Ариэтта

Всем привет! Меня зовут Ариэтта! И я – теневая. У меня эльфийские заостренные уши, уж такими мы рождаемся, сиреневые волосы и фиолетовые глаза. Моя лучшая подруга феечка Стелла, а лучший друг такой же теневой, как я – Санглиммер, но все его зовут просто Глим. Мы все: теневые, феи и другие «волшебные существа» живем рядом с вами. Это наши тени мелькают, которые вы замечаете краем глаза; иногда, вы можете заметить отблеск на глади зеркала или, если посмотрите внутрь своих очков, то так же сможете уловить легкое шевеление где-то позади, а через секунду – раз и нет. Такие вещи люди быстро выкидывают из головы, и правильно! Мы о вас знаем, а вам о нас знать не обязательно. Хотя, конечно, мы в курсе, что у вас куча мифов на наш счет, тут ничего не поделаешь, ведь нам приходится вмешиваться в ваши дела и иногда нечто магическое может просочиться. Теневые служат прослойкой между всем волшебным миром, таким как феи, волшебники, призраки, домовые – все про кого вы знаете и небесной канцелярией. Мы следим чтобы волшебный мир сильно не вредил людскому, контролируем многие магические процессы, ну, и отчитываемся наверх, что очень хлопотно. Проводим так сказать, аналитическую работу как инспекторы. Но конечно, до своего кабинета, надо еще выучиться и дорасти. Я только отучилась в теневой академии и начала стажироваться в местной фирме, специализировавшейся на природных явлениях. Скука смертная, знаю. Но сказать, по правде, я и тому рада. Территориально я живу недалеко от большого города людей, и здесь же приходится работать. Мы можем ходить по вашим улицам, домам и квартирам, и вы даже не заметите нас. Вы нам тоже особо не мешаете, и мы так же стараемся не обращать внимания на вас, если это не нужно. А вообще наш дом скрывается в густом лесу. Человеку никогда не увидеть его, он может спокойно собирать грибы или лесную клубнику и думать, что он совсем один. А рядом сотни и тысячи теневых, со своими улицами, своими магазинами, барами и домами, и даже погодой. Роста мы одного, вот феи да, они крошки с ладонь. Домовые, в ваших домах, малыши до колен. А теневые практически как вы.

Так вот, как я уже рассказала, я стажируюсь в фирме «Люнель». И таких как я, девочек на побегушках, отправляют на самую пыльную и невозможную работу. Поэтому, сейчас я должна была усмирить дракона, чтобы он перестал плеваться огнем, и у людей наконец-то выпал снег.

Я стояла у пещеры дракона, которую он себе выбрал сотни лет назад, прямиком у черты города. Из пещеры издавались жуткие рыки, несло нестерпимом жаром, и чего греха таить, отвратительной вони. Я поморщилась и закашлялась от всего этого безобразия. Разумнее всего, было бы сейчас развернуться и уйти подобру-поздорову. Но увы, и ах. Я поправила свою рабочую туничку, набрала в грудь воздуха и зашла в пещеру.

Моим глазам представилась «чудеснейшая» картина: дракон, размером с одноэтажный коттедж лежал на полу, вытянув свою голову с длинной шеей как песик. Ноздри дракона странно шмыгали, и пару раз из них вылетали пузыри. Дракон покашливал, вздрагивая всем телом.

– Здравствуйте! – крикнула я погромче, чтобы дракон меня услышал. И даже помахала рукой. – Здравствуйте! Я из управления по контролю над климатическими условиями. Вы можете уделить мне немного времени?

– Вы хотите сделать мне рекламное предложение? – буркнул дракон, шевеля головой, и громко шмыгнув, втянув в себя воздух с очень характерным сопливым звуком.

– Рекламное предложение? – как дурочка повторила я растерявшись, – да, нет же... От вашего огня слишком прогревается воздух, понимаете? Снег должен был лечь три дня назад, а его всё нет. У простаков уже декабрь месяц.

Дракон жалостливо простонал:

– Что я могу сделать? Думаете, это так прост...

Вдруг дракон начал судорожно заглатывать воздух. Вдох, вдох, вдох...

Я, на всякий случай отбежала к стеночке пещеры, присела и прикрыла головы своими рабочими папками – так, словно, от них был какой-то толк. Примечание: абсолютно никакого.

Дракона же, наконец закончил вдыхать и разразился невероятной силы чихом. От этого из его пасти вырвалось огромное огненное пламя. Оно охватило всю пещеру и выплюнулось наружу, рассеявшись в небе. Я быстренько начала хлопать себя по животу и ногам, гася маленькие искорки, которые задели меня. Хорошо, хоть одежда не сгорела! Я даже не подумала, что-то взять с собой, вот дуреха. Ведь знала к кому шла.

– Будьте здоровы, – вежливо сказала я, слабым, не своим голосом.

– Будешь тут, – проворчал дракон, щёлкая челюстью. И опять с силой шмыгнув. – Я болен и болен давно. А всем на меня наплевать! Как сделать лето пожарче – так сразу ко мне все бегут, или пожарить что, слово я аэрогриль.

– Какая несправедливость, – покивала я головой, судорожно думая, что делать и что предпринять. Эх, в академии такому не учат. Но и вернуться на работу без результата, ну, никак нельзя. Засмеют. Или еще того хуже, решат, что я абсолютная неумеха.

– А вы лечитесь? – осторожно спросила я, оглядывая пустую каменистую пещеру. Только в углу валялись косточки каких-то мелких животных, отчего мне стало дурно, а так, всё выглядело очень грустно.

Дракон опять засопел носом, но чуть тише, чем раньше.

– Нет, дорогуша. Я не могу в таком состоянии отправится в волшебный лес, я же там всё спалю.

Мне мигом в голову пришло нужное решение.

– Я вам всё принесу! Или к вам надо пригласить кого-то? Вы знаете что вам нужно? – затараторила я, в предвкушении легкого окончания дела.

Дракон приподнял голову, и с надеждой посмотрел на меня мигнув своими красивыми золотыми глазами, как у моего друга, Глима.

– Нужно сходить к ведьме. Мне нравится Изольда, она живет чуть севернее опушки троллей. У нее большой бизнес, ты ее легко найдешь. Опиши ей мои симптомы – насморк, неконтролируемый чих с огнем...

Дракон начал опять вдыхать, я спряталась. Но, через пару вздохов, он облегченно выдохнул. Приподнялся, прошел к противоположной стене пещеры и громко высморкался в ее мох. Я проглотила завтрак, который подступил к моему горлу и как ни в чем не бывало, кивнула дракону, когда он вернулся.

– Хорошо, – покладисто произнесла я, – вернусь, как можно быстрее и с лекарством.

Я низко откланялась дракону и с облегчением покинула пещеру. Мне оставалось, лишь аккуратно спуститься по горе вниз, затем пройти через рощицу фей, там можно было срезать через портал – просто пройти через волшебное пространство между стволами двух сплетенных деревьев, и – я оказалась в нашем лесу. Здесь было лето. Мы могли делать любую погоду, и почему-то чаще всего останавливались на таком выборе. Зимы и снега нам хватало и в мире людей, но конечно, когда этот снег был. Молясь, чтобы не встретить кого с работы, я рысцой побежала в сторону опушки. Но, везение – не моя черта. Прямо перед большими деревянными резными воротами в земли троллей стоял мой коллега Криснель со своим младшим братом. Они были похожи, как две капли воды. Кстати, о воде – у Криса и его братишки были синие волосы и голубые глаза. Вы уже уловили закономерность? Нет? Ну, ладно, объясню – у всех в нашем лесу волосы и глаза одного тона или как следует сочетаются. Уж не знаю, почему. Говорят, что в других землях бывает по-другому.

Я попыталась пройти мимо них незаметно, бочком перебегая от одного дерева к другому, притворяясь невесомой прекрасной нимфой. Ага, как же.

– Ариэтта! – закричал Крис, махая мне рукой, – Ты уже закончила с драконом?

Я нехотя подошла к ребятам. Дело в том, что Крис был одним из лучших в фирме, лучший работник месяца, при чем не одного, а несколько подряд. Он мне еще в детском саду не шибко нравился, любимец всех нянечек.

Я сморщилась в ответ на его фразу.

– Пока нет, но у меня всё под контролем.

– Точно? – усмехнулся парень.

– А ты что здесь делаешь? – задала я быстро вопрос, чтобы не дать возможности ему засыпать ими меня.

Крис принял очень важный вид.

– Да, тут тролли устроили накануне шумную несанкционированную вечеринку, били в барабаны так, что даже простаки услышали и подумали, что гром гремит. Хотя, какой гром в декабре, скажи? Они так скоро будут думать, что у них очередной конец света. Снега нет, гром гремит...

– Снег скоро будет, я гарантирую.

Я тоже напустила себя самый важный вид, что могла, и взяв поудобнее рабочие папки, что были у меня в руках, кивнула Крису и его братишке, быстренько пошла по тропинке, дальше, обогнув опушку.

– Хоть бы больше никого не встретить, – бормотала я себе под нос, бредя по дороге.

В глубине зачарованного края, где реальность сплетается с волшебством, раскинулся дивный лес — обитель фей и таинственных созданий.

Я ступила на узкую тропинку, пришлось свернуть, чтобы не потерять северное направление и тотчас лес окутал её шёпотом древних деревьев. Могучие дубы, словно стражи веков, склоняли ветви, украшенные искрящейся росой. Между стволами порхали световые блики — то феи играли в прятки, оставляя за собой радужные следы.

Тропинка вилась, будто серебряная лента, среди зарослей папоротника, чьи листья шелестели тайные заклинания. По обе стороны распускались цветы невиданной красоты: алые бутоны светились в полумраке, а голубые соцветия напевали тихие колыбельные.

В воздухе плыли ароматы мёда и лунных трав. То тут, то там мелькали крохотные огоньки — это светлячки-помощники несли послания от одной феи к другой. Из‑за мшистого валуна выглянул любопытный эльф, тут же спрятался, но вскоре вновь показался, кивнув мне в знак приветствия. Я быстро ускорила шаг.

Над тропой нависали арки из плюща и дикого винограда, а между ними висели хрустальные капли — застывшие слёзы утреннего тумана. Порой раздавался звонкий смех: это водяные феи резвились в невидимых ручьях, пробивающихся сквозь корни.

Чем дальше я шла, тем гуще становился волшебный сумрак. Деревья перешёптывались на языке, понятном лишь хранителям леса, а в их кронах мерцали звёзды, будто осколки небесного свода, упавшие на землю.

Наконец тропинка вывела её к избушке ведьмы Изольды. Дом прятался среди вековых елей, его крыша порос мхом, а окна светились тёплым янтарным светом. Вокруг росли странные растения: светящиеся грибы, цветы с глазами, что следили за каждым шагом, и травы, шепчущие заклинания на ветру. Я здесь еще ни разу не было и поэтому слегка волновалась.

Остановившись и вдохнув аромат волшебства, я постучала в дверь, за которой таились тайны, еще мне неведомые.