Базар - вокзал, и все при деле

Прибытие меня

Я понял, что попал, когда завис. Вот буквально: шёл, никого не трогал, думал о котлетах и смысле жизни (котлеты выигрывали), и вдруг — стоп-кадр. Мир щёлкнул, как плохо смазанный лифт, а я моргнул. Потом ещё раз. Потом интенсивно, как индикатор жёсткого диска, который сейчас скажет: «Всё, брат, мне конец».

— Есть контакт, — сказал кто-то справа. — Третий за утро.

Я огляделся безумным взглядом, как и положено новоиспечённому попаданцу. Лицо, говорят, при этом у меня просветлело. Не знаю, я его не видел, но, судя по реакции окружающих, получилось убедительно.

— Так, гражданин, — ко мне подошёл мужчина в сером пальто с бейджиком «Отдел первичной дезориентации». — Руки есть? Ноги есть? Экзистенциальных воплей не планируете?

— А… где я? — спросил я для проформы. Внутри уже всё щёлкнуло, как в том злополучном лифте: ага, началось.

— Прекрасно, — обрадовался он. — Речь связная, вопрос классический. Прошу за мной.

Меня взяли под локоток — вежливо, но без вариантов — и повели. Мимо шли такие же, как я: кто в тапках, кто в халате, кто с кружкой кофе, застывшей в воздухе. У всех одинаковое выражение лица: «Мам, я в телевизоре».

Спецприёмник № 3 ждёт меня

Над входом висела табличка:

«Добро пожаловать! Не паникуйте. Это уже было»

Сначала — душ. Душ был общий, но без фанатизма: свободные женщины с волей к созданию империй любви и красоты плескались за своей перегородкой.

Вода тёплая, мыло с запахом «нейтральный социальный», но нагибаться за ним всё же не стоит.

Рядом мужик лет сорока бормотал:

— Я вообще-то в метро ехал, по жёлтой линии…

— А я на свидание, — театральным шепотом вздохнула девушка в женской части.

— А я, — гордо сказал бородатый тип, безуспешно искавший щели в перегородке, — вообще не верил в попаданцев.

Все посмотрели на него с уважением.

Потом нас накормили. Каша, котлета, компот. Котлета была настоящая, а не символическая — это меня подкупило.

— Кормят хорошо, — заметил я.

— Это чтобы не бузили, — ответил сосед. — Попаданец сытый — попаданец управляемый.

Камера временного размещения меня

«Камера» звучит страшновато, но по факту — общежитие. Шесть коек, стол, чайник по очереди, стопка брошюр:

«Вы попали. Что дальше?»

«10 частых ошибок начинающего спасителя мира»

«Почему не стоит сразу искать и свергать нашего короля»

— Новенький? — спросил меня мужик с верхней койки.

— Свежее утро, — ответил я.

— Отлично. Я Серёга. Уже вторую неделю тут.

— Две недели?!

— Ага. Очередь. Попаданцев много, миров — тоже много, а регистраторов не хватает. Бумаги, сам понимаешь.

В углу сидел парень и что-то чертил.

— Это кто?

— Архимаг, — сказал Серёга. — Ну он так думает. На самом деле — бухгалтер.

— Я был бухгалтером! — обиделся архимаг. — А теперь у меня мана!

— Это газы, глотай активированный, не забывай, ты не один... — успокоил его Серёга.

Беседа меня с регистратором

Меня вызвали на следующий день. Кабинет — как приёмная в ЖЭКе: стол, шкаф, фикус, посмертная маска неизвестного героя с лицом Пушкина, руками Паганини и подписью «Первый подтверждённый попаданец. Не выжил».

Регистратором была женщина лет пятидесяти с голосом человека, который видел всё и немножко больше, но за это не доплачивают.

— Фамилия?

— Э-э…

— Не помните — пишем “утрачено при переносе”, — автоматически сказала она. — Возраст?

— Тридцать… с хвостиком.

— Хвостик отрезаем. Способности?

Я задумался.

— Я неплохо гуглю.

— Интернет недоступен, — отрезала она.

— Тогда… умею красить бордюры. Или у вас больше поребрики?

Она оживилась.

— Вот! Наконец-то честный человек. А то всё: «спасу мир», «у меня уникальный дар», «я читал ранобэ». Все читали.

Она протянула мне бланк.

— Распишитесь. Вас временно направляют в сектор благоустройства. Покраска бордюров, заборов, возможно — рисование линии судьбы.

— А потом?

— А потом видно будет. Глядишь, и пригодитесь. Миры, знаете ли, держатся не только на героях, но и на свежей краске.

Адаптация меня

Так я стал попаданцем второго сорта. Без пророчества, без меча, но с кисточкой. Иногда, крася очередной бордюр, я смотрю на небо и думаю: а вдруг я всё-таки избранный?

Потом подходит мастер и говорит:

— Эй, избранный, ты жёлтым заехал на белое.

И я понимаю: это идеальный мир, который не надо спасать, здесь все при деле.

Даже спасители миров.

Нас слишком много.