Бегущая сомнамбула

Бегущая сомнамбула

Часть 1.

Пролог.

В роддоме светились окна, за которыми новая жизнь прорывалась на этот свет, неистово плача и радуясь первым вздохам воздуха, насыщенного медицинскими запахами. На дворе хмуро повисла Ленинградская поздняя осень 1989 года. Широкий коридор на третьем этаже больничного здания был выкрашен в сине-белые тона. На одной стороне коридора виднелись проёмы окон, под которыми выступали деревянные подоконники с потрескавшейся краской. С другой стороны, располагался ряд белых дверей с номерами кабинетов. Легко шурша по линолеуму, в один из кабинетов зашла немного уставшая медсестра. Внутри кабинета, среди железа, стекла, различных медицинских препаратов и материалов удобно расположились два врача. Они пили чай и беседовали о жизни и работе. Дверь кабинета открылась, на пороге появилась молодая выпускница. Стройную фигуру слегка обрисовывал белый халат, нижняя часть ног, которая виднелась из-под халата, выдавала силу их обладательницы. Две женщины-врача прервались, одна из них отхлёбывала чай, другая смотрела на вошедшую медсестру. От внимательной медсестры не ускользнул её взгляд, лёгкая женская зависть, ведь молодость и красота вещи очень непостоянные… Девушка заговорила первая: - Нина Васильевна, в третьей палате всё нормально, малыш в порядке, всё необходимое я сделала. - Любаша, молодец, проверь там бумаги, чтобы формы опять не пропустили, заполни, чтоб не пустовали, всякое бывает, - спокойно проговорила Нина Васильевна. - Хорошо, я тогда в ординаторскую, чайку тоже поставлю. Там, если что, Машка на первом. - быстро проговорила Любаша. - Давай, давай, Люб, иди, а то уже и перерыв не резиновый, слегка улыбнулась одна из врачей. Медсестра быстро повернулась и, неслышно закрыв за собой дверь кабинета, уже более лёгкой походкой ушла по коридору. Оставшиеся в кабинете женщины, в слегка застиранных халатах, продолжили беседу: - Вот и мы, Нинка, помнишь, так когда-то начинали, энтузиазм был! - Вер, времена меняются, люди тоже, и страна уже не та, что 20 лет назад, как-то злее всё становится что-то. - Ха! Ты представляешь, после Олимпиады-то сколько уж прошло, 8 лет вроде, уже давно негритят с мулатами не видали, а Валька-то вчера рассказала, что у них в роддоме опять какой-то странный родился, как индеец, что ли, краснокожий прям, маленький Чингачгук просто, но здоровый и не плачет почти, - поделилась историей Вера. - Меня первое время веселила реакция пап и мам на такие сюрпризы, иногда ведь оба белые были. Как говорится, не в мать, не в отца, а в прохожего молодца! - ответила уже более жизнерадостно коллега. И тут, немного придвинувшись, Вера перешла на слегка заговорческий тон: - А что там в 3-й палате, ребёнок слышала какой-то... Немного помолчав, Нина Васильевна, собравшись с мыслями, начала рассказ: - В общем, вчера, под самое утро уже, женщину привезли, мучилась она сильно, схватки всю ночь, воды отошли, а ребёнок не выходит, мы что делать — кесарить, тоже намучились, напереживались... - Ну, в итоге-то всё нормально?! - Да ты слушай! Мёртвый он родился, реанимацию начали, не оживить... Жалко ребёнка, крупный, развитый такой. Но не оживает, ты, бляха-муха, и всё тут... В общем, бились-бились, нет положительной динамики, продолжала уже более эмоционально Нина Васильевна, - сорок четыре минуты прошло, уже остывать и коченеть должен начать, а он тёплый, мягкий, но признаков жизни никаких... Главврач прибегала, посмотрела, всё, видимо, хана, руки у всех опустились... Завернули уже тельце, дальше что — судмедэкспертам, дело-то подсудное. Я осталась, да акушерка зашла со второго корпуса, мы там возились на автопилоте, и вдруг глядь, боковым зрением шевелиться что-то, а потом плачь на всю палату громкий такой, мы испугались, как немые стоим, а малыш этот тряпочку раскинул, ручками-ножками машет и заливается, как будто всё это время с силами собирался, чтобы плакать начать... Нина Васильевна замолчала, смотря куда-то в сторону. - Да ладно, может, живой был, вы что-то упустили, как так-то, через 40 минут сам вдруг ожил...? Байки опять какие-то! - справедливо, с медицинской точки зрения, высказывала своё мнение коллега. - За что купила, за то продаю! Наверное, тоже не поверила, если бы вот так рассказали, а так на моих глазах всё происходило. Кстати, глаза у ребёнка этого, даже не знаю, светились аж немного, я когда к нему подошла, после того как он ожил, глаза эти светящиеся увидала, аж ухнуло что-то внутри, не знаю, как сказать, вот хочешь верь, а хочешь нет... Вот так, Вер... Потом ещё раз к нему подходила, но глаза уже обычные стали, человеческие что ли, только светлые. - Ой, Нина, заинтриговала не могу! Пойдём на обход вместе, заглянем, на чудо поглядеть, - улыбнулась Вера.

Адмиралтейский шпиль указывает своим золотым корабликом в небеса, множество мостов и мостиков переправляли пешеходов и потоки автомобилей через реки и каналы Северной Пальмиры. Нева всё так же несла своё державное теченье и была одета в гранит. На другой стороне города, в чем-то похожем роддоме лежал закутанный другой, не совсем обычный малыш, с красивой, словно уже опалённой в прериях солнцем кожей, с зачатками гордого индейского профиля, давно ушедших в историю великих вождей... Мать этого дитя умерла во время родов, она была сильно больна и вообще чудо, что смогла выносить здорового ребёнка. Поиски отца были тщетны, так как никаких достоверных данных не было. Поэтому ребёнку с самого раннего детства было суждено начать свою жизнь в казённом доме и с придуманным именем.

Глава 1.

Детский сад обычно не оставляет каких-либо ярких воспоминаний, так, смутные отдельные сцены, размытые образы, и лица, застрявшие в детской памяти, благодаря каким-то ситуациям. Ещё может запомниться дорога, когда кто-то из родителей быстро тащит тебя за собой в детсад, чтобы успеть на работу. Вечерняя прогулка уже более спокойная, можно и поговорить и в магазин заглянуть. В общем начало адаптации к жизни среди себе подобных, или как скажут в обществе или коллективе положено.Построились, подравнялись, не шалить, шагом марш, обед – отбой, разрешите идти. Далее идём по шаблону. Но пока он работает и спорить с этим, наверное, не имеет смысла.

Школа расположилась в широком, четырёхэтажном здании недалеко от центра города. Первое сентября всегда умиляет и волнует души как детей, так и их родителей. Хотя родителей, наверное, в меньшей степени, всё-таки у родителей есть более практичные и насущные вопросы, которые волнуют чаще нервы и кошелёк. Пёстрые толпы больших и маленьких людей, запах цветов, шум голосов и смеха. Кто-то начал насвистывать неприличную песенку, сдобренную искусственной детской хрипотой: - Тут же раздавались замечания, окрики, потом все это сливалось в такую же пёструю какофонию звуков. Семён стоял в последнем ряду, потому что был выше своих сверстников, костюмчик впору на второклассника плотно сидел на нем. Ещё с садика он своим детским вниманием успел понять, что сильнее ребят, с которыми играл, а иногда, если ему не давали какую-то игрушку, мог своими, казалось ещё детскими руками ломать остальные игрушки и инвентарь. К счастью делал он это редко, только будучи сильно чем-то уязвлённым, но воспитатели все равно относились к нему с некоторой насторожённостью, хотя он и отличалась довольно весёлым нравом, общительностью и необычно светлыми глазами. Тимур находился в противоположной шеренге первоклассников. Тёмные послушные волосы, индейский профиль лица и чёрные внимательные глаза все это выделяло его на фоне одноклассников. Одет он был немного проще, но его внешний вид скрашивал недостаток слегка поношенного детского костюмчика. Сёма получил своё имя не сразу, были долгие прения у кроватки новорождённого, мать и отец бурно совещались друг с другом, параллельно выслушивая и вычитывая варианты, мнения, значения имён и другую абстрактную информацию. Факту его чудесного воскрешения никто особо не придал значения, хотя одна из врачей в роддоме пыталась рассказать это ещё полуобморочной матери. Когда страсти улеглись, из дальней командировки вернулся отец. В итоге на семейной вечеринке, кто-то из родственников уверенно заявил - Так это же Семён! На долю другого человека выпала более сложная судьба. Мальчик с необычной внешностью и недетским спокойствием вызвал сомнения у врачей и воспитателей. В итоге молчаливый ребёнок провёл все своё детство в интернате. И вот однажды, когда ему до школьной скамьи оставался примерно год, в интернат пришёл человек. Он был уже не молод, спокойно побеседовал с персоналом и воспитателями. Взгляд у него были жёсткий и в то же время грустный. У этого человека оказалось искреннее желание оформить опекунство над ребёнком. Он приходил в интернат несколько раз, дети уже немного привыкли к его посещениям, тем более он каждый раз приносил разных конфет и немного фруктов. В итоге его выбор пал на мальчика с тёмными волосами, который часто играл один. - А, это у нас Алик, сказала воспитательница, немного своеобразный ребёнок, полная сирота, мать вроде при родах умерла, отец вообще загадка и так никто больше не появился не объявился... Она говорила что-то ещё, но мужчина уже особо её не слушал. Их взгляды встретились: мудрый и взрослый детский и спокойный. -Михаил Каримович, вы бы послушали меня, вот ещё есть два мальчика... -А что с этим не так? ровным голосом спросил Михаил. Да в общем то нет, все нормально, здоров, не беситься... Михаил перевёл взгляд не ребёнка. - Алик, скажи нам что ты делаешь? немного фальшиво спросила воспитательница. -Играю, коротко ответил мальчик, и ещё раз бросил внимательный взгляд на мужчину. -Хочешь от сюда уйти? , прямо обратился к нему Михаил. -Да. Здесь часто пахнет рыбой. Спустя несколько дней, после оформления всех необходимых документов мальчик навсегда покинул интернат. -Алик! Какой ты Алик. С сегодняшнего дня ты Тимур. Мальчик кивнул головой в знак согласия, и смело взглянул перед, с чувством, что жизнь продолжается.

Выпускной был в самом разгаре, апогей праздника пришёлся на одиннадцать вечера.Официальная часть закончилась, слёзы радости и вздохи облегчения остались позади, а школьный спектакль прошёл весело и под всеобщие аплодисменты. В кафе «Бригантина» веселье шло полным ходом, в воздухе витали и смешивались разнообразные пары и запахи парфюма и алкоголя, смех и крики спорили с мошной аудио системой и развешенными по стенам колонками, которые громыхали между картинами и фотографиями кораблей, яхт и парусников. Над барной стойкой был ловко прикреплён большой деревянный штурвал. -Фоткай давай!!! Сколько ждать то в позе лотоса! кричал голос из неровной кучки ребят, сгрудившихся для ещё одной памятной фотографии. - Вина мало, я же говорила! - с радостным возмущением горланила одна из охмелевших девушек. -Сом, давай выпьем, хорош жрать! кричал в ухо соседу небольшого роста рыжий паренёк. - Не гони Веталь, ты же через час будешь блевать дальше чем видишь, - гудел в ответ Семён. Сом вышел из кафешки на улицу, вздохнув во всю мощь своих лёгких. Свежий воздух радостно поделился с организмом кислородом, голова прояснялась от алкогольной дымки. С Тимуром они договорились встретится примерно после часа. Он возьмёт пару девчонок, а может и ещё кого-нибудь из класса и придёт к ним в заведение где параллельный класс так же отмечал окончание средней школы. Вернувшись во внутрь Семён окинул весёлым взглядом, подходивший к концу праздник, правильные девочки и мальчики собирались по домам, держа втроём одного облевавшегося ботаника. Семён подошёл к уже начавшим скучать Оли и Юли, две отвязанные красавицы, Оля только немного похудее. Девочки быстро приняли приглашение прогуляться до другого места, где параллельный класс был, наверное, в таком же состоянии, что сулило череду приколов и дальнейших сплетен. Кафе-бар «Зелёная миля» находился всего в паре километров, молодые люди дошли туда быстро и весело. Перед входом уже стояло несколько фигур, слегка покачиваясь и удивлено разглядывая ещё недавно безукоризненно чистые костюмчики и платьица. Шурша шинами в ночной тишине подъехала машина, видимо кто-то из родителей решил самостоятельно забирать своих на отмечавшихся отпрысков. Девочки первые забежали в кафе, следом зашёл Сом. Внутри уже практически никого не было, наверное, у многих случился алкогольный фальстарт. Тимур сидел, подперев ладошкой голову и в своей немного ленивой манере, как кажется со стороны, разговаривал с полненькой девочкой Дашей, которая давно уже была в него влюблена. Заметив Сома, он явно обрадовался, но сдержав себя, чуть помедлил и спокойно направился к другу. На непроницаемом смугловатом лице только Сом мог прочитать нотки некоторого облегчения, что наконец то можно сменить обстановку. - Здравствуй бледнолицый брат, шутливо приветствовал Тим, я смотрю ты на удивление трезвый, или у вас было меньше ящика водки и тебе не хватило? -Кто бы говорил, измогикан комнатный, сам тут небось все молоко выпил. Улыбался в ответ Семён. Оля и Юля немного разочарованно потоптались у входа, определив, что опоздали на самый угар вечеринки, и материал для обсуждений упущен...Девчонки с энтузиазмом приняли приглашение снова прогуляться, только уже до ближайшего ночного магазина, добрать алкогольную дозу.Купив в полуподвальном магазинчике пару бутылок пива и несколько коктейле в жестяных банках, ребята направились в ближайший сквер, где можно было посидеть на спинках грязно-белых скамеек, выпить и пообщаться. Скоро забрезжил рассвет, легко разгоняя слабую темноту летней ночи. Вокруг было тихо и прохладно, что приятно настраивало на романтический лад, после шумного праздника. - Вот и школа позади, теперь впереди такой выбор, чем заниматься по жизни, - начала рассуждать Оля. - Да, но учиться ещё много предстоит, вот это обламывает конечно..., - протянул Сом. - Будет другая учёба, более осознанная, взрослая можно сказать, интересно даже будет, если выберешь правильную для себя профессию. Хотя будущее наше туманно...- В свою очередь проговорил Тим. - Ой Тимур ты опять филосовст. .философф, бяя, в общем расслабьтесь пока мальчики, будет ещё время у вас поговорить да обсудить. - Проворковала Юлька, теснее прижимаясь к Сому. - Давайте, веселите уже нас, а то уснём как бомжи тут, - Подхватила Оля. Но настроиться на позитивно-романтический лад им помещали.Со стороны тёмных кустов внезапно появилась компания молодых людей, классического гоп-стоп вида. Заметив две парочки на скамейки хищная компания направилась к ним... Дебют Сёмы произошёл в девятом классе, до этого момента особых конфликтов не возникало, ввиду больших габаритов Семёна. Он не был «тормозом», поэтому ровесники воспринимали его чуть ли не как старшего. Однажды на большой перемене учителя собрались в учительской по какому-то делу, и все классы пришли в неистовство и бесились от души, благодаря такой бесконтрольной ситуации. В класс к Семёну вошли трое десятиклассников, не отличавшихся какими-либо границами морали и этики, эти ребятки давно устраивали небольшие дебоши в школе, часто это были не честные драки с заведомо решённым финалом для их оппонентов. -О, Сивый смотри какая курочка, а хвостик уже растёт там, где надо? -, начали гыкать пацаны. -Ну чего притихли сыкухи, будем с нормальными пацанами знакомиться? задал вопрос неприятным голосом долговязый прыщавый парень.Третий участник налёта уже символично выводил мелом на доске мужской половой орган. -А Карп сразу хер рисовать, засмеялся Сивый. -Пацаны, хорош нас оскорблять, поднялся со своего места Семён.Увидев объёмную фигуру более младшего паренька, все сразу переключились на него. -Ты чего дибелоид, герой тут? Ща в хавальник получишь! Учительница, которая возвращалась в класс по коридору, наверное, видела хоть раз в своей жизни, как на какой-нибудь овоще базе складывают мешки друг на друга, ей даже показалось что из её класса как раз друг за другом вылетели три таких мешка. Первый с глухим стуком ударился о противоположную стенку и сполз вниз, потом прилетели ещё два и громыхнув костями остались лежать друг на друге. У двоих констатировали сотрясения мозга, у одного перелом руки и ушибы. Как это произошло толком никто не понял, Семён просто отрывал от полу барахтающиеся тела, крутил, прижимал их и методично швырял в дверной проем. Потом приходила толстая тётя в милицейской форме, зычным голосом выясняла подробности, но репутация пострадавших ребят сработала против них, и дело спустили на тормоза. Больше вопросов к Сёме не у кого не возникало. Тимур рос и учился более спокойно. Через год после его усыновления Михаилом Каримовичем, он отправился в первый класс немного другим человеком. Всё-таки год воспитания не прошёл зря, для внимательного и цепкого ума маленького Тима. Михаил был очень разносторонне развитым человеком. В молодые годы увлекался восточными единоборствами. Это приходилось скрывать, та как в его молодость наказывали даже за прослушивание иностранной музыки. Познание восточных мудростей и боевых искусств он умело совмещал с обыденной работой в порту. Потом появилась невеста, дело уже двигалось к свадьбе, но в распланированную и размеренную жизнь вклинилась война в Афганистане. Михаил призывался, по велению долга перед Родиной, будучи сильным духом и телом, принял этот вызов судьбы и отправился воевать в горную страну. Невеста ждала Михаила больше года, но узнав о тяжёлой контузии и непонятных последствиях, которые как ей сказали скорее всего приведут её суженого к инвалидной коляски или учёта у психиатра, она конечно погоревала, но личную жизнь начала строить заново. Через два с половиной года Михаил вернулся к нормальной жизни. В родном Петербурге он уже застал немного другую атмосферу.От товарища он узнал, что его бывшая невеста уже замужем и в положении. С устройством на работу начались сложности.СССР начал трещать и расслаиваться. Коротко стричься и идти отжимать деньги у коммерсантов , да стрелять в людей, Михаил не захотел. Воспользовавшись тем, что железный занавес приоткрылся, он продал старенький загородный дом с дачным участком, а квартиру сдал. Впереди его ждал Тибет и монастырь боевых искусств Мак Цзал. - Запомни Тимур, чуть повышал голос Каримыч, "У меча надо взять три свойства: жёсткость, гибкость и отточенность. Мышцы твои должны быть жёсткими. Тело должно быть гибким. А твои движения должны быть отточенными". Тиму особенно нравилось походы в лес, часто они совмещали длительные путешествия за грибами и ягодами, с уроками выживания и единоборств. А в долгие переходы по лесным тропам и болотам Михаил любил рассказать, чему научился за годы, проведённые в Тибете. - Пап, а расскажи ещё про каратэ? начинал разговор намеренно глупым вопросом Тим. - Маг Цзал, - это сынок не просто карате, а древнее тибетское боевое искусство, которое возникло ещё в 6-7 веке, на сопряжении трёх древнейших цивилизаций: индийской, китайской и среднеазиатской. Нас обучали технике и умениям, которые использовали монахи при работе с бытовыми предметами, освоивший её воин, мог сражаться с любым базовым оружием, попавшим ему в руки - мечом, копьём, посохом, алебардой. Меня учил один из лучших, дабдоб, он говорил, что монах-воин, прошедший все этапы обучения Маг Цзал становился практически непобедим и достигал статуса "бессмертного". История гласит, что, 8 сентября 1380 года, перед началом Куликовской битвы состоялась схватка двух богатырей: со стороны Руси выступил Александр Пересвет, со стороны монголо-татар Челубей. Челубей был нанят, и к сожалению, бился на стороне врага, но тем не менее он являлся выходцем из Тибета, и был монахом-воином Мак Цзала. Он одержал победу более чем в трёхсот поединках и носил статус непобедимого.Но наш Пересвет тоже оказался сильным и опытным монахом-воином, к тому же помноженной на русскую смекалочку. По приданию, Челубей мог скакать на лошади с очень длинным копьём, и поражать противника раньше. Пересвет снял всю кольчугу, оставив только льняную рубаху с крестом. Он на всём скаку дал пронзить себя Челубею. Пропустив через своё тело копье, он смог сблизиться с врагом и поразить его в ответ. Несмотря на всю подготовку Челубей не ожидал такого, и был заколот. После этого Пересвет освободившись от пронзившего его копья, прискакал к рядам русским воинов, и уже там истекая кровью, умер. И все два великих войска видели, как Русский Воин вернулся в свои боевые ряды, а монгольский остался замертво лежать на поле брани. Что несомненно сказалось на боевом духе двух армий и итоговой победе русского воинства. Тим слушал эти рассказы Каримыча, о войне, о жизни, об истории людей и о многом, чего обычный человек, никогда не поведал бы ему. Поэтому уроки Тим учил не только в школе. Многим полезным вещам продолжал обучать его Михаил Каримович, физическое воспитание и умение драться были равнозначны умению думать и развиваться интеллектуально. Попробуем посмотреть на Ленинград, когда Михаил легко шагал на Невскому проспекту, возвратившись из чертогов монастыря. После прозрачного горного воздуха, он снова вдыхал автомобильные выхлопы и радугу всевозможных городских запахов. - Действительно «... с запахом бензина и дорогих духов...», вспомнил он слова из песни.Он слышал гул мегаполиса, видел снующие толпы замороченных обывателей... Какой-то эйфории от возвращения Михаил не почувствовал. Все были заняты заколачиванием бабла. Его приятель тоже как говорят приподнялся, купил квартиру в новостройке, а жилплощадь Михаила успешно сдавалась рабочим из ближнего зарубежья. Михаил с товарищем сошлись на косметическом ремонте в счёт компенсации, и в добавок не пыльную должность в его конторе.Размышления, которым он предавался сидя вечерами за кухонным столом, всегда приводили его к мысли о семье, о добропорядочной женщине, о детях. Михаил понял, что привести сейчас в дом женщину он бы и рад, но заводить детей как будто уже поздновато... Поэтому он решил усыновить сироту, взять себе и сына, и ученика. Передать свой жизненный опыт и знания, воспитать по возможности хорошим человеком. В конце концов он сам был учеником, воспитанником и послушником при старших наставниках. Тимур сразу проникся уважением и привязывался все больше к своему приёмному отцу. У Тима была особенность с малых лет, которую он осознал и смог использовать себе на пользу немного позже. Он чувствовал исходившую от человека ауру. Видел его сознание, с другой стороны. Как астрономов долгое время интересовала задняя сторона луны, так и Тима часто интересовало, что у человека на душе и на уме. И когда он входил с кем-то в контакт, неважно даже, был это диалог, или он просто находился рядом, Тим получал немного информации, о страхах, намереньях и ходе мыслей этого человека. Информация сама собиралась у него в голове, формируясь в слова и образы. Со временем он научился извлекать из этого нужные данные, и чередовать их по степени важности. Ещё находясь в интернате, он видел много разных людей, у взрослых он редко замечал много положительного, его часто просто отталкивало от них. Но у Михаила Каримовича было нечто такое, доброе и сильное, и без явной фальши в словах и делах. Школьная жизнь пронеслась для Тима довольно быстро, учиться ему нравилось, а параллельно он постигал под наставничеством Михаила различные премудрости, элементы борьбы и ударной техники. Прямых конфликтов Тим старался избегать, но иногда из-за незаурядной внешности на улице или в школе он становился объектом нездорового внимания.Будучи уравновешенным и не глупым человеком, он понимал, что добро должно быть с кулаками и тогда оно победит зло. Агрессивные, жадные, завистливые люди прежде всего разрушают себя внутри. С древних времён известно, что сон разума порождает чудовищ. Физические данные Тимура не были так выразительны как у Семена. Однако навыки рукопашного боя, сухая мускулатура, молниеносная реакция и удивительная выносливость делали его очень опасным противником. При любом раскладе он пытался сначала договориться, опираясь на восточную мудрость, что лучший поединок, тот, который не состоялся. К сожалению, далеко не все разделяли его мнение, поэтому периодически дипломатия заходила в тупик. Горячая кровь вскипала у Тимура в жилах, черные глаза метали молнии, и его индейский профиль становился символом поражения для врагов. Попасть простым ударом, неподготовленному человека по нему было практически невозможно, Тим всегда опережал события, нанося в ответ болезненные превентивные контрудары. С Семой Тим столкнулся в школьном коридоре. Тим нёсся на предельных скоростях, петляя между детьми как заядлый гонщик, и вдруг неожиданно врезался в глыбу. Широкое лицо со светлыми глазами улыбнулось - Быстро бегаешь, а ну иди ка сюда!, Тим начал прыгать и изворачиваться от своего большого ровесника, в последний момент все время ускользая от медвежьего захвата, в итоге изрядно измотав друг друга, оба пошли в столовку. Началась большая и крепкая дружба. Белые ночи в Петербурге, особенное время года, притягивающие тысячи туристов, город-музей перенасыщен светом и блеском, компенсируя осеннее зимние тёмные месяцы. Предрассветная дымка начала рассеваться и пятеро фигур хорошо вырисовывались на фоне темной зелени. Это были спортивного вида молодые люди, рано познавшие стадное чувство превосходства над себе подобными. Увидев на скамейки четверых выпускников, удобно расположившихся в глубине кустов, что как раз закрывало обзор с дороги и с правой части сквера. Хулиганы быстро прикинули, что это удачная добыча, если даже и взять нечего, то хотя бы развлечение под конец ночного рейда получиться. Оставив одного человека на шухере, остальные подошли к скамейки - Здорово пацаны ! И дамы конечно тоже привет... Криво улыбнувшись начал диалог один из парней в джинсовой жилетке. - Здорово ребят, ответил Сом. - Как выпускной, тёлочки я смотрю у вас нормальные, продолжил один из парней разглядывая притихших девчонок. - Ребят, вы вроде шли куда-то, сказал уже несколько раздражено Сом, - Чё так разговариваешь, мы вот подошли культурно пообщаться. А девчонкам с вами в натуре скучновато! Тим сразу уловил агрессию со стороны этих пацанов, и опасность накатывала как снежный ком, так как разговор был просто формальной прелюдией к хулиганским действиям и неизбежной драки. Два звонких удара разбивающихся бутылок прозвучали в тишине как выстрел из двустволки, в это мгновение Тима уже не было на скамейки, а двое хулиганов начали оседать на землю, один без чувств, второй инстинктивно прижимая руки к голове. Далее среагировал Сом, и почти одновременно с парнем в джинсовой жилетке, они бросились друг на друга. Прямым правым в корпус Сом сложил агрессора пополам и схватив его за спину, швырнул тело на землю. Четвёртый подельник со словами ээээ чегооо!!??, ломанулся через заросли спасая своё здоровье. Пятый участник на шухере, услышав шум трещавших кустов подбежал посмотреть, что творят его кореша, но увидав валяющиеся тела и большую фигуру Сома, быстро испарился в сторону выхода из злополучного скверика. - Валим, быстро валим от сюда, чётко проговорил Тим, и схватив в охапку ещё не пришедших в себе девушек, друзья покинули место происшествия, оставив на земле три стонущих тела приходить в себя уже в своей компании. Дальше была квартира Оли и медленные танцы... Продолжать обучение после школы многим приходиться просто по инерции, заданной за последний год родителями, учителями и другими родственниками. Абитуриент трансформируется в студента в каком-нибудь учебном заведении, не совсем понимая зачем он пошёл учиться на бухгалтера, если работает охранником, зачем пошёл на юриста если ему нравиться строить. Есть конечно процент счастливчиков, для кого образование действительно важно, и совпадает с его призванием и принадлежностью. Но многие просто стоят в очереди за дипломом, ведь так заведено. Однако системы устаревают, шаблоны рушатся, а мир и знания становятся все обширнее и доступнее. Тимур и Семён не виделись почти два летних месяца, у каждого были свои дела, мысли и новости. Начало сентября радовало последними тёплыми лучами уходящего в зимнюю спячку солнца, а зелёные листья ещё не желали расставаться с деревьями и кустами. Один из многочисленных Петербургских дворов колодцев, вмещал в себя небольшую детскую площадку, несколько облезлых цветочных клумб и ряд поломанных деревянных скамеек. Остальное пространство было заставлено машинами, среди которых виднелись небольшие проходы. У подъезда старого грязно-жёлтого дома, на одной из уцелевших скамеек, подстелив под себя газету сидели двое молодых людей. Один выделялся нестандартными габаритами, светлая футболка плотно облегала объёмную грудную клетку, и мощные руки, светлые волосы и широкое беззлобное лицо с необычайно светлыми глазами, которые как могло показать, смотрели немного иронично на окружающий мир. Сидящий рядом друг, выглядел как пришелец с другого континента, длинные черные волосы, правильный индейский профиль и смуглая, с легка красноватым оттенком кожа. Пронизывающий взгляд придавал его внешности не меньше уважения и уверенности, чем его товарищу великану. - В общем вот такая ситуация, тесты эти сдал и уже не первый курс оформили. Родители хотели что-то более выдающиеся, но это оказалось золотой серединой, и спорт на полную и предметам кое-каким учиться надо. Рассуждал Сом. А так все лето заморочки были, документы, оформления и суета какая-то. Потом с Юлькой недели две мутил, потом Оля с моря приехала... улыбаясь продолжал Сом. А ты чего завис? Тим посмотрел на Сома, - Отец мой, приобрёл домик с участком в Новгородской области, там деревня раньше была, сейчас уже как посёлок, или типа того. Находится удачно, среди лесов и рек, на пять километром в сторону уже глухомань начинается, болота, чащи лесные. Он давно такое место искал, гармония что бы, от суеты иногда отключаться. - Понятно, когда за грибами поедем? весело спросил Сом. - Отец сказал сам туда пока поездит, обустроиться немного. Раньше там семья какая-то жила , ещё до революции 1917 года там обосновались. Место с мошной энергетикой он говорит, а это то уж он понимает и чувствует, - продолжал рассказывать Тим. Так, но все, колов осиновых наточим, чесноком обвешаемся и да, ловушки для призраков брать? - Хохотнул Сом, - Да, у тебя то в плане учёбы какие движухи? - Поступил я в три универа, но решил остановиться на ЛЭТИ, программирование и робототехника это наше будущее... как то даже призадумался с ответом Тим -Понятно, будешь весь в цифрах и графиках, скучно, - протянул сонным голосом Сом. А мог бы со своим карате к нам в Лесгафта! - Да все нормал будет, подмигнул индеец, - я карате не брошу, на все время найдём. Во дворе закружился ветер, который принёс обрывки музыки и крики бытовых разборок из ближайших окон, на безоблачном небе стали собираться первые осенние тучи.