Бабье царство. Книга 5. Золотая тьма

– Михалыч, поверь, с этими «тайными тропами» все бегут вперёд паровоза! Проблемы у мобильного портала будут те же, что у самой базы – местная экосистема своенравных и агрессивных потусторонних тварей! – произнёс Пётр Алексеевич Каверзнев – ныне советник по контактам с местным контингентом в звании генерал-майора.

Он шёл вдоль высокого бетонного забора, ёжился и морщился, несмотря на то, что был укутан с ног до головы в непромокаемый комбез.

– Ненавижу дождь, – прорычал вместо ответа Михалыч – собеседник из вышестоящего штаба, тоже упрятанный так, что только лакированный козырёк фуражки торчит из-под капюшона. – Здесь всегда так?

А дождь не просто лил, а буквально падал отвесной водяной стеной, порождая громкий шум. Ветер играл каплями и брызгами, норовя забросить в лицо, как ни повернись. Молнии били не переставая.

В такую погоду не то что собаку из дома не выгонишь, даже порядочная нечисть прячется по своим потусторонним норам и углам. И угораздило же комиссию из вышестоящего штаба прибыть именно в этот день.

Пётр Алексеевич криво ухмыльнулся.

На верхах наконец-то озаботились обеспечить базу малогабаритным ядерным реактором. И в свете недавнего нападения эльфов Михалыч решил совместить цели и задачи: лично проверить, как выполняются меры по усилению периметра. Заодно обсудить назревшие проблемы мобильного портала.

– Да что тебе не нравится?! Дождь как дождь! Совсем как в Африке! Помнишь?! – усмехнулся Пётр Алексеевич.

– Ненавижу Африку! – прокричал Михалыч, стараясь быть услышанным сквозь дождь и гром, а затем перешёл к сути разговора: – Я читал доклад по «тайным тропам»!

– И что скажешь?! – произнёс Алексеевич и неспешно обернулся.

Позади них на самых малых оборотах тащился уазик, лихорадочно трясущий дворниками по лобовому стеклу. Как только начальники наговорятся, он увезёт Михалыча в Керенборг на светский раут с маркизой и оставит Петра Алексеевича в тишине и покое.

– Терпимо. Поменяем график. Доложим наверх. Не впервой, – проговорил проверяющий, шагая по раскисшей земле, нафаршированной мелкой галькой, как тефтели рисом.

– А мне-то что делать, Михалыч? Местные монстры графиков как-то не читают!

– Я подумаю.

И они пошли дальше.

Дождевая вода сливалась в ручьи, те текли вниз по склону холма, где обосновалась база, соединяясь в реки и впадая в большие, похожие на озёра лужи.

Когда внезапно заверещала сигнализация, генералы принялись озираться, пока не увидели одиноко хромающего скелета. Кости несчастного умертвия были покрыты мокрыми лохмотьями давно истлевшей одёжки и сгнившего мяса. С макушки свисали остатки шевелюры, и даже половую принадлежность того, кем он был когда-то при жизни, узнать не получалось. Как говорится, классическая нежить.

Процессия замерла и переглянулась. Датчик магии негромко затрещал, как счётчик Гейгера, а на вышке за забором оживился пулемётчик.

– Лёгок на помине, – пробурчал Пётр Алексеевич, сверля взором мертвяка, и осторожно достал из кобуры наградной маузер.

Пустые глазницы некоторое время просто таращились на застывших от неожиданности людей, а потом скелет немного косо качнулся и стал набирать ход. Под неживыми ногами захрустела мокрая галька. На редкой сырой траве остались помятые следы.

– Огонь, твою мать! Уснул, что ли?! – тут же заорал Михалыч, обернувшись на вышку.

Проверяющий ещё не сталкивался с нечистью лицом к лицу, и это сказывалось – он заметно нервничал.

Генералы попятились. Водитель выскочил из машины и отбежал подальше. А долгая очередь серебряных пуль калибра семь шестьдесят два взметнула облака брызг с мокрого грунта, прошивая некогда живую тварь насквозь.

Скелет задёргался. Там, где пули пронзали кости и гнилое мясо, вспыхивало, словно сварочная дуга, окрашенная в зелёный цвет. В разные стороны полетели изумрудные искры.

Когда нежить домчалась до своей цели – уазика – и принялась бить кулаками и царапать пальцами железо. А тяжёлые пули, иногда промахиваясь мимо твари, загрохотали металлическим градом по капоту и радиатору, от чего машина тут же заглохла и стала источать пар.

На лобовое стекло хлынули зелёные брызги, быстро сметаясь дворниками.

Но вскоре ходячий труп замер, выгнулся дугой назад и уставился пустыми глазницами в небо. Из пробитого пулей черепа вырвалось изумрудное пламя. И только тогда нежить обмякла и упала на сырую траву, окончательно простившись с этим грешным миром.

Хмурый и тяжело дышащий Михалыч выругался и выдал:

– Здесь всегда так?

– Так, я уже час талдычу про нечисть! – прокричал Пётр Алексеевич в ответ.

Проверяющий провёл ладонью по мокрому лицу и заговорил:

– А знаешь, Петя, ты прав. Мы действительно поспешили с «тайными тропами».

– Так я о том же. Как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги, – не торопясь убирать пистолет в кобуру, кивнул хмурый Алексеевич.

Михалыч снова стёр воду с лица:

– Петя, я выбью отсрочку плана, но задачу никто не отменит. Нам позарез нужен десант через параллельный мир, дабы выйти с Реверса в любой точке Земли. И желательно, чтоб из этого мира просочилось как можно меньше шумихи. Потому прошу – займись сам. А прототип портала я дам тебе на растерзание под свою ответственность.

– Михалы-ы-ыч, – жалобно протянул Пётр Алексеевич, понимая, что спорить с начальником накладно, но и молчать не мог в силу характера. – Где я, и где магия? Я лучше в запас уйду! Буду мемуары писать! Тем более здесь целые научные институты нужны.

– Придумай, Петя. Это ведь ты у нас укротитель богов. Демонолог в лампасах, блин, – проговорил начальник из высокого штаба, насупившись ещё сильнее и перейдя на нервно-ехидный тон.

Сейчас штабиста можно запросто выдать за какого-нибудь средневекового герцога.

– То есть институтов не будет, – пробурчал Пётр Алексеевич, хмуро глянув из-под козырька фуражки на высокого начальника. А затем протяжно выдохнул и бросил взор на забор, где жались друг к другу и внимательно слушали людей две намокшие до самого последнего пёрышка чёрные вороны – шпионы Магистрата. И теперь ведьмы знают каждое сказанное слово.

А ведь помимо ворон, появились ещё и крысы. Вон, к примеру, стоит одна такая, из травы выглядывает. Тоже мокрая до ниточки, но слушает внимательно-внимательно, сосредоточенно-сосредоточенно. И даже при стрельбе не скрылась и не убежала, как полагалось обычному грызуну.

Генерал посмотрел на труп, валяющийся у машины, и криво ухмыльнулся. Труп наглядно показывал основные трудности проекта. А ведь здесь ещё есть боги, демоны и драконы.

– Да уж, интересная задачка, – проронил Пётр Алексеевич.