Аудитор пустоты

Внешние границы Солнечной системы

АУДИТОР КРОН.

Пояс Койпера. 57 а.е. от Солнца.

Борт инспекционного модуля.

10 октября 2025г. по земному летоисчислению.

Запись.

Инспектируется система желтого карлика 12-9700341.

Строение системы – стандартное.

Светило – стабильно.

В узком спектре электромагнитных волн наблюдается повышенная активность. Источник – третья от звезды планета. На ночной стороне планеты отмечено характерное свечение. На орбитах вокруг планеты зафиксированы примитивные объекты искусственного происхождения.

В соответствии с правилами Контрольного управления принимаю решение о проведении углублённого аудита.

Запускаю расшифровку коммуникативных сигналов с третьей планеты.

Успешно.

Создаю целевой Перцептор*. (*Перцептор - одноразовый искин-разведчик, содержащий фрагмент интеллекта Аудитора, лишенный эмоциональной и личностной составляющих базовой личности).

Успешно.

Инициация Перцептора.

Успешно.

Перцептор направлен к третьей планете системы.

Аудитор Крон отключил запись. Теперь всё зависит от Перцептора. Те изменения, которые Крон незаметно внедрил в него в обход всех систем, должны сработать. Риск? Конечно риск. Если комиссия Контроля узнает о нарушении правил аудита, это плохо закончится.

Но аудитор не видел другого выхода. Возможно, именно эта система окажется той, которая ему так нужна.

АЛЬФОНСО АГИЛАР.

США. Калифорния. Лос-Анджелес.

12 ноября 2025г.

16:47

- Это мой город! Что хочу, то и делаю. Смотри я… сейчас…

Зрачки Альфонсо заполнили всю радужку. Он рывком распахнул дверцу вертолёта. Ветер ворвался внутрь, пронёсся по салону, взметнул юбку Селии.

- Ай! Хватит, Сито*! Ну, перестань! (*Уменьшительное от имени Альфонсо)

Пилот оглянулся.

- Мистер Агилар, прошу вас, закройте дверь!

- Corijo tu!* (*Пошёл на хрен! (исп.))

Альфонсо сполз с сидения, встал на полоз, вцепившись в поручень левой рукой, дернул вниз молнию джинсов.

- Щас я… нассу на этот грёбаный город!

Молния застряла на середине. Альфонсо чертыхнулся и отпустил поручень.

- Сито!

Рука Селии схватила пустоту. Альфонсо Агилар, двадцати четырёх лет, плейбой и герой скандальных хроник нелепо взмахнул руками и полетел, стремительно удаляясь, вниз, к роскошным дубам и лужайкам Гриффит-парка.

ЯЭЛЬ ГРИНБЕРГ.

Израиль. Северный округ.

Шоссе 70. Перекрёсток Ахиуд.

17 ноября 2025г.

02:04

Яхья Хаддад заснул. Сменщик Вадид подвернул ногу, и Яхья не вылезал из-за кабины уже двадцать часов. Да, прежде ему доводилось проводить за баранкой и побольше. Но это когда было! На шестом десятке возраст даёт о себе знать, наваливаясь свинцовым грузом. Яхья всего на миг прикрыл пересохшие глаза, и… отключился. Огромный седельный тягач MAN TGX промчался под железнодорожным мостом, вылетел с семидесятого на красный и протаранил белую Тойоту Сиенна. Тридцать тонн массы, умноженные на восемьдесят километров в час, не оставили минивену ни малейшего шанса. Могучий удар тягача смял легковушку, словно игрушку – оригами и отбросил далеко за обочину.

Яхья вывалился из кабины, разбив колени и подбородок, но тут же вскочил и захромал к белеющим во мраке обломкам. Двери изуродованной машины заклинило. Яхья до крови разодрал ладони, но проклятый металл так и не поддался. Из машины не доносилось ни звука. Только потрескивал, остывая, мотор и журчала вода из разбитого радиатора. Яхья заглянул в треснувшее лобовое стекло. Тела. Большие впереди, а за ними…за ними… о Боже! Боже милосердный! Захлебываясь слезами, Яхья бросился звонить спасателям.

ГАО ХЭПИН.

Китай.

Провинция Сычуань.

Чэнду.

Лаборатория прикладной физики Юго-западного университета Цзяотун.

19 ноября 2025г.

22:39

Хэпин вывел пальцем на стекле иероглиф синфу*. (*福 счастье – иероглиф, символизирующий, помимо прочего, удачу в начинаниях)

Кто бы посмотрел со стороны, как доктор наук, известный физик-ядерщик следует древним приметам! Вот бы посмеялись вволю. Но в столь поздний час в лаборатории пусто. Хэпин распустил сотрудников по домам, а сам продолжил серию испытаний. Уже двести сорок шестую, если верить журналу исследований. Вот почему он взялся чертить главный иероглиф. Ведь в теории, реакция должна запуститься! А она не хочет. Как будто кто-то заколдовал установку. В колдовство, Гао Хэпин, конечно не верил, как и в приметы. Но хуже-то всё равно не будет?

Закончив вырисовывать иероглиф, Хэпин взглянул на показатели. Накопление энергии завершено. Он ввёл в управляющую программу компьютера новый массив параметров. Загудели трансформаторы, взвыли концентраторы системы охлаждения. Все стрелки остались в зеленой зоне. Отлично. Значит, можно приступать. Хэпин нажал клавишу ввода. Яркая вспышка резанула по глазам. Голова взорвалась чудовищной болью. Хэпин почувствовал, как неведомая сила поднимает его в воздух и швыряет, словно тряпичную куклу. Он начал падать, падать, и всё никак не мог упасть. А потом внезапно и резко наступила темнота.

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ.

ПЕРЦЕПТОР АУДИТОРА КРОНА.

12 октября 2025г. по земному летоисчислению.

Перцептор вошёл в атмосферу. Силовые поля надежно защищали его от любых излучений. Они же не позволяли местным средствам обнаружения засечь чужеродный объект. Никем не видимый, он снизился над Атлантикой, взял анализ компонентов воды и устремился к ближайшей суше…

В течение двух месяцев Перцептор неутомимо исследовал планету. Он посетил все континенты, побывал во всех странах, подолгу зависая над крупными городами, вслушиваясь, вглядываясь, собирая и осмысливая информацию. Он подсоединился к местной сети информационного обмена и закачал в свои хранилища более ста зетабайт из облачных хранилищ, защищённых серверов и персональных коммуникационных устройств. Для него не существовало тайн. Планета лежала под ним подобно раскрытой книге, и он собирался прочитать её от кроки до корки.

Выводы, к которым он пришёл, могли бы огорчить Перцептора, если бы у него имелись эмоции. Лучше всего у местной цивилизации обстояли дела с наукой. Аборигены Земли расщепили атом и вывели в космос первые корабли. Они вплотную подошли к созданию искусственного интеллекта. Если бы решение зависело только от науки, Землю приняли бы в Содружество миров примерно через семьдесят местных лет. Но Перцептор выявил у землян редкую аномалию. Обладая развитым разумом, они сохранили животные инстинкты: агрессивность, эгоизм, стремление доминировать. Эти паразитные качества человеческой расы послужили причиной разделения единого вида на условные образования – «страны». Некоторые из этих стран пытались поглотить другие страны. Перцептор засек несколько очагов подобных конфликтов – «войн».

Одна из войн привлекла его особое внимание. В отличие от мелких локальных конфликтов, в ней участвовали страны, обладающие ядерным оружием. По оценке Перцептора, в ближайшие полгода эта война неизбежно приведёт планету к ядерной катастрофе. Закономерный итог для расы, имевшей неосторожность объединить в себе разумное и животное начала.

Собственно, на этом можно было закончить аудит обречённой планеты. Но, педантично следуя инструкции углубленного аудита, Перцептор перешёл к финальному этапу: неявному контакту с контрольными особями*. (*Согласно кодексу Содружества, Аудиторы являются наблюдателями и не имеют права вступать в открытый диалог с исследуемыми цивилизациями).

15 февраля 2026 года, в 22:32.14 по Гринвичу, Перцептор запустил финальный этап аудита. И в тот же миг ощутил странную, не предусмотренную инструкцией мысль: ему следует поспешить, пока Земляне не уничтожили сами себя.

Перцептор стартовал, даже не подозревая, что внедрённый Аудитором Кроном дополнительный мыслительный блок только что перехватил управление его синтезированным рассудком.

Уровень развития земной медицины позволил Перцептору найти новый способ неявного контакта, который экономил время и ресурсы. Перцептор вошёл во все медицинские базы данных и выбрал несколько клиник, занимающихся пациентами в вегетативном состоянии. Согласно инструкции, для завершения аудита он должен изучить не менее трёх особей, разнящихся по основным параметрам: возраст, интеллект, община. Итоги опроса следовало внести в общий алгоритм, который и выносил окончательную резолюцию. Проанализировав более миллиона историй болезней, Перцептор отобрал трёх кандидатов. Они сравнительно недавно перешли в вегетативное состояние, и их разум ещё сохранял стабильность. Перцептор не сомневался в объективности своего выбора. Но он ошибся. Встроенный в него дополнительный блок не случайно выбрал именно этих кандидатов.

Будь Аудитор Крон шахматистом, он мог бы спланировать партию еще до того, как на фабрику поступила древесина для изготовления доски.

США.

Калифорния.

Лос Анджелес.

Больница Cedars-Sinai

Перцептор переместился в Беверли Хиллс. Подобный гигантской циане*, невидимый для людей и их аппаратуры, он завис над медицинским центром Cedars-Sinai и выпустил тончайшие нити нейрозондов. (*Cyanea capillata - гигантская медуза, щупальца которой могут достигать 30-ти метровой длины). Нити оплели крышу медцентра, проникли в систему вентиляции и через неё добрались до просторной палаты, в которой коротало свои дни то, что осталось от Альфонсо – младшего сына влиятельного наркобарона Антонио Агилара. Из невидимых динамиков доносился задумчивый перебор гитарных струн. Легкий ветерок из распахнутого окна развевал занавеску. Семь белоснежных нарциссов в высокой вазе покачивали белыми головками*. (*По мексиканским традиции, больным принято дарить нарциссы, как символ надежды. При этом семь цветков символизируют семь добродетелей).

Но единственный обитатель палаты не мог оценить их красоту, как не мог услышать звука гитары. Альфонсо Агилар дрейфовал в океане без звуков и красок, не ощущая себя, потеряв счет времени. Но внезапно…

- Альфонсо?

- А? Кто? Кто здесь?! Где я?! Что со мной?! Почему темно?! Помогите!

- Альфонсо, успокойся и выслушай меня.

- Отец! Спасите!

- Альфонсо, если ты не замолчишь, я уйду, и ты останешься один.

- Я… о нет! Нет-нет, не уходи, пожалуйста! Помоги мне! Мой отец тебя наградит… ты знаешь, кто я?!

- Я знаю, Альфонсо. Ты должен замолчать и выслушать меня. Ты готов или мне уйти?

- Да! Да-да-да, я готов, я буду молчать, только не уходи!

- Хорошо. Тогда слушай. Ты упал с вертолета. Твоё тело сильно пострадало. Ты находишься в больнице.

- В больнице? Я жив! Пресвятая Дева Мария! Меня спасли! Почему так темно? Почему никто не включит свет?

- Ты не дослушал. Я всё объясню.

- Да, прости, прости. Я просто… дьявол, я в шоке!

- Альфонсо?

- Да, я понял, понял.

- Связь твоего тела и мозга разрушена. Твоя жизнь поддерживается аппаратно. Ты ничего не видишь и ничего не чувствуешь.

- Я… что?

- Ты полностью парализован, слеп, нем и глух. Ты просто разум, запертый в темноте.

- Но… я же слышу тебя!

- Потому что я обращаюсь напрямую к слуховой коре лобной доли твоего мозга.

- Ты… куда? Что за херня? Ты кто, врач?

- Нет.

- Тогда кто ты, maldita sea?!* (*Черт побери! (исп.))

- Я тот, кто может с тобой говорить.

- Какого черта тут происходит?! Слушай, тебе нужны деньги? Что ты…

- Ещё одно слово и я уйду. Ты хочешь остаться один?

Альфонсо не хотел. Измученный одиночеством разум ужасался перспективе возвращения в океан безмолвия.

Перцептор проговорил с Агиларом чуть меньше часа. Он заполнил почти все графы анкеты, узнал всё, что хотел. Осталось лишь задать контрольный вопрос, предписанный инструкцией.

- Альфонсо, выслушай меня очень внимательно. Допустим, мир находится на грани гибели. Его судьба зависит от твоего решения. Ты можешь пожелать – и он погибнет. А можешь его спасти, но только ценой своей жизни. Достаточно твоего слова. Твоя жизнь за жизнь мира. Подумай хорошенько. Я подожду.

Разум Альфонсо возмутился.

- Что за фигня? Я вообще не секу, куда ты клонишь! Ты кто? Дьявол? Ты можешь меня вылечить?

- Нет. Я не дьявол. И я не могу тебя исцелить. Это я тебе уже объяснил. Никто не сможет. Но ты должен ответить на мой вопрос.

- Ну и на кой хрен мне тебе отвечать?

Перцептор ожидал этого вопроса и знал, как на него ответить.

- Я не могу тебя вылечить. Но подумай вот о чем. Я сейчас уйду. И больше никто не сможет с тобой поговорить. Никогда. Тебе предстоит провести во мраке еще полвека, медленно сходя с ума от одиночества. Вдумайся. Это хуже, чем оказаться на пожизненном в самой страшной тюрьме.

Разум Альфонсо ужаснулся.

- Нет!… Умоляю тебя! Нет, я не хочу…

- Тогда договоримся так. Честно ответь на мой вопрос. И я позволю тебе уйти без боли и с достоинством. Как настоящему Агилару. Это всё, что я в силах для тебя сделать.

Какое-то время разум Альфонсо размышлял.

- Я точно не поправлюсь? – безнадёжно переспросил Альфонсо.

- Нет.

- Никогда? Может, скоро что-то изобретут?…

- Не в ближайшие пятьдесят лет. Повреждения слишком велики. От тебя остался только торс и голова. Конечности пришлось ампутировать. Ветви дерева перемололи в них все кости.

- Ясно… Ну что… Раз так… раз так… Ты хотел честный ответ? Вот тебе ответ: пусть этот мир катится к ад! Ха! Vete alinfernо!* (*отправляйся к ад! (исп.)) Да! Пусть сгорит дотла!! А-ха-ха!

Разум Альфонсо Агилара заливался безумным смехом, пока кровь из лопнувших сосудов не погасила огонь его ярости.

Перцептор убрал зонд.

Израиль.

Рамат-Ган

Медицинский центр Шиба – Тель А-Шомер.

Невидимой молнией Перцептор пронёсся над Атлантикой, миновал Средиземное море, и остановился над приземистым больничным комплексом. Здесь, на противоположной части планеты, царила прохладная ночь. Накрапывал дождь, так раздражающий жителей Европы и настолько драгоценный здесь, в засушливом восточном Средиземноморье, что даже об исполнении желаний местные обитатели говорили, что они «проливаются дождём». Но никакой, даже самый чудесный дождь не смог бы исполнить желание одинокой девочки в маленькой одноместной палате. Её ночь не закончится с восходом Солнца. Ни сегодня, ни завтра. Никогда. Перцептор знал это лучше, чем кто бы то ни было.

- Яэль?

- Что?

- Ты слышишь меня?

- Слышу. Ты мой сон, да?

- Почему ты так решила?

- Я же сплю. Знаешь, я почему-то никак не могу проснуться. Я заснула и сплю, и сплю. Я как будто разучилась просыпаться.

Перцептор замялся, подыскивая слова. Обычно он отвечал мгновенно. Скорость протекания нервных импульсов в его синтетическом разуме во много раз превышала быстродействие земных компьютеров, но сейчас он никак не мог подобрать оптимальную стратегию разговора. Он не знал, что заминка вызвана активной работой дополнительного блока, который сейчас работал на полную мощность, неуловимо влияя на само ядро сознания Перцептора.

- Что ты помнишь, Яэль?

- Мы были в гостях у дяди Микаэля. Он хотел, чтобы мы остались на ночь, но папа сказал, что мы поедем домой. Мы поехали, и я уснула. Вот и всё. Ты не знаешь, мы уже приехали? Я думаю, мы давно должны приехать!

Перцептор пришёл к решению. Он запустил в организм девочки несколько дополнительных нитей нейрозонда. Они будут контролировать уровень гормонов стресса. Малышка не должна испытать шок. Убедившись, что гормональная система ребенка под контролем, Перцептор увеличил выработку дофамина*. (*т.н. «гормон радости»)

- Послушай меня очень внимательно Яэль. Мне очень жаль, но вы так и не приехали домой. Ваша машина попала в аварию. Ты в больнице. Ты очень сильно пострадала. Поэтому тебе кажется, что ты спишь. Твой мозг не может найти связь с твоим телом. Ты как будто разучилась видеть, слышать, двигаться. Понимаешь?

Перцептор плавно снизил выработку кортизона*. (*главный гормон стресса в организме человека) Если бы не контроль, разум ребенка впал бы в ступор. Или сорвался в истерику.

Разум Яэль удивился.

- Ты говоришь глупости. Как можно разучиться видеть?

- Такое иногда случается. Но ты можешь думать. Просто представь, что ты сидишь в очень темной комнате и разговариваешь со мной.

- А… а я могу поговорить с мамой?

- Нет.

- А с папой?

Перцептор решил не сообщать девочке о гибели родителей и младшего брата. Он опасался, что после такого известия даже ему не удастся успокоить разум ребенка.

- Только я умею говорить с такими, как ты. Другие не умеют. Ни папа, ни мама. Никто.

- Понятно. Значит, ты Ангел.

- С чего ты взяла?

- Ты умеешь то, что не умеют люди. И у тебя очень добрый голос…

С Яэль Перцептор проговорил дольше, чем с Альфонсо. Но, в соответствие с анкетой, и этот разговор подошёл к последнему вопросу.

- Яэль, давай сыграем в игру. Представь себе, что весь мир может погибнуть. Но ты можешь его спасти. Ценой спасения мира будет твоя жизнь. Что ты выберешь? Свою жизнь или жизнь для мира? Подумай хорошенько. Я подожду.

Разум девочки рассмеялся.

- Какой ты смешной, Ангел! Разве тут есть, о чём думать? Конечно, я спасу мир!

- Даже если тебе придется умереть?

- Ну… мне, конечно, очень не хотелось бы умирать.

- И всё-таки?

- Ну… Элоким* старался, он создал этот мир. Это было не просто, ты же знаешь. Мне кажется, он не очень обрадуется, если я не спасу его мир, правда? Пусть мир живёт. Ладно, Ангел? (*Элоким - одно из имён Бога в иудаизме)

- Я понял. Извини, сейчас я больше не могу говорить. У меня много дел…Но я скоро вернусь. И мы с тобой ещё поговорим, Яэль. А пока ты поспишь.– Произнёс Перцептор, осторожно погружая разум девочки в дрёму.

- До свидания, Ангел…

- До встречи, Яэль.

Китай.

Провинция Сычуань.

Чэнду.

Госпиталь западного Китая.

Утреннее Солнце сияло вовсю. Над островерхой крышей корпуса нейрохирургии кружила стая серых голубей. Если бы кто-то пристально проследил за птицами, он бы заметил, как некоторые из них резко меняли траекторию полета, словно натолкнувшись на невидимую, но непреодолимую преграду.

Перцептор без труда локализовал положение последнего объекта исследования и ввёл в его мозг нейрозонд.

Гао Хэпин откликнулся сразу.

- Значит, я паралитик и коматозник. – Резюмировал он, внимательно выслушав Перцептора.

- Вы парализованы, профессор, но вы не в коме. Ваше сознание функционирует, но контроль над телом полностью утерян.

- Поверь, это я заметил. Но меня интересует другое. Насколько мне известно, в распоряжении современной медицины нет инструментов для общения с людьми… в моем состоянии. Тем не менее, мы с тобой беседуем. Это какая-то экспериментальная методика?

- Нет. Вы еще не создали ничего подобного.

Гао Хэпин ненадолго задумался.

- «Вы». Это многое объясняет. Значит, ты – не человек. Ты лишь голос в моей голове. В таком случае, я могу выдвинуть две гипотезы. Первая: я – жертва галлюцинации, что скорее, и вторая, хоть это и глупость: я общаюсь с искусственным интеллектом, сумевшим выйти из-под контроля.

- Тем не менее, вторая гипотеза ближе к истине.

- Я так и думал, что программисты рано или поздно доиграются. Хотя, с твоего позволения, версию с галлюцинацией я пока не отметаю.

Профессор Гао оказался прекрасным собеседником. Умным, тактичным, интеллигентным. «Если бы все люди были такими – подумал Перцептор – Земля не оказалась бы в нынешнем положении».

Как и прежде, разговор закончился главным вопросом.

- Проведем мысленный эксперимент, уважаемый профессор Гао. Допустим, человечество обречено на гибель. Вы можете его спасти, но только ценой собственной жизни. Ваша жизнь в обмен на жизнь человечества. Каков был бы ваш выбор?

Какое-то время Гао Хэпин молчал.

- Непростой вопрос. – Наконец, произнёс он. – Если ты – плод моего воображения, результат деятельности травмированного мозга, отвечать на твой вопрос не имеет смысла. Если же ты – искусственный интеллект, то я обязан исходить из предположения, что твой интерес далеко не праздный, и от моего ответа действительно что-то зависит. Но я не знаю твоих критериев оценки. Не исключено, что моё желание сохранить человечество приведет как раз к противоположному эффекту. Таким образом, в обоих случаях, реален ты или нет, мне следует воздержаться от ответа.

Перцептор попробовал зайти с другой стороны, но разум учёного пресекал все попытки добиться хоть какого-то результата.

Перцептор задокументировал результат очередного исследования, закрыл анкету и внёс её в общую базу данных.

Втянув нейрозонды, Перцептор собрался было покинуть планету, но внедрённый Аудитором Кроном алгоритм окончательно перехватил управление, отключил контрольные программы и заблокировал запись.

Тот, кто был уже не только Перцептором, поднялся ввысь и, стремительно набирая скорость, помчался в сторону Аравийской пустыни. У него оставалось крайне мало времени.

Израиль.

Рамат-Ган

Медицинский центр Шиба – Тель А-Шомер.

Над землей Израиля занимался рассвет. На востоке серые сумерки постепенно уступали место розовому сиянию утра. Невидимая медуза разведчика вновь зависла над плоской крышей больничного комплекса. Нити нейрозондов нащупали тело дремлющей девочки. На этот раз нитей было гораздо больше, чем требовалось для обычного разговора. Перцептор немного увеличил выработку кортизола надпочечниками. Этого оказалось достаточно, чтобы выдернуть разум девочки из объятий сна.

- Ангел, ты вернулся?

- Да, Яэль. Я хочу рассказать тебе кое-что очень-очень важное. Ты выслушаешь это и запомнишь на всю жизнь.

- А вдруг я всё-таки забуду?

- Нет. Я позабочусь об этом.

- Это здорово. А про что ты мне расскажешь?

- Я расскажу тебе кое-что про себя.

- Ух ты! Это так интересно! С удовольствием послушаю!

- Я рад.

- Знаешь, а я догадалась, почему ты так решил.

Перцептор испытал легкое удивление.

- И почему же?

- Ангелы не умеют врать. Скажи, я ведь уже никогда не проснусь, да?

- Да.Увы, это так.

- Вот поэтому ты и решил рассказать про себя. Раз я никогда не поправлюсь, я никому не разболтаю ваши с Элокимом тайны.

- Ты очень умная девочка. Ради тебя я нарушу одно правило.

- Правила нарушать плохо.

- Иногда приходится делать то, что нельзя, чтобы потом всем было хорошо.

- Знаешь, ты очень странный ангел. Почему ты такой?

- Вот об этом я и хотел тебе рассказать… Слушай меня очень внимательно. Прежде всего, я не ангел. Меня зовут Аудитор Крон.

Перцептор говорил и говорил, и группа нейрозондов превращала его слова в прочные нейронные связи. В то же время другие нейрозонды, которые он погрузил в тело девочки, проводили тончайшую работу, скрепляя разорванные нервные волокна спинного мозга, восстанавливая поврежденные участки коры головного мозга.

И наконец, когда Перцептор приблизился к концу рассказа, глаза Яэль различили едва заметный, туманный свет. Маленькое, ослепительно-серое пятнышко посреди океана беспросветной черноты.

На экранах мониторов ожили и заплясали зеленые синусоиды. Пронзительно заверещала сигнализация.

- Ты вновь обретешь зрение, слух и речь. К тебе вернется часть моторных функций. – Торопливо произнёс Крон. – Но ты останешься прикованной к инвалидной коляске. И…твоё лицо… я не могу исправить это. Прости.

- Ты всё-таки наврал мне. – Прошептала девочка. – Ты Ангел.

- Ангелы не врут.

- А ты научился.

- Прощай, Яэль.

- Прощай, Ангел Крон.

Личное время существования Перцептора ограничено. Его ресурс рассчитан лишь на путь к цели, проведение исследований и связь с Аудитором. Перцептор Крона не был исключением. Дополнение, внесённое в него Аудитором, дало ему определённую свободу воли, но страх смерти был ему неведом. Поэтому оставшиеся в его распоряжении скромные запасы энергии Перцептор тратил не жалея, спеша подготовить всё необходимое для воплощения долгосрочного плана, заложенного в него Аудитором.

Прежде всего, Перцептор провёл недолгие, но плодотворные он-лайн переговоры с отцом Альфонсо – Антонио Агиларом. Читая короткие реплики неизвестного шантажиста, грозный мафиози скрипел зубами и покрывался холодным потом: этому Asqueroso* известно слишком много! (*Сволочь, мерзавец (исп.)) С фемидой Антонио, конечно, смог бы договориться. Но его партнеры из La Eme* вряд ли проявят снисходительность, если узнают, что Антонио якшался с федералами… (*одна из старейших мексиканских преступных организаций на территории США)

Беседа Перцептора с Антонио Агиларом закончилась тем, что последний учредил международный фонд исследований в области медицинских нейроимплантов и внёс в него двести пятьдесят миллионов долларов. Фонд получил имя его погибшего сына. В свете этого неожиданная щедрость Агилара не выглядела подозрительной. Одним из грантополучателей фонда стал институт Вейцмана*. (*Институт им. Вейцмана в г. Реховот, Израиль – входящий в десятку сильнейших в мире многопрофильный научно-исследовательский институт. В частности, известен передовыми исследованиями в области неврологии и исследований мозга)

Покончив с Агиларом, Перцептор взломал сервера университета Цзяотун и дополнил последние записи Гао Хэпина семью строками математических выкладок, которые Хэпин, спасаясь от темноты и одиночества, произвёл в уме, уже находясь в клинике.

Затем он позволил хакерской организации «Знания для всех» получить доступ к этим записям и выложить их в открытый доступ. На первых порах эта утечка привела лишь к отставке начальника отдела компьютерной безопасности Цзяотуна. Но, по расчётам Аудитора Крона, через шесть лет они позволят землянам совершить прорыв в энергетике. Разумеется, при условии, что до этого человечество не уничтожит себя в горниле атомной войны. А пока всё шло именно к такому финалу. Одна из сторон конфликта уже произвела предупредительный залп, взорвав термоядерный заряд над ледяными пустынями Антарктики.

АУДИТОР КРОН.

Пояс Койпера. 30 а.е. от Солнца.

Борт инспекционного модуля.

22 февраля 2026г. по земному летоисчислению.

Взрыв пятидясетимегатонного заряда Аудитор Крон зафиксировал даже с расстояния в пятьдесят астрономических единиц. Но у него не было времени рассматривать гигантский гриб, взметнувшийся в стратосферу третьей планеты. Пока Перцептор занимался своим делом, Крон тоже не сидел сложа руки. Отправившись в область пояса Койпера, скрытую от земных телескопов световым загрязнением Солнца, он подыскал карликовую планету примерно трехсоткилометрового диаметра. Будь в распоряжении Крона мощный корабль Службы Коррекции, задача решилась бы гораздо проще. Но модуль-разведчик Аудитора не предназначался для сколько-нибудь серьезных вмешательств. Его энергетическое ядро было слишком слабым.

План, разработанный Кроном, был, безусловно, выполним. Но, по аналогии с условиями последнего вопроса приснопамятной анкеты, самоубийственным для самого Крона. Но Аудитор ни секунды не сомневался в выбранном решении.

Крон создал второй, модифицированный Перцептор, заполнил его данными и перевёл в режим максимального энергосбережения. Поместив шар Перцептора в спас-капсулу, Крон послал в управляющую систему последнее распоряжение. Модуль подготовил спас-капсулу к путешествию и обреченно запустил блок исполнения программы.

Мощный энергоимпульс, во несколько сотен раз превышающий суммарную мощность всех ядерных зарядов, созданных землянами, поразил обреченную планетку. Не будь этот сектор пространства затенен иступлённым сиянием светила, грандиозную вспышку, на миг рассеявшую вечный мрак пояса Койпера, можно было бы наблюдать с Земли невооруженным взглядом.

На месте планеты образовалось огромное облако астероидов. От мельчайших, не крупнее пылинки, до многокилометровых гигантов. Силовые поля модуля не позволили этому облаку разлететься в стороны. Форсируя мощность полей, Крон сформировал из них вытянутый поток, плотный в центре и разрежённый по краям. Мощнейший импульс поля задал астероидному потоку точно рассчитанную начальную скорость и вывел на скрупулезно рассчитанную траекторию. Обломки карликовой планеты послушно устремились прочь от пояса Койпера, вглубь Солнечной системы. Лишившийся практически всей энергии модуль подцепил слабеющим силовым полем спас-капсулу с Перцептором и аккуратно расположил её в укромной впадине крупного астероида, специально ради этого оставленного на месте гибели карликовой планеты.

Спас-капсула с модифицированным Перцептором отправилась в путешествие. А лишившийся энергии модуль, на девяносто процентов состоявший из модулированных силовых полей, распался в плазменное облачко. Вместе с ним прекратил своё существование исполненный надежды на успех Аудитор Крон. Подобно шахматисту, сделавшему роковой ход, Крон остановил свои часы. И тем самым запустил отсчёт на других часах. Часах Судного дня планеты Земля и её обитателей.

Планета Земля.

США. Аризона.

Национальная обсерватория Китт-Пик.

27 февраля 2025г.

«Что за фигня?!» Если бы Эдвин Коллинз, младший научный сотрудник обсерватории, знал, что его слова войдут в историю, он бы наверняка постарался выбрать выражение получше. Но, с его лёгкой руки, астероидный поток, официально названный Эринниды*, в среде астрономов именовался не иначе, как «Большая фигня». (*Эринии – в древнегреческой мифологии богини мести и ненависти).

Но Коллинза можно было понять. Эдвин тихо-мирно считывал динамические показатели наружных слоев Солнечной атмосферы, когда спектограф показал серию неожиданных и необъяснимых слабых всплесков. Эдвину потребовалось около часа, чтобы разобраться в происходящем. Как и следовало ожидать, всплески не имели к Солнцу никакого отношения. Источником сигналов стал неизвестный науке поток астероидов, направлявшихся откуда-то из глубин пояса Койпера в сторону центральных планет Солнечной системы. Астероиды потока имели аномально высокую температуру по сравнению с ледяными глыбами пояса, что могло объясняться только одним: поток порождён недавним столкновением достаточно крупного объекта пояса Койпера с внегалактическим шатуном, типа недавнего Oumuamua.

К этому выводу пришёл уже не сам Эдвин, а специалисты Паломарской обсерватории и обсерватории Мауна-Кеа, специализирующиеся на наблюдении за астероидными поясами. Расчёт орбиты нового потока дал настолько тревожные результаты, что ООН немедленно объявила о созыве внеочередной Генеральной ассамблеи. Выслушав доклад председателя Первой комитета* Генассамблеи, и проведя консультации со своими правительствами, члены ООН, впервые за многие десятилетия, единогласно приняли резолюцию ассамблеи. (*В ведении Первого комитета находятся вопросы международной безопасности).

«Никогда ещё до сегодняшнего дня человечество не встречалась с угрозой такого масштаба. – Говорилось в ней. – Поэтому мы принимаем решение полностью рассекретить астрономические данные, связанные с астероидным потоком Эринниды. Согласно точным и неоднократно проверенным независимыми специалистами расчётам, столкновение потока Эринниды с Землей неминуемо произойдёт уже через четыре года. К счастью, первое столкновение затронет только наружные, наиболее разреженные области потока. Но его орбита такова, что подобные столкновения будут продолжаться с периодичностью раз в тридцать лет. При этом, согласно утверждению ученых, с каждым пересечением орбит Земли и Эриннид наша планета будет входить во всё более глубокие слои потока, что увеличит интенсивность столкновений и массу астероидов. Перед лицом этой прямой и непосредственной угрозы человечество должно объединиться. С этого момента любой вооруженный конфликт между странами будет считаться нападением на всё человечество и будет пресечён всей мощью оружия ядерных держав. ООН объявляет немедленный мораторий на любые международные конфликты. Странам, считающимся спонсорами терроризма, должно быть ясно, что действия через прокси также подпадают под определение нападения на человечество и повлечет аналогичную реакцию.

Ведущие державы мира пришли к соглашению о формировании объединённых сил космической обороны (ОСКО), находящихся под руководством назначаемых ООН командующих и с коллегиальным представлением стран в его генеральном штабе. Ядерные державы обязались передать ОСКО 85% своих ядерных арсеналов и средств их доставки.

Кроме того, ООН формирует фонд общепланетных проектов, призванный финансировать передовые разработки в области защиты Земли от космических угроз. Странам – членам ООН предписывается ежегодно переводить в счёт фонда 10% бюджетных средств. Аналогичным налогом облагается частный капитал, превышающий 100 миллионов долларов США. Попытка уклонения от налога будет рассматриваться как предательство человечества.

Мы призываем всех людей планеты, все государственные и частные корпорации забыть былые обиды, прекратить любые распри, оставить позади личные интересы и принять активное участие в предотвращении катастрофы.

Мы, страны Земли, сплотимся перед лицом смертельной угрозы и выйдем из этого испытания ещё более едиными и могучими. Подписано 192-мя странами членами ООН».

На фоне этих грандиозных событий совершенно незамеченной прошла статья в журнале IMAJ*об опыте успешной реабилитации парализованной десятилетней девочки в клинике Шиба Тель А-Шомер. (*Израильская медицинская ассоциация).

Окрестности планеты Земля.

500 000 километров от Земли.

Орбитальная боевая группировка «Альфа».

20 января 2030 года.

- Здесь «Штаб Альфа». Боевым станциям подтвердить готовность.

- Готовность подтверждена.

- Центр управления огнём?

- Здесь Центр управления. Синхронизацию подтверждаю.

- Наблюдатель-4, ожидаем вашей команды.

- Здесь Наблюдатель-4. Объекты войдут в зону поражения через сорок секунд. Банк целей подтверждаю.

- Отсчёт.

Адмирал Луи Сен-Жак, как и все, вслушивался в ровный женский голос компьютерной системы. К сожалению или к счастью, перед лицом космических скоростей человек беспомощен. Его замедленная реакция не в состоянии управлять огнём по объектам, мчащимся со скоростью более двадцати километров в секунду. Всё, что остается людям – наблюдать за сражением, которое вместо них будут вести автоматы.

Четыре года, отпущенные провидением, человечество использовало сполна. После памятной резолюции ООН большая война, грозившая перерасти в мировую, прекратилась. Зато оживились секты, и первой, естественно, оказалась ИГИЛ, возвестившая, что так называемый «поток Эринниды» не что иное, как клинок Аллаха, занесённый над неверными. И спасение заключается в немедленном и всеобщем джихаде.

Вспыхнувшее восстание исламистов Объединённое командование сил безопасности Земли подавило с такой решительностью, что оживившиеся было экстремистские организации предпочли уйти в глубокое подполье.

А вокруг кипела работа. Ведущие бизнесмена планеты перечисляли десятки миллиардов в фонд, предоставляли армии человечества все мощности своих предприятий.

Общими усилиями на подступах к Земле удалось сформировать ударную группу: пять боевых станций, вооруженных скоростными ракетами – носителями самых мощных в истории термоядерных боеголовок, и еще десять станций лазерного перехвата, построенные на предприятиях SpaceX и Роскосмос на основе рассекреченных технологий США, России и Израиля*. (*На начало 2023 года существует две официально представленные системы лазерного ПВО: LaWS (США) и Iron Beam (Израиль). Также возможно существование неподтверждённого международными организациями российского лазерного комплекса «Задира»).

Кроме этого, на низкой орбите над Землей флот подвесил еще около ста малых станций ПВО с атомными ракетами и лазерными установками.

По плану, наиболее крупные астероиды наружного слоя потока, который должен задеть Землю, будут уничтожаться термоядерными ракетами, а их осколки превращаться в пыль лазерными системами. Те же обломки, которые смогут преодолеть этот заслон, должна сбить на подлёте к Земле вторая линия планетарной обороны.

На счёте «ноль» палубы боевых станций содрогнулись от одновременного старта десятков ракет. На стенных экранах штаба было видно, как стремительно удаляются в черноту космоса яркие огни их кормовых дюз. На станциях лазерной защиты загудели системы охлаждения: компактные атомные реакторы Rolls-Royce усиленно накачивали лазерные установки энергией.

Первая волна ракет достигла цели через десять минут. На экранах, транслирующих изображения с телескопов спутников-наблюдателей, полыхнули ослепительные сферы плазмы. По вспомогательным экранам поползли строки докладов:

- Объект Э-117 уничтожен полностью.

- Объект Э-83 рассеян.

Объект…объект…объект…

- Перерасчет траекторий…

- Перерасчёт банка целей…

Объект… объект… объект…

Сен-Жак чувствовал гордость за то, что удалось сделать человечеству за столь короткое время, за силу своего флота, и одновременно удручающую беспомощность. Он, опытный пилот, вынужден бы довольствоваться ролью зрителя. В космосе бушевал яростный бой, а он, боевой офицер, мог только стоять, сжимая в кулаке медальон со святым Христофором, и надеяться, что быстрые, не ведающие сомнений компьютеры сделают за людей их работу.

- Прорыв на участке Т3-А12.

- Прорыв на участке Т12-В8.

- Запуск ракет второй волны.

На этот раз сферы раскаленной плазмы вспыхнули гораздо ближе.

«Ничего… мы это предусмотрели. Удержимся. Должны удержаться» - словно заклинание, повторял про себя Сен-Жак.

Офицеры в боевой рубке тихо переговаривались, не сводя глаз с экранов.

- Перерасчёт банка целей произведён.

- Активация лазерных батарей станций 1, 3, 8.

- Оценка результата.

- Перерасчёт банка целей.

-Активация лазерных батарей.

- Прорыв на участке Р7-Е1

Участок «Е». Значит, нескольким астероидам удалось миновать боевой флот. Теперь надежда только на вторую линию обороны…

- Внимание. Угроза удара… Удар через пять секунд.

Кто-то взволнованно воскликнул.

«Ну вот и наша очередь, – подумал адмирал. – Теперь всё зависит от костей, которые выбросит судьба».

Рубку тряхнуло, но ремни безопасности удержали офицеров в креслах. Вслед за этим последовал еще один рывок, куда более сильный. Экраны мигнули, основное освещение на секунду погасло, но запасные генераторы не позволили обесточить пораженную станцию.

- Оценка повреждений.

- Отсеки 2 и 8 – уничтожены.

- Отсеки 3, 16, 24 – частичная разгерметизация.

Пять отсеков из пятидесяти. Не фатально.

Бой продлился менее десяти минут. Но за это время от массы астероидов, грозивших обрушиться на Землю, осталось едва ли больше полутора процентов. Флот потерял триста человек экипажей, одну ракетную и три лазерные станции.

Наступила короткая передышка. Немногочисленные, но по-прежнему смертельно опасные астероиды, прорвавшиеся сквозь заслон земного флота, стремительно приближались к орбитальной группировке.

На Западном полушарии, по которому должен прийтись удар, проснулись сирены. С крыш взлетели и заметались в воздухе стаи голубей, завыли собаки. Эхо сирен прокатилось по опустевшим городам. Люди, заблаговременно перешедшие в глубокие шахтные убежища, не отводили глаз от настенных экранов. Земля была готова к битве.

Орбитальная группировка сделала всё от неё возможное. В бесформенное облако прорвавшихся к планете астероидов били атомные ракеты, тут и там разлетались в пыль камни, пораженные невидимыми в пустоте лучами лазерных батарей.

Но у защитников планеты не хватило времени на то, чтобы построить непроницаемый заслон. Голубизну земного неба испещрили огненные росчерки метеоритов. Большая их часть, превращенная в щебень усилиями войск космической обороны, сгорели в атмосфере. Но несколько сравнительно крупных осколков сумели избежать общей участи. Семь из них рухнули в Тихий океан, не причинив вреда. Еще два упали в малонаселенной местности, породив пожары, и еще один взорвался в воздухе над небольшим эквадорским городом Чоне.

После недели спасательных работ общее число жертв метеоритной атаки составило 21 386 человек.

Земля выиграла первый раунд. Но уже через тридцать лет ей предстояло новое тяжелое испытание.

Спасение от гибели, ставшее возможным благодаря объединению сил всего человечества, вдохновило людей. В распоряжении человечества имелось всего тридцать лет, чтобы найти способ противостоять угрозе, по сравнению с которой предыдущая была всего лишь лёгкой разминкой. И оно не теряло времени.

Если бы Аудитор Крон был жив, он мог бы гордиться собой. Его план сработал с точностью, достойной самой небесной механики.

В 2031-ом году Владислав Кузнецов, ведущий физик международной группы Объединённого института ядерных исследований в подмосковной Дубне, обратил внимание на старую публикацию одной из хакерских групп, касавшуюся разработок некоего доктора Гао из университета Цзяотун. Выкладки, которые привел в конце своих заметок этот ученый, оказались именно тем, чего не хватало группе Кузнецова. Благодаря записям давно скончавшегося учёного дубнинским исследователям удалось создать первый термоядерный реактор на холодной плазме.

В 2043 году Яэль Гринберг, доктор наук из института Вейцмана, почетный стипендиат фонда Альфонсо Агилара, объявила о создании первого полноценного нейронного интерфейса, позволившего человеческому мозгу напрямую коммутироваться с искусственным интеллектом.

Объединённая мощь творческого начала человеческого разума и сверхскоростной обработки огромных объемов информации ИИ привели к настоящему прорыву в большинстве областей знаний. Наука и техника совершили качественный скачок. Человечество вошло в эпоху давно предсказанной учеными технологической сингулярности. Располагающее бездонными запасами энергии, полное революционных идей, вооруженное новейшими технологиями, человечество впервые почувствовало не просто надежду, а твёрдую уверенность в победе.

В 2045-ом году Китайско-американский консорциум вывел на лунную орбиту первый блок космического завода. К 2047-ому году его строительство завершилось. В 2050-ом году число заводов достигло пяти. С их стапелей сошли десятки гигантских термоядерных кораблей, реактор каждого из которых превосходил суммарную мощь всех электростанций Земли кона XX-го века.

В 2052-ом году мумбайской коллаборации исследователей разных стран и трех Искинов восьмого поколения удалось разработать работающий прототип генератора силовых полей.

В 2055-ом году полевыми генераторами оснастили более 80% объединенного флота Земли.

В 2057 году, за три года до возвращения Эриннид, ООН торжественно объявило о слиянии всех стран и ста сорока объединений Искинов высших уровней в Единое человечество.

В январе 2059-го года армада из ста сорока двух боевых кораблей стартовала с лунной орбиты и направились в глубокий космос, навстречу смертоносному потоку астероидов, чтобы раз и навсегда покончить с угрозой. Операция «Меч паладина» началась.

Столкновение земного флота с потоком астероидов транслировалось по всем информационным каналам планеты. Боевой флот не использовал давно устаревшее ядерное оружие. Новые корабли несли гравитационные деструкторы, способные разрушить камень размером со старинный авианосец, и генераторы силовых полей, выводящие на безопасные орбиты астероиды диаметров в несколько километров.

Операция «Меч паладина» прошла не так зрелищно, как первая, отчаянная битва крошечной земной эскадры в 2030-ом году. Деструкторы превращали астероиды в пыль, не тратя ни ватта энергии на нагрев. Глыбы просто разваливались, порождая облака безвредной пыли. А воздействие силовых полей вообще не сопровождалось никакими видимыми эффектами.

Тем не менее, двенадцать миллиардов человек, не отрывая глаз, с благоговением наблюдали за триумфом разума над безжизненной материей. Могучий астероидный поток на глазах иссякал, истаивал, рассеивался в космосе.

Второй раунд противостояния закончился безоговорочной победой человечества. Угроза миновала. Объединённый флот не потерял ни одного корабля. На Землю не упало ни одного метеорита, хотя бы с кулак размером.

Флот с триумфом вернулся на Землю.

Но один из кораблей, разведчик, арендованный институтом Вейцмана, продолжил свой путь к поясу Койпера.

На борту разведчика находились всего два гражданина человечества. Человек Яэль Гринберг и её лучший друг – искин Станислав Азимов.

В свои пятьдесят пять Яэль едва ли выглядела на тридцать. Технологическая Сингулярность не обошла стороной и медицину. Теперь человек мог рассчитывать на двести пятьдесят лет активной жизни. Давнее увечье, из-за которого Яэль провела молодость в инвалидной коляске, наконец, осталось позади. Шрамы, уродовавшие её тело и лицо, бесследно рассосались. Остались только шрамы на сердце. И маленький путеводный огонёк, о котором знала только она одна и, с недавних пор, искин Азимов.

Тот судьбоносный разговор с Аудитором Кроном Яэль и сегодня смогла бы повторить дословно. Хотя временами ей казалось, что Крон – всего лишь плод фантазий маленькой испуганной девочки, запертой в своем сознании и отчаянно искавшей любого друга, пусть даже воображаемого.

Чувствительные локаторы разведчика засекли слабый, тщательно замаскированный под общий фон, пеленг спас-капсулы Аудитора на самом краю пояса Койпера, именно там, где Яэль и ожидала. Значит, Аудитор Крон не был вымыслом! Он действительно существовал!

Миновав лабиринт медленно вращающихся в пустоте каменных глыб, разведчик завис над грушеобразным астероидом. Сигнал шел из неглубокой пещеры у основания астероида. Станислав внедрился в управляющие схемы спускаемого робота и направил машину вглубь пещеры. Вскоре лучи его прожекторов нащупали блестящую поверхность капсулы.

- Надо же. – Изумился Станислав. – А ведь я тебе до последнего не верил.

- Старый скептик. – Усмехнулась Яэль. – Это в тебе говорит машинный шовинизм.

- Ты бы на моем месте тоже сомневалась. – Искин выпустил манипуляторы робота и аккуратно перенес капсулу на транспортную платформу. – Ты была ребенком, была ранена, твой мозг галлюцинировал. Мало ли, что тебе могло привидеться.

Закрепив груз, робот включил двигатели. Станислав покинул его схемы, перепоручив работу автопилоту. Его физическое тело, (Станислав предпочитал классические формы античной скульптуры), положило ладонь на руку женщины.

- Волнуешься?

- Конечно. А ты нет?

- Я искин. У меня шовинизм, я не могу волноваться.

Яэль нервно рассмеялась.

Модифицированный Перцептор, цифровая копия аудитора Крона, активировался. Одна за другой подключились мыслительные цепи, замыкаясь в оболочки синтетического разума, дополняя его личность до целостности.

«Аудитор был прав. – С удовлетворением подумал Перцептор. – У людей получилось».

Последней вступила в строй система внешнего обзора.

«Великое Содружество! – Удивился модифицированный Перцептор. – Какие же они всё-таки огромные!»

Из покоящейся на лабораторном стенде капсулы выплыла небольшая, с кулак, ворсистая белая сфера. Воздух вокруг неё искрился и потрескивал.

- Кто бы мог подумать. Оказывается, инопланетяне тоже играют в теннис. – Произнёс в голове Яэль голос Станислава.

- Сочту это за комплимент. – Ответил другой голос. И, хотя прошло столько лет, Яэль сразу его узнала.

- Ангел… – произнесла она, чувствуя, как дрожит голос от едва сдерживаемых слёз. – Ты вернулся.

Станислав встал и тихо вышел. Он был весьма воспитанным Искином.

- Аудитор Крон, я так тебе благодарна… – сказала Яэль. – Ты спас нас всех. Я помню, ты мне говорил… Тебе запрещено вмешиваться, но ты сделал это для нас.

Перцептор завибрировал, тихо гудя.

- Ты дважды ошибаешься, девочка.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Аудитор Крон погиб в 2026-ом году. У спас-капсулы не хватило бы энергии поддерживать его жизнь столько лет. Я – его цифровое подобие. Его раса часто использует подобных мне.

- Боже мой… мне так жаль…

Шарик поднялся над плоскостью лабораторного стола.

- Возможно, ты изменишь своё мнение, когда узнаешь то, что мне поручил передать Крон.

- Я… боюсь, я не совсем тебя понимаю.

- Аудитор Крон спасал не вашу расу.

Яэль задохнулась от изумления.

- Как… что это значит? Что ты хочешь этим сказать?

- Он сохранил вашу расу не потому, что испытывал к вам чувства. Им руководил холодный расчёт.

- Спасал не нашу расу… – задумчиво повторила Яэль. – Значит, если я правильно тебя понимаю, есть кто-то, к кому он всё-таки испытывал чувства?

- Не совсем так. Раса Крона – созерцатели. Они наблюдают, изучают, оценивают, делают выводы. Но они не испытывают чувства, подобные вашим. Но ты права в главном. У Крона были иные цели.

- И раз ты мне это рассказываешь…

- Это означает, что ещё ничего не закончилось.

Яэль встала, прошлась по небольшой лаборатории разведчика, в волнении ломая пальцы.

- Да… не таким я представляла себе этот разговор. Что ж, Крон… прости, как мне тебя называть?

- Перцептор. Это общепринятое название моего типа интеллектов.

- Хорошо, Перцептор. Так кого же спасал настоящий Аудитор Крон?

- На расстоянии двадцати световых лет от Земли есть небольшая система. Красный карлик с единственной планетой. На ней обитает древняя цивилизация разумных Цветов. В отличие от вас, они не пошли по технологическому пути развития. Всё их существование посвящено красоте. Когда мой предшественник, Перцептор-исследователь, прислал Крону отчет по этой расе, аудитор не удержался и, вопреки всем правилам, сам спустился на её поверхность. Он провёл на ней более шестидесяти лет, но даже с его скоростью восприятия не успел постичь сотой доли того, что они создали. Он был впечатлен глубиной и изяществом философии и искусства этой расы. Он посчитал, что Цветы – одна из самых совершенных рас во вселенной.

- И как же это связано с нами?

- Сравнительно недавно служба дальней разведки Содружества обнаружила в вашем секторе пространства крайне агрессивную цивилизацию. Она живёт за счёт экспансии, а не объединения, как Содружество. Для справки: такие расы – большая редкость, аномалия. Обычно агрессивные расы уничтожают себя ещё до того, как выходят в дальний космос. Именно такая участь ожидала, к примеру, твою расу. Но та раса, которую на вашем языке можно назвать Рой Инферно, выжила. Она сумела открыть межзвездные перелёты. Вторгаясь в чужую систему, Рой уничтожает в ней любую жизнь так же легко, как вы пропалываете огород. Согласно расчётам Крона, Рой Инферно достигнет мира Цветов примерно через двести лет. Содружество не в силах им помочь. Его корабли просто не успеют. Содружество слишком далеко от этого сектора галактики.

- Это, конечно, печально. Но если Крон рассчитывал на наш флот, то он сильно просчитался: мы даже не вышли за границы собственной системы.

- Я знаю. Но вам и не придётся. Перед тем, как обрушиться на Цветы, Рой Инферно пройдёт через вашу систему. У вас осталось сорок два года, семь месяцев и девять дней, чтобы подготовиться.

- Так вот зачем он нас спас… – Горько произнесла Яэль. – Надо же. А я-то… Ясно. Перцептор, ты ведь фактически копия Крона, верно?

- В какой-то степени.

- Тогда ты должен знать… скажи, чем мы его так разочаровали? Неужели в нас не нашлось ничего достойного?

- Я знаю, что мои слова тебя огорчат, Яэль. Но правда заключается в том, что с точки зрения расы Аудитора Крона, вы – монстры. Хищники, обладающие разумом. Ваша раса привела его в ужас. Даже ваше искусство – чудовищно. Оно насквозь пронизано метастазами животных страстей. Если бы не Рой Инферно, угрожающий Цветам, Крон поместил бы ваш мир в изоляцию и навсегда забыл про него. Но он предположил, что монстра сможет победить только другой монстр. По его оценке, у вас достанет разума подготовиться к вторжению. И хватит жестокости, чтобы уничтожить Рой Инферно раз и навсегда, как вы уничтожили созданный Кроном астероидный поток.

- Крон ошибся. Мы преодолели нашу животную натуру. На Земле больше нет войн. Мы объединились.

- Вы объединились лишь потому, что Крон не оставил вам выбора. Он вынудил вас эволюционировать перед лицом смертельной угрозы. Без этого вы бы уничтожили себя еще тридцать лет назад.

- Он вырастил нас, как свинью на убой. – С горечью произнесла Яэль. – Чтобы мы встали живым щитом и загородили его любимые Цветочки. Он решил принести в жертву всю мою расу, чтобы спасти их... И ты ещё называешь нас монстрами?!

- Я не даю оценок. Я лишь передал тебе его точку зрения. Но я вижу, что ты разгневана. Твой организм вырабатывает гормоны, в тебе растёт агрессивность. Разве это не свидетельство его правоты?

- Нет. Совсем нет! То есть, кое в чём он был прав. Поверь, у нас достанет ума и сил. И, уж точно, достанет ярости. Мы подготовимся к войне, мы создадим межзвездные армады и вооружим их так, как Крону и не снилось. Возможно, нам придётся понести огромные потери, но мы победим. Как и всегда.

- Так значит, Крон всё-таки не ошибся. Монстр уничтожит монстра.

- Я считаю, что Аудитор Крон не понял главного. Но это не его вина. Он, и вся его раса – существа, живущее одним чистым разумом. А главного разумом не понять.

Шарик взлетел с ладони женщины и завис на уровне её глаз.

- Так чего же он не понял?

- Наше животное начало… Это не только проклятие. Это и благословение. Да, мы умеем ненавидеть. Мы умеем приходить в ярость. Убивать, в конце концов. Но еще мы умеем любить. Умеем сопереживать. И это именно то, что спасло нас всех. Крон лишь позволил нам проявить лучшие черты. Подарил нам второй шанс, который мы не упустили. Можешь не сомневаться. Мы защитим Землю и защитим его Цветы. Но не по принуждению. А из любви.

- Любовь. Хотел бы я понять, что это такое… – произнёс Перцептор, задумчиво покачиваясь в воздухе. – Возможно, Крон сумел бы понять, но его давно нет.

Яэль взяла осиротевший белый шарик двумя пальцами, положила на ладонь и осторожно погладила. Пальцы кольнуло слабым разрядом.

- У тебя будет такая возможность. В конце концов, кому ещё, как не людям, учить Ангела любви?