Бесконечное Подземелье - 1

Очередной смельчак оказался на испытании. Между мирами, где корни древ мертвых богов вплетаются в ткань бытия, существует он — Вечный. Место, созданное лишь для того, чтобы наблюдать за теми, кто жаждет силы и делает свой выбор.

---

– Кто я? Что я? – голос звучал глухо, как из-под толщи земли. Вокруг царил мрак, словно густая завеса скрывала все, кроме собственной растерянности. Мои воспоминания… Я не могу их коснуться. Они будто заперты за дверью, которую я даже не могу увидеть.

Cтрочки случайных символов, непонятных , cложились в предложение.
Активация системы: Игрок 09123****. Вас приветствует осколок Вокалоид.

Выберите сложность от 9 до 0.


– Мой выбор? Но что такое выбор? -, высказанный вопрос отдавался легким напряжением в районе груди.

Ваш выбор — это путь. Цифры решают, насколько далеко вам предстоит зайти, чтобы вернуться домой.

– Я не знаю, кто я, но знаю одно: у меня больше нет дома. Я выбираю 0.

Система: Бесконечный путь выбран. Помните, что вы должны пройти до конца или стать частью подземелья.

– Я постараюсь… – прошептал я в ответ, чувствуя горечь, заполнившую сердце. Но слез не было – видимо, все они остались за пределами этого мира. Оставалось лишь сделать шаг вперед.

---

В голове царила пустота. Не знаю, сколько времени я просто стоял, наслаждаясь этой безмолвной тишиной. Она ничего не требовала, ничего не давала и ничего не отнимала. Первый шаг в неизвестное подарил мне эту пустоту, и от этого по коже пробежали мурашки. Вероятно, не случайно я оказался здесь. Но в моем сознании не было ничего, что могло бы подсказать, куда идти дальше.

Я открыл глаза.

В правом верхнем углу периферийного зрения засветились слова:

Подземелье ур. 1

Эти слова не мешали, но я попытался их убрать — и они стали полупрозрачными. Хорошо.

Зрение прояснилось, и вдали я заметил массивные двери. Только их было видно, источник света не удавалось разглядеть ведь казалось что двери не так уж и далеко.

Однако прежде, чем я полностью погрузился в момент, меня окружила каменистая местность с высоким сводом. Редкие светлячки плавно скользили в воздухе, их свет был слабым, и единственным ярким источником света оставалась дверь, рядом с которой горели факелы.

"Мг, мне бы не помешал один", - мысль показалась здравой. Конечно же в подземелье парни без факела - точно неудачники. Поначалу все вокруг казалось не реальным, но вес свое тела - я ощущаю наверняка. Пора выдвигаться.

Достаточно было одного шага что бы почуствовать дрожь , все, невидимая черта пройдена.

Моя нога сделала еще один шаг — и внезапно я ощутил присутствие множество других.

Кто-то бежал вперед с рвением, другой сковывался страхом перед тьмой, третий смеялся безумно, радуясь странной участи, четвертый сломался и покончил с собой. На одно короткое мгновение я почувствовал, как десятки душ, подобно мне, делают свои первые шаги в этом бесконечном подземелье, создавая свои новые пути.

Мираж был подобен сну, но я не спал.

---

— Ай, больно, — голос Вербе раздался эхом: "Ай-аа-аа-йй-йй".

Пещера не ожидала ничего особенного от гостя, но облада достоинством безмолвия. Но на полу лежал камень, а светлячки обитали высоко под потолком.

А боль оказалась от того, что нога наступила на острый маленький камешек, но его острый угол лишь слегка пробил подошву. И нога ощутила еще несколько большего размера на земле, после того как усвоив урок - нога прощупывала места на которые собиралась наступить.

- Буду считать это приветствием, и намеком что как гостю мне ждесь не очень то и рады. - скорее в шутку произнес гость.

Камень быстро перекочевал в руку Вербе, и после маленькой прицельной паузы, с высунутым языком, улетел вверх. И ничего. Но нет, через несколько секунд он упал на землю, вызвав слабый шум. Это звучание привлекло внимание одиного идущего по подземелью парня. Он сделал несколько шагов в направлении броска камня и нашел влагу. После этого его тело скрутило от осознания того, как сильно ему хочется воды — понимание того, что эта влажная и терпкая жидкость важна, пришло интуитивно.

Мысли гостя были вялыми, как и сама пещера. Они оба только начинали просыпаться от некоего подобия сна.

"Холодно", — мысль, подобно зубной боли, пронзила разум Вербе. Этот холодный ручей был очень маленьким и в полумраке подземной пещеры почти не различим для глаз. Прохлада свела мышцы лица и даже тела, но он продолжал устойчиво пить воду.

— Нужно попробовать еще раз, — рука парня нащупала в ручье подходящий камень, немного меньшего размера. Влага придала сил и освежила мышцы Вербе. А монолог, в котором он проговаривал цель, помогал ему сосредоточиться на задаче.

"Вместо факела, пойдет и светляк", - подумал он. Риск в полумраке подземелья навредить себе более реален, чем угроза от светлячков. Что, на первый взгляд, ощущались достаточно большими, размером с голову.

Мгновение, и камень взлетел, попав прямо в маленькую стаю светлячков, подбив крылья двоим. Они начали плавно пикировать вниз. Только подбежав в полной тьме наполовину к месту, куда падала "добыча", Вербе осознал, что светлячки огромные, почти как большие камни.

Только удача позволила гостю не попасть во множество разломов и пройтись мимо тонких слоев почвы где высок был шанс провалиться.

Тогда парень остановился и присмотрелся — остальные, собравшиеся на потолке, не спешили двигаться. А вот двое, что упали, начали терять свой свет. Вербе решил медленно приблизиться к ним, попутно нащупав еще один булыжник, который мог бы послужить орудием самозащиты.

"Лучшая самозащита — это добить врага первым", — всплыли в голове тени, что двигались к цели, слов. Шаги по землянистой почве с участками камня не вызывали громких звуков, тем более что на ноги были надеты сандалии, которые идеально сливались со ступней.

---

Светлячки представляли собой огромные надутые шары, которые при соприкосновении с поверхностью начинали терять свой «заряд». Они постепенно гасли, освещая символ, грубо выцарапанный на одном из камней. Возможно, его сделали другим камнем, подсказывала логика. Совсем рядом лежал похожий обломок сталактита, который упал остриём прямо в землю, но по счастливой случайности каменное острие вошло в мягкий участок почвы.

«Надо быть аккуратным, чтобы это не пробило мне голову», — здраво подумал Вербе.

Он поднял каменное острие и направил его в светлячка. Появилась дыра, и по полу разлилась жидкость, ярко светившаяся при контакте с землёй. Но всего на мгновение — пещера вспыхнула ослепительным светом. К сожалению, это ослепило неудачливого охотника.

Иначе он мог бы разглядеть огромный символ прямо на потолке пещеры, если бы подумал отвести взгляд.

А теперь же он "пятнами" перед глазами вертел головой во все стороны.

С течением времени зрение вернулось, и слабое освещение ещё оставалось. В руке у Вербе был острый кусок камня, которым он пробил светлячка - теперь "кровь" на орудии - сияла. Рядом лежал его неудачливый собрат. И в кругу света находился маленький символ, что при "достойном освещении" еще больше притягивал внимание.

"Он точно был словно выбит с помощью другого камня.", - утвердил свое убеждение парень.

Нутро подсказывало что это что-то важное. А себя нужно слушать, подобное ощущение возникало в разуме Вербе как зуд.

«Попробую нарисовать символ с помощью светящегося камня», — мысль крепко застряла в его сознании. Знак будто зудел в голове, постепенно теряя чёткость, словно выскальзывая из памяти.

Рука Вербе аккуратно повторила движение, стараясь создать точную копию. В первый раз не хватило одной черточки, и «жезл» слегка потух. Со второй попытки всё удалось, но символ вышел немного кривым. Используя светящийся камень, что бы поднести его к знаку - и увидеть все грани. Он подошел в плотную.

Вербе осторожно провёл пальцами по знаку, и камень, хранивший рисунок, рассыпался в прах. Видимо, влага и время сделали своё дело, а может, причина в чём-то другом.

Следующая попытка оказалась успешной — символ проявился, и маленькие пузырьки света превратились в светящийся шар, который теперь висел перед Вербе.

— Прелестно, — похвалил себя парень и попытался схватить шар. Вместо захвата раздался лёгкий треск, и ладонь охотника обожгло.

«Чтоб тебя триста бешеных собак покусало», — мысленно выругался он. Кто-то назвал бы это проклятием, но вряд ли проклинать магию — простое искусство. Волна жара охватила тело Вербе, стало душно. Светлячок мигнул и погас. Лёгкая отдышка осложнила дыхание.

Вербе с «жезлом» света в руке медленно двинулся к ручью. Обжигающий холод был неприятен, но лучше, чем жар и истощение. Тело умоляло ещё глотнуть воды.

Имея источник света, он без происшествий добрался до углубления, где текла вода. Губы плотно сомкнулись на её поверхности, жадно поглощая живительную влагу. Свет упал на глубину, и на этот раз Вербе заметил камни, покоившиеся на дне. Рябь текущей воды - немного смазывала картинку.

Если бы жезл сохранил больше света, то гость бы заметил несколько необычных вещей в углублении. Но подземелье никому не дает вторых шансов.

Он потянулся и достал один — он дарил такую же прохладу, как и глоток воды, но прикасаясь к коже, оставлял ощущение тяжести. Автоматически рука убрала его в карман пиджака, плотно облегавшего тело. И тогда Вербе ощутил, что один рукав промок. Интуиция подсказывала, что его тело оживает, заполняя «пробелы» в ощущениях и восприятии окружающего мира, особенно в условиях полного отсутствия памяти.

Маленький внутренний голос опять шептал: «камни красивые, и раз рука мокрая — забери их все». Так он и сделал. Ещё шесть камней разного цвета перекочевали в его карман, и рукав окончательно промок. Но прохлада успокаивала.

Вербе почувствовал изменения — казалось, «подземелье» пробуждалось от долгого сна. Огни у двери начали менять свой цвет, постепенно белея.

Нутро Вербе кричало: «Беги к двери!». И без лишних раздумий он сорвался с места. В голове всплыл символ, но, понимая, что его не удастся нарисовать, эта мысль быстро улетучилась, как и каменный осколок с лёгким свечением - что был забыт у ручья, ведь он почти погас. Но у бегущего был ориентир — светлячок, тот что еще был "цел". На ходу он схватил его за крыло и использовал как фонарь. Оказавшись выше уровня пола, светлячок снова набрал яркости. Теперь все ямы и ухабы, которые могли помешать бегу, были видны.

Каждое движение здесь казалось хрупким, и подземелье жило своей волей – наблюдая, испытывая, позволяя лишь избранным увидеть, что скрывается за тьмой его глубин.

Дверь была всё ещё очень далеко. Но бег с "фонариком" был быстрым — осталась почти половина пути после того, как бегущий парень совершил сотню вдохов полной грудью, и стоит признать: вкус воздуха был чудесен.

".....", - бег разогнал любые мысли, а тело наслаждалось нагрузкой.

Никакого привкуса дыма или ощущения духоты. Каждый шаг разгонял кровь, и тело слушалось всё лучше. За спиной послышались лёгкие дрожания. Светлячки начали танцевать свой танец — яркий свет подсветил шаги бегущего. Сандалии ступали на место "покоя" первой жертвы, и теперь стая светлячков двигалась по "тропинке", которую создавали шаги бегущего.

Но, быстро перебирая ногами и сохраняя широту шага, бегун с очень оригинальным "фонарём" всё же был быстрее, чем раньше. Только вот и замена фонаря начала меняться, а карман пиджака начал отчётливо оттягивать одеяние.

Огонь у дверей начал гореть чёрным пламенем, и во тьме начали кружиться маленькие вихри. Один из таких срезал несколько острых каменных шпилей у потолка, и те, упав, попытались пробить светлячков. Но их аура вспыхнула, и камень отскочил обратно, попутно убив маленький сгусток тьмы, что создавал вихрь.

"Ого", - впервые с начала бега подумал Вербе. - "Какая дверь, такие и факелы".

Дверь могла бы с достоинством быть входом в покои короля - а "чаша" с огнем , на ней вполне можно было запечь молочного поросенка.

Вербе был почти у двери, но светлячок уже "оживал". И, увидев краем глаза, как опасны стали его братья, фонарь проехался по земле. Последний шаг — и псевдо-фонарь летит в чашу с огнём, что успела слегка мигнуть красной аурой. Но рука Вербе толкает дверь, и он попадает в "пустоту".

А за спиной пламя в чашах начинает менять свой цвет.

За порогом была "пустота" – пространство, лишенное формы, звука и света.

***

- "Я жив?" – мысль вспыхнула, смешавшись с остаточным эхом произошедшего. Левой рукой он все еще сжимал крыло светлячка, а правая, мокрая и холодная, напоминала о недавнем забеге. Казалось, что всё это было лишь сном – бег, тревога, магические вихри. Но прикосновение к двери оставило в теле нечто странное и приятное, будто резонанс, который проник в самую суть его существа.

Зрение, cлух, восприятие, запахи - весь мир пропал. Остались только громкие мысли.

И тут в голове раздался мелодичный голос:

Система: Поздравляю – вам удалось пройти уровень 1.

Окружающее пространство снова ожило, и перед ним всплыли строки:

Качество прохождения:выше среднего.

Награды:
- История подземелья
- Навык "Логика" эволюционирован в "Идентификацию"
- 7 кристаллов стихий начального красного ранга
- Естественное низшее заклинание призыва светлячка
- Крыло светлячка – начальный красный ранг

Наказания:
- Магическое истощение – вы ослаблены на 3 дня
- Физическое истощение – вы ослаблены на 7 дней
- Болезненное состояние – вы больны на 14 дней
- Простуда – ваши жизненные силы снижены на 50% до восстановления

Особые возможности: не реализованы.

Личные возможности: реализация достигнута
- Усиление тела из источника концентрированной маны
- Познание примитивной магии cтихий
- Опыт первобытной магии

Информация о подземелье: Когда-то давно это место было колыбелью одной из форм магии света. Светлячки, будучи естественными носителями этой силы, развили культуру и передали свою мудрость через символы, которыми покрыты стены пещеры. Но свет привлек испытание – и духи тьмы пришли, чтобы бросить вызов энергии света. Это создало вечный цикл развития и разрушения, которому следует пещера "Баланса Судьбы".

Эволюция навыка привела к усилению: Навык "Логика", основанный на способности собирать воедино множество фактов, эволюционировал в "Идентификацию". С помощью магической силы теперь возможно "считывать" информацию с аур предметов. Для эволюции была использована остаточная мана - что с избытком была обнаружена в теле.

Доступная добыча :
- Кристаллы стихий 7 шт – созданные в малом озере маны, они универсальны в использовании и могут быть инвестированы в энергетическое тело или навыки.
- Крыло светлячка начального красного ранга – пригодно для отражения магии и иных манипуляций, обладает хорошим качеством материала.

Познание магии света : ваш разум смог запомнить символ, что вложен в путь силы света, и использовать его для призыва светлячка с минимальным расходом маны.


- Ого, это придает смысл моим действиям - вынуждено кивнул сам себе Вербе. Мысленно он согласился - что зная о том что его ждет возможно справился бы хуже, в попытке получить больше возможностей или вещей.


Система:
*Вы можете продолжить путь или улучшить свои шансы на выживание прямо сейчас.*

— Как мне улучшить? — мысли путались, но холодное чувство опасности подсказывало, что ошибки могут стать фатальными сразу после возвращения из "пустоты". Логика обострилась, и Вербе чувствовал, как тело реагирует на каждый сигнал.

Система:
*Вы можете снять наказания, вложиться в развитие навыков или укрепить связь с "системой", чтобы воспринимать мир на ином уровне.*

Вербе отметил, что интуиция, обычно такая настойчивая, замолчала.

"Возможно, здесь логика бессильна — нужен иной опыт," — медленно подумал он, стараясь сохранить спокойствие.
— Опиши доступные возможности, — едва заметное движение губ, но система воспринимала мысли напрямую.

Система была чем-то большим, чем просто инструмент. Её имя имело цену, которую Вербе ещё не мог осознать. Даже названные ею параметры были лишь частью более сложного механизма, готового раскрыться позже.

Система:
*Желаете снять наказания? (да — какое / нет)*

- Магическое истощение — 1 высший черный кристалл маны.
- Физическое истощение — 2 высших черных кристалла маны.
- Болезненное состояние — 4 высших черных кристалла маны.
- Простуда — 1 высший белый кристалл маны.

*После оплаты у вас останется: 6 начальных красных кристаллов, 3 высших черных и 9 высших белых.*

*Вы можете инвестировать кристаллы и получить навыки с эквивалентным рангом. Доступны следующие способности:*

- **Тело маны** — улучшает восприятие, накопление и контроль энергии.
- **Точность** — повышает меткость и улучшает пространственное восприятие.
- **Родство с магией света** — углубляет понимание и контроль светлой магии.
- **Марафонец** — увеличивает выносливость за счёт оптимальной нагрузки при беге.
- **Идентификация** — позволяет лучше постигать суть предметов (зависит от многих факторов).

*Качество вложенных кристаллов определяет уровень навыка с учётом ваших особенностей. Система лишь стимулирует ваш естественный потенциал.*

— Всё слишком сложно. Система, обьясни! — Вербе чувствовал себя потерянным, но эмоции тела подсказывали: в помощи нет ничего постыдного.

Система:
*Рекомендую распределить ресурсы следующим образом:*

- **Тело маны** — 1 начальный красный кристалл.
- **Точность** — 1 высший белый кристалл.
- **Родство с магией света** — 1 начальный красный кристалл.
- **Марафонец** — 1 высший белый кристалл.
- **Идентификация** — 4 начальных красных кристалла.

*Также предлагаю конвертировать 3 высших черных кристалла в 30 высших белых, чтобы использовать их для магии начального уровня. 7 высших белых кристаллов рекомендую вложить в укрепление и насыщение тела.*

*Текущие градации кристаллов:*

1. *Простейшие природные сгустки маны — для лечения незначительных порезов.*
2. *Белый ранг — позволяет исцелить серьёзные раны.*
3. *Черный ранг — лечит критические повреждения.*
4. *Красный ранг — первый рубеж улучшения. Возможно развитие регенерации.*

*Хотите подтвердить? (да/нет).*

Вербе знал, что это далеко не идеальный вариант, но предложение системы казалось логичным.
— Согласен. И так же хочу убрать все - наказания.

Система:
*Переход в поток трансформаций активирован. Постарайтесь взять как можно больше.*

*Происходит взращивание "Тела маны" до начального среднего уровня (низший красный ранг)...*

Вебре оказался в темнице. Тусклый свет факелов едва освещал каменные стены, влажные и покрытые мхом. Раз за разом приходил палач, грубо прокачивая его тело чистой маной, пытаясь выведать "сведения", которых парень, в действительности, не мог знать. Но палач, похоже, получал удовольствие от своей работы; его методичные, почти ритуальные действия выглядели так, будто он исполнял древний обряд. Всё, что оставалось пленнику — стараться, чтобы удары маны причиняли как можно меньше вреда.

Через неделю таких, не результативных пыток, палач начал впадать в ярость. Удары наносились с помощью примитивных артефактов, заточенных на причинение сильной, пронзающей боли, но тело постепенно привыкло. Каждый новый удар интуитивно воспринимался как вызов, который можно было использовать, чтобы перераспределить энергию и защитить наиболее важные органы.

Палач, по меркам множества миров, был низшим существом, неразумно растрачивающим свои силы. Но его хозяину хватало получаемых "результатов", чтобы держать этого верного слугу. Артефакты для пыток, которыми он пользовался, были низшего ранга; их эффективность не годилась для долгосрочных воздействий, и большинство "мучеников" умирали не столько от самих пыток, сколько от дикого хаоса маны, вторгающейся в их тела. Но это не волновало палача — для него процесс был самоцелью. Через месяц пленник бесследно исчез в яме для трупов. Но палач был в меру доволен: он видел, как воля юноши угасала, а в его бреду слышались нужные "признания" в преступлениях, которых тот не совершал.

Юноша глубоко вдохнул, воздух в камере был тяжелым и пропитанным сыростью. Казалось, прошла вечность с тех пор, как его бросили в эту яму. Тело, по привычке, покрыло себя тонким слоем маны, создав более плотные защитные барьеры вокруг жизненно важных органов. И сознание померкло.

*Система:*Вы использовали шанс на 3%. Получен начальный средний уровень: тело маны (интуитивный). Начинается развитие аспекта "Точность".

Вебре тяжело вздохнул, ощутив, как непрерывный процесс трансформации тела не желает останавливаться. Следующий р...

Между двумя герцогами шла маленькая война. Ветер с полей доносил запах дыма и железа. Множество юношей стояли на одной из застав, что вела к замку герцога. Их набрали с окружающих сел, чтобы просто заполнить ряды. Первая битва зашла в тупик, и титулованные командиры отправили отряды для захвата застав и лишения противника путей снабжения. На одной из таких застав оказался Вебре. В этот раз он ясно осознавал свою цель — выжить любой ценой. Спустя день битвы все стрелы закончились, но враги, не теряя времени, использовали их же стрелы против неопытных новобранцев. К вечеру второго дня в строю осталось не более половины защитников. Единственная причина, по которой застава ещё держалась, была старая башня, в которой засел комендант — ветеран, прошедший десятки битв на прошлой войне.

Ночью начался очередной штурм. Первый гонец, посланный за подмогой, был пойман, и его голова украшала копьё недалеко от заставы. Это сломило желание кого-либо повторить попытку. Провизия должна была прибыть только через три дня. Вебре ощущал всю тяжесть войны — изматывающие схватки, страх и неизбежность. Старый вояка приказал разобрать один из старых домов, чтобы укрепить стену. Теперь оставшимся новобранцам приходилось использовать тяжёлые камни, чтобы поражать слабые места врагов. Старший жёстко следил за тем, чтобы никто не бросал камни впустую, раздавая указания стальной палкой. Троих пришлось убрать — их навыки точности были слишком далеки от требуемого уровня. За два дня до прибытия помощи враги тоже получили подкрепление.

Ночь превратилась в ад. Пропитанные ядом стрелы и горящие снаряды подожгли часть заставы, уничтожив несколько домов внутри укрепления. Враги несомненно получали удовольствие, наблюдая, как защитники с трудом отбивались. Каждая стрела возвращалась противнику, но не все их можно было использовать повторно. Потери росли, и единственное, что удерживало молодых солдат от бегства, была публичная казнь дезертира, попытавшегося сбежать к врагам с последними боевыми луками.

Вебре дважды был ранен, но интуитивная привычка создавать полог маны вокруг тела спасала его даже в этом слабом теле. Последнее, что оставалось защитникам — метать камни с точностью хирурга. Каждый булыжник мог сломать врагу конечности или даже лишить жизни, если попадал в уязвимое место. За день до предполагаемой помощи наступила зловещая тишина. Но помощь так и не пришла. Начался голод — битвы съедают запасы как прожорливые аристократы, ненасытно и безжалостно. На второй день ожидания противник начал волновые атаки, чтобы утомить и деморализовать защитников. Гордость не позволяла им отступить и сдаться. Старый комендант и оставшиеся в живых едва дышали. Вебре сжигал последние силы, чтобы вернуть телу возможность сражаться.

Но удачная стрела оборвала его страдания.

**Система:**Вы использовали возможность на 30%. Базовый средний навык "Точность" успешно приобретён. Начинается процесс пробуждения родства со стихией света.

— Чёрт, как тяжело быть мужиком, — пробормотал Вебре, чувствуя отголоски боли и усталости, за которые он "купил" силу.

В подземной арене царил полумрак. Прекрасная в цвете сил девочка сидела на камне, её светлые волосы отражали тусклый свет луны. У одного из проходов, ведущих в темные коридоры, стояли паладины. Но в живых остался только один, и он всё ещё сражался с чудовищами. Они напирали числом, хотя начало операции сулило успех. Наследница семьи Люминос должна была очистить замок после смерти мага тьмы, но затмение перечеркнуло все планы. Паладины потеряли свои ауры, и тёмные твари вырвались на свободу, заполнив подвалы и коридоры. Наследница, не прошедшая ещё инициацию, была чиста и беспомощна. Говорили, что чистота определяет степень родства со светом, но точность этих знаний была под вопросом, ведь каждый культ имел свои догмы.

Когда сумрак вступил в свои права, твари с новой силой начали давить защиту рыцарей света. Последний паладин закрыл собой проход на арену, где свет луны едва удерживал тьму. Наследница в отчаянии взмолилась о помощи, и её крик достиг чьих-то ушей.

Вебре осознал себя в теле девушки быстро, как будто прошлые испытания отточили его восприятие. Информация о ситуации нахлынула волной, и он осознал, что шансов на выживание крайне мало. Единственное, что могло спасти их хотя бы на время — слабая магия света. Тело юной девы ощущалось удивительно крепким, наполненным маной, будто оно было готово к такому испытанию с рождения.

А пышные формы и одеяние — на мгновение похоть охватила разум Вербе, и он наслаждался телом юной наследницы как текущий "хозяин". Но у греха похоти не было шансов: несколько темных тварей прорвались через посмертную защиту и, достигнув прелестного платья девы, сгорели во вспышке света. А между сочных грудей прошел импульс маны, который защитил тело.

Вербе стимулировал себя и начал включать свою лучшую силу — логику. Проанализировав ситуацию, он ощутил, как мана импульсом вышла из его тела и вернулась, принося с собой новое понимание: окружающие твари содержат примитивные кристаллы тьмы, наполненные грязной энергией, извлечённой из страданий и мучений людей. Эти кристаллы были источником их силы и безумия. Вебре ощутил, что "очищение" стихии могло бы вернуть тварям утраченную разумность. Однако его тело категорически отвергало тьму и принимало лишь свет, который тонкими, почти эфемерными лучами вливался в темницу через тусклое сияние луны. Улучшившееся восприятие маны открыло Вербе новые горизонты в понимании окружающего мира. Ему оставалось только нарисовать на песке арены символ "светлячка", который маячил в его сознании, словно призрак надежды. Ведь если "свет" способен был отгонять тварей, значит, существовал шанс изменить ход событий.

Все выводы пронеслись в голове за одно мгновение. Едва успев оторвать руки от пышных форм леди, Вербе тут же использовал её изящные пальцы, чтобы с невиданной точностью начертить символ, который, казалось, намертво выгравировался в его сознании. Руки девушки, мягкие и утончённые, легко следовали за мыслью, что говорило о высоком уровне владения cвоим телом. В итоге, символ был начертан с первого раза — точный, изысканный, наполненный мистической красотой. Маленький светлячок засиял ярким светом, озарив всю арену, и тени, что скрывали угрозу, отступили, прячась за тела павших паладинов. Но маны, текущей по венам девушки, было недостаточно, чтобы поддерживать светлячка долгое время. Сила постепенно утекала, поддерживая его мерцание, и по оценкам Вербе, этого хватит не более чем на час.

Попытка восполнить ману за счёт света луны оказалась бесполезной — это была лишь капля в океане. Очевидно, что нужно было в кратчайшие сроки найти выход из ситуации. В противном случае смерть могла стать окончанием не только испытания, но и жизни. Вербе, управляя телом аппетитной девы, попробовал пройти в ближайший туннель, но столкнулся с резким скачком расхода маны, что едва не привело к катастрофе. Он мгновенно отскочил назад, осознав, что один неверный шаг — и свет, что остался в теле, будет уничтожен в мгновение ока. Плотность стихии тьмы была угнетающе велика, и Вербе невольно признал, что его собственные кристаллы сейчас были бы крайне полезны. Однако в испытаниях он мог полагаться только на себя.

Обход арены не принёс результатов. Повсюду были разбросаны обломки оружия, кости и прочие атрибуты жестоких сражений, которые происходили здесь ранее. Эти предметы пропитаны страхом, болью и мучениями множества жертв, ставшими питательной средой для сущностей тьмы. Внезапно нутро подсказало Вербе, что свет тоже можно подпитать подобной силой. Влив немного боли и сожалений, которые пережила дева после гибели своих людей, он увидел, как светлячок начал меняться. Белое сияние обрело красноватую ауру, излучающую более мощную энергию. Теперь светлячок стал не просто источником света, но и символом борьбы, впитывая эмоции павших воинов и трансформируя их в силу. Маленький дух света налился мощью, обретя форму низшего существа с алыми глазами, как тех, что Вербе уже встречал в пещере на первом уровне.

Сердце в теле девушки пылало жаждой очистить мир от этой тьмы, не допустить того, чтобы ещё кто-то потерял своих близких. Она знала каждого своего воина по имени, и мысль о том, что их дети останутся без поддержки, была невыносима. В голове Вербе возникла мысль о том, что твари тьмы и светлячки некогда существовали в балансе, но этот баланс был нарушен. Что же пошло не так? Его взгляд остановился на арене, и восприятие маны кричало: аура "боли" и "разрушения" была слишком сильной, даже разум непорочной девы начал мутнеть под её воздействием. Вербе пришёл к выводу, что маг тьмы был наивен и не понимал истинного назначения стихии. Он осквернил её сильными человеческими эмоциями, желая обрести большую силу, и в итоге сам же за это поплатился.

Энергия человечности, что проникала в тело девушки, сжигалась маной, пока оставалась возможность её поддерживать. В голову Вербе пришла идея: что если осквернить тело тьмой и стать сильнейшим монстром? Но эта мысль вызвала в теле рвотный рефлекс и отторжение. Переварить такое решение оно не могло. Вариантов оставалось немного: Вербе решил попробовать сделать то, что интуитивно подсказывало тело девы — очистить одного из духов тьмы от человеческих эманаций.

Сконцентрировавшись на светлячке, Вербе мысленно приказал направить луч света на один из черепов на арене. Яркая, как рассвет, вспышка пронзила мрак, и восприятие маны подсказало, что часть зловещей ауры этого подземелья исчезла. Вербе, полностью контролируя тело, выжал из него последние силы, направив лучи сразу во все проходы. Некоторые микро-лучи по неточности угодили в тела павших паладинов. Истинный свет очищения вызвал резонанс, и каждый из них стал катализатором, многократно усилившим магию. Они стали жертвами, павшими во имя света, и их жертва укрепила заклинание. Вспышка света охватила весь замок, и камни, пропитанные кровью, наконец очистились от тьмы. Девушка потеряла сознание и очнулась лишь позже.

Обратный ритуал жертвы, сработал как нельзя кстати.

Система: Вы использовали возможность на 1000%. Начальный средний уровень родства со стихией света успешно приобретён.

Дополнительная награда: развитие символа призыва светлячка — базовый ранг -> начальный красный ранг. Получено слабое родство со стихией тьмы — без ранга. Начинаю процесс развития навыка "Марафонец".

— Хе, до сих пор подташнивает, — отметил Вербе в пустоте.

В эпоху первобытности племя Сяо гордилось своими могучими воинами. Их мышцы были предметом гордости и оружием, превосходящим любые клинки. Соседние племена стремились породниться с ними, чтобы их потомство обрело силу. Но во время охоты всякое бывает — сын вождя Калги сорвался с небесной скалы, и никто не ожидал его возвращения.

Вербе ощутил дикую боль, но на удивление, она не приносила дискомфорта, скорее наоборот — ощущалась как естественная часть жизни этого тела. Осмотрев свои новые руки, он понял, что теперь владеет мощным первобытным телом, которое было бы не против развить и в собственной жизни. Однако череда переселений породила сомнения: а было ли у него вообще своё собственное тело? Размышления прервали звуки чащи. Край мира, окружённый дикой природой, отличался влажным климатом с сухими сезонами, что благотворно сказывалось на доступности пищи и ремесленничестве. Окружающий мир выглядел совершенно иначе — везде разрастались лианы, деревья тянулись к небу, насекомые копошились в воздухе, пытаясь пробить кожу человека. Но пока что его мышцы, словно из стали, сдерживали эту угрозу.

Осваиваясь в новом теле, Вербе ощущал, как оно откликается на каждую мысль, словно идеальный инструмент выживания. Но вместе с этим пришло и другое чувство — голод, неутолимая жажда энергии. Это тело требовало колоссального количества калорий. Вербе, который уже научился управлять своими потребностями, знал, что игнорировать их опасно. Он аккуратно поднял одного из жуков и, не задумываясь, съел его - Воин племени Сяо стал первым, кто съел зелёного лиственика — одного из хищников джунглей у подножия вечного водопада. Этот водопад местные прозвали так из-за того, что вода, не достигая земли, разбивалась на тысячи мельчайших капель, образуя в небе туманные потоки бурной ниспадающей реки. Лишь лёгкой дымкой влага касалась земли, создавая мистическую атмосферу, в которой перемешивались жизнь и смерть.

Жук оказался на удивление хорош на вкус — напоминал сочные плоды деревьев, которые росли вокруг племени в жаркие периоды лунного цикла. Сяо знали, что слабые племена были вынуждены вкушать и жуков, и корни, но сами они, будучи сильнейшими, гордо наслаждались мясом животных и плодами из долины, которую контролировали их люди. Изучить все растения и жуков Вербе не удалось; нутро, которое стало куда более развитым в этом первобытном теле, внезапно подсказало опасность. Он не раздумывая бросился в бегство. Бег воспринимался как нечто естественное, словно была открыта древняя истина: движение — это жизнь. Используя бег, можно сбежать от всего: от проблем, от светлячков, от неминуемой угрозы. Воистину, бег был одним из величайших изобретений этого мира.

Сын Вождя бежал быстро, но страх и опасность не отступали, а наоборот — ощущение необходимости продолжать бежать только усиливалось. В первый день его бег был хаотичным: он спотыкался, падал, цеплялся за корни и ветки, а мышцы жгло от боли, как будто они сопротивлялись непомерной нагрузке. Это тело было слишком мощным и тяжёлым для такого долгого побега. Только когда наступала ночь, накатывало чувство временной безопасности — тьма стала спасением для его души и тела. Вербе жаждал ночи, ведь она приносила покой и укрытие.

Прошёл месяц. Каждое утро возвращалась опасность, и Вербе, уже полностью привыкший к своему новому телу, снова бежал. Мышцы его истончились, лишний жир сгорел на тех бешеных скоростях и нагрузках, которые приходилось выдерживать молодому воину. Теперь даже самый слабый и болезненный житель Сяо был внешне крепче него. Однако за этот лунный цикл тело привыкло к ограниченному питанию и начало адаптироваться. Бег научил его контролировать баланс и точность движений, а нутро обрело способность предугадывать не только большие угрозы, но и мелкие детали, которые могли стоить жизни.

Глаза, с недо-оформленным восприятием маны, непрерывно сканировали окружающий мир на ходу. За весь лунный цикл сын Калги научился использовать каждую неровность камня, кору дерева или редкий случайный момент для сохранения сил. В некоторых местах он мог скользить по деревьям, а в других — на лету врываться в стаи мелких насекомых, утоляя голод их мясными крошками. Мышцы превратились в жилистые стальные канаты, и теперь даже хищные птицы, что в первые дни чуть не лишили его глаза, не могли пробить его кожу.

Прошёл год. Каждый цикл завершался возвращением Вербе к вечному водопаду — к месту, где он стремился разгадать тайну возвращения к племени. Он долго не решался на восхождение наверх, ведь у многих племён были навыки альпинизма, но даже сила Сяо ничто перед тяжестью и истощением, которым поддавались те, кто пытался покорить горные склоны. Но после года изнуряющих тренировок его тело кардинально изменилось: он стал весить меньше, чем ребёнок из своего племени, а сила рук и гибкость ума позволяли замечать мельчайшие детали.

Путь наверх был тяжёлым — нет, невероятно тяжким. Дважды ошибки сбрасывали его на целый день пути вниз. В одну из ночей он потерял запас еды из-за птицы и был вынужден вновь начать питаться корнями и насекомыми. Влага в воздухе, дарованная вечным водопадом, значительно помогала на пути. На подъёме были участки скал, где не проходил поток воды, и они напоминали "мосты", по которым можно было пройти, если ты паук или тот, кто смог полностью адаптироваться к дикой жизни.

Когда Вербе наконец упал на знакомую землю, он не мог поверить своим глазам. Он вернулся. Но он никогда не узнает, что вернув сына вождя в племя Сяо, он изменил историю и культуру целого народа.

**Система:**Вы использовали возможность на 105%. Базовый средний навык "Марафонец" успешно приобретён. Дополнительная награда: ваше тело получило полное понимание развития мышц и восприятия окружающего мира. Навык восприятия "Нутро" немного повышен. Начинаю процесс развития навыка "Идентификация".

— Скорее всего, меня отправят в ад. Четыре начальных кристалла красного ранга — это ведь в четыре раза больше, чем я потратил на два других навыка, которые дали мне "незабываемый" опыт, — размышлял Вербе, не понимая, почему воспоминания о развитии навыков постепенно угасают. С другой стороны, если бы он помнил всё, он бы давно сошёл с ума.

Вместо другого мира на этот раз он увидел...

От автора.

Комментарии и лайки увеличивают объем и частоту глав. Ведь данная книга "жевачка" и отдушина для писательского сердца.