Баг в проклятьи

Все же однажды мечтали получить наследство? Ну вот это вот «если бы у меня была богатая бабушка, оставила бы мне наследство, тогда я бы зажила хорошей жизнью!» Была такая мечта и у меня. А вот богатой бабушки не было. Я уже думала, что так и умру бедной и несчастной, как однажды позвонил нотариус.

Моё имя неожиданно всплыло в завещании деда, о существовании которого я даже не знала. Мама говорила, что её родители умерли, я ни разу их не видела. А оно вон как вышло. Конечно, я помучила нотариуса, уточняя, не ошибся ли он адресатом, точно ли речь обо мне. Но мужчина невозмутимо достал рукописное семейное древо, где были вписаны и мои родители с точными датами рождения и смерти, и я сама.

Что вы думаете мне досталось? Не больше ни меньше – поместье в горах, в уединенном ущелье. Целое поместье! В довесок шёл стрёмный кулон в виде резного ключа с каким-то призраком лошади. В завещании значилось строго: беречь кулон, не гневить стража - иначе разверзнутся небеса и мы все умрём. А ещё, я не имею права продавать поместье. Мда уж. Если бы не уединенная жизнь вдали от людей, дед явно окончил бы свои дни в психушке.

– Почему же мама сказала мне, что родители её умерли?

– Возможно, они умерли для неё, – предположил мужчина. – В любом случае вашей бабушки не стало, когда ваша мать сбежала из дома. А вот ваш дедушка прожил дольше и узнал о вашем существовании незадолго до собственной смерти.

– Звучит логично, – согласилась я. – Но вы точно уверены, что я – единственная наследница? У меня потом не возникнет проблем с законом?

– Не возникнет. Ваша мать была единственным ребёнком, со стороны деда никаких родственников не осталось. Вы можете отказаться от наследства, если не хотите, закон это позволяет. Правда ваше завещание – нет.

– Почему это, кстати? Что за странные условия? Ведь я могу распоряжаться наследственным имуществом, как захочу.

– Законодательство не ограничивает наследодателя в выражении его воли. Возможно это просто желание вашего деда. Уверен, дом был ему дорог. Так что вы решите?

Мне пришлось задуматься. Всё-таки на наследство я не рассчитывала и, конечно, предпочла бы получить счёт в банке, нежели какой-то там странный дом на странных условиях. Но, что есть, то есть. Я взяла время подумать в течение недели, расписалась в документах о получении и покинула контору нотариуса.

Ювелир в соседнем ломбарде оценил кулон в каких-то 2000 рублей и то за старину. Это мне пару раз в магазин сходить, я не стала заморачиваться с продажей. А вот ради поместья потратила целую тысячу на билет на поезд. Да, я решила не откладывать в долгий ящик. В конце концов – это недвижимость, а её всегда можно выгодно продать. Но доверять каким-нибудь посторонним риэлторам не хотелось, вдруг обманут. Даже наверняка. Поэтому я взяла отпуск на работе на две недели, и отправилась на место, чтобы самостоятельно всё осмотреть и оценить.

Пять часов в дороге пролетели быстро. В окошке поезда красовалось синее море, кидая барашки волн на каменистые берега. Путь мой лежал через горный лес и немногочисленные городки. Наконец, конечная станция. Я с наслаждением вдохнула солёный морской бриз, поводила плечами, слегка нывшими от долгого сидения. Осталось доехать от вокзала до поместья, расположенного минутах в двадцати отсюда, в горном ущелье.

Вот тут начались сложности. По непонятной мне причине, когда я указывала адрес, ни один таксист не хотел его брать. Странно. В инструкции нотариуса имелась карта. Пешком я туда до утра топать буду, а до темноты ещё часа четыре. Дорога вела в гору, но я не любитель мерить километры ногами. Да и туфли на каблуках не способствуют. Конечно, у меня с собой имелся небольшой багаж и сменная обувь, но не переодеваться же прямо на улице?! Для путешествия я выбрала удобный брючный костюм, который слегка накидывал мне возраста, но добавлял и серьёзности. Я рассчитывала, что в нём меня не сочтут глупой дамочкой и поьояться обманывать.

Мой заказ висел в приложении уже двадцать минут. Ждать надоело, да и живот урчал от голода. Можно, конечно, снять номер в отеле, но мне не хотелось лишний раз тратиться, экономнее заночевать на своей территории. В конце концов у меня теперь дом. Собственный.

На улице никто не встретился, какой-то необжитой городок, однако. Вымерли они тут что ли? Или просто осень пришла, туристический сезон кончился, вот и остались только местные жители приморского городка? Скорее даже деревеньки, слишком уж он небольшой оказался. Захолустье. С другой стороны, в сезон тут наверное не протолкнуться от туристов. Приложение такси притворялось мёртвым, машин на улице почти не встречалось, а автобус, судя по карте в яндексе, приедет только через 32 минуты. Но и его маршрут был далёк от нужного мне.

Осмотревшись, я увидела одинокую кофейню на набережной рядом с вокзалом. Других заведений тут не водилось, не считая сувенирного магазинчика, закрытого в этот час. Стоять на улице ещё полчаса мне совсем не улыбалось, так что я рискнула войти. Дверной колокольчик весело возвестил о моём появлении. Мрачный бариста неприветливо принял заказ на кофе и местную выпечку, а когда всё было готово, я рискнула с ним заговорить.

– Не знаете, как мне найти водителя, который довезёт сюда? – разложила перед ним карту.

Мужчина взглянул, глаза его округлились.

– Никто в здравом уме вас туда не повезёт, дамочка. Вам приключений не хватает? – сердито спросил он.

– Вообще-то не хватает, – соврала я, не покраснев. – Что страшного в этом месте?

Он посмотрел на меня, как на идиотку, цыкнул сквозь зубы и продолжил:

– Там уже давно никто не живёт. Только бродят призраки. То ли всадник без головы, то ли бешеный конь. А ещё там всегда пасмурно и дождь идёт.

– Любопытно, – я вдруг засомневалась в адекватности мужчины. Может потому городок и пустует, что тут все сумасшедшие?

– По моим сведениям совсем недавно там жил одинокий старик, – настаивала я.

– Давно это было, – отмахнулся бариста, протирая столик не очень чистой тряпкой.

– И тем не менее. Раз он там жил, значит призраки его не убили.

– А от чего ж он тогда помер? – нагло ухмыльнулся мужчина.

– От старости, – пожала плечами я.

– Ну-ну, – выдал мой не особо вежливый собеседник.

– Я скорее поверю, что у вас тут маньяк завёлся, который убивает путников, запугивая страшилками, чем в привидение и всадника без головы.

– Дело ваше, дамочка. Но туда никто никогда не ездит. Только на похороны.

Я вопросительно уставилась на него.

– В той стороне кладбище.

А, ну понятно, откуда у его страшилок ноги растут. Кладбище, конечно, всё решает. Там и призраки, и зомби, и ходячие мертвецы и всё, что угодно. Правда шизофрения у баристы мне кажется более вероятной. Однако меня его диагнозы не касаются. Я снова заговорила.

– Мне придётся проверить вашу историю. Но для этого надо туда доехать.

– Вы журналистка, что ли? Страшные истории собираете?

– Нет. Я внучка того старика.

Мужчина снова раздражённо цыкнул, посмотрел как на ненормальную, я упрямо выдержала его взгляд. Задумался. Видимо мое признание что-то ему напомнило.

– Возможно смотритель кладбища согласится вас туда отвезти. Он похоронное бюро держит на соседней улице. И, как я слышал, присматривает за тем домом. Он единственный туда ездит.

Какой-то смотритель ездит в моё поместье? Никак лапу наложить решил? Думает, что у старика не окажется наследников? А вот шиш тебе. Вот же мерзавец. Вот я ему устрою! Наверное сговорились с этим баристой, чтобы меня спугнуть, чтобы продала дом за копейки, лишь бы избавиться. Ну точно! Группа мошенников по предварительному сговору решили обмануть приезжую девушку. Ха. Не на ту напали!

Я поблагодарила хмурого бариста за информацию и купила ещё несколько пирожных с собой в картонной коробочке. Одарив мужчину улыбкой сумасшедшей, я выпорхнула из кофейни. Кофе был ужасным, горьким и с плохим ароматом. Поэтому почти сразу оказался в ближайшем мусорном ведре. А вот выпечка пахла приятно, я сразу схомячила маковую булочку, чтобы в животе перестало урчать.

В городке было довольно тихо, светило пока ещё теплое осеннее солнце. Вроде бархатный сезон, а народу маловато. Ничего, как говорится, не предвещало. Пойти к смотрителю кладбища? Да плёвое дело. Похоронное бюро нашлось быстро. На табличке значилось: «Работает круглосуточно». Открыл мне горбатый седовласый старик в потрёпанном черном костюме.

– Кого чёрт принёс? – «вежливо» поздоровался он.

– И вам не хворать, – остроумно, как мне показалось, ответила я. – Не подбросите к старому дому в ущелье? Мне сказали, вы там иногда бываете.

Старик, назвавшийся Израэлем, сурово оглядел меня, словно сканировал, настоящая ли я владелица. Я помахала перед его лицом завещанием для убедительности. Выхватив его из моей руки, старик внимательно читал, затем молча взял ключи от старенького пикапа и пригласил меня внутрь.

– А ключ то у вас с собой? – скрипуче поинтересовался он.

– Этот? – я достала из кармана странный кулон с головой лошади.

– Он самый. Без него Страж не пустит.

– Ой да ладно нагнетать. Никаких стражей и призраков не существует, – раздражённо отмахнулась я.

Достали уже со своими страшилками. Фургон трясся даже на довольно ровной дороге. Виды вокруг внушали умиротворение: вдалеке горы, покрытые снежными шапками, на противоположной стороне синее море. Осень раскрасила окружавший меня пейзаж в сочные яркие краски. Но чем ближе мы подбирались к месту, тем сильнее меня стало пугать происходящее. Дорога поднималась вверх и чем выше, тем сильнее нагнеталась обстановка. Всё выглядело совсем необитаемым, мрачным. Быстро вечерело. Солнце спряталось за облаками, листьев и красок на деревьях оказалось куда меньше, словно мы переместились в другое измерение. Во что я вообще ввязалась?

Израэль зловеще хохотнул, будто мог читать мысли. Я насупилась, уставившись в окно. Ну нет, ты меня не обдуришь и запугать не сможешь. Знал бы, кем я работаю, даже не пытался бы!

Смеркалось на удивление быстро, из ниоткуда появился довольно густой туман. В мутном мареве на обочине стали проступать странные тени. Да ладно?!

– Это кладбище? – прошептала я хрипло, но сразу прокашлялась.

– Моё место работы, – подтвердил старик.

– Прелестно, – буркнула я.

Конечно, меня предупреждали, что оно здесь будет, но я не ожидала, что кладбище окажется таким зловещим. Прямо как в готическом романе. В окрестностях не было ни одного жилого дома или хотя бы захолустного магазина. Старик остановил машину у скалы, выступавшей на дорогу. С другой её стороны виднелся довольно глубокий овраг.

Израэль велел мне выходить. За поворотом я увидела каменную стену с железными воротами, заросшими колючим кустарником. Сюда ведь можно машиной подъехать, так почему он не стал? Атмосфера буквально давила сверху, казалось, даже дышать здесь сложнее, чем в городе внизу.

– Жуть какая. Вы меня точно туда привезли? – только сейчас я поняла, что доверилась чужаку и понятия не имею, уголовник он или нет. Прикопает на обочине и поминай как звали.

– Туда, барышня. В этих краях только одно проклятое поместье. Ключ приложите, – Израэль указал на овальную рамку в камне.

Я протянула мужчине ключ, но он отмахнулся, сказав, что не будет к нему прикасаться. Его поведение вызвало у меня ухмылку. Хорошо играет свою роль, надо отметить.

Была не была. Захочет убить – никто не помешает, людей здесь нет. Впрочем, я не зря занималась самбо с юности, меня голыми руками не взять. Предупредив его взглядом, что не из пугливых, я приложила ключ. На мгновение показалось, что под ним замерцали электрические разряды. Моргнула и видение исчезло. Зато щёлкнул замок, створка со скрипом открылась. Наверное в ключе датчик стоит, а такой замок для атмосферности сделали.

– Что ж, удачи, дамочка. Говорят, страж своих не трогает. Но вы это, поосторожнее. Не гневите его. Приеду завтра часов в полдень, если доживёте.

Я громко фыркнула, собираясь отчитать его на тему «что за мужики пошли, женщин запугивают». Повернулась к старику, а его нет. Прошла назад к месту, где стояла машина – ничего. И правда, что за мужики пошли? Взял и бросил. И совсем ему не стыдно. Странно, но я не слышала гула двигателя, а нужно заметить, его колымага довольно громкая. Буквально испарился отсюда. Поежившись от неожиданного холода и высокой влажности, я сглотнула ком в горле.

– Ладно. Дед как-то тут жил. Значит, не такое уж оно проклятое.

За воротами изменилась погода. Небо над ущельем покрылось свинцовыми тучами, в которых мерцали молнии, того и гляди ливанёт. А у меня зонта нет. Поднялся ветер, зловеще треща ветками деревьев. Прошлогодние листья под ногами звонко хрустели, словно у них ломались хребты. Туман прятал от меня неведомую территорию. Где-то сбоку мелькали неясные тени, вспыхивали огоньки, раздался вой шакала. Я ускорила шаг, пересекла небольшой каменный мостик, дошла до самшитового ограждения, давно потерявшего контуры. Надо будет его постричь.

Вот и дом. В нём не светились окна, что лишь усиливало ощущение заброшенности. Территорией вокруг явно давно никто не занимался: растения разрослись, корни деревьев местами подорвали тротуарную плитку, повсюду валялись горы листьев и мелких веток. Где-то вдали раздались звуки копыт. Всадник без головы? Как же! Привет Майну Риду. Но мурашки по спине всё-таки пробежались.

Наконец показались очертания вполне себе обычного строения. Полностью дом не рассмотреть в густом тумане, так что я, не тратя времени, просто пошла к крыльцу.

– Это всё выдумка, – напомнила я себе, входя в непривычно широкую дверь, почему-то незапертую. А, ну да, проклятье же. Кто сюда полезет? Внутри оказалось просторно, в три стороны уходили широкие длинные коридоры с высокими потолками. Я поискала выключатель, он обнаружился справа на стене на уровне глаз.

– Дед умер всего пару месяцев назад. А тут будто лет 50 прошло, – проворчала я, смахивая пыль и паутину с выключателя. Лёгкий треск и лампочки засветились мерцающим жёлтым светом. Дом как будто дышал. Пахло пылью и затхлостью. Что-то хрустело под потолком, из стен раздавались странные шумы.

– Крысы, наверное, – решила я. – Так, не нагнетаем, Кер.

Решив сперва осмотреться, я свернула в правый коридор. Здесь имелись прачечная, подсобки и кухня. В левом – небольшая пыльная библиотека, гостиная со старинной мебелью, кабинет и ванная. В третьем – пять спален с гардеробными. Лестницу на второй этаж не нашла. Дом выглядел до безобразия заброшенным, пыльным и сырым. Как тут жил мой предок – непостижимо. А уж как такое продать, я вовсе не представляла. Наверняка его можно привести в божеский вид с небольшими затратами.

За окном громыхнуло с такой силой, что я от испуга вздрогнула и уронила на пол телефон. Сеть совсем не ловила. Судя по шуму, ливень накрыл не по-детски. Я выглянула в окно, снаружи совсем стемнело. Ливень смешался с туманом в призрачный коктейль. В нескольких местах прямо на земле сверкали небольшие молнии.

– Первый раз такое вижу, – я поёжилась. – Ладно. Здесь хотя бы крыша не течет. Утро вечера мудренее.

Наверняка, при свете дня и дом покажется не таким страшным. Интернета не было и сомневаюсь, что сюда привезут доставку. Что-то мне не попадалась реклама. Ладно, съем пирожное и лягу, поздно уже. Хотела же переночевать на своей территории, ну и вот.

Выбрав самую приличную спальню, я улеглась на постель прямо в одежде. Бельё тут явно давно не меняли, а покрывало вызывало просто гигантские сомнения в своей чистоте. Сон сморил мгновенно. Снилось, правда, что-то невнятное. Старый дом, призраки, кладбище, кроваво-красные розы на решётке, патлатый старик на лодке, плывущей по реке, требовавший оплату золотой монетой, топот лошадиных копыт. В какой-то момент я распахнула глаза. Прямо на меня смотрела лошадиная голова. Я заверещала во всё горло и зажмурилась. А когда снова их открыла – в комнате никого не было.

– Вот же привидится.

Часы показывали уже шесть утра, смысла спать дальше не было. Забрезжил мутный рассвет. Я выглянула в коридор – пусто. Дошла до кухни – тоже никого. Никаких страшных звуков. Плита допотопная – буквально дровяная печь с конфорками. Растопив её имевшимися в кухне дровами(благо не отсырели), я нашла металлический чайник, налила воды из крана (слава богу, хоть водопровод имелся) и полезла в шкафчики.

Повсюду был сахар. В кубиках. Много-много кубиков и пачек с сахаром. Зачем столько? Дед был неисправимым сладкоежкой? Понятно тогда, почему скопытился. В одном шкафчике всё-таки нашлась коробка местного чёрного чая. Пах он неплохо и я рискнула его заварить. Пирожные в коробке благополучно пережили ночь. Я поставила их посредине круглого деревянного стола. Нашёлся и чайный сервиз с нарисованными пасторальными лошадками. Что за кинк был у моих предков на лошадей?

Стоило мне налить чай в изящную чашечку, как облака за окном рассеялись, пропуская яркие солнечные лучи. Ну вот, и совсем не мрачно стало. В кармане что-то закололо. Я сунула руку и вынула ключ-кулон. Показалось, что по нему пробегают крошечные молнии. Или не показалось? Призрачная голова лошади глядела на меня загадочно, как будто едва заметно двигаясь. Я всмотрелась в изображение, по которому и правда бегали электрические разряды. Даже ладонь от них закололо. Не-не-не, товарищи, это всё самообман, мне ли не знать?! Просто ключ старый, вот и коротит его.

Услышав рядом цокот опыт, вскинула голову. На пороге кухни стоял конь. Чёрная лоснящаяся шкура, серебряная грива и хвост, серебристые копыта. Конь смотрел на меня глазами, похожими на ртуть. Я пару раз моргнула и даже зажмурилась – видение не исчезло. Ущипнула себя – конь был на месте. Решив, что всё ещё сплю, я бодро произнесла:

– Доброе утро.

Конь с интересом рассматривал мою нехитрую трапезу. Затем подошёл к столу, сел на попу и принюхался к пирожным.

– Будешь? – спросила я. Конь кивнул. Достав блюдце, я положила на него одно пирожное и поставила перед ним. Длинный лошадиный язык смахнул его за секунду. Я положила ему сразу два. Он съел и их, поднялся, поклонился в пол, заржал и вышел.

– Чудеса, – выдохнула я. – И что мне дальше делать?

В голове всё смешалось и ощущение сюрреалистичности происходящего не покидало. Пришлось достать из сумки завещание.

«В доме живи. Ключ береги. Стража не гневи. Сахаром корми. Не выполнишь – кара настигнет».

Животрепещуще. Почему я только сейчас про сахар увидела? Пирожные ведь тоже сахар? А конь – это страж? Значит, я всё правильно сделала? Но жить здесь?! Мне?! Не-не-не. В любом случае придётся задержаться, привести это место в порядок перед продажей. Но ничего, я не из пугливых. Однако жить здесь не стану.

За окном по лужайке скакал мой недавний сотрапезник. Из под его копыт сверкали маленькие молнии. Интересно.