Баги и демоны

Всё началось с жадности. Как и многие великие (и не очень) бедствия.

В чертогах Ётунхейма, в башне, сложенной из векового голубого льда и костей поверженных троллей, ярл Эйвинд Ледяное Сердце совершил роковую ошибку. Он решил сжульничать. Дело было в великом аукционе, где могущественные сущности обменивались артефактами, душами и контрактами. Лотом был «Скипетр Вечного Отстоя» — вещь красивая, статусная, но бесполезная для практичного демонолога.

Эйвинд, чья алчность цвела пышнее ледяных роз, увидел в нём потенциал. Если перенаправить его поток проклятий через обратный контур, можно было создать невиданный щит-абсорбер. Идея была гениальна, как и всё, что приходит в голову в три часа ночи.

У Эйвинда было одно, но весомое платежное средство — его фамилиар, дух-накопитель по имени Морок, в чьём клубящемся тельце были законсервированы десятилетия украденной магической силы.

Ярл пошёл на аферу. Он создал дубликат контракта с Мороком — внешне неотличимый, но с коварной оговоркой мельчайшими рунами, делавшей связь обратной. Он планировал выиграть скипетр, отдать фальшивый контракт, а затем мгновенно разорвать сделку силой оригинала, оставив и скипетр, и фамилиара себе.

Расчёт был хорош. Но он не учел нюанса: аукцион проходил на нейтральной территории, в межмировом узле, где законы магии были… капризны. Когда обман вскрылся (а магическое сообщество ненавидит жуликов больше, чем святых), разгневанный арбитр, полубог-кракен, не стал вдаваться в долгие разбирательства. Он просто дернул за нити реальности вокруг Эйвинда.

— Раз ты так любишь двусмысленности и ложные пути, — проревел арбитр голосом ломающегося ледника, — ступай между! Ищи свой путь обратно из щели, которую сам себе пробил!

И пространство вокруг ярла и его фамилиара затрещало, как тонкий лёд. Их не выбросило в конкретное место — их выбросило в принцип. В принцип случайности, в самую гущу хаотических связей. Портал, хлопнувший за ними, был не дверью, а воплощённой насмешкой: он отправил величайшего демонолога поколения туда, где его искусство было почти бесполезно, — в мир с нарушенной, «дырявой» магической структурой. Мир, который давно научился жить с магией как с фоновым шумом, поломкой в системе или редкой аномалией, но уж точно не как с основным законом бытия.

Провалились они, что характерно, в масляную лужу. Не в ледяную воду фьорда, а в тёплое, пахнущее бензином и машинным маслом пятно на полу гаража.

Алексей в этот момент заканчивал долгий субботний ремонт своего старого, но любимого «Урала». Он только что затянул последнюю гайку на карбюраторе, вытер руки об ещё более грязную ветошь и с удовлетворением потягивался, чувствуя в пояснице знакомую усталость мастера. В голове крутились строчки кода, которые надо было дописать к понедельнику, и планы на завтрашнюю пробную поездку. Идиллию нарушил странный звук — не громкий, но неправильный, как помехи в аудиопотоке. Воздух над масляной лужей у верстака завихрился, потемнел и выплюнул сначала седую бороду, затем гневное, испещрённое шрамами лицо, и наконец — всю мощную фигуру мужчины в промокших звериных шкурах, с грохотом рухнувшего на спицу от колеса. За ним, как выхлоп неведомого двигателя, выплыло нечто кошачьего облика, но сотканное из теней и искр статического электричества.

— ДИАМОН! — проревел пришелец, отплёвываясь от масла и озираясь стальными глазами. Он увидел Алексея в заляпанной спецовке, с гаечным ключом в руке, окружённого железными «костями» мотоцикла. Логика ярла, привыкшего к духам стихий и демонам, дала сбой. — Я, Эйвинд Ледяное Сердце, ярл Ётунхейма, повелеваю твоей железной сущностью — ПОДЧИНИСЬ!

Он начал чертить в воздухе, наполненном запахом бензина, дрожащими руками сложные сизые знаки. На Алексея пахнуло волной лёгкого головокружения, как от вдыхания паров растворителя. Лампа дневного света на потолке моргнула. Больше — ничего.

Они уставились друг на друга. Эйвинд — с нарастающим недоумением и ужасом. Алексей — с глубоким, профессиональным скепсисом. Его мозг, отточенный на поиске багов и несоответствий в логике, мгновенно отбросил варианты «галлюцинация от паров» и «розыгрыш коллег». Перед ним был явный глюк в самой реальности. Некорректный вызов сущности в непредназначенный для этого контекст.

— Ты… что, с паяльником в башке? — медленно проговорил Алексей, не выпуская из рук монтировку. — Это частная территория. Гаражный кооператив «Восход». Ты как сюда попал? И… что за перфоманс?

— Перфо… что? — растерялся Эйвинд. Заклинание не сработало. Всё вокруг — холодное железо, стекло, странные мерцающие кристаллы (светодиоды на зарядке) — не отзывалось на его призыв. Он почувствовал унизительную, тотальную слабость.

—Хозяин, — прошелестел голос Морока, чьи желтые глаза теперь с любопытством разглядывали сварочный аппарат. — Матрица этого мира… она фрагментирована. Заклинания не фокусируются. Эта сущность, — он кивнул на Алексея, — не деамон. Но она… связана с этим железным зверем. Возможно, стихийный шаман.

— Я не шаман, я хозяин, — поправил Алексей, наконец-то начав понимать масштаб происшествия. Он положил ключ на верстак, сделав символический жест «разоружения». Его любопытство перевешивало страх. — Ты откуда, вообще? И… что это? — он ткнул пальцем в сторону Морока.

Потратив полчаса, банку холодного энергетика и кучу терпения, Алексей выяснил суть: ярл, другой мир, портал, нужны силы для возврата. Магия не работает или работает неправильно. Тупик. В процессе Эйвинд вдохновенно описал принципы некромантии, а Морок попытался слиться с тенью от компрессора.

Решение родилось у Алексея так же, как рождались все элегантные решения — через прагматичный анализ ограничений и ресурсов.

— Окей, — вздохнул он, потирая переносицу. — Декомпозируем проблему. Ты — недокументированная фича, сброшенная в продакшен без тестов. У тебя критические зависимости от несуществующего в этой среде фреймворка — «магии». — Он говорил медленно, стараясь перевести на свой язык. — Твой легаси-код не компилируется. Тебе нужен… патч. Или способ мигрировать данные — твои «силы» — в новую систему.

Эйвинд смотрел на него, ничего не понимая, но чувствуя странную логику в этом потоке непонятных слов.

— Предлагаю временное соглашенин, — продолжил Алексей. — Ты не вызываешь тут демонов, не пытаешься принести в жертву моего кота (если заметишь), и вообще следишь за… э-э-э… целостностью данных окружения. То есть не ломаешь тут всё. Я предоставляю тебе локацию, — он махнул рукой на заваленный хламом угол гаража, — и техническую поддержку. Помогу изучить документацию этого мира и найти уязвимость в системе — точку, где можно вставить твой «патч» для обратного портала. Легально. Без нарушений. А пока… — Алексей окинул взглядом беспорядок в гараже и обшарпанного пришельца. — Поможешь прибраться. И, может, кое-что расскажешь про принципы твоей… «магии». Мне это может быть интересно послушать.

Эйвинд Ледяное Сердце, повелитель малых демонов, стоял в луже машинного масла, уставившись на человека, который говорил на языке, сложнее любого заклинания. У него не было выбора. Этот мир был странным, шумным, и в нём правила какая-то сущность в промасленной одежде, чья логика оказалась крепче любых его обессилевших чар.

Он, скрепя сердце, кивнул.

—Да будет так. Контракт… заключён. Но знай, шаман железа…

—Алексей, — поправил программист. — И угрожать техлиду — плохая практика. Морок, ты в качестве лог-файла. Всё, — он взял с полки запасную рабочую ветошь и кинул её Эйвинду. — Вытрись. Начнём с уборки, а там посмотрим на твоё мастерство.

Так и началось это странное сотрудничество: между жадным демонологом из мира льда и рун и программистом из мира кода, железа и строгой логики. Самый невероятный интеграционный проект в практике Алексея стартовал не на сервере, а в гараже, пахнущем бензином и магическим коллапсом.