Артефакт подземки МегаСити

Яркий неоновый свет рекламной вывески «Зажгись снова» пронзал густую смоговую пелену, окутывающую узкий, заваленный мусором переулок в самом мрачном сердце МегаСити. Рик стоял, прислонившись к покрытой граффити стене, наблюдая безжизненным взглядом за проходящими мимо фигурами — такими же изломанными и потерянными, как он сам. Этот гигантский улей из бетона, стали и оптоволокна давно превратился в безжалостные джунгли, где выживают лишь самые стойки или самые отчаянные. А Рик давно не был уверен, к какой из этих категорий он относится. Под мерцающей вывеской притаился старый, видавший виды бар — последнее пристанище для таких же отверженных отщепенцев, как Рик, который сейчас медленно брел по зловещему лабиринту, ощущая, как каждый механический шаг отдается болью в его наполовину человеческом теле.

Часть его была металлом — холодным, расчетливым, неутомимым. Другая часть оставалась плотью — слабой, уязвимой, но именно она напоминала ему о том, кем он был раньше. Или кем мог бы стать.

Рик был киборгом, но не самой передовой модели. Большая часть его тела всё ещё оставалась обычной человеческой плотью и кровью, словно напоминание о том, кем он был когда-то. Однако его механические имплантаты и протезы давно устарели, издавая при каждом движении душераздирающий скрежет и оставляя за собой след из чёрной, маслянистой жидкости. Эта жижа, похожая на кровь умирающего андроида, капала на грязный асфальт, смешиваясь с лужами кислотного дождя.

Когда-то у него были мечты. Теперь только счета за техобслуживание и боль в местах соединения плоти с металлом. Время от времени его кибернетический глаз сбоил, окрашивая мир в кровавые оттенки или превращая людей в схематические изображения — ходячие цели с подсвеченными слабыми местами. Наследие военных программ, которые он никогда не выбирал.

Рик уже давно сбился со счёта, сколько лет прошло с тех пор, как он, полный надежд и амбиций, покинул ферму родителей. Образы из прошлого иногда всплывали в его памяти — запах свежескошенной травы, смех матери, широкие плечи отца, склонившегося над старым трактором. Но эти воспоминания казались сном, историей, случившейся с кем-то другим. Тогда он мечтал найти лучшую долю и сказочный заработок в этом огромном мегаполисе будущего, который издалека казался сияющим раем возможностей. Теперь же ему оставалось лишь прозябать в нижних уровнях этого безжалостного города, выполняя грязную работу по мелким заданиям для различных преступных группировок, чтобы хоть как-то свести концы с концами.

Очередной день в бесконечной череде однообразных будней подходил к концу. Утром — паршивый синтетический кофе и погашение части долга в клинике имплантов. Днем — выбивание долгов из мелкой сошки для местного криминального босса. Вечером — это чертово одиночество и ноющая боль в точках соединения плоти и металла. И так каждый чертов день.

Когда Рик толкнул тяжёлую металлическую дверь бара, его встретила какофония звуков и запахов. Воздух был густым от сигаретного дыма, паров синтетического алкоголя и кислого запаха немытых тел. Местные обитатели — люди, мутанты и киборги — громко пропускали по кружке дешёвого пойла после очередного изнурительного дня в бесконечной борьбе за выживание. За старой, изрезанной ножами стойкой в углу стоял бармен-андроид. Его некогда блестящий корпус был покрыт вмятинами и царапинами, а с левой стороны лица свисали оголённые провода, время от времени искрящие от коротких замыканий. Несмотря на плачевное состояние, андроид продолжал механически выполнять свои функции, наливая различные напитки для посетителей с точностью робота на конвейере.

Рик видел в этом бармене себя — изношенного, продолжающего функционировать по инерции. Разница лишь в том, что андроид не чувствовал боли и не задавался вопросом о смысле своего существования. «Может, и мне стоило полностью отказаться от человеческой части», — мелькнула мысль, которую он тут же отогнал.

Рик, пошатываясь, добрался до единственного свободного места у стойки. Его суставы издавали неприятный скрип, словно несмазанные шестерёнки старинных часов. Усевшись на шаткий табурет, он устало махнул рукой бармену:

— Налей-ка мне кружку твоего синтетического пойла. Самого дешёвого, — прохрипел Рик голосом, больше похожим на скрежет несмазанных шестерёнок.

Бармен-андроид бесшумно повернулся к нему, его оптические сенсоры мигнули, сканируя лицо клиента. Затем, не проронив ни звука, он налил кружку мутной жидкости, отдалённо напоминающей пиво.

Рик взял кружку своей ржавой механической рукой. Поднеся кружку к губам, он сделал большой глоток, жидкость обожгла горло, вызвав приступ кашля. Рик поморщился от дешёвого привкуса синтетики и химикатов, но продолжил пить. В конце концов, это было всё, что он мог себе позволить.

В баре вокруг него кипела жизнь — если это можно было назвать жизнью. Наемники хвастались последними вылазками, мелкие торговцы шепотом обсуждали контрабандные товары, проститутки с хромированными конечностями соблазнительно облокачивались на стойку. Рик ощущал себя призраком среди них — присутствующим, но не принадлежащим этому месту.

«Еще один день, — думал он, — еще один бессмысленный день в этой мясорубке». Его пальцы непроизвольно потянулись к небольшому шраму на шее — воспоминанию о последнем заказе, когда он едва ушел живым. Рано или поздно ему не повезет. Вопрос только в том, будет ли ему вообще дело до собственной смерти, когда она наступит.

Внезапно Рик почувствовал, как кто-то бесшумно присел рядом с ним. Краем глаза он заметил высокого худого человека в чёрном плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Инстинкты, отточенные годами выживания в нижних уровнях МегаСити, мгновенно привели Рика в состояние боевой готовности. Его мышцы напряглись, а встроенные в предплечье лезвия едва заметно выдвинулись, готовые в любой момент вонзиться в потенциального врага.

Рик медленно повернулся на табурете, чтобы лучше видеть незнакомца. Его лицо, испещрённое шрамами и металлическими вставками, приняло настороженное выражение. Годы жизни в этом безжалостном городе научили его никому не доверять.

— Привет, Рик, — тихо, но отчётливо произнёс незнакомец. Его голос был мягким, почти гипнотическим, но в нём чувствовалась скрытая сила. — Я наслышан о твоих… способностях. Говорят, ты опытный наёмник? Мне как раз нужна твоя помощь для одного небольшого, но крайне деликатного дельца.

Рик напрягся ещё сильнее. Такие предложения редко заканчивались чем-то хорошим. Но в то же время он понимал, что выбора у него особо нет. На счету оставались жалкие крохи, которых едва хватило бы на неделю синтетической еды. Работы в последнее время было мало, а его устаревшие импланты требовали постоянного обслуживания и дорогостоящих запчастей.

— С чего ты взял, что я заинтересован? — спросил Рик, стараясь скрыть интерес. Внутренний голос кричал об опасности, но что-то в незнакомце — какая-то аура власти и знания — притягивало его.

— Что за работёнка такая? — осторожно поинтересовался Рик, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более равнодушно. — И, что важнее, какой будет оплата?

Незнакомец слегка наклонился к нему, и Рик уловил странный металлический запах, исходящий от его плаща.

— Все детали объясню по дороге, — прошептал он. — Если согласен помочь, идём со мной прямо сейчас. Щедро заплачу вперёд из своих личных средств. Поверь, сумма тебя не разочарует.

Рик задумался. Интуиция кричала об опасности, но что-то в этом человеке казалось… особенным. Не просто очередной богатый клиент из Верхнего Города, ищущий острых ощущений в трущобах. Нет, этот незнакомец излучал нечто большее — знание, власть, тайну.

В сущности, что ему терять? Еще один день медленного умирания в этой клоаке, еще одну ночь с болезненными воспоминаниями о прошлом, которое никогда не вернуть?

Рик задумался. С одной стороны, всё это выглядело крайне подозрительно. С другой — выбора у него в его положении особо не было. Счета за аренду его крошечной квартирки в трущобах накапливались, а последний визит к подпольному механику-имплантологу опустошил все его сбережения. Без денег он рисковал однажды просто отключиться навсегда в какой-нибудь тёмной забытой подворотне этого безжалостного мегаполиса.

— Ладно, по рукам, — наконец согласился он, залпом допивая остатки мерзкого пива. — Показывай дорогу. Но учти, если это какая-то ловушка…

Он не закончил фразу, но его рука красноречиво легла на рукоять потрёпанного, но всё ещё смертоносного плазменного пистолета, спрятанного под курткой.

Незнакомец едва заметно кивнул и поднялся. В его движениях была странная грация, почти нечеловеческая точность. Рик последовал за ним, покидая относительно безопасное убежище бара и выходя в холодную, пропитанную смогом ночь МегаСити.

Когда они вышли наружу, Рик запрокинул голову, пытаясь разглядеть небо над МегаСити. Ничего, кроме смога, подсвеченного неоновыми огнями и прожекторами патрульных дронов. Когда-то он читал о звездах — маленьких точках света на ночном небе. В МегаСити не было звезд. Только искусственное освещение да гнетущее ощущение замкнутого пространства.

Они шли по узким, извилистым переулкам нижних уровней, где даже днём царил вечный полумрак. Здесь, в тени исполинских небоскрёбов, ютились те, кому не нашлось места в сияющих башнях из стекла и стали. Бездомные грелись у горящих бочек, наркоманы в полубессознательном состоянии валялись прямо на тротуарах, а в тёмных углах то и дело мелькали силуэты мелких воришек и продажных корпоративных шпионов.

— Кто ты? — наконец спросил Рик, нарушая затянувшееся молчание.

— Имена не имеют значения, — отозвался незнакомец. — Считай меня посредником между двумя мирами.

— Какими мирами?

— Настоящим и будущим. Видимым и скрытым. Это все, что тебе нужно знать… пока.

Рик держался настороже, его усовершенствованные глаза постоянно сканировали окружение в поисках потенциальной угрозы. Он знал, что в этих трущобах за каждым углом может поджидать опасность.

Вскоре они добрались до заброшенной станции старого метро. Покрытые ржавчиной турникеты давно не функционировали, а некогда белые стены были исписаны граффити и лозунгами антикорпоративных движений. Незнакомец уверенно направился к полуразрушенному эскалатору, ведущему вниз, в кромешную тьму.

— Осторожнее на ступенях, — предупредил он Рика. — Здесь давно никто не ходил.

Они начали спускаться в недра города. Чем глубже они погружались, тем сильнее становилось ощущение, что они попадают в совершенно иной мир. Звуки города постепенно стихали, уступая место зловещей тишине, нарушаемой лишь звуком капающей воды и скрежетом металла под их ногами.

Каждый шаг вниз казался шагом в забвение, шагом в неизвестность. По спине Рика пробежал холодок — не от страха, а от странного предчувствия. Будто бы он уже был здесь. Будто что-то внутри него отзывалось на зов этих подземелий.

— Что за место? — спросил он у своего проводника.

— Один из старейших туннелей в истории МегаСити, — ответил тот. — Построен задолго до Великого Коллапса. Немногие знают о его существовании, и еще меньше — о том, что хранится в его глубинах.

Рик вспомнил обрывки историй, которые слышал в детстве — о старом мире, разрушенном экологическими катастрофами и войнами за ресурсы. О Великом Коллапсе, после которого появились первые мегаполисы — последние бастионы цивилизации в умирающем мире.

Наконец, они оказались на заброшенной платформе. Тусклый свет аварийных ламп, чудом продолжавших работать спустя десятилетия после того, как станцию забросили, едва рассеивал мрак. Рельсы, покрытые толстым слоем ржавчины, уходили во тьму туннеля.

— Нам туда, — сказал незнакомец, указывая на чёрный зев туннеля.

Рик ощутил странное головокружение, будто бы мир вокруг него на мгновение исказился. Видение молнией пронеслось перед его глазами — он сам, бегущий по этому самому туннелю, но моложе, без имплантов, с выражением ужаса на лице. От кого он убегал? Что преследовало его?

— Ты в порядке? — голос незнакомца вернул его к реальности.

— Да… просто показалось, — пробормотал Рик, отгоняя странное видение.

Рик активировал встроенный в глаза прибор ночного видения, и мрак туннеля немного рассеялся, окрасившись в зловещие зелёные тона. Они двинулись вперёд по шпалам, осторожно перешагивая через обломки и мусор.

Спустя что казалось часами блужданий по лабиринту туннелей, незнакомец наконец остановился возле массивной бетонной стены, перегораживающей путь.

— За этой стеной находится то, за чем я пришёл сюда, — сказал он, повернувшись к Рику. — Твоя задача — пробить в ней проход.

Рик понимающе кивнул. Он активировал встроенную в правую руку мощную плазменную пушку — одно из немногих его имплантов, которое ещё функционировало на приемлемом уровне. Раздался низкий гул, когда оружие начало заряжаться.

— Отойди, — предупредил он незнакомца, прицеливаясь.

Яркая струя раскалённой плазмы вырвалась из руки Рика, ударив в бетон. Стена мгновенно пошла трещинами, а затем с оглушительным грохотом обрушилась, подняв облако пыли и каменной крошки.

Когда пыль осела, они увидели тёмный зияющий проход, ведущий в неизвестность.

— Отличная работа, — похвалил незнакомец. — Теперь посвети туда.

Рик включил мощные прожекторы, встроенные в его плечо. Лучи света прорезали темноту, осветив огромное заброшенное помещение за пробитой стеной. Оно было завалено обломками, покрытыми толстым слоем пыли, и переплетением ржавых труб. Но в самом центре зала, на возвышении, стоял массивный каменный постамент. А на нём покоился старинный металлический сундук, покрытый замысловатой резьбой и странными символами.

— Вот оно! — воскликнул незнакомец, его голос дрожал от возбуждения. — Наконец-то я нашёл этот легендарный артефакт!

Что-то в этом сундуке притягивало взгляд Рика. Странные символы на его поверхности казались смутно знакомыми, будто давно забытый сон, который внезапно вернулся. Он почувствовал, как его кибернетические части начали слегка вибрировать, резонируя с чем-то, исходящим от древнего артефакта.

Незнакомец быстрым шагом направился к сундуку, но вдруг произошло нечто непредвиденное. Пол под его ногами внезапно провалился с оглушительным скрежетом. Незнакомец, не успев даже вскрикнуть, исчез в образовавшейся дыре.

Рик на мгновение застыл в шоке, но быстро пришёл в себя и бросился к краю пролома. Его усиленное зрение позволило разглядеть, что под ними находилась глубокая шахта, уходящая, казалось, в самое сердце земли. Далеко внизу мерцали загадочные огни и переплетались бесчисленные провода, образуя подобие гигантской паутины. От самого незнакомца не осталось и следа — его поглотила бездонная тьма.

— Чёрт побери! — выругался Рик, отшатнувшись от края. Его кибернетическое сердце бешено колотилось, разгоняя по венам адреналин вперемешку с синтетическими гормонами страха.

«Уходи отсюда», — шептал инстинкт самосохранения. — «Беги, пока цел». Но Рик не мог заставить себя двинуться к выходу. Его взгляд был прикован к сундуку на постаменте, словно гипнотизируемый какой-то неведомой силой.

Мысли лихорадочно метались в его голове. Что делать дальше? Бросаться на помощь загадочному незнакомцу было бы чистым самоубийством. Да и зачем? Этот тип даже не успел заплатить ему обещанные деньги. С другой стороны, теперь Рик остался один на один с этим таинственным местом и его секретами.

— И на кой-чёрт я только связался с этим странным типом… — проворчал он себе под нос, осторожно обходя опасную дыру по краю.

Внимание Рика снова привлёк загадочный сундук на постаменте. Теперь, когда первоначальный шок прошёл, он смог лучше рассмотреть артефакт. Сундук был сделан из какого-то неизвестного металла, который, несмотря на очевидную древность, не поддался коррозии. Замысловатые узоры на его поверхности, казалось, двигались и менялись, когда Рик смотрел на них под разными углами.

Каждый шаг к сундуку заставлял его сердце биться быстрее. Рик не мог объяснить этого чувства — смеси страха, любопытства и какого-то странного… узнавания? Будто бы этот артефакт каким-то образом был связан с ним, будто звал его по имени.

Подойдя ближе, он заметил, что массивная крышка сундука не заперта. Любопытство пересилило осторожность, и Рик медленно приподнял её. Внутри, на бархатной подушке, лежал старый пожелтевший пергамент, исписанный непонятными символами.

Глядя на древние письмена, Рик ощутил странное головокружение. Символы, казалось, двигались перед его взором, складываясь в новые формы, будто пытаясь сообщить нечто важное. На мгновение ему показалось, что он понимает их значение, но это ощущение тут же исчезло, оставив лишь смутное беспокойство.

Рик активировал специальные сканирующие модули в своих глазах и быстро сфотографировал странный пергамент для дальнейшего изучения. Затем он аккуратно свернул древний документ и спрятал его в свой внутренний тайник-отсек, встроенный в грудную клетку. Сердце колотилось от волнения — он чувствовал, что только что прикоснулся к чему-то невероятно важному и, возможно, опасному.

Внезапно помещение содрогнулось. С потолка посыпалась каменная крошка, а где-то в глубине подземелья раздался низкий, утробный гул. Инстинкты Рика кричали об опасности.

— Пора убираться отсюда, и поживее, — пробормотал он, спешно направляясь к выходу.

Добравшись до пролома в стене, Рик обернулся, бросив последний взгляд на таинственный зал. И в этот момент он заметил нечто странное: постамент, на котором стоял сундук, начал медленно погружаться в пол. Одновременно с этим стены комнаты пришли в движение, словно живые, сужая пространство.

«Это место… оно реагирует на артефакт», — пронеслось в голове Рика. Странное ощущение дежавю снова охватило его, будто бы он уже видел что-то подобное раньше. Но когда? Где?

Не теряя больше ни секунды, Рик бросился бежать по туннелям метро. Его кибернетические ноги работали на пределе возможностей, а в ушах стоял грохот рушащихся позади перекрытий. Казалось, само подземелье пыталось поглотить его, стереть все следы существования таинственного артефакта.

Лишь оказавшись на поверхности, Рик позволил себе перевести дух. Прохладный ночной воздух, пропитанный смогом и запахом озона, никогда ещё не казался ему таким сладким. Но даже здесь, среди привычного хаоса МегаСити, он чувствовал себя изменившимся. Будто бы нечто проснулось внутри него, что-то, что спало очень долго.

«Я должен разобраться, что это за пергамент», — подумал Рик, ощущая пульсацию странного артефакта в своей груди.

Впервые за долгое время он почувствовал, что его жизнь может измениться. В его распоряжении оказалась тайна, способная перевернуть весь мир МегаСити. Оставалось только понять, что с ней делать.

Рик огляделся. Ночной город жил своей обычной жизнью. Неоновые вывески мигали, рекламируя всевозможные удовольствия и нелегальные услуги. Полицейские дроны патрулировали улицы, их красные сканеры словно кровавые глаза в темноте. Где-то вдалеке раздались выстрелы — очередная банда устроила разборки за территорию.

Но теперь всё это казалось Рику каким-то нереальным, словно он смотрел на город чужими глазами. В его груди, рядом с пульсирующим кибернетическим сердцем, лежал древний пергамент — ключ к чему-то гораздо большему, чем жалкое существование в трущобах нижнего города.

«Кто я на самом деле?» — этот вопрос внезапно возник в сознании Рика, всплыв из глубин его разума. — «Почему эти символы кажутся мне знакомыми? Почему я чувствую, что видел этот артефакт раньше?»

Стараясь не привлекать к себе внимания, Рик направился в сторону своего убежища. Ему нужно было время, чтобы разобраться в произошедшем и решить, что делать дальше.

Он шел по ночным улицам, ощущая, как город вокруг него изменился. Или это он сам начал меняться? Сегодня МегаСити раскрыл перед ним одну из своих древних тайн, и Рик чувствовал, что это только начало.

За его спиной, в темноте подземелий, рождалось нечто новое — и эхо этого рождения уже начало распространяться по венам города, как по кровеносным сосудам гигантского организма.

А в груди Рика, рядом с сердцем, пергамент пульсировал, словно живой, ожидая момента, когда сможет раскрыть свои секреты.

Путь до его квартиры в трущобах занял около часа. Рик намеренно петлял по переулкам, несколько раз менял направление и даже воспользовался подпольной системой туннелей, чтобы сбить возможную слежку. Паранойя была неотъемлемой частью жизни в МегаСити, особенно когда у тебя в руках оказывается нечто ценное.

Наконец, он добрался до обшарпанного многоэтажного здания, которое гордо именовалось «Райские кущи» — очередная горькая ирония МегаСити. Поднявшись по скрипучей лестнице на 13-й этаж (лифт не работал уже несколько лет), Рик оказался перед дверью своей квартиры.

Он провёл ладонью по сканеру, замаскированному под обычную дверную ручку. Раздался тихий писк, и дверь с шипением отъехала в сторону, открывая взору тесное, захламленное помещение. Это была его берлога, его крепость, единственное место, где он мог чувствовать себя в относительной безопасности.

Рик вошёл внутрь, и дверь автоматически закрылась за его спиной, надёжно отгородив его от внешнего мира. Он глубоко вздохнул, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает его.

Его квартира была отражением его жизни — тесной, хаотичной, балансирующей на грани порядка и полного распада. Повсюду лежали запчасти для имплантов, инструменты, оружие, старые фотографии, которые он сам не помнил, когда сделал.

В углу стояла узкая кровать, рядом — стол, заваленный техническими журналами и полусобранными устройствами. На стене висела единственная картина — старый пейзаж с изображением ясного голубого неба и зеленых полей. Рик не знал, где он ее взял, но иногда, глядя на нее, ощущал странную тоску по чему-то, чего никогда не знал.

Квартира представляла собой небольшое помещение, заставленное разнообразной техникой. На стенах висели мониторы, показывающие новостные ленты и котировки чёрного рынка. В углу стоял верстак, заваленный инструментами и запчастями для кибернетических имплантов. Кровать была спрятана в нише в стене и выдвигалась только на время сна.

Рик подошёл к своему рабочему столу, заваленному микросхемами и голографическими проекторами. Он активировал систему безопасности, и по периметру комнаты замерцало силовое поле, способное выдержать даже прямое попадание ракеты.

«Немногие из нижних уровней могут позволить себе такую защиту», — подумал Рик. — «Безопасность всегда была моим приоритетом… Но почему? От кого я защищаюсь? Кто охотится за мной?» Эти вопросы, которые раньше казались ему естественными, теперь приобрели новое, тревожное значение.

Только убедившись, что ему ничто не угрожает, Рик достал из своего внутреннего отсека загадочный пергамент, найденный в подземелье, и осторожно развернул его на столе.

Пергамент был исписан непонятными замысловатыми символами и рунами, которые Рик не смог самостоятельно распознать и прочесть. Он запустил специальную программу дешифровщика в своём встроенном нейроинтерфейсе, и строки древнего текста на пергаменте начали проявляться в виде слов: «Ищущим ответы укажет путь таинственный Алхимик в лабиринте подземелий. Око, что видит все, поможет миновать ловушки и опасности темных туннелей».

Слово «Алхимик» отозвалось в сознании Рика странным эхом. Снова это ощущение — будто он уже слышал это имя, будто оно имеет какое-то особое значение для него.

— Чёрт побери, опять какие-то странные загадочные намёки! — проворчал Рик, анализируя текст. — Ладно, похоже, мне нужно разыскать этого самого Алхимика, что бы это ни значило.

Он откинулся на спинку кресла, чувствуя, как усталость наваливается на него. События этой ночи были слишком необычными даже для МегаСити. Рик понимал, что ввязался во что-то гораздо более серьёзное, чем обычная работа наёмника.

Но вместе с усталостью и тревогой он ощущал нечто еще — странное возбуждение, почти эйфорию. Впервые за долгие годы он почувствовал, что живет, а не просто существует. Что-то внутри него, давно спящее, начало пробуждаться.

Рик встал и подошёл к окну. Снаружи МегаСити жил своей обычной ночной жизнью. Неоновые огни реклам отражались в лужах кислотного дождя, создавая причудливую игру света и тени. Где-то вдалеке раздавались сирены полицейских спидеров, преследующих очередного нарушителя.

Глядя на этот привычный пейзаж, Рик внезапно ощутил себя чужим в этом городе, словно проснулся после долгого сна и обнаружил себя в незнакомом месте. Кто он на самом деле? Почему из всех людей в МегаСити незнакомец выбрал именно его? И что скрывается за загадочными словами о таинственном Алхимике?

Развернувшись от окна, Рик начал готовиться к предстоящим поискам. Он планировал начать с нижних уровней города, где обитали самые странные и опасные личности МегаСити. Там, среди воров, хакеров и безумных ученых, он надеялся найти ключ к разгадке тайны Алхимика и его подземного лабиринта.

«Завтра», — решил он, устало опускаясь на кровать. — «Завтра начнется новая глава моей жизни».

Засыпая, Рик видел перед собой странные символы с пергамента, которые складывались в какой-то узор, в какое-то послание, которое он почти мог понять. Почти…

Рик проверил свое снаряжение, перезарядил плазменный пистолет и обновил прошивку своих кибернетических имплантов.