Белые цветы, черные корни

Светало — из-за трепетавших в небе алых знамен поднимался край круглого золотого щита. Звонкие птичьи голоса приветствовали восходящее солнце. На прогалине среди серебристо-зеленых оливковых деревьев возникли белая лошадь и стройный юноша в белом хитоне и синем плаще-хламиде, с коротким мечом на перевязи.

Взяв под уздцы кобылу, юноша вывел её из рощи. Остановившись на берегу спокойного ручья, он рассмотрел своё отражение в воде, удовлетворенно улыбнулся. У себя дома Кора, пустив в ход иллюзии, приняла мужской облик, и сейчас выглядела как подросток лет шестнадцати: короткие черные кудри, тонкий стан, кадык, темный пушок над верхней губой.

Хотя все греки слышали об амазонках, в повседневной жизни к воительницам относились настороженно. Там, куда сейчас направлялась Кора, она планировала притворяться мечтающим о славе богатым юнцом, и, возможно, вызвать интерес другого рода. Одинокий приезжий, наивный юноша на великолепной лошади, несомненно, привлечёт к себе внимание. Только те, кто сочтет мальчишку лёгкой добычей, будут сильно разочарованы — Кора усмехнулась этой мысли.

Вот уже года три, как на весь Крит прославилось Братство искателей в городе Тилиссе. Его известность прострлась на соседние острова и на материк. Оттуда в Братство приезжали молодые люди, жаждавшие приключений, славы и денег. Болтали, что благородные искатели убивают чудовищ, освобождают плененных пиратами, охотятся за разбойниками, ищут клады.

Живший на Крите Корин кузен Горгий Саблезубый смотрел на искателей приземленно:

— Говорят, что если кому-то нужно избавиться от врага, в Братстве он отыщет людей, готовых за хорошую плату прикончить кого угодно. Недаром в Тилиссе в последние годы находят слишком много трупов. Многие тела изуродованы, расчленены на куски. Архонт города слывёт суровым правителем, но справиться с разбойниками не может. Когда освобожусь, хочу сам посмотреть, что там творится.

По долгу службы маги Проводники — Кора, прозванная Коброй, Горгий и их товарищи, убивали монстров в потустороннем мире и потому терпеть не могли охотящихся на людей чудовищ, в том числе двуногих.

Поскольку Горгий был занят делами, Кора сама решила развлечься в свободное от работы время и приглядеться к искателям. Когда-то они с кузеном побывали в Тилиссе, и теперь Коре не составило труда вспомнить местечко неподалёку от города, куда можно магическим образом перенестись из дома, и где её внезапное появление не привлечёт внимания.

Волшебница вскочила верхом на кобылу Левку и поехала по дороге в Тилисс, мимо лимонных деревьев у обочины, виноградников, оливковых, апельсиновых, миндальных рощ. Аромат вербены и цветов цитрусовых кружил голову. За спиной у всадницы осталась гора Ида, а на западе виднелись Белые горы, у подножия которых находился дом Горгия, где Кора часто гостила.

Тилисс находился в нескольких десятках стадиев от северного побережья Крита, к западу от древнего Кносса, который Кора с кузеном помнили еще со времен владычества Миноса. Строения в городе радовали глаз выбеленными стенами. Среди жилых домов и лавок выделялись храмы и дворец правителя города, архонта Ликаста. Горожане указали Коре путь к Братству, и вскоре она подъехала к большому дому неподалеку от дворца и рыночной площади.

По сути, Братство размещалось в таверне. В просторном зале с дверями и окнами нараспашку за столами сидело много людей: критян, афинян, ионийцев, жителей соседних островов и даже парочка очень смуглых египтян. Все они были вооружены и многие щеголяли яркой, добротной одеждой. Грубые голоса мужчин перемежались звонким смехом бойких девиц, разносивших еду и вино. Воздух пропитывали запахи человеческого пота, жареных, копчёных рыбы и мяса, не заглушавшиеся даже ароматами душистых трав. За стойкой суетился дородный хозяин таверны, у которого, казалось, были глаза и на затылке, настолько умело он руководил действиями служанок.

Оставив рабу лошадь, Кора прошла в зал и пристроилась за столом в дальнем углу. Потягивая из кружки заказанное дешевое вино, она рассматривала зал, слушала разговоры искателей. Те оживленно обсуждали слухи о том, что на болоте к востоку от города видели гидру наподобие Лернейской — это по её вине там пропадали люди. Кто-то предложил прикончить чудовище, и компания принялась обсуждать, стоит ли браться за это дело.

Как поняла Кора, в этой же таверне искатели праздновали и удачное завершение своих заданий — за соседним столом трое дюжих мужчин угощали вином друзей и весело рассказывали, как они настигли и повязали конокрада, посягнувшего на лучшего жеребца богача Хрисиппа.

На стене висели две прямоугольные таблички черного камня, на одной красовалась золотая надпись: «К победе и славе! Добро пожаловать в Братство искателей приключений». Вторая табличка гласила: «По всем вопросам обращайтесь к распорядителю».

В центре зала толпилась группа мужчин. Здесь были как искатели, так и нанимавшие их заказчики. Вот они слегка расступились, и Кора увидела, к кому они обращаются с вопросами — в середине стояла походившая на Артемиду девушка в белом хитоне и красном гиматии, стройная, сильная, с уложенными в узел каштановыми волосами. В её ушах покачивались золотые серьги тонкой работы, а на руках блестели браслеты. Она уверенно указывала заказчикам, кто может выполнить их поручение, подзывала искателей и раздавала им задания. Искатель и заказчик, которых девушка представляла друг другу, отправлялись обсуждать подробности найма за столы. За спиной у распорядителя сидел писец, быстро вносивший в таблички сведения о состоявшихся сделках.

У соседа по столу Кора спросила, кто эта девушка, и услышала:

— Это госпожа Меда, единственная дочь нашего архонта. Только она предпочитает, чтобы её звали прозвищем — Аталанта.

«Как прославленную воительницу. Тщеславная особа», — подумала Кора.

В зал вошёл коренастый рыжий парнишка лет семнадцати в скромном хитоне ремесленника. Растерянно покрутив головой по сторонам, он стал подходить то к одному, то к другому искателю и о чем-то просить. Оглядев его, искатели отмахивались от бедняка.

Кто-то посоветовал рыжему подойти к распорядителю Аталанте. Она выслушала парня, что-то спросила — тот тихо ответил и покраснел. Поморщившись, Аталанта велела ему подождать в сторонке.

Улучив момент, Кора подошла к распорядительнице и представилась Критием, сыном Горгия с юго-западного побережья острова.

— Ты хочешь стать искателем, юный Критий? — спросила Аталанта, с интересом глядя на собеседника.

Ее лицо портил длинноватый нос, но большие глаза цвета штормового моря были прекрасны.

— Да, госпожа.

— Оружием хорошо владеешь?

— Учитель был мной доволен.

— Тогда добро пожаловать в Братство. Возможно, мы найдем тебе заказ, но десять процентов от вознаграждения отдашь нам. Если понадобятся компаньоны для сложного задания, ищи их здесь. Теперь ступай и жди.

Кора отошла, её место тут же занял горожанин, которому требовалась охрана на время поездки. Бедный рыжий парень продолжал ходить среди искателей, а над ним уже откровенно смеялись. Паренек краснел, но не уходил. Видимо, острая нужда привела его сюда, и можно хотя бы выслушать мальчишку.

Подойдя к рыжему бедняку, Кора поздоровалась и спросила:

— Хочешь нанять искателя?

— Хочу.

— А что нужно сделать?

Парнишка оглядел Кору и недоверчиво спросил:

— Ты искатель?

— Конечно. Ты же видел, как я разговаривал с распорядителем.

— Тогда слушай.

Оказалось, что у парня по имени Антимах есть младшая сестра Анхиала. Неделю назад она заболела, точнее, уснула и с тех пор не просыпается.

— Она дышит, пьет воду, если её льют в рот, но не открывает глаза и не двигается, — с болью говорил Антимах.

Его мать обращалась к лекарям, но никто не смог помочь. В городской лечебнице развели руками. Родные Анхиалы приносили жертвы в храмах, но безуспешно. Антимах рассказывал:

— Мы и в храм Аполлона ходили. Тамошняя провидица предсказала: «Моли траву искатель отважный отыщет. Травки отведав, дева очнётся от сна непробудного». Вот я и пришёл сюда, — парень помедлил и продолжил. — Только я сейчас заплатить не смогу, мы всё храму отдали. Ты не думай, я заработаю и рассчитаюсь. Дам десять драхм.

Стало жаль девочку: она может умереть от голода, так и не проснувшись. Выдающейся целительницей Кора себя не считала, а пророчицы редко ошибаются. Значит, чтобы спасти ребенка, придётся искать волшебную траву.

— Я возьмусь за твое дело, — произнесла Кора.

Глаза парня засияли. Он и Кора протолкались к распорядителю, и «Критий» объявил, что желает взять заказ Антимаха. Улыбнувшись, Аталанта заметила:

— Вот и славно, бери. Приобретешь хотя бы опыт.

Когда они вышли из зала на улицу, Антимах спросил:

— А у тебя что, опыта нет?

— Ты мой первый заказчик, — призналась Кора.

Антимах недовольно засопел, но ничего не сказал, не ему привередничать.

Трава моли чрезвычайно редкое растение. Можно было бы переместиться на материк и поискать моли там, но вдруг и на Крите она встречается.

— Я жил далеко отсюда, у Белых гор, и не представляю, где тут у вас можно найти траву моли, — сказала Кора. — А ты знаешь?

— Нет, — ответил Антимах. — Зато я знаю травницу, которая может помочь. Пошли.

Когда Кора забрала у конюха свою лошадь, Антимах восхищённо оглядел белоснежную тонконогую кобылу и спросил:

— Ты из богатой семьи?

— Ну да. Деньги твои мне без надобности, я прославиться хочу, — пояснила Кора.

— А твой отец, как он отпустил тебя?

Подмигнув Антимаху, Кора ответила:

— Я сбежал.

Собеседник остался серьезным и со вздохом сказал:

— А мой отец умер год назад. Оставил мне гончарную мастерскую. Анхиале всего двенадцать лет, она должна выжить. Я бы сам пошел искать траву моли, но пророчица сказала, что нужен искатель.

Юношу следовало подбодрить, и Кора произнесла:

— Будем считать, что провидица предсказала мне удачу. Боги не допустят, чтобы девочка умерла. Твоя сестра обязательно проснется.

Антимах улыбнулся, но беспокойство в его карих глазах осталось.

Идя вслед за Антимахом по городским улицам, и слушая его болтовню, волшебница вела лошадь в поводу. Солнце клонилось к полудню, вокруг суетился народ. Когда они проходили мимо рынка, зазывалы то и дело приставали к Коре, приглашая молодого господина взглянуть на их товар. Кора не удержалась и купила поджаристых пирожков с ягнятиной для себя и Антимаха. Тот поблагодарил, и лакомство исчезло очень быстро.

Так они пришли в городскую лечебницу при храме Аполлона, добротно выстроенную, но окруженную духом безнадежности: слишком многие страдали и умирали здесь. Сюда обращались за помощью неимущие — храм оплачивал работу немногочисленных лекарей и снадобья, а кормились больные подаянием милосердных людей.

Лечебница находилась позади храма, к ее одноэтажному длинному зданию примыкал окруженный крытой галереей просторный двор. Лекари обычно работали в доме, а больные лежали на подстилках в галерее или даже на утоптанной земле во дворе. У многих одежда превратилась в лохмотья, некоторые мужчины обходились только набедренными повязками. Из дома слышались крики, кто-то стонал, плакали дети.

В галерее над старухой с язвой на руке склонилась скромно одетая белокурая девушка. Она обрабатывала рану больной и утешала ее тихим, мелодичным голосом. Показав на неё, Антимах сказал:

— Ее зовут Риа, она искусная целительница.

В хрупкой, изящной девушке было что-то странное, и, приглядевшись, Кора поняла, что она маскирует себя с помощью иллюзии, иначе ее выдали бы зеленые волосы. Целительница оказалась лесной нимфой. Странное она выбрала себе занятие — врачевать людей.

Когда Риа закончила перевязку, Антимах поздоровался и представил ей Кору, сказав:

— Добрый искатель Критий согласился отыскать траву моли для моей сестры. Госпожа Риа, прошу, скажи, растёт ли такая трава у нас?

Загадочная целительница внимательно смотрела на Кору, и та поняла, что одарённая нимфа колдовским зрением видит, как так называемый «Критий» выглядит на самом деле. Может, она узнала и знак, сияющий золотом между бровей Коры — крошечный анкх, вписанный в сердце звезды с девятью лучами.

Такой же символ носили все Проводники, и его не увидеть, не обладая магическими способностями. Многие волшебные создания знали, что такой знак налагает на своих смертных слуг повелитель царства мертвых, и с этими магами опасно связываться. Недоброжелатели звали Проводников «проклятыми рабами Пса». Ещё нимфа, конечно, заметила на поясе Коры, помимо меча, и невидимый для обычных людей белый магический жезл, увенчанный головой кобры. С его помощью волшебница убивала потусторонних тварей.

Не подав виду, что поняла, кто такой искатель на самом деле, Риа приняла Корину игру и сказала:

— Приветствую тебя, Критий. Ты отважен, если решился помочь бедной девочке. Знаешь, какая она — трава моли?

— Нет, госпожа, — солгала Кора: незачем выглядеть слишком осведомленной в глазах Антимаха.

— У нее узкие темно-зеленые мечевидные листья и белые цветы, похожие на нарциссы. Только моли цветет и весной и летом. Корни у нее черные. Моли трудно отыскать, но она растет неподалеку от этого города.

— Где?

— На большом болоте к востоку отсюда.

Антимах ахнул, видимо, он тоже слышал о живущей там гидре. Риа сказала:

— На болоте пропадали люди. По слухам, там обитает чудовище.

— Я слышал про гидру, — заметила Кора.

— Никто не знает, как выглядит та тварь, но она опасна. Если кто и способен добыть там моли, то это ты, смелый Критий. Даже я не могу отправиться на болото, — продолжала Риа и многозначительно поглядела на Кору. — Я только попрошу тебя, прихвати побольше этой травы. Из моли я сделала бы лекарство не только для Анхиалы, но и для других безнадежных больных. Слишком многие умирают здесь, а снадобий на всех не хватает.

— Хорошо, госпожа, — пообещала Кора, думая: «Если найду травку, могу целую охапку притащить».

— Ты очень добр, Критий. Помоги девочке, другим больным обрести исцеление и тебя вознаградят за это боги, — произнесла Риа с надеждой в глазах.

Громко застонал изможденный старик с опухшей синюшной ногой, лежавший в углу двора. Посмотрев туда, нимфа со вздохом призналась:

— Я вижу здесь столько страданий, что иногда это невыносимо. Хочется мелкой пылью разлететься в разные стороны.

Эту обложку сделала замечательная художница Алена Миронова https://author.today/u/elenamiromanova1

Примечания:

Волшебная трава моли описана Гомером в "Одиссее".