок. Фары двумя жёлтыми лучами разрезали ночь, и машина тронулась.