Белый Ирис: когда все начиналось

Такура уехала и, пожалуй, никто тому не был удивлен, скорее разочаровало ее нежелание проститься с друзьями, которых, возможно, увидит нескоро или не увидит вовсе. Королева Адель умерла и в честь этого Академия на несколько недель погрузилась в глубокий траур и только перед праздником Первых Звезд настроение заметно улучшилось. Все обсуждали предстоящее событье, а за ним и коронацию Такуры.

Золотой кулон стал неотъемлемой частью Такото, она носила его всегда, даже когда спала. Всё разглядывала его контуры, гладила острые концы солнечных и звездных лучей, обводила пальцами выпуклые драгоценные камушки. Мысли каждый день возвращались к Такуре, сжимаясь от тоски и переживаний. Как она там? Как прошли похороны? Что любимая подруга думает о своей коронации? Такура истинная королева, мудрая, добрая и справедливая, очень немногие вещи могли выбить ее из колеи и Такото знала, что она со всем справится, и все же, волнение не давало ей спокойно спать.

Кроме того, учебная нагрузка с каждой неделей становитесь только больше. Не было уже времени на чтение для себя, на праздные разговоры с Адо, даже на занятия с Изен приходилось выкраивать драгоценное свободное время. Впрочем, Такото знала, что дальше будет только хуже. Перед глазами у нее всегда был пример Ури, рыдающей над книгами, картами и записями. Такото как могла утешала ее, но, как правило, это совсем не помогало и только отвлекало их обеих.

Никто и моргнуть не успел, как на улице потеплело, солнце стало вставать раньше и садится позже, как морской воздух стал теплее и в нем все ярче чувствовался запах соли. Выпускной, признаться, Такото совсем не радовал. Это значило, что сестра уедет от нее, они снова расстанутся на целых шесть лет. Такото ведь даже не сможет побывать на коронации собственной сестры! Это несправедливо, но ничего с этим не поделаешь.

Выпускной, как и каждый год, назначили на середину июля, подготовка шла полным ходом. Ури, совершенно измученная, неделю провалялась в кровати, а после Такото не могла отойти от нее ни на шаг. Ткани, фасоны, рюшки, кружева, туфли и украшения. В какой-то момент от всего этого обилия цветов у Такото начинала болеть голова. Тем не менее, она терпела любые капризы Ури понимая, как важен для нее этот день. Последние дни в Академии, ставшей ей домом, последние дни свободной жизни.

В конечном счете выбор остановился на простом, но элегантном платье темного сапфирового цвета. Талия и грудь крепко обхватывались корсетом, сверху обшитым тканью, полностью закрывающей весь корпус, останавливаясь на плотном воротнике. От воротника шел шёлковый полупрозрачный плащ того же сапфирового цвета, рукавов же не было вовсе. Все это, не считая пышной юбки, было вышито серебряными нитками и жемчугом, создавая узор из маленьких звезд и созвездий.

—Выглядишь просто чудесно.

Ури разглядывала себя в зеркале, все поправляла густую черную косу, со вплетенными в нее голубыми лентами, белыми сапфирами и серебряной тикой, цепочки которой ниспадали на лицо и убирались за уши.

— Хватит волосы трогать, испортишь прическу.

— Хватит ворчать. Богини, в кого у тебя такой характер?

— Явно не в отца, зато твоя нервозность точно в него. Все, хватит, нас уже наверняка заждались, пойдем, принцесса.

Выпускной был событием действительно важным для каждого ученика Академии. Десять лет - огромный срок, вдали от родных и поданных. По сути, каждая из учениц возвращается домой новым человеком. Такото считала такие строгие правила странным. Будущий правитель всегда должен знать, что происходит с его людьми, а девушек, часть из которых потом становятся правительницами, просто запирают в высоких стенах, не давая связи даже с родными.

В любом случае, после выпускного сестра покинет ее, как и еще один член их маленькой компании. Рядом останутся только Адо и Изен, а каким человеком окажется Теина - младший брат Такуры, Такото, конечно, не могла предсказать. У старших сестер всегда есть привычка отзываться о младших братьях с большой любовью, даже не общаясь с ним практически десять лет.

Сама Такото была одета в зеленое платье, градиент на юбке начинался с темно-зеленого и заканчивался светло-салатовым, крепкий корсет был вышит узором в виде изящных цветов золотыми нитями и привлекал внимание к глубокому вырезу, доходящему практически до пупка. Вырез, конечно, весьма экстравагантный, но в академии не так уж и много мужчин и Такото знала, что никому из них не интересна, потому и стесняться было незачем.

Длинный коридор привел их двери, а та в свою очередь в зал Четырех богинь. Ури коротко помолилась у статуи Пустоты и уже у дверей в обеденный зал им встретились Ренга и Адо. На Ренге было мужское белое кимоно с интересным коричневым орнаментом, значение которого Такото не знала. Сверху он накинул такого же коричного цвета халат, где был вышит тот же рисунок, но цветом значительно темнее.

Адо, похоже, и не стремился приодеться: на нем была простая рубашка цвета кофе с молоком и белоснежные штаны. Волосы неаккуратно лежали на его голове и Такото не удержалась, поправила их, заставив тем самым парня улыбнуться.

— Что смешного? Ты будто не на выпускной пришел, а на прогулку.

— Забавно наблюдать за твоей суетой.

Его взгляд упал на вырез и Адо вскинул бровь, улыбка быстро превратилась в ухмылку. Такото щелкнула его пальцем поносу и хмыкнув, взяла под руку.

— Не смотри так, будто тебе это действительно интересно.

Пожалуй, главной особенностью выпускного было то, что на него не допускали никого, кроме выпускников, их пар и самих преподавателей. Это был день, чтобы выпускники провели своей последний праздник в стенах академии, попрощались с учителями, друзьями и однокурсниками, и уезжали со спокойной душой. Зачастую это было не самое интересное событие, но оно помогало ученикам попрощаться с этим местом раз и навсегда. Больше у них не будет входа на остров. Разве что, они не решат самовольно на него переселиться. Ури и Ренга такого права точно не имели.

Обеденный зал и без того просторный, сегодня казался вовсе огромным. Над потолком витали сферы в виде маленьких лун, солнц и звезд, круглые столы, набитые яствами стояли придвинутые к стенам, открытые окна впускали свежий ночной воздух в зал, где сегодня было не многолюдно. Этот курс оканчивало в общей сложности десять учеников и с учетом, что каждый привел одну пару и у своего стола как обычно находились преподаватели, народу, в общем-то, было всего-ничего.

Ури и Ренга были сразу утянуты в компанию однокурсников, а Адо утащил Такото к столам с едой. Танцы еще не начались, музыканты готовили свои инструменты, только скрипач наигрывал спокойную тихую мелодию, перебиваемую десятком голосов. Как бы весело ни было сегодня, уже через несколько дней ей придется попрощаться с сестрой на очередные годы.

От грустных мыслей ее отвлёк Адо, сунувший ей в рот канапе с сыром, рыбой и огурцом. От неожиданности Такото едва не подавилась.

— Вкусно, конечно, но больше так не делай, я и подаваться могу.

Адо в ответ только глаза закатил.

В ту же минуту у нее в руках оказался бокал с красным фруктовым вином, а сам Адо уплетал закуски с кровью. Хотя в академии было не так уж и много вампиров, выбор закусок для них был не меньше, чем для остальных.

Вино оказалось терпким и очень сладким на вкус, явно фрукты с земель Победы, но и очень крепкое, у Такото почти сразу закружилась голова. Им редко подавали вино и ей было просто некогда его распробовать, и тем более привыкнуть.

— Чур твой первый танец за мной, — сказала Такото заметив на Адо заинтересованные взгляды.

Парень ухмыльнулся, помахал девушкам, а потом повернулся к Такото.

— И ты правда думаешь, что могло бы быть по-другому?

— Ой, не говори, что ты не побежал бы танцевать с Ренгой, если бы он предложил.

— За кого ты меня держишь?

Такото не ответила, только хитро улыбнулась, за что получила толчок локтем в бок.

Ури все еще держала Ренгу под руку, да и тот не стремился уйти, ее взгляд, обращенный к нему, был пропитан болью и нежностью одновременно. Такото не первый раз видела такой взгляд у Ури и у нее были некоторые предположения на их счет, но она старалась не делать преждевременных выводов, пока не получит доказательства.

К столу все подходили и отходили девушки, начинали разговор и заканчивали его. Спрашивали об обучении, желали удачи, приглашали на танцы, готовые вот-вот начаться. Адо, всегда желающий поболтать с большим удовольствием собирал вокруг себя компании слушательниц, среди которой была и Такото, предпочитающей больше уминать закуски, чем слушать истории, участницей которых нередко была она сама.

Такото зевнула в ответ на очередной вопрос о их с Адо взаимоотношениях и коротко дала понять, что, если он так им нужен, пускай сами и разбираются. Хотя они не первый год в Академии, многие никак не могли привыкнуть, что отношения у них исключительно семейные и потому каждая девушка может попытать удачу, а Такото просто будет наблюдать, как он отшивает одну за другой.

Импровизированный танцпол не сразу заполнился людьми, но уже через несколько минут почти все девушки танцевали с теми, кого пригласили собой. Порой Такото в толпе видела темну макушку сестры и острые уши Ренги. Адо, наконец выбравшись из плена девушек, поправил растрепавшиеся волосы и протянул руку Такото.

— Первый танец для тебя, как и обещал.

— Я уж думала, что ты забыл, — усмехнулась Такото.

Тем не менее руку она в его большую ладонь вложила и тут же они оказались среди танцующих. Вторая его рука легла ей на талию, она положила ладонь ему на плечо и так они закружились по залу, порой меняясь партнёрами. Такото успела станцевать и с Ренгой, и с Ури и ещё с десятком других девушек я пока ее не вернули наконец к Адо, он тяжело дышал, но даже активный танец не вызвал у него румянца, в то время как лицо Такото покрылось розовыми пятнами.

— Иногда я… завидую что ты не умеешь краснеть… — пыхтя сказала Такото и вскрикнула, когда Адо резко опустил ее к полу, склонившись над ней.

— А я рад, что ты умеешь.

Такото не успела ничего ответить, как Адо резко поднял на ноги и закружил так, что все перед глазами Такото поплыло и она упала бы, не придержи ее Адо за талию. Девушка тяжело дышала, стараясь выровнять картинку перед глазами и удержаться на дрожащих ногах.

— После тебя я не смогу больше ни с кем танцевать.

— Ночь только начинается.

***

Адо танцевал так, будто танцуют они в последний раз, Такото села в кресло уже вся дрожащая и бледная от усталости. Он продолжил веселиться, а Такото снова взялась за вино и закуски. Нужно восстановить силы, до рассвета еще не мало времени.

В какой-то момент Такото заметила, что не видит ни Ури, ни Ренги. Это показалось ей странным, а пока Адо занят танцами, девушка прихватила вино и отправилась искать сестру. В столовой было душно, а в зале Четырех богинь, наоборот, свежо. Такото прикрыла глаза, насладившись прохладным воздухом, коротко помолилась у статуи Пустоты и отправилась вверх по лестнице, касаясь пальцами холодного мрамора лестницы.

Внимание Такото привлекло тяжелое дыхание, хорошо слышимое на пустой лестнице. Девушка выглянула за угол и уставилась на вид перед ней. Ренга прижал Ури к стене и целовал ее, а она схватила его за край халата, не давала отстраниться. Такото была в шоке и одновременно ожидала подобного. Ури обняла Ренгу за шею, притянула ближе и чуть приоткрыв синие глаза, смотрела на Ренгу.

— Знаешь, ты плохо скидываешь свои чувства, — прошептала Ури.

— Да? — хмыкнул Ранга, — Ты тоже. Слухи о том, что ты влюблена в меня начались раньше, чем что я в тебя.

— Это все слухи.

Ури фыркнула, но почти сразу снова втянула его в поцелуй. У Такото едва челюсть не отпала. Ещё более удивительно были слезы, вдруг прокатившиеся по щекам Ури. Он большими пальцами стёр их и посмотрел на нее с такой нежностью, на какую, Такото была уверена, Ренга не был способен. Раньше.

— Я не хочу расставаться, — прошептала Ури, глотая слезы.

— Я тоже не хочу... Но мы ничего не можем с этим поделать, — так же негромко ответил он.

— Я могла бы отказаться от трона... Уехать к тебе, быть с тобой.

Ренга печально помотал головой.

— Мать никогда не одобрит этого брака. Она ненавидит Победу и Пустоту одинаково сильно. Первых за войну, вторых за бездействие. Я знаю, что ты стала бы прекрасной королевой, но увы, я не могу управлять своей жизнью за пределами Академии.

Ури спрятала лицо у него в груди и беззвучно плакала, пока Ренга обнимал ее, будто пытаясь защитить от всего мира и его устоев.

Такото наконец отошла от стены и тихо вернулась в зал. Адо, все искавший ее взглядом, наконец его поймал и увидел там только сожаление.

______________________________________

ТГ: @natanielveshaet