Армия Света и Тьмы

Среди руин заброшенного города, одного из многих, затерянных в джунглях Куша к югу от реки Зархебы, внезапно обнаружилось движение. Словно сами древние камни восстали из мёртвых, оживлённые могущественной магией. Но нет, эти камни двигали могучие руки – или, скорее, лапы, – принадлежавшие созданиям из плоти и крови. Они называли себя змеядами, истинными детьми бога-змея Сета. Хотя похожи были больше не на змей, а на огромных ящеров, которые когда-то, на заре своей эволюции, встали на задние лапы и сделались прямоходящими, совсем как люди. Но змеяды намного крупнее людей и сильнее. Любой из них способен уложить самого могучего воина-человека, если тот замешкается, одним ударом своего хвоста.

Могло бы показаться, нет на свете силы, которая была бы в состоянии внушить ужас таким могучим тварям. Но если бы здесь и сейчас нашёлся кто-либо способный читать по лицам – мордам? – этих ящеров, он бы увидел там смятение и страх.

Десятки, сотни, а возможно, тысячи змеядов выходили на поверхность из пещер, которые им стали домом. Они знали: здесь, на поверхности, мир принадлежит людям, злейшим врагам их расы. Людей стало больше, намного больше, чем змеядов, они оказались сильнее и сумели завоевать расположение Сета. Сам Великий Змей отверг своих истинных детей в пользу приёмных. Змеядам ничего не оставалось, как попрятаться в пещеры под землёй.

Так что же их заставило, десятки тысяч лет спустя, вновь выйти на поверхность, в мир людей?

Никто из них не знал ответа. Их гнал неведомый и непонятный ужас, какого прежде не встречали, даже не могли себе представить.

Один лишь старый жрец по имени Фраисс, казалось, избежал всеобщей паники. Он стоял на коленях в пещере, которая всегда служила храмом, и молился изваянию из чёрного камня. Это изваяние, однако, не имело ничего общего со статуями божеств, известных людям. Фраисс стоял на коленях перед змеевидным телом, состоящим из сегментов, как будто сложенных друг с другом. Изваяние тянулось вдоль стены всей огромной пещеры, выходило из стены и уходило в стену – у него не было ни начала, ни конца.

Другой змеяд по имени Саисс подошёл к коленопреклонённому старику и произнёс:

– Отец! Мы должны идти. Все уже наверху. Мнассия велела мне вернуться за тобой.

– Я остаюсь, – отозвался Фраисс, – а ты спеши наверх и береги её. Весь наш народ. Древняя магия, которую я передал тебе, поможет вам выжить среди людей.

– Но отец! Ты погибнешь здесь! Чем бы это ни было, оно несёт не просто смерть – развоплощение души!

Коленопреклонённый змеяд, не оборачиваясь, медленно покачал головой.

– Я уже слишком стар, чтобы менять дом и веру. Я поклоняюсь Древнему Червю. Чем бы это ни было, Древний Червь защитит меня.

Саисс бросил горький взгляд на изваяние, которое тянулось сквозь пещеру, не имея ни начала, ни конца.

– Отец. Древний Червь не защитит тебя. Он мёртв! Никто не знает, сколько эонов прошло с тех бесконечно далёких времён, когда он и такие, как он, были живы и строили пещеры под землёй. Сейчас он всего лишь… окаменелость. А Великий Змей Сет жив! Мы вернёмся к нему и попросим прощения. Это же не мы отступились от Сета, а наши предки! Мы докажем свою верность, и Змей снова примет нас.

Зависла тишина. Молодой змеяд протянул руку к плечу отца и учителя, но не коснулся, остановил руку в последний момент. Рука бессильно упала. Саисс понял, что все уговоры бесполезны.

– Ты сведущ в магии, но вспыльчив, легкомыслен и наивен, – глухо заметил Фраисс. – Тобой легко управлять. Это путь к твоей гибели. Во всём слушайся сестру, доверяй только ей, никому больше. Она старше и мудрее. Мнассия сумеет найти верный путь для всех вас. Ступай!

***

Джунгли встрепенулись посреди ночи, как от пожара. Но причиной тому был не огонь, а змеяды. Они сметали всё на своём пути. И убивали всех, кто имел несчастье повстречаться им. Самые сильные звери – львы, леопарды, медведи, слоны и даже питоны, способные проглатывать человека за раз – были растерзаны могучими лапами, погибали от ударов огромных хвостов и длинных, тяжёлых волнистых мечей. Встревоженные этим беспорядком крокодилы выползали на берег, но только осознав, что объявился хищник, с которым даже им не совладать, прятались обратно в воду.

Крокодилы уцелели, как всегда. Если бы они могли мыслить, говорить и помнить времена давным-давно минувших эонов, они многое бы рассказали этой агрессивной молодёжи про тех гигантских червей, которые когда-то правили под землёй и строили великие пещеры.

Словно волны огня, первые отряды змеядов обрушились на деревни кушитов. Убивали всех подряд, людей – как зверей. Сильные воины Куша пытались организоваться, дать отпор, но полегли почти мгновенно. Никто не был готов к такому нашествию «демонов», как сразу назвали туземцы неведомых ящеров.

Спаслись только те, кто успел взобраться на высокие деревья. В пещерах, где жили змеяды, большие деревья не росли, поэтому ящеры вверх не глядели.

Среди спасшихся была женщина по имени Айша, жена вождя племени, который погиб, пытаясь отстоять их дом. Она умела быстро соображать, ещё быстрее – лазать по деревьям. Как только её муж ринулся в свой последний – безнадёжный – бой, Айша схватила их четырёхлетнего сына Нгему, велела крепко держать её за спину и вместе с ним вскарабкалась вверх, так высоко, как только можно, чтобы не свалиться в лапы к тварям.

Сидя среди ветвей, Айша видела, как невесть откуда взявшиеся демоны убивали и терзали всех её сородичей, оставшихся внизу. А некоторых прямо так и пожирали, заживо. Она ничем не могла им помочь. Она могла только молчать. Наученный ею, молчал и Нгема. Ребёнок тоже был смышлёный, и он понимал: единственный способ выжить и спастись от демонов – это затаиться. Что бы ни происходило там, внизу.

Сидя высоко среди ветвей, Айша с удивлением обнаружила, что демонам знакома человеческая речь. Они говорили с шипением и свистом, но всё-таки на некоем подобии стигийского, который Айша понимала.

Два демона остановились под деревом, где пряталась она с сыном, и один сказал другому:

– Все наши словно обезумели! Мнассия, почему ты не остановишь их? Нужно навести порядок.

И второй ответил первому:

– Наш отец учил не отдавать приказов, которые никто не станет исполнять. Все слишком напуганы. Перебесятся и успокоятся. Когда они устанут убивать, порядок наведётся сам собой.

Голос у первого демона был низким и хриплым, а у второго, которого первый назвал «Мнассией», намного более высоким, с присвистом. И Айша поняла, что это – женщина, если такое возможно среди демонов.

Оба имели гладкую кожу, покрытую мелкой чешуёй грязно-стального цвета. У обоих были хвосты такой же длины, как их ноги. Правда, у второго подлиннее, но он и сам повыше ростом. Голову первого демона венчал небольшой реликтовый гребень, а спереди между ног заметен был лишенный чешуи отросток около половины локтя длиной. У второго ни отростка, ни гребня не оказалось. Зато хвост на конце раздваивался, а черты лица — морды? — казались более мягкими. Ни ушей, ни волос, ни губ Айша у них не заметила. Рты — пасти? — тянулись от одной стороны лица до другой, усеянные мелкими акульими зубами — клыками? — а меж зубов бегал черный раздвоенный язык.

Рассматривая их, Айша испытывала омерзение и страх. Ей хотелось зажмуриться, проснуться и никогда больше ничего такого не видеть. Но она смотрела вниз, стараясь никак, ничем не выдать себя им.

Второй демон вдруг поднял голову. И встретился взглядом с Айшей. Глазищи у демона были огромные! В желтых яблоках плавали вытянутые белые зрачки. Жена кушитского вождя не ждала этого, её поглотил ужас, дыхание остановилось, сердце словно превратилось в камень, а мысль была единственная – о сыне. Как теперь спасти Нгему?

Но Мнассия, молча посмотрев в глаза кушитской женщине, вскоре отвёла взгляд.

– В древних манускриптах пишут, будто наши предки вышли из океана. Но никто из нас его не видел. Пойдём же, Саисс! Я всегда мечтала посмотреть на океан.

И они ушли, ничего ей не сказав и не сделав. Приходя в себя от пережитого только что ужаса, Айша подумала: какие странные демоны! Убивают с перепугу, рассуждают, словно люди, и мечтают посмотреть на океан. Откуда они вдруг взялись? Не из-под земли же вылезли! И чего ещё можно ждать от таких?

Айша с сыном Нгемой оставалась на дереве почти до рассвета. Нгема там и уснул, среди ветвей, за спиной матери. И он спал до тех пор, пока внизу снова не появились демоны. Но теперь рядом с демонами шли люди. Причём люди шли свободно, не в цепях, хотя их было только трое, а демонов – намного больше. Демоны людей не убивали и не пожирали. А разговаривали с ними, как почудилось Айше, на равных.

Нгема это услышал, проснулся, заплакал. Все демоны и люди там, внизу, остановились и посмотрели вверх, на Айшу и её сына.