Башня

Не все произведения должны нести какой-то фундаментальный смысл, раскрывающий невиданные доселе аспекты бытия, побуждая к познанию своего «Я» и вечного. Что-то должно быть просто для развлечения. К примеру, этот рассказ. На него меня натолкнул житейский случай и я, немного подумав, прикинул, как бы события нашего времени могли бы произойти в моем фэнтезийном мире, если добавить дополнительных персонажей и переиначить их поведение в стилистике клишированного образа рыцаря. Так появилось произведение «Башня». Некоторые элементы сюжета простая выдумка и преувеличение, созданные смеха ради.

У неприметного кабака почти в центре провинциального города, где жизнь била ключом, встретились двое странствующих рыцарей – доблестные воины без страха и упрека, авантюристы, чья цель была не в поиске славы, а в самом пути. На зеленой аллее они поприветствовали друг друга, как подобает людям их ранга, и вместе нога в ногу, постукивая по мощеной мостовой окованными железом каблуками легких кожаных сапог, зашагали вперед. Шум повозок и гам городской толпы слегка смущали их, уж сильно долго эти двое провели вне общества и города, путешествуя в поисках приключений. Сэр Викард в кожаных доспехах с кольчужными вставками, поправил черный плащ с вытканным на нем белой нитью древом, его орлиный профиль излучал благородство и бесстрашие перед лицом опасности. Ясные темные глаза выдавали его глубокомыслие, а улыбка, демонстрирующая его уверенность и задор, привлекала проходящих мимо дам, которым Викард кланялся и кокетливо подмигивал. Сэр Антумо, второй рыцарь, был чуть выше Викарда, а его стройное лицо и фигура выдавала в нем корни аристократии. Его вытянутое спокойное лицо выражало гармонию и умиротворение, и казалось, что выбить его из равновесия практически невозможно, на столько Антумо был подготовлен к вызовам судьбы. Несмотря на стройное телосложение, в нем таилась большая сила, которая могла вырваться наружу в случае необходимости, но благо такие случаи были редки. Побывав совсем недавно в Восточных провинциях, Антумо научился держать свои эмоции в узде. Теперь его сознание полностью подчинялось воле.

– Рад видеть тебя, мой старый добрый друг! – Воскликнул Викард с присущей ему звонкостью и радостью, такой искренней, что только по интонации можно было понять, что он не только рад, но и счастлив. – Расскажи, не таись, где ты побывал и сколько славных подвигов совершил?

– О, брат Викард, да и я несказанно рад нашей встречи этим солнечным ясным днем. Даже дождь, прошедший вчера и тучи, застлавшие небо на пол дня, рассеялись, дабы предоставить нам возможность пройтись по этой чудной аллее. – Звонкий, но в то же время глубокий бас, который словно исходил не из человека, а из самой огромной горы, отражался о стены домов через дорогу и от деревьев. – Много где я побывал, и есть мне что рассказать тебе. Но я хотел бы с преогромной радостью и интересом послушать о тебе и о твоих свершениях.

– Успеется, друг мой, непременно. Но мои истории всегда дольше и скучнее твоих.

– Не скажи. Твои рассказы я слушаю внимательнее всех, а после, возвращаясь с пира, обдумываю все что ты сказал, дабы прочувствовать и лучше запомнить.

– Приятно слышать, брат. Мое сердце радуется. – Сэр Викард почтительно кивнул головой. – Но полно. Припекает солнце. Хоть я и рад, что наконец, спустя столько дней, оно вышло из-за туч и греет нас своим теплом, но я не прочь пропустить по кружке ржаного пива и отведать жареной на костре курятины с овощами.

– Говоришь ты очень вкусно, мой живот уже начал урчать. Согласен. Вон, смотри, на углу стоит таверна «Три огонька». Готовят там сносно и часто я там останавливался.

– Идем, мой друг. – Коротко отозвался Викард и быстрее зашагал по аллее.

Аллея заканчивалась в аккурат кольцевой развязкой. Хоть это и не был центр городка, но движение тут проходило весьма оживленное. Туда-сюда сновали повозки и упряжки со знатными особами, изредка проезжали лихие всадники, чьи кони ржали и стучали подкованными копытами по мощеной дороге. Возницы, придерживая лошадей чтобы не столкнуться, ругали их и посылали вдогонку самые нелестные выражения, от которых у особо чувствительных натур завяли бы уши. На противоположной стороне от аллеи расположился огромный торговый дом, выполненный из камня и больших стекол, а его крышу со стороны кольца венчал купол из отборной глиняной черепицы и высокий медный шпиль. Торговый дом помещал в себе несколько постоялых дворов и много-много торговых лавок со всякой всячиной: то вот тебе чай из разных уголков мира, то меха и сапоги из чистейшей шерсти верблюда южного, то стальная утварь для кухни и дома. Много еще чего там было, того, что рыцари не используют в дороге, поэтому и не упомнили что там есть, да и неважно это для нашей истории. Рыцари зашли в дом напротив, в новехонькие двери трактира «Три огонька».

На втором этаже, перед большими окнами на широкие скамьи, обтянутые черной кожей и набитые соломой, сели рыцари. Свое оружие они оставили подле, ласково положив рядом на скамью, как своих живых спутников. Викард, впервые присев за весь день, тяжело расслабил спину и опустился на мягкую скамью, подложив себе под поясницу подушку и облегченно выдохнул. Сэр же Антумо наоборот, выпрямился и легко облокотился о деревянный отполированный стол, поглядывая на снующих от столика к столику трактирных слуг.

– А девушки очень милы. – Начал Викард, изучая людей в черно-красных жилетах (отличительной формы трактира).

– Ты, как всегда, за свое, мой друг. – Улыбнулся Антумо и тоже бросил взгляд на темноволосую девушку, что подошла к ним.

– Приветствую вас в таверне «Три огонька», почтенные господа. Что могу принести для вас? – Сказала девушка, словно пропела. Викард тут же растаял в довольной улыбке, любуясь красотой девушки.

– Пожалуй, нам хорошую бочку вашего светлого пива. Видел, у вас они есть даже в виде высоких стеклянных башен. – Начал Антумо, пока второй приходил в себя от переизбытка чувств. – Две хороших кружки под пиво, и чего-нибудь к закуске – картошки, к примеру, свежих гренок с чесноком, можно еще ваши сырные палочки в панировке из кукурузной муки. Когда проезжал здесь в последний раз, а было это очень давно, брал их и больно они мне понравились, клянусь своими пятью пальцами. Викард! Не спи. Выбирай, пока милая леди не ушла. Не заставляй ее ждать.

Девушка застенчиво улыбнулась, но не покраснела. Внимание рыцарей скорее позабавило ее, чем смутило. Ведь комплименты от кавалеров для нее скорее всего не были редкостью, особенно в это время, когда то с одной, то с другой стороны, в город приезжали толпы странствующих рыцарей и останавливались на постоялых дворах, площадях и рассказывали о своих приключениях и свершенных подвигах, устраивали турниры во имя прекрасных дам и снискания славы. Викард встрепенулся и заморгал глазами, приходя в себя.

– Верно, сэр Антумо. Что-то я задумался. Прошу простить меня великодушно, миледи. – Викард, кладя руку на грудь, слегка склонил голову. – А я бы хотел отведать вашей оригинальной кесадии, чей рецепт вы привезли с южных земель Феррима. Но прошу, приготовьте ее по-деондски, с пастой и твердым сыром.

– Простите, сэр. Но, к сожалению, сегодня повара не делали никаких макарон вообще.

– Эх, жаль. Очень жаль. Но тогда, если есть возможность, сделайте с колбасками, солено-копчеными. Буду рад. И принесите большую. Мой друг, думаю, согласится отведать сие блюдо.

– Вообще-то, дорогой друг, сам хотел предложит кесадию тебе.

– Здорово, что наши мысли совпали.

Девушка удалилась и спустя несколько минут принесла большую башню с пивом. Внутри этой стеклянной башни была еще одна колба, куда девушка насыпала дробленый лед. В жаркий летний день холодное пиво было тем самым спасением. Повернув кран и наклонив кружку чуть вбок, чтобы не вспенить напиток, Антумо налил себе полную кружку, половину ее занимала белая пена.

– Ха! – Воскликнул сэр Викард. – Клянусь Солнцем, у меня получится на много лучше.

Он осторожно приладил кружку к крану и прищурил глаз, осторожно вымеряя угол, по которому потечет золотой напиток. Сосредоточившись, он затаил дыхание и легким движением сдвинул кран с места. Запах пшеницы разнесся вмиг по заведению. Антумо следил за своим товарищем, щуря глаза.

– Вот это да! – Кивнул он. Даже без пены. Мое уважение, сударь.

– Учись, мой друг. – Викард откинулся на спинку скамьи и протянул руку вперед. – Выпьем за нашу внезапную и добрую встречу, мой друг. – И их кружки тихонько ударились друг об друга.

Спустя некоторое время столбик пива в башне опустился чуть ниже, закуски были съедены, а народу в таверне прибавилось. Рыцари уже сидели более раскованно и вальяжно, переговариваясь между собой. Сэр Викард, с присущим ему красноречием, начал громко и пафосно рассказывать о своих приключениях. Антумо пару раз попросил своего друга говорить тише.

– Помню два года назад, бывал я в северных княжествах, где снега наметает выше самых высоких шпилей этого города, а морозы такие, что даже пар превращается в лед. Я шел за бандой разбойников, чтобы убить колдуна, что наслал на меня проклятие. Но все время опаздывал, мы никак не могли столкнуться. На десятый день поисков я потерял надежды, что вообще найду его. С каждым днем метели дули все сильнее, заметая все следы. Идти было невозможно. Я сбивался с пути. Но спустя еще несколько дней внезапно глубокой ночью все стихло. И хвала Солнцу, вдали показался огонек, и я подумал, что вот наконец я их настиг. Подходя ближе к лагерю разбойников, я вытащил свой меч и уже хотел вызвать на поединок их главаря, как понял, что это горит корчма у дороги. Я поспешил на помощь добрым людям, думая, что разбойники вновь решили заняться своим нечестивым промыслом, как увидел довольного и хохочущего во все горло корчмаря. Вы, видно, обезумели от горя, добрый человек! – Начал было я, но корчмарь остановил меня и сказал сквозь смех:

– Эти олухи завалились в мою халупу и потребовали самого крепкого эля и бани пожарче. Я сразу смекнул, что люди они недобрые. Дураки так напились, что заперли себя сами и подожгли дом! – И снова корчмарь залился смехом.

– Я сочувствую вашему горю, да смилостивится над вами Создатель.

– Да погоди же, рыцарь. Какому горю? Мой дом еле бы дожил до следующей зимы. Я вот-вот хотел уезжать отсюда. Ты только погляди, что они оставили. – Он указал на повозки, доверху набитые золотом. Корчмарь ухватился за живот и закричал от радости. В ответ ему кричали разбойники, что тщетно пытались выбраться из огненного плена. С ними был и колдун, что проклял меня, но, к моему счастью, тот сверток, где находился проклятый предмет, сгорел дотла вместе с ним и проклятье перестало действовать. – Рыцарь, одному, боюсь, мне не довезти это добро до города. Я буду премного благодарен, если ты поможешь мне и сопроводишь. Я с радостью поделюсь этими богатствами с тобой.

Викард остановился и разом осушил кружку.

– И что было дальше, друг мой? – Спросил Антумо.

– Дальше я взял с корчмаря честное слово, что он с таким обилием золота в благодарность к Всевышнему, будет кормить бедняков и всегда честно варить пиво, не разбавляя. Думаю, я вскоре проведаю его и проверю. – Два рыцаря засмеялись и ударились кружками.

Милая служанка вернулась и принесла на широком блюде сочную и мягкую кесадию, разрезанную на восемь равных частей.

– Клянусь эфесом, – Произнес Викард, отведав кусок. – Приготовлено с душой и мастерством. – Прошу, прелестная леди, передайте мою огромную благодарность повару. И да хранит его Свет! – Девушка улыбнулась и кивнула. – Антумо, не робей. Пиво от тебя не убежит. Скорее, попробуй кесадию пока не остыла. Уверяю, вкуснее ты еще ничего не ел.

– Друг мой, в прошлый раз, когда я здесь останавливался, то заказывал то же самое и, вот тебе мое слово, – он положил руку на грудь. – Перепробовал все эти блюда. Так что толк в их кухне знаю. Но ты прав. Надо есть быстро, иначе мы рискуем не успеть насладиться мягким горячим сыром. Ох, как же он вкусен. Тает во рту, словно только выпавший снег ранней осенью на жарком солнце. Ох! Вспомнил я!

– Что ты вспомнил?

– Хорошую историю. Вот мы все про подвиги и про подвиги, но порой забываем, что иногда приходится и нас спасать.

– Хм, не слышал о таком. – Викард откинулся на спинку скамьи. – Рассказывай же, не томи.

– Сейчас, дай мне минутку. – Антумо осушил одним махом кружку и довольно вытер рот рукавом. – Вот теперь и начну. По весне, когда я ездил в земли, что далеко, на самой юго-западной окраине Феррима, позарез были нужны деньги. Я хотел отправиться на Туманный архипелаг и познать культуру минайского народа. Меня с удовольствием собирался нанять городской казначей. Конечно, кто связан с золотом, уже замешан в чем-то нечестном. Но мне он показался порядочным. Его худое тело и сухое лицо с слегка заспанными синими глазами дали мне понять, что наверняка этот человек очень много работает и не идет на поводу у своих пороков. Странно, но я чуть было не угодил в его ловушку. Сэр Мор, как он представился мне, пригласил меня обсудить дела в терму. И только представь себе, мой дорогой и достойный друг, напал на меня, выхватив кинжал из-под полотенца. Я был наг и безоружен, но не зря я столько много лет упражнялся. Откинувшись назад, а уклонился от удара и, потеряв равновесие, перевернулся в воздухе точно кот. И отпихнув ногами скамью в него, вскочил на ноги, словно сам Агиор Дорогор спустил мне длань свою в помощь. Я выбил кинжал из его руки и что было сил ударил в грудь, отбросив своего врага в купель. Стражники, коих он сам, а это я теперь знаю точно, поставил у входа, заслышав шум, прибежали и, увидав сию картину, накинулись на меня. У одного я полотенцем как хлыстом выбил меч. Клянусь своим золотым поясом, уроки верховой езды в гвардии короля не прошли для меня даром. И положив их обоих там, я наскоро оделся и выбежал оттуда. Этот проныра казначей Мор, будь трижды проклято его имя, желал пленить меня и терзать, как делал со странствующими рыцарями. Попадись он мне только еще! Клянусь своим кулаком, я научу его уму-разуму и вмиг лишу его жизни. – Антумо насупился и засопел.

– А отчего не убил его там, на месте?

– Не успел. А на следующий день чуть рассвело, меня уже искала стража. Мор обвинил меня, будто я покусился на его жизнь и ранил его. С казначеем шутки плохи, так тебе скажу. Он купил бы целый город.

– Как же ты выбрался?

– Странствующий музыкант по имени Леоль из Бойона помог мне, да не утихнет его голос вовек. Он направлялся на Туманный архипелаг с концертами и взял меня с собой на судно.

– Это достойный поступок, мой друг. Да будет голос Леоля еще звонче! – Почти что прокричал Викард.

Спустя еще час башня пива опустилась еще ниже, на много ниже и пива осталось всего ничего, на пару глотков. Викард и Антумо выпили залпом еще по кружке. И в этот миг в таверну вошел герольд, разодетый в красивейшие наряды. Его голову венчал синий берет с приколотым к нему белым пером павлина.

– Слушайте! Слушайте! – Крикнул он звонким голосом, привлекая внимание всех постояльцев. Развернув свиток с большой красной сургучной печатью короля, он продолжил. – Король Шампурье объявляет войну королю из соседнего града. Грели оскорбили нас, в чем навлекли на себя гнев и возмездия жажду. Король собирает весь рыцарский свет пойти с ним, в сражении славу снискав и сокровищ найти. Кто отзовется на зов и чуть свет замелькает с востока, примкнет к королевскому войску?

Наступила мгновенная тишина, мужики переглянулись, кто шепотом что-то спросил. Несколько человек подняли руки. Антумо и Викард встали из-за стола.

– Чего ж вы молчите, друзья? Вперед! Не теряйте шанс. Он выпадает в последнее время не так часто. – Вскрикнул сэр Викард. – Мы идем с вами! За короля Шампурье!

– Давно пора проучить Барбекуа. Засиделся он на троне. И говорят, по его приказу, у нас с полей крестьяне подворовывают, а разбойники грабят купцов, что проходят по его владениям. – Высказался горожанин с дальнего столика. – И мы с вами, господа!

Под всеобщее ликование в таверне все, кто еще держался на ногах, осушили свои кружки и кубки во имя скорейшей победы. Сэр Антумо и Викард легли спать очень поздно. К утреннему походу нужно было как следует подготовиться и проверить доспехи. Рано утром, еще до первых петухов, в начищенных добела доспехах, с яркими плюмажами и в плащах два рыцаря выехали из города, присоединившись к воинству короля. Они встали в колонне арьергарда королевских войск. Им выпала честь первыми войти в город и расчистить дорогу основным войскам. Стенобитные орудия, погруженные на телеги, везли следом, а пехота шла сзади, поднимая пыль легкими сапогами.

– Славные рыцари, сегодня вечером мы будем биться с неприятелем. Я верю в вас! Выше головы! Нам суждено победить… – Король говорил долго. Его речь была приправлена искусным пафосом, а он сам чуть ли не приплясывал, вдохновляя солдат. Но Антумо и Викард, переполненные силой и вчерашнего пива, почти его не слушали. Предвкушение славного сражения заволокло их полностью. Они даже не заметили живописных пейзажей и ликовавших крестьян по пути, что кидали перед ними на дорогу цветы. Ближе к полудню на горизонте замелькал город. Высокие стены и башни, чьи крыши венчали золотые флагштоки, были усеяны лучниками, ожидавшие неприятеля. Знамена были высоко подняты, и армия Шампурье готовилась к штурму. Далеко за крепостной стеной высился замок на холме. Его темное основание, выполненное из базальта и гранита возвышалось над всем городом, но еще выше стояла башня, обитая листами бронзы. Будто само солнце, она сияла, излучая величие.

– Видишь, мой дорогой друг. – Антумо указал латной перчаткой на замок. – Там сидит сам король Барбекуа. Я слышал, что за его поимку, Шампурье готов отдать несколько повозок доверху набитыми золотом и серебром. Попытаем удачу?

– Почему нет? Вперед, сэр Антумо! Во имя Золотого Солнца!

Большой таран, накрытый листами железа, двинулся вперед медленно и неповоротливо. Лучники, выстроившись в линию, натянули тетивы и по команде своих командиров дали залп. Со стены им ответили тем же.

– Поднять щиты! – Скомандовал сержант. Несколько лучников замертво упали, не успев укрыться. Их тут же заменили новые из резерва и приготовились к стрельбе.

Конница стояла поодаль и ждала, когда отворятся ворота. Антумо в нетерпении закурил трубку. Аромат восточных трав его успокаивал. А пряный запах, разносившийся от деревянной трубки, перебивал запах гари масла и пота животных вперемешку с людьми.

– Эти травы дал мне один монах с Туманного архипелага. Я остановился при монастыре высоко в горах, обучался мудрости минайского народа и вместе с монахами познавал боевые искусства. И научился хорошо готовить. Особенно мне нравится их напиток. – Он затянул трубку и облегченно выдохнул. – Чаем они его зовут. Я даже с собой привез такие травы. После боя, заварим, угощу тебя, друг мой. Тебе понравится, я уверен.

– Ты так и не рассказал о своем путешествии.

– Каюсь, запамятовал. Но пока мы все равно ждем нашего мгновения, поведаю тебе, что жить мне приходилось в нелегких условиях. Каждый день мы вставали ни свет ни заря и отправлялись высоко в горы – туда, где черные вершины торчат из облаков. По утренней росе, когда солнце еще только начинало показываться из-за горизонта, мы складывали ноги, закрывали глаза и сидели так до тех пор, пока солнце не начинало припекать макушку головы. В первое время меня одолевали мысли, куча мыслей, которые буквально заклевывали меня, будь он неладны, но со временем я научился сосредотачиваться только на дыхании или на стуке своего сердца. Это очень полезные уроки.

– И долго же ты так мог просидеть? – Викард поднял забрало и вытер пот со лба.

– Дольше, чем мог любой из приезжих. Я справился и Мастер нарек меня Ли-Чи Даво, что означает «Смиренный тигр чужестранец». – Антумо сложил ладони вместе и наклонил голову вперед.

Ворота дрогнули под очередным ударом тарана и в них образовался пролом, из которого тут же посыпались стрелы и копья. Пехота ринулась вперед, прикрывая себя от стрел сверху. Несколько инженеров, защищенных большими щитами, приготовили крюки. Лучники ненадолго отвлекли защищающихся на себя, дав немного времени закрепить крюки к воротам. Таран отъехал назад. Канаты, прицепленные к крюкам, натянулись. Воины и лошади потащили их на себя со всей силы. Ворота застонали, лопались стальные задвижки, трещали упоры, но не сдавались.

– Еще! – Закричал король. – Тяните сильнее, друзья!

Воины поднатужились, несколько раз ударил хлыст, заржали кони, зарываясь копытами в землю. И тут одна створка ворот с треском распахнулась и повисла на одной петле. Щитоносцы, стоящие ближе всего к ним, ринулись в город, схлестнувшись с защитниками.

– Вот дураки! – Воскликнул один из всадников. – Как теперь нам войти? Только через своих. Ну, была-не была! – Он вытащил меч из ножен, поднял его над головой. – Все за мной!

Конница во весь опор помчалась в город. Пехота расступилась, пропуская эту мощь. Викард и Антумо наперегонки ехали по улице в первом ряду, сшибая всех на своем пути. Лихо объезжая копья и наспех возведенные баррикады, они глубоко вклинились в ряды противника, дав пехоте возможность беспрепятственно войти. И с этого мгновения начался хаос. Перемешалось всё: кони, люди. Антумо спешился, вытащив огромный меч. Его ловкие движения отличались плавностью и грацией и со стороны бой выглядел как танец. Сэр Викард еще некоторое время оставался в седле, снося зазевавшихся пехотинцев, но запутавшись в маленьких улочках, быстро спешился, ощетинившись массивным щитом и коротким мечом. Он избрал тактику изматывания. Его выносливости должно было хватить на долго, да и стены между домами были на столько узкими, что, отужинав вчерашним вечером еще плотнее, рыцарь застрял бы здесь и пришлось вышибать его тараном. Так что противник мог подойти только спереди и по одному. Легкими и быстрыми выпадами, Викард разил своих врагов одного за другим, ведя счет, чтобы после боя утереть нос своему товарищу.

Основные силы Шампурье прошли вглубь города, захватывая квартал за кварталом. Грелийцы не были готовы к нападению, и армия Шампурье быстро продвигалась к холму, на котором высилась медная башня, сияющая в лучах солнца. Из колонн звучали радостные выкрики, предвещающие триумфальную победу, а король, окруженный свитой, ехал позади и довольно осматривал город.

– У меня тридцать три. – Сказал Антумо, встречая Викарда.

– Ха! А у меня сорок. – Викард вложил меч в ножны и упер руку в бок. – Вот так-то!

– Это еще не конец. Смотри, войска уже на подступах к замку. Клянусь эфесом, мы должны взять Барбекуа!

– По коням, брат!

Рыцари вскочили на первых попавшихся лошадей и помчались по мощеным дорогам города вперед. А у ворот замка уже завязался бой. Солдаты пытались выбить ворота, а лучники прикрывали их, отстреливая защитников, сбрасывающих камни и горшки с маслом вниз.

– Живее, ребята! Покажите им на что вы способны! – Заорал король. – Солнце еще не зашло, надо успеть до заката взять город. – Сказал он капитану гвардии.

– Навались! – Скомандовал командир. Солдаты отошли и с разбега ударили тараном ворота. Отойдя еще раз, солдаты с воплями влетели снова и снова. Ворота поддались и с неохотой отворились. Толпа солдат, подгоняемая жаждой золота и крови, влилась в проем и рассредоточилась по замку, занимая залы и проходы.

К тому времени, когда Антумо и Викард прибыли к воротам, большая часть замка была занята.

– Не снискать нам славы, друг мой. – Отозвался Викард. – Воины короля уже на стенах. Барбекуа вот-вот падет.

– Оставь свои причитания врагам, что мы положили, пока доехали сюда. Ничего, башня еще не взята. Водрузим же королевское знамя на ее вершину.

– Вперёд, брат! – Воскликнул Викард. – Во имя Золотого Солнца!

Вбежав по лестнице на крепостную стену, а по ней через внутренний двор, где еще гремели мечи и булавы и стуча щитами ополченцы обороняли донжон, рыцари достигли небольшого отряда гвардейцев, обороняющих второй вход в медную башню. Антумо выхватил меч и издав свой боевой клич, навалился на врагов, раскидывая их в стороны. Викард, выставив щит перед собой, разогнался и начал теснить врагов к краю стены, дабы сбросить неприятелей вниз.

– Сомкнуть ряды! – Скомандовал капитан гвардии. Гвардейцы, ощетинившись копьями, крепко встали плечом к плечу.

Викард нырнул вниз, приподняв щит и проскользнул к одному из гвардейцев. Тот, не ожидая выпада, растерялся и за свое смятение рассчитался жизнью. Соседние гвардейцы отвлеклись на наглого рыцаря и пропустили летящего на них высокого воина. Антумо, высоко подняв меч, махнул им сверху вниз, разрубив одного надвое. Викард сделал выпад вбок и поразил еще одного. Тот, что стоял слева, был оглушен щитом, затем зарублен столь же быстро, как мелькает молния на небе.

– Славная битва, брат! – Крикнул Викард. – Сколь много славы мы найдем! Эх!

– Долго нам задерживаться тут нельзя… – Антумо увернулся от стрелы. – Метко стреляет, зараза. – Он рубанул гвардейца и столкнул его со стены. – Вперед, друг мой, вперед. Вверх по лестнице!

Рыцари зашли в башню и заперли за собой дверь. Винтовая лестница вела их на самый верх башни. Отворив массивную дверь, они оказались в просторном помещении, которое было обито медью полностью. Яркое солнце, отражающиеся ото всюду, слепило их. Прикрыв рукой глаза, они вошли. Дверь сзади захлопнулась, на голову опустилось что-то тяжелое. Викард выронил свой меч и вытащил руку из ремней щита, уворачиваясь от следующего удара. Толстоватый король держал жердь в руке, готовясь нанести следующий удар. Гвардейцы рядом с ним приготовили мечи, направляя их на сэра Антумо.

– Какие же вы наглые! – Вскричал Шампурье. – Ну я вас проучу, чтобы другим неповадно было в следующий раз нападать на мою таверну!

Викард, тряхнув головой, понял, что все перед глазами плывет, в том числе и король, что переоблачается из королевского одеяния в простые одежды горожанина и наоборот. Помутнение, подумал он, ничего больше. Выставив перед собой кулаки, он блокировал удар деревянной палки и ударил короля в грудь. Тот отшатнулся, но не потерял равновесия и ударил в ответ. Викард увернулся и хлестким ударом по лицу оглушил короля. Антумо повалил одного гвардейца и ловким движением ноги нырнул под второго и поднял над головой.

– Вяжи его, быстро! – Скомандовал Викард, глядя на трясущуюся от многочисленных ударов дверь. – Скоро они ворвутся сюда. Как же тут светло.

– Не бойся, мой друг. Мы взяли короля. А теперь марш на крышу. Вон лестница. Я помогу вытащить этого толстяка, только торопись.

Рыцари залезли на крышу и водрузили королевское знамя на крышу башни. Обозревая город, где тут и там поднимались такие же знамена, они были преисполнены радостью и гордостью. И вдруг кто-то окликнул их сзади и похлопал по плечу. Викард повернулся, его туманность в глазах стала проясняться. Перед ним стоял не то Барбекуа, не то корчмарь с синим отекшим глазом. За человеком туман рассеивался и взору рыцарей представилась странная картина – город пропал, а на его месте образовалась таверна «Три огонька». Столы везде были перевернуты, несколько мужиков еще боролись на полу.

– Всё? – Спросил недовольно корчмарь. – Проснулись? Слава Создателю, клянусь своими сапогами, вы этот «город» взяли, это уж точно. Но сокровищ тут вы точно не получите, а потеряете свои. Смотрите, что вы наделали.

Антумо и Викард переглянулись и огляделись. Они стояли на столе, посреди которого было воткнуто королевское знамя, а на полу лежала большая башня с выпитым пивом.