Байки укуренного трактора

- Так вот, мужики, - Митя оглушительно чихнул, выпустив большое облако смолянисто-коричневого дыма, и присел, приспустив скаты задних колёс.

- Будьздоров! - на автомате буркнул тракторист Семён Семёныч, но тут же уточнил: - Ну, то есть, исправен.

- А ты масло меняй почаще, да не "Лукойл" лей, а чего повкуснее - "Кастрол", например, или "Зик"! - парировал трактор.

- А эт не моё дело - масло заливать, на это механики имеются, - перевёл стрелки Семён, кивнув на механика дядю Петю, мирно похрапывающего в старом, пропитанном техническими жидкостями кресле.

- Семёныч, хорош пылить, дай послушать, будь человеком! - блюдя цензуру, культурно выразился завгар дядя Захар. - Не каждый день Митёк нас своими байками балует, а байки у него - ух-хх!

Завгар поднял над головой заскорузлый кулачище размером со слесарные тиски.

Механизаторы уважительно закивали и умолкли.

- Ты сказывай, Митяй, не стесняйся, все ж свои, - обернулся к трактору дядя Захар и вытащил из-под верстака бутылку кефира с крышечкой из серебристой фольги в зелёную полоску.

- Пф-ф, - стравил избыточное давление трактор, - Никогда не понимал, как это пить можно! Там же кислота...

Чего я говорил-то? А-а, ну да. Так вот. Было дело давно. Тогда ещё ты, дядьЗахар, пил совсем другое молоко, не коровье, не кислое и не из стеклотары. А ты, - передние колёса повернулись в сторону Семён Семёныча, уже гонял тогда, только не на "ИЖе", а на трёхколёсном велосипеде, и под столом парковался.

Семён покраснел, попытался мимикрировать под кресло, в котором спал механик, и пробурчал что-то банальное, типа: "Откуда эта промасленная железяка всё про всех знает..."

Трактор сделал вид, что не заметил, и продолжал:

- Работали мы тогда с моим трактористом, Петрухой, на дальнем поле, за речкой.

- Это где подсолнухи? - встрял случайно забредший в гараж агроном Серёженька. Агроном был молодой, только что из института вылетел (ну, закончил, то есть), и никто его брать к себе не хотел, а в Простоквашино взяли, потому что за него сам почтальон Печкин попросил, который в телевизоре прославился, да и вообще человек видный и уважаемый.

- Это сейчас ты там подсолнухов насажал, олух, - мигнул дальним светом трактор. - А в те времена там конопля росла, знаешь, какая? Во! - столб дыма взвился из выхлопной трубы до самого потолка.

Вот мы, значит, с Петрухой эту коноплю окучивали. Она цвела тогда аккурат. А у меня на её пыльцу аллергия - жуть! Как попадёт в воздухозаборник - пиши пропало. Нанюхался я, братцы, по самые форсунки. Сперва-то меня просто на чих пробило. Эх, знатно я тогда прочихался! Петруха аж в речку улетел, а корова, прабабушка нынешней Мурки, что на опушке паслась, сама следом за ним с перепугу прыгнула.

И вот, значит, как прочихался я, гляжу - и фарам не верю: выкатывает из леса байк, да не "Иж" или "Минск" какой, а самый настоящий "Харлей"! Только старинный, на каких в войну ездили. А за рулём - девица, представляете? В косухе, штанах кожаных, в берцах. На голове - шлем, красный, как флаг на сельсовете. А из-под него - коса! Я толькр по косе этой сперва и понял, к какому роду байкерша принадлежит, к мужскому аль женскому. Потом только уже формы разглядел.

- А чё, - масляно, как кот над ведром сметаны, заулыбался Серёженька, - Формы были - Ы-ыыы? - агроном выразительно проиллюстрировал восклицание руками.

- Пошляк, - пшикнул сапуном трактор, - Косуха на ней сидела, как на мне - свежепокрашенный капот. Но не в этом весь форсаж-то был! Позади неё на "Харлее" знаете, кто? - Митя интригующе притушил фары до габаритного света. - Волчара! Здоровенный, вот с тебя, дядьЗахар, объёмом, да и ростом не меньше. Тоже в кожаных штанах, вместо косухи - жилетка кожаная нараспашку, берцы размеров на десять больше, чем у байкерши, и шлем чёрный, с рогами как у коровы, что пару недель назад сбежала на старые покосы, да там и сгинула.

Подкатывают они, значит, ко мне, тормозят с дрифтом, девица шлем снимает - мать моя домна! Да это внучка Яги, ведьмы старой, что посередине Квакухина болота живёт!

Трактор попыхтел, отдуваясь, выпустил два красивых колечка белого дыма и продолжал:

- Улыбается, стало быть, ягова внучка, и говорит:

"Ты-то нам и нужен! Весь лес объехали в поисках помощи - все как сговорились: одна шубу свою серую постирала, идти не в чем, другой мёду объелся, из нужника не вылазит, третий... Ээх, - махнула рукой - короче, только мы двое остались. А надо репу тянуть! Репа у бабули уж больно знатная нынче выросла, надо вытянуть, пока хомячьё не набежало и не сожрало, да в Москву везти, на ВДНХ! Дед Леший тянул - куда там! Даже лист к земле не смог пригнуть. Бабуля вышла помогать - а один фиг не под силу. Ну, нас позвала - сперва меня, а потом и Жучика моего. На что уж бабуля Жучика недолюбливает, после одного досадного инцидента - а всё ж позвала, куда деваться! Да только толку всё равно чуть: пару листьев мы сообща кое-как сломали, и всё, репа ни на ноготь не сдвинулась. Короче, - говорит, - без прогресса и механизации никак. Выручай, железный!"

Мужики слушали, завороженно хмыкали и кивали. Початая бутылка кефира стояла на верстаке. Серёженька вытащил сигарету, зашарил по карманам в поисках спичек. На него шикнули - это гараж, детка, везде бензин! Агроном смущенно засунул сигарету обратно в пачку и притих. Подтянулись комбайнёры и шофёр молоковоза, устроились на старых покрышках. Трактор выдержал актёрскую паузу и продолжил рассказ.

- Ну, а я чё. Помочь - эт всегда пожалуйста! Я клаксон перенастроил (Петруха мне как раз новый поставил, с функцией спикерфона), да как гаркну: "Петр-руха, айда план выполнять, Родина зовёт!" Ну и что, что позвала не Родина, а внучка ягова? Яга что, не Родина? Исконно наш фольклорный элемент, родной, каждому с некалёной заготовки знакомый! Так что, не соврал я. Петруха - из речки вылез, глаза больше моих фар, заикается от волнения, ничего сказать толком не может, а за руль полез! Профмастерство - оно, братцы, в мозги въедается, и его уже никогда оттудова не выковыряешь: приобретенные реф-лек-сы!

В общем, поехали мы. Байкеры впереди пыль на лесной дороге поднимают, мы сзади её глотаем. Так и добрались до яговой избы. Лето тогда жаркое было, болото пересохло, проехали без проблем.

Смотрим - да чтоб тебя! Репа, чесслово, выше моей трубы. К ней и верёвки привязаны, и даже трос железный. И Яга с Лешим сидят, спинами к ней прислонившись, утомлённые, как узники Бухенвальда. А овощ этот, будь он неладен, высится, как монолит, и даже земля вокруг него не раскрошилась. Ну, думаю, одному не сдюжить, даже с моей силой. Попробовал, впрягся в трос - куда там! Сколько Петруха ни газовал, сколько ни включал пониженную и блокировку - я только дымлю да на дыбы встаю, а репе проклятой - хоть бы хны!

Тут у меня азарт проснулся. Ну, думаю, шалишь! Не вырос ещё на земле колхозной овощ, чтоб мирному советскому трактору не поддался!

Включаю я рацию - не даром тогдашний председатель этой новомодной электроники накупил! - да вызываю кума своего, гусеничного ДТ-75, что на ферме работал, а тот по пути второго родственника прихватил, К-700. Он тогда ещё новенький был, только получили, едва обкатку прошёл!

Сперва кум плуг однолемешный надел, да землю вокруг репы разрыхлил. А потом впряглись мы, втроём уже...

Трактор замолчал, покачался на полуспущенных скатах, мигнул аварийкой.

- И что? Репа-то поддалась? - выдохнул кто-то из слушателей.

Митя выпустил струю дыма, которая медленно свернулась в кукиш.

- Ни фига ни разу.

- Неужто так и не вытащили?

- У К-700 идея возникла. Там неподалёку как раз бригада геологов стояла - не то нефть искали, не то уголь, не то ещё что - не помню уже. Но вертолёт у них был. И вот решили мы по рации с ним связаться. Оно, конечно, машина не нашего круга, элита! Да только заклинание мы знали старинное. Властелин, мол, любой дороги, ты один пройдёшь везде... Ну, и далее, по тексту. Там его читать вроде как зверь должен - я, мол, твой брат четвероногий, выручай меня в беде! Ну так с нами ж волк. Вот мы его к рации и позвали.

Прочитал как надо, что твой Евтушенко. Не даром в нём, волчаре, внучка Ягова чего-то нашла – натуру, видать, почуяла творческую!

Слышим, часа через пол - летит. Обрадовались мы. И то сказать: шутка ли - вертолёт, да ещё не абы какой, а "МИ-6"! Силища - не с нашей сравнивать.

Опустил он трос, зацепили, охнули, дёрнули вместе - он кверху, мы вперёд. И выскочила репа, как пробка из перегретого радиатора!

А под ней, слышите, проход какой-то открылся - не то подвал под болотом, не то ещё чего, похуже. И такое оттуда попёрло - Deus ex machina! Я такой техники сроду не видывал, и век бы мне её больше не видеть! До того жуткая и уродливая, что...

Трактор опять замолк, на этот раз надолго. Колхозники завозились сдержанно, завздыхали, давая понять, что ждут с нетерпением кульминации, ведь на самом интересном месте, прям как в многосерийных фильмах по телевизору!

А Митя всё молчал, попыхивая едким саляровым дымком, да посапывая сапуном.

- Мить, - первым не выдержал завгар, - Ну, и что дальше было? Чем всё закончилось-то?

- Чем-чем, - жалобно, словно сетуя, проскрипел трактор, - ничем не закончилось. До того страшная техника была, что я проснулся. На краю конопляного поля. Гляжу - Петруха мой штаны снял, на капоте сушит, да корова, муркина прабабка, бродит в непосредственной близости - тоже, наверное, посушилась бы, не будь такой скромницей. Или дурой. В речке-то вместе с Петрухой ведь отмокала. Развернулся я, поле оглядел - а там ни одного стебля конопляного, всё поле колёсами вытоптано, от края до края. И ладно б какими - а то моими колёсами-то...

Ух, и шуму в колхозе было! Ну, с меня какой спрос, а вот Петруху из трактористов попереть хотели. Правда, так и не попёрли: кроме него в меня кто полезет! Никто и не согласился. Оставили Петруху. Но премии всё ж - таки лишили.

Так что, бр-ратцы, - трактор рыкнул мотором, врубая заднюю и разворачиваясь, - Не знаю, что потом с той репой стало, и с тем, что под нею открылось, а только Петруха до конца дней заикался. А я с той поры по-человечьи разговаривать могу. Так что кому - как, а вам от того давно сгнившего овоща – одна польза. Кто ж вам ещё по пятницам байки травить будет, кроме меня!

А коноплю, - кинул Митя, минуя обескураженного агронома, - На том поле с тех пор больше не сажают. Только, знаешь, - трактор на секунду притормозил, и фары его заговорщически подмигнули - Поговаривают, что и семечка, там выращенная, многое видеть позволяет, чего просто так, невооруженной фарой, не увидишь. Особливо ежели масло из неё выдавить.

Ты ведь, Серёженька, кажется, пресс заказал, масляный цех запускать собрался? Ну так ты, это. Прими к сведению.