Баонар

По просёлочной дороге быстро шла девушка с маленькой картой в руке и что-то бормотала под нос. За ней катился большой старый чемодан, и, если бы люди присмотрелись, заметили бы, что делал он это сам по себе. Она вышла из деревни и направилась к видневшемуся у леса маленькому ветхому домику.

«Если он откажет, придётся обосноваться в лесу на ближайшие несколько недель…а не хочется!»

После стука за дверью послышался шорох. Открыли не сразу. На пороге показался сухой старец с длинными белыми волосами и бородой до земли. Выглядел он недовольно и насторожено.

— Здравствуйте, я из центральной башни направлена сюда для исследовательской работы: обновления и уточнения карты мест силы и ареала обитания некоторых видов духов. Могу я остановиться здесь? — привычные слова звучали громко и чётко.

— Что тебе мешает воспользоваться местной гостиницей?

— Профессия. В ближайшем городе реакция людей на мою магию была не самой дружелюбной, а мне очень нужно остаться. Вы сами знаете, что воздух и земля здесь полнятся энергией жизни, потоки её мощны и часто выходят на поверхность. Поверьте, я не принесу много хлопот, — вид волшебника чуть смягчился, и чародейка приняла это за добрый знак.

— Зачем это центральной башне?

— В этом нет тайны, однако я смогу рассказать подробнее и даже показать, только внутри, — улыбнулась чародейка.

— Так и быть, — вздохнув, старик шире открыл дверь.

— Забыла представиться, Санария Парианская. Можно просто Сана, — радость от удавшегося начала дела переполняла чародейку.

— Мартин Озенский, а это мой ученик, Веяс.

В чистой светлой прихожей стоял молодой человек мрачного вида в длинном синем плаще. Он кивнул и чёрные волосы спали на лицо, придавая ещё более враждебный вид, однако девушка успела заметить его удивительные зелёные глаза.

— Рада знакомству, и мне очень повезло. Это письмо для вас от главы центральной башни, — волшебница протянула старцу конверт с магической печатью.

На его лице отразилось беспокойство и неподдельное изумление. «Неужели им уже известно?»

Санария оставила вещи в комнате и продолжила начатый разговор.

— На самом деле результаты работы можно по-разному использовать. В конце концов магию легче творить в этих местах, и, если молодые волшебники знают, куда идти работать, это значительно облегчает жизнь, ведь сейчас часто оказывается, что старых мест силы попросту нет, а столица переполнена. Развитая за двести с лишним лет магиотехника значительно облегчила жизнь как людям, так и волшебникам, объём работы уменьшился. По этой причине сократили набор в академию и началась крупная перестановка кадров, однако главная проблема заключается в том, что поток, питающий центральную башню, постепенно ослабевает. Духов призывать тяжелее, заклинания слабее. Глава хочет оценить ситуацию в целом.

— И вы путешествуете по всей стране? — спросил Веяс. Интерес к миру за пределами ближайших земель заставлял его с жадностью ловить каждое слово.

— Что вы, по региону, — усмехнулась волшебница. — Нас полсотни отправили во все концы.

— И какая у тебя специальность? — слушая девушку, старый волшебник всё больше убеждался в том, что её слова правдивы и она совершенно не знает о происходящем. Письмо же принесло ещё большую уверенность и новые возможности. «Я обучил Веяса всему, что знал. Он должен понять, что жизнь здесь ему не подходит, и среди волшебников будет лучше. Может быть, пообщавшись с этой девушкой, он, наконец, передумает. Не хочется его заставлять, но придётся отправить вместо себя».

— Я хотела стать лекарем, но меня выбрал боевой дух высшего класса, но я не собиралась быть военным магом, в отличие от него, и теперь перед вами чародейка-заклинатель.

— И где же он? Я не чувствую его присутствия с самого начала, — заметил Веяс.

— Вызвали по делам, — Сана пожала плечами и задумалась: «Что-то от него давно ничего не слышно. Наверно после задания, как обычно, носится где-то».

Разговор шёл бодро и интересно до самого захода солнца. Старому волшебнику нравилось слушать о том, что происходит в мире, хотя сам он не любил показываться людям или вмешиваться в ход вещей. Незнакомцы из центра, тем более молодые маги, обычно вели себя высокомерно в глубинке, но эта девушка была вежлива, опрятна и определённо любила то, чем занималась. Глядя в блестящие интересом, жаждущие знаний глаза, становилось спокойно за будущие поколения.

Волшебники, посоветовавшись, предупредили её, что с недавних пор здесь происходят странные вещи и пропадают люди, но девушка была уверена в своих силах. По отработанному плану Санария начала исследование территории.

Рано утром волшебница уходила в леса, поля и луга, следуя картам и делая записи. С каждым днём её всё больше тревожила наблюдаемая картина: несмотря на изобилие магической энергии и процветающую природу, духов было совсем мало, а старые места силы значительно ослабли. Заходя вглубь, волшебница то и дело натыкалась на зловещие топи, поглощавшие звук, цвет и всякое движение, часто являлись дурные знаки. Всё говорило о том, что здесь поселился некто, поглощавший жизнь.

Мартин не знал, в чём причина, поэтому на многочисленные вопросы ответа дать не мог, как и не мог сам выследить существо, лишённый возможности выходить за пределы небольшой территории. Веяс в доме появлялся редко, говорил мало, но волшебница иногда ловила на себе его пристальный взгляд.

В очередной раз обнаружив на месте силы безжизненную землю и расколотый камень древних, чародейка с грустью поставила новый крест на карте и замерла: все чувства кричали, что нужно убираться отсюда. Вскоре Сана заметила между деревьями сияющие большие синие глаза, и из сумрака леса показалось огромное чёрно-бурое существо с длинными когтистыми лапами. Оно бросилось к девушке. Она направила очищающее заклинание, но зверь лишь на миг принял едва узнаваемое подобие медведя. Гнев, ненависть и тоска захватывали разум. Взмах посоха — и заклинание призыва явило мощную молнию, но чудовище лишь встряхнуло головой. Санария испытала неописуемый ужас, когда поняла, что её дух не явился, чего не могло случиться ни при каких обстоятельствах.

Девушка замерла, в груди кололо, сердце билось в ушах. Она не заметила, как в мгновение ока огромное существо уже стояло перед ней с открытой пастью с острыми длинными зубами. «Мне конец!» — мысль остро пронзила пустоту в голове, но создание так и осталось недвижно, оказавшись закованным в кристалл, и вдруг исчезло.

— Вы чего встали как вкопанная?! Кто говорил, что справится с любым чудовищем? И где вообще ваш дух?

Санария медленно повернула голову и увидела Веяса. Он никак не мог отдышаться.

— Не знаю…- отрешённо прошептала девушка и вдруг опомнилась: — Спасибо, что спасли, но что здесь происходит? Кто это?

— Я сам его впервые вижу, но, похоже он тот, кого я ищу. Вы же заметили, что энергия здесь застоялась и стала тёмной? Мы защищаем людей и то, что им принадлежит, но не можем оградить от всего. А этот дух, очевидно, людоед, и он сбежал, — волшебник подошёл вплотную к Сане. Его яркие малахитовые глаза сверкали. — Как так случилось, что ваш дух не сопровождает вас? Я думал, они как сердце, как жизнь, для заклинателя.

Чародейка молча смотрела на него, не слушая и вновь прокручивая в голове произошедшее. Перед внутренним взором снова предстала огромная пасть и сверкающий жестокой яростью взгляд, и глаза предательски заблестели. Веяс выглядел очень растерянно. Санария быстро отвернулась, вытерла их и заговорила:

— Извините. В общем вы правы в своём суждении о духах, но мой особенный. Он силён и своеволен и однажды решил, что хочет работать на центральную башню. Его взяли, ведь Нар отличный воин и дух молний, а так как я могу призвать его куда угодно, даже с сотнями тёмных духов проблем не возникало. Сейчас я поняла, что не могу с ним связаться и тем более призвать, чего совершенно не может быть.

— Вы меня простите. Знал, что испугались и всё равно… Не ранены?

— Нет, он не успел ничего сделать, — Сана поняла, почему Веяс казался мрачным: похоже, он сутки проводил в поисках этого существа и сейчас чувствовал острое разочарование.

— Вы можете узнать, куда направили вашего духа? Я слышал, появились охотники на них. Возможно что-то препятствует вашей связи: барьер, оковы, — подумав, сказал волшебник.

— Вы много знаете для того, кто живёт на окраине, — заметила чародейка.

— А вы думали маги в маленьких поселениях замкнуты и только гадать и могут?

— Ошибаетесь, я просто не знала какие они, но мне доводилось встречать тех, кто подтверждал стереотипы, — девушка подумала, что до этого момента им не приходилось долго общаться. Санария и не заметила, насколько быстро успокоилась.

— Я рад, что смог разрушить их, — усмехнулся Веяс. — У вас что-то в волосах.

Парень достал из каштановых кудрей волшебницы маленькую записку, выведенную кровью: «Спаси». Сердце Саны пропустило удар, а затем задрожали руки: она узнала почерк.

— Есть только один фрукт с таким оригинальным чувством юмора, — криво улыбнулась чародейка: — Вы были правы. Он в беде. У вас есть портальный передатчик?

Мартин уже знал, что произошло, но так и не смог отследить тёмного духа. Энергия его следов не оставляла.

— Не указывай адрес дома, лучше сама забери с почты.

— Как скажете. Ответ всё равно будет завтра. Не хотелось бы уезжать по прошествии недели, но скорее всего придётся. Мне бы ещё поработать…

Сана написала письмо в столицу и отправила через передатчик вместе с запиской.

У Веяса неожиданно для него самого сжалось сердце: «Уедет надолго, возможно, навсегда».

— Знаете, раз уж я виновата, что вы его упустили, идёмте сегодня ночью. Такие духи как правило более активны в тёмное время суток. Я найду его. Если придержите — очищу, — обратилась к нему Сана.

— Не похоже, что можешь, — ответил за ученика Мартин.

— Пусть я показалась вам самонадеянной, но в этот раз справлюсь. Я так долго полагалась на своего защитника, что, поди, позабыла, как колдовать. Не помешает вспомнить, — чародейка приняла вызов.

— Нет повода подвергать себя опасности, — возразил Веяс.

— У этой земли нет хранителя. Единственный могущественный дух здесь — он. Либо хранитель поглощён, либо это он сам. Вы собираетесь его уничтожить, но тогда земля зачахнет. Человек не может взять на себя роль хранителя, иначе погибнет в скором времени и исход будет тем же, однако после очищения земля возродится и вам не придётся поддерживать этот барьер, — изложила свои мысли волшебница. Она заметила, что плодородие и благополучие отделяла от тёмной застойной силы искусно созданная граница, пределы которой старый маг не мог покинуть, не разрушив.

— Ты поняла это за довольно короткое время, — старец одобрительно улыбнулся.

— Это моя работа.

— Я должен поведать тебе кое-что. У этого леса была хозяйка. Она принимала облик медведицы и незадолго до появления этого чудовища у неё появился медвежонок. Но с тех пор сколько бы раз я ни входил в духовное пространство, никого из них там не было.

Это значительно прояснило дело. Молодые волшебники отправились в путь с наступлением сумерек. Сана обдумывала план действий и подходящие заклинания, но мысли всё время возвращались к громовому зверю. Как такое сильное существо могло оказаться запертым где-то? Тем не менее он был не всесилен и порой весьма импульсивен…

— Не беспокойтесь, я не позволю вам пострадать, — сказал Веяс.

— Полагаюсь на вас, — кивнула девушка.

В лесу было уже темно и сверкали лишь потоки магической энергии, золотыми нитями висевшие в воздухе и струившиеся широкими лентами по земле, наполнявшие её жизнью.

На деревьях то тут, то там мелькали зелёные огоньки древесных духов, качавших длинными руками-ветвями. Совершенно новые чувства возникали ночью в лесу, всё казалось другим, скрывающим какую-то тайну. Шорох и шёпот крон, запахи трав в тёплом воздухе, всё ощущалось яснее и чище. Сана украдкой глянула на Веяса и встретилась с ним взглядом.

— Чего вы так на меня смотрите?

— Необычно видеть мага, очищающего духов. Местные колдуны изгоняют их, а ведь они тоже говорят и у них есть своя жизнь. Только с хранителями здесь считаются.

— Я их в какой-то степени понимаю, ведь духи могут затуманить разум, увести в свой мир. Немало заклинателей пропало так в прошлом, да и сейчас.

Неожиданно в отдалении послышался выстрел. Волшебник схватил Санарию за руку и отвёл в сторону: мимо пронёсся раненый олень.

— Видимо, завтра местный лорд пойдёт на охоту, — сказал Веяс совсем близко.

— Не нравится это лесу, — покачала головой чародейка, видя, как всколыхнулась его энергия. — Знать бы, что стало причиной обращения хранителя.

В это время всё стихло. Пропал запах, звук и мерцание. Жизнь вокруг замерла.

— Он здесь, — прошептала волшебница. — Часами водил нас кругами, а тут показался.

— Похоже не мы его цель, — быстро сказал Веяс, вслушиваясь в тишину. — Простите.

Юноша обхватил Сану одной рукой, и земля поднялась волной под ними и двинулась на огромной скорости к месту, откуда раздался выстрел.

— А заклинание? — удивилась чародейка. Она вспомнила, что и в прошлый раз не слышала его, как и не видела посоха или артефакта.

— Мне оно не нужно, — усмехнулся волшебник.

— Неужели рождённый? — Санария не могла поверить: в королевстве жило только три рождённых мага, и все были глубокими старцами. Считалось, что во всём мире их осталось не больше сотни, тогда как учёные маги жили и работали повсюду.

Вот деревья стали реже, и взору открылась широкая поляна. Бедный охотник беззвучно кричал, а чудовище, появляясь то тут, то там, приближалось рывками. В момент, когда оно возникло перед ним, белоснежный кристалл сковал создание. Чародейка облетела тёмного духа, замкнув круг, стукнула посохом и начала читать заклинание. Столб света вырвался из земли, и тьма клочьями стала разлетаться вокруг. Вскоре за барьером стала различима медведица.

— Уходите, люди! Убирайтесь отсюда! — проревела она.

— Вспомнила, как говорить? Почему ты губишь свой лес?

— Вы забрали моё дитя. Нет вам прощения! — свет начинал редеть, и тьма постепенно заново окутывала хранителя. Сана прочла следующий круг очищающего заклинания.

— Я найду его и верну, клянусь именем Веяса Озенского. Это мой долг.

— Не верю больше людям!

— Ты спасла меня однажды, теперь моя очередь помогать тебе. Я сделаю всё возможное.

Внезапно барьер спал, и медведица подошла ближе к Веясу.

— У тебя есть время до полудня, иначе я обращусь безвозвратно, — проговорила она, исчезая. — Благодарю тебя, юная волшебница, за то, что очистила, но печаль моя неизмерима.

— Господин Мартин может попросить птиц отыскать медвежонка? — отдышавшись, спросила Санария. Она решила не тратить время на расспросы о силе: будет ещё возможность, а дело до конца довести нужно в срок.

— Я поклялся своим именем, поэтому не могу воспользоваться чьей-либо помощью, — покачал головой Веяс.

— Даже если это будет собственная инициатива?

— Нет.

— Как знаете. Что делать с этим товарищем? Я память стирать не умею, — чародейка кивнула на охотника, который выглядывал из-за дерева.

— Он то мне и нужен.

Прежде, чем охотник успел броситься бежать, он прирос к земле. Поговорив с ним, волшебник узнал, что в город недавно приехал бродячий цирк и, кажется, среди других зверей был и медвежонок. Их зверолов оказался очень умелым.

В лесу заметно похолодало, на востоке тонкая полоса неба посветлела и на верхушки елей начало спускаться полотно тумана — приближался рассвет. Веяс убедил Сану вернуться домой, а сам отправился в город.

Волшебник быстро отыскал шатёр на площади и пробрался внутрь. Охранник у клеток ещё дремал, и маг на всякий случай заковал его в кристалл, так как звери начали беспокоиться из-за появления нового запаха. Юноша обошёл все клетки, но медвежонка нигде не было. В это время вошёл актёр и объявил об утренней репетиции. Веясу пришлось пробраться к арене. Номер за номером, час за часом проходили, и полдень приближался всё стремительнее. Беспокойство нарастало всё больше. Оставалось десять минут, когда откуда-то вывели медвежонка на цепи.

Веяс смотрел в его синие глаза. Они казались такими умными, человеческими. В голове вдруг стало пусто и забилось: «Помоги, хочу домой, к маме». Волшебник каменным конусом разбил цепь, и земляная волна вынесла зверя на улицу. Юноша выскочил за ним, схватил и на каменной плите направился к лесу. За ними бросился цирковой маг. Здания, деревья и кусты мелькали всё быстрее. Лес поглощала тьма, листва опадала, травы обращались в пепел, звери разбегались, а птицы разноцветным вихрем кружили по небу и падали. Медведица почти обратилась в чудовище, когда волшебник появился перед ней.

— Вот, смотри!

— Мама! — медвежонок бросился к ней, и хранитель стала прежней, обнимая его. На пустоши зазеленели и зацвели травы. Земля и воздух засияли жизнью.

В этот момент появился цирковой маг и начал читать сковывающее заклинание. Волшебник окружил его кристаллом.

— Благодарю тебя, Веяс Озенский. Я больше не достойна зваться хранителем, но сын мой займёт это место. Смело иди вперёд, ты ничего не должен этой земле. Она навсегда останется твоим домом! — медведица поклонилась, и они исчезли.

Веяс переместил кристалл в город, расколдовал мага и быстро направился домой, ведь новости здесь разлетались быстрее ветра, и люди бегом спешили к цирку.

Чародей считал своим долгом оставаться на этой земле, защищать её и тех, кто спас и вырастил его, но сейчас он хотел знать и уметь больше, встретить новых людей, увидеть новые места и быть с волшебницей ещё чуть дольше.

— Учитель, что мне теперь делать? Я не смогу оставаться здесь вечно, — сказал волшебник и заметил два собранных чемодана.

— Поезжай с Саной. У меня есть для тебя поручение, и я объясню всё горожанам и селянам, — Мартин указал на второй чемодан.

— А мне может понадобиться ваша помощь, — улыбнулась девушка, показав конверт.

Через час чародеи уже спали в поезде. Сана сквозь сон вспоминала свою первую встречу с Наром.

В день поступления, когда маги в академии узнали, что девушка избрана духом, отвели её в Зал Призыва. После начертания магического круга воздух заискрился, переполнившись магией, и в центре появился конь, сверкавший фиолетово-синей чешуёй. Густая чёрная грива развевалась от поднявшегося вокруг ветра и вырывающихся потоков энергии. Девушка смотрела в его большие золотые глаза с узкими зрачками.

— Ты такой красивый! — восхитилась Сана.

Её слова отразились эхом от стен зала. Волшебница обернулась и увидела тревожные и испуганные лица преподавателей, оказавшихся отброшенными на несколько метров.

— Мы можем идти? — вопрос остался без ответа. Юная чародейка поняла: что-то явно не так.

— Это Баонар — пожиратель духов! Санария, беги! Они убивают своих заклинателей! — послышалось со всех сторон.

— Я тебя так ждала, неужели ты и правда заберёшь мою жизнь? — девушка была очарована красотой и величием духа.

Маги пытались пробиться в круг призыва, но их отбрасывал барьер, внутри которого клубилась буря и метались молнии.

— Нет, иначе боги уничтожат меня, — ответил низкий глубокий голос. Перед волшебницей стоял прекрасный юноша с длинными иссиня-чёрными волосами, по его смуглой коже струились золотые орнаменты. — Но это не значит, что ты сможешь приказывать мне.

После этого всё исчезло, волшебница почувствовала, что их энергия объединилась. На мгновение в глазах потемнело, тело потяжелело и обмякло, но вскоре девушка открыла глаза и оказалась лежащей на полу зала с повреждённым потолком, разбитыми колоннами и поцарапанным полом. К ней уже подбегали старшие маги. Глава помог ей подняться и довольно улыбнулся:

— Поздравляю, ты пережила самое страшное. Теперь ты владеешь опасной силой, но всё зависит от того, как будешь её использовать. Придётся постараться, чтобы усмирить его.

— Я понимаю, буду хорошо о нём заботиться.

— Храбрая юная волшебница.

Девушка проснулась под вечер. В столицу магический поезд должен был прибыть следующим утром, а сейчас он мягко летел над рельсами. Веяс перечитывал письма, которые ему отдал учитель.

— Не беспокойтесь, с вашими способностями вас примут, где угодно.

— Это моё первое путешествие, думаю, поэтому немного волнительно. Вы смогли узнать, где ваш дух?

— Он отправился на задание по поимке ловцов духов вместе с волшебниками, чтобы выступить в качестве приманки. Однако ловцы оказались достаточно сильны, чтобы поймать его и скрыться. Маги не могут их пока выследить. Я же начала его чувствовать, хотя связаться так и не получается, поэтому присоединюсь к их группе и верну Нара, а они арестуют ловцов, — Сана была рада ощущению приближения духа, так как это значило, что его не рассеяли.

— Ваши манеры и речь выдают аристократку. Почему решили податься в волшебники?

— Вы правы, я из достаточно состоятельной семьи, но это скорее помешало мне поступить в академию на первых порах. Отец был категорически против, несмотря на печать духа. Так сложилось, что я единственный ребёнок, и родители хотели выгодно выдать меня замуж, но здесь мне повезло: я заявила жениху, что не выйду за него, и он ответил: «Как хорошо, что наши мысли совпадают». Он помог мне сбежать, а я через полгода помогла украсть его невесту, — засмеялась девушка, вспоминая стары добрые времена.

— Лихо, однако, вы живёте.

— С появлением Нара моя жизнь словно буря, а затишье оказалось дурным знаком! — волшебница покачала головой и задумалась: — Как вы встретили хранителя? Они ведь обычно находятся в своём энергетическом пространстве и следят за духами, до людей им нет дела, пока те не смещают равновесие на земле или воде.

Чародей молчал, затем посмотрел в глаза Сане, грустно улыбнулся и заговорил. Много лет назад, когда его деревню охватила эпидемия, солдаты сожгли её. Он же рано утром в тайне от родителей и братьев с сёстрами ушёл в лес собирать ягоды, а когда вернулся, уже никого не было. Несколько дней он плутал среди деревьев как в тумане, а потом хозяйка-медведица вывела его к тому городку, у которого жил Мартин. Волшебник нашёл его на опушке леса покрытой кристаллами, понял, что перед ним рождённый маг земли и оставил у себя учеником.

Сана была глубоко поражена, ведь закон гласил о приглашении в подобные поселения лекарей и целителей, а произвол тяжело карался, тем не менее оставались люди, которые верили в тёмную силу болезней, приписывали свои беды волшебникам и выступали против них, обрекая сотни других на гибель и страдания и вызывая тем самым настоящих тёмных духов. Необычно было и то, что рождённый маг появился в деревне на окраине страны, ведь все семьи, передававшие эти силы, были известны и поддерживались правительством. Они ещё долго говорили и в предрассветный час Санария заключила:

— Вы очень загадочный человек, Веяс.

Глава волшебников был безмерно рад появлению молодого рождённого мага и, отдав приказ о проверке архивов, отправил его вместе с Саной на первое задание. Чародейка пыталась связаться с Наром и указывала направление команде магов. Вскоре убежище ловцов духов было обнаружено в подземелье, вход в которое находился у подножия горы. Санария чувствовала напряжённую до предела энергию Нара, по её телу пробегали молнии, заставляя вздрагивать. Чем ближе волшебники подходили к цели, тем хуже становилось.

— Как ты? — спросил Веяс.

— Пока он жив, и я жить буду.

Тихо спускаясь по влажным ступеням во тьме, которую едва ли разделял синеватый огонёк впереди идущего мага, команда услышала отдалённое хоровое пение. На стенах начали показываться алые отблески. Сана знала, что её гордый громовой зверь всеми силами сопротивляется рассеиванию и уничтожению. Заклинатель понимала, какие это были ловцы: они заковывали духов и, подпитываясь их энергией, становились сильнее и создавали тёмные заклинания. В центре зала под полукруглым сводом висел огромный синий куб, в котором была едва различима фигура коня. От куба к множеству людей, стоявших по кругу и певших заклятья, тянулись синие нити.

— Действуем согласно плану, — скомандовал руководитель группы.

Маг металла установил артефакты и перекрыл решётками основной выход. Веяс каменными плитами окружил людей, а специалист по духовным барьерам использовала волну магической энергии, чтобы искривить пространство и оборвать нити. Оглушительно закричали ловцы и бросились в разные стороны.

— Сопротивление бесполезно! Сдавайтесь! — закричал руководитель, заковывая преступников в антимагические цепи, но мощное заклинание разрушило их, как и артефакты решёток, ловцы хватали посохи и вылетали из зала, тогда Веяс создал огромную стену из кристаллов, задержавшую их. Заклятье было направлено на купол и несколько успели выскользнуть через крышу, но сковывающий барьер остановил остальных.

Куб рухнул на землю и был мгновенно притянут земляной волной к Сане.

— Что ж ты так долго-то? Я тебе вообще не нужен? — прохрипел Нар, приподнимаясь.

— Конечно нужен, поэтому я здесь! — крикнула волшебница и протянула к нему руки.

Коснувшись их мордой, громовой зверь в миг восполнил свои силы и разрушил кубический барьер.

— Поразительно, на протяжении двух месяцев он был источником сил ловцов духов и сохранил сознание и разум, — восхитилась специалист по духовным барьерам.

Баонар подхватил Санарию и взметнулся к ночному небу. Огромные искрящиеся кольца сковали беглецов и вернули обратно под купол.

— Возможно, позови я тебя раньше, ничего бы не произошло. Прости, — сказала Сана, гладя шею и голову Нара.

— Я о многом думал, сидя там. Раз уж боги связали нас, я более не оставлю тебя, моё пристанище. И тебе всю жизнь придётся мириться с этим, — хмыкнул громовой конь.