Баян, который дожил

Про этот баян сначала ничего плохого не говорили. Потому что и сказать было нечего. Его привезли, поставили, растянули — играет. Играл ровно. Подозрительно ровно. Как будто специально.

— Нормальный, — сказали.
— Ага.
— Слишком нормальный.

Свадьба шла как обычно, но с самого начала что-то не ладилось. Не сказать, чтобы тихо, но и не так, чтобы разойтись. Пели — аккуратно. Кричали — без надрыва. Частушки доходили до середины и как будто сами себя останавливали.

— Ты давай погромче.
— Да он не тянет.
— А куда тянуть, если ему ничего не делается.

К вечеру заметили главное: баян не рвётся. Не тянется, не хрустит, не намекает. Играет ровно, без злости. Как будто не в курсе, зачем его сюда притащили.

— Ты смотри.
— А он целый.
— И хоть бы что.

Под него не получалось как положено спеть. Хотелось выкрикнуть — выходило прилично. Хотелось дойти до слова — а слово всё время как будто сворачивало. Не срывались.

— Под него не матерится.
— Ага.
— Как будто совесть появляется.

Ближе к ночи баян поставили в угол. Курткой не накрыли — не за что было извиняться. Он стоял целый, чистый и выглядел так, будто всё сделал правильно. И именно поэтому был не к месту.

— Дожил, — сказали.
— Ну да.
— А толку.

На следующую свадьбу его брать не стали.

— Давай другой.
— Этот какой-то…
— Не наш.

С этим баяном не получалось как следует. Под него всё заканчивалось раньше времени. Не доходило до того места, где обычно уже не до разговоров. Не рвался — значит, не помогал.

Его ещё пару раз доставали — из жалости. Пробовали играть, тянули, даже специально давили.

— Ну давай же.
— Бесполезно.
— Он не для этого.

Про него стали говорить тихо, как про что-то неудачное.

— Хороший баян.
— Да.
— Только свадьбу портит.

Потом его убрали в кладовку. Он стоял там целый, с аккуратными мехами, и никому не мешал. Про него вспомнили пару раз — и больше не вспоминали.

— Помнишь, был один…
— Который так и не порвали?
— Ага.
— Вот потому и лежит.

Порванные баяны вспоминали чаще. Про них рассказывали — на каком слове, да как громко, да кто тянул. А этот… этот просто дожил.

— Хороший был, — говорили иногда.
— Да.
— Только не пригодился.

И на этом разговор обычно заканчивался.