Бессмертный из Рязани - 2

– Ну вот мы и дома! – радостно объявила Бэй Нинг, ненадолго остановившись у подножья длинной, поднимающейся в горы лестницы.

Прямо перед изящными декоративными воротами пайлоу, состоящими из нескольких каменных колонн и балок, на которых была установлена традиционная табличка, указывающая путникам, что дальше располагается территория секты Меч заката.

Вдохнув полной грудью чистый воздух, богато насыщенный духовной энергией, послушав птичьи трели, ощутив запах свежей листвы, а также особую ауру этого необычного места, колыбели талантов и кладбища надежд, принцесса меча тепло улыбнулась. С таким одухотворённым видом, будто наконец-то вернулась домой после многолетнего паломничества в засушливые земли язычников.

– Не устраивай сцен, – попросила усталая Ванван, огибая замершую посреди дороги подругу.

– Хочешь сказать, я зря репетировала ту речь?

– Почему же, – примирительным тоном не согласился Йанг, обходя её с другой стороны.

Он также не стал задерживаться и давать волю чувствам. Для игры на публику у него сейчас не было нужного настроения. Парню хотелось побыстрее добраться до своих покоев, смыть дорожную пыль, переодеться, выпить чаю, немного помедитировать в саду, в тишине и одиночестве. Обратный путь выдался не то чтобы сложным, просто утомительным и однообразным. Бэй Нинг торопилась, поэтому не позволяла им останавливаться на полноценный отдых. Эта чёртова деревяшка точно свела её с ума. Правильно тогда говорил мастер Ма, о чём основные ученики благоразумно не стали вспоминать вслух при принцессе меча. Вот без неё – другое дело.

– Просто мы её уже слышали. Трижды, – добавил Йанг. – Прости, но я ни за что не поверю, что ты собираешься выступать только для этих младших. Доберись хотя бы до площади приветствия.

Парень мимоходом кивнул на отирающихся возле ворот нескольких бездельничавших учеников внешнего двора, совсем ещё детей, а также внушительно выглядящего стража, следящего за порядком. Немного забавно, но назначенного из тех же учеников внешнего двора, только постарше. Возможно, третьего года обучения, достигшего средних показателей культивации духовной силы. Откровенных слабаков ставить слишком позорно, а выдающихся гениев – излишне расточительно. Пусть лучше потратят это время на тренировки, что те, что те.

В качестве символа своих полномочий, временно прикомандированный к залу наказания ученик внешнего двора, взявший соответствующее задание, носил нарукавную повязку с эмблемой этого зала. Несмотря на напыщенный, серьёзный вид и суровый взгляд, парень с крепким телосложением и симпатичной внешностью скорее выполнял роль наблюдателя, гонца и помощника, чем реального сторожа. Его задачей было следить за порядком, чистотой и вовремя подавать в секту сигнал о визите важных гостей, чтобы там успели к этому подготовиться. Заодно проверять жетоны нерадивых учеников, пытающихся выскользнуть из секты без разрешения.

По этой причине входная арка сугубо церемониальных и декоративных ворот пайлоу не имела ни створок, ни запоров, ни стен. В них не было смысла. Это просто символ, указатель и ориентир. Безопасность обеспечивало огромное множество сигнальных талисманов и артефактов, способных при активации формировать как защитные барьеры, так и атакующие массивы. Именно они служили настоящей первой линией предупреждения об опасности и обороны секты, а не ученики с нарукавными повязками, охраняющие входы или патрулирующие местность. К слову, благодаря особым деревянным табличкам, настроенным на эти скрытые системы безопасности, охранники вовсе не являлись беззащитными перед лицом практиков, превосходящих их по силе.

– Разумеется, младшие там поверят всему, что услышат, – невозмутимо продолжил Йанг, продолжая идти.

Даже незаметно ускорив шаг.

– Поскольку они плохо знают нашу Бэй Нинг, но хорошо знают образ благородной, гениальной, великолепной, неприступной принцессы меча. Первой во всём. Считающую ложь – низменным проявлением слабости. Холодную, как айсберг и… злую, как рассерженная кобра.

Моментально размазавшись в пространстве, Йанг переместился на несколько десятков метров, избегая возмездия, сбившего несколько листьев с растущего неподалёку дерева.

– Когда-нибудь ты у меня допросишься, – мстительно пообещала Бэй Нинг, глядя ему в спину.

Небольшой привычный диалог в знакомой обстановке приятно дополнил ощущение возвращения в место, которое они считали своим домом больше, чем то, где родились и провели первые годы жизни. Где до сих пор живёт их родня, а также плелись какие-то житейские, уже неинтересные практикам интриги. Возможно, там даже остались друзья детства, чья судьба увела их в другом направлении. Теперь всё это воспринималось чем-то далёким, словно частью иного мира, куда ступившим на путь бессмертия и личного могущества совершенно не хотелось возвращаться.

– Госпожа Бэй, позвольте откланяться, – последней вежливо попрощалась Тао Линь.

Ванван, издали помахав на прощание, облачным шагом запрыгала по вершинам деревьев, в ускоренном темпе отправившись в своё отделение секты. Так же поступил и Йанг, исчезнувший в другом направлении. Тоже ускорившись, чтобы не тратить кучу времени на преодолении лестницы стандартным путём. Зачем тратить силы на сто шагов, если можно сделать один прыжок. Можно подумать, она им за время, проведённое вместе, уже успела немного надоесть.

– Лентяи, – пробурчала вслед Бэй Нинг, тем не менее подумывая о том же.

Она же не рыжая. В этот момент девушка пожалела, что ещё не освоила технику полёта на мече. Улететь отсюда было бы ещё лучше. Невысоко и небыстро, в горделивой позе, чтобы ученики могли подольше восхищаться своей принцессой. Поскольку Бэй Нинг, наконец, достигла четвёртой стадии, теперь эта техника должна была ей покориться. И вообще, летать ведь можно не только стоя на мече, управляя им, как доской для сёрфинга, но и сидя. Да хоть лёжа. Мысленно пообещала себе обязательно попробовать. Хотя у неё для этой цели имелось очень дорогое духовное сокровище в виде лодочки, сделанной из листа огромного дерева, но полёты на мече – это круто, дерзко, вызывающе. Стильно, в конце концов. Все ученики об этом мечтали, завистливо поглядывая в небо, на проносящихся в облаках мастеров.

Пока Бэй Нинг отвлекалась на фантазии, Тао Линь терпеливо ждала разрешения уйти, чтобы не показаться невежливой. Это в полевых условиях, во время миссии, она могла условиях позволить себе некоторые вольности, а теперь снова: Добро пожаловать в мир правил, традиций, и строго соблюдаемого положения в обществе.

– Ты сейчас куда? – полюбопытствовала Бэй Нинг, прикинув по времени, когда она доберётся до отца, и чем он сейчас может быть занят.

– Отчитаюсь о возвращении в секту и сдам задание. Нужно забрать очки заслуг. Да и пособие должно уже поступить.

Хорошим ученикам каждый месяц секта выделяла определённое количество ресурсов для развития и деньги. Конечно же, в зависимости от результатов обучения и заслуг. Здесь превратить свои юани во что-то нужное Тао Линь уже не могла. Это не Россия. Поэтому даже будучи из богатой, по меркам своего мира, семьи, китаянка никогда не пропускала выдачу пособия. Духовные камни на дорогах не валялись.

– Заодно спрошу, где сейчас мои знакомые. В секте, или на заданиях, – спокойно объяснила Тао Линь, не ждав подвоха.

– А куда сдавать будешь? – заинтересовалась Бэй Нинг.

– В павильон заданий внешнего двора. Официально я всё ещё числюсь его учеником. Пока все необходимые процедуры по моему переводу не завершатся, на общих основаниях должна подчиняться его правилам. Я же не личный ученик с индивидуальным учебным планом, – невозмутимо пожала плечами, сказав это не в качестве упрёка или жалобы, а в качестве разъяснения.

– О, думаю, долго без собственного наставника ты не проходишь, – по-доброму улыбнулась принцесса меча. – Талант и связи, знаешь ли, на деревьях не растут. За тебя старейшины ещё подерутся. Вот увидишь, – пообещала заговорщицким тоном, с подозрительной улыбкой.

Проходившая мимо пара учеников уважительно поклонившись, радостно поздоровались с Бэй Нинг. Они узнали её не по лицу, поскольку имели слишком незначительное положение в секте, а по расцветке и качеству формы. Бросив на них равнодушный взгляд, задержавшийся не более пары секунд, Бэй Нинг коротко кивнула и отвернулась. То, как она вела себя с членами своего ближнего круга, разительно отличалась от отношения к другим людям. Бэй Нинг не знала, кто эти ученики, и знать не хотела. По крайне мере до тех пор, пока они не совершат что-то выдающееся. Или привлекут её внимание другим способом. Равнодушие принцессы меча было ещё не худшей формой взаимодействия. Некоторые основные ученики из топа рейтинга, напрямую подчиняющиеся только старейшинам, и вовсе относились к другим людям как к инструментам. В лучшем случае – многоразовым.

– Дам совет, – продолжила прерванный разговор с Тао Линь. – Мастеров сразу посылай на голые облачные пики с лесными массивами у подножья, а старейшин только после вежливого отказа. Выбирай себе в учителя тех, кто относится к внутреннему двору или главному дворцу. Или у кого есть собственный павильон. Желательно с хорошей должностью. Их приветственные подарки будут намного ценнее. Они значительно ускорят твоё развитие. Кроме того, сразу поучишь в секте определённый статус. После этого никто не посмеет тебя задирать, чтобы не ссориться с этим человеком. Кроме его врагов и конкурентов, разумеется, – заботливо предупредила, рассматривая Тао Линь в качестве члена своей формирующейся фракции.

Это был не вопрос её желания или возможностей, а необходимости. Принцесса меча уже сейчас активно присматривалась к тем, на кого в будущем собиралась опираться. Иначе старейшины её просто сожрут и не поморщатся. Сделают девочкой на побегушках. Лицом секты, которое ничего не решает. Лишат свободы и друзей. В благих целях, естественно.

То, что она не собиралась заниматься политикой, вовсе не значило, что Бэй Нинг не должна заботиться о защите своих интересов. В качестве следующего главы секты сейчас рассматривались два других кандидата. Может, не столь талантливых, но более сильных, мужественных, целеустремлённых. Оба парня старше неё. Имеют сильную поддержку. Бэй Нинг же нацелилась на другое. Она стремилась перехватить только звание следующего преемника титула Небесного меча, принадлежащий отцу. Остальное её мало интересовало. В крайнем случае мир большой. Гвоздями к этой секте она не прибита. Наследие отца? Пффф. Да она оставит после себя что-то в три раза величественнее. Потом. Когда-нибудь. Если не забудет. Однако, как на это ни посмотри, одной идти к поставленной цели слишком скучно.

– Спасибо за заботу. Я запомню ваш совет, – поблагодарила Тао Линь, не особо веря в пророчество вечно беззаботной принцессы меча.

То, что на неё кто-нибудь положит глаз, китаянка верила, а вот в то, что ради неё начнут драться, занимая очередь благодетелей, сильно вряд ли. Пока самооценка Тао Линь всё ещё оставалась невысокой. Ей и показать-то потенциальным наставникам нечего, кроме плотности духовной силы и объёма источника. До сих пор ни одной приличной техники не выучила. Такой, чтобы раз, и все враги умирали раньше, чем это понимали, разваливались надвое. Как в подземелье мастера Ма. Это у Бэй Нинг появилась волшебная доска, а у неё только два новых носка. Судя по отношению принцессы меча к ныне «священной реликвии», попросить ту для изучения таинственной, невероятно мощной техники, запечатлённой в ней, не представлялось возможным. Небось, этим теперь будут заниматься только иерархи секты, и то, в награду за заслуги.

– Запомни-запомни, – кивнула улыбнувшаяся Бэй Нинг, ясно видя её недоверие. – Значит, ты сейчас в павильон заданий? Случайно, не к старейшине Хо? Который, вроде как, дружит с мастером Ма? – неожиданно спросила, хищно прищурившись.

– Да, – настороженно кивнула Тао Линь, интуиция которой забила тревогу.

– Отлично. Пойдём вместе. У меня тоже есть о чём с ним поговорить. Уга-ха-ха-ха, – Бэй Нинг громко рассмеялась типично злодейским, зловещим смехом.

Услышав его, Тао Линь отчего-то поёжилась, хотя на улице было тепло.

– Показывай дорогу, – фактически приказала Бэй Нинг. – Всё равно его потом вызовут к отцу, для уточнения деталей. Раз уж буду отчитываться о нашей поездке, то пусть этот рассказ будет более полон, – успокоила Тао Линь, заметив, как она занервничала.

Чуть позже перепуганный старик Хо, неверно интерпретировав эмоции принцессы меча, всячески отрицал факт знакомства с этим презренным негодяем, посмевшим обидеть саму госпожу Бэй. Да тьфу на его труп три раза! Более того, первый раз слышит это странное имя. Кто это? А вы кто? И вообще, у меня старческий маразм! Мне пора принимать пилюли. Внученька, неси чаю.

Впрочем, кулак разозлённой Бэй Нинг, сунутый ему под нос, быстро вылегчил эту старческую болезнь. Особенно запоминающимися были её слова: с какой руки… подать пилюлю? Со старейшинами внутреннего двора она бы вела себя по-другому, а с чиновниками главного дворца и вовсе, общалась другим тоном, поэтому старейшине Хо просто не повезло.

Позже, расставшись с Тао Линь, у которой «друзей» по возвращении оказалось больше, чем до ухода, Бэй Нинг добралась и до отца. Он с главным старейшиной пили чай и играли в китайские шахматы – сянцы, заняв одну из беседок на живописном горном склоне.

– Глава, – лёгкой походкой войдя в беседку, Бэй Нинг подчёркнуто официально поздоровалась с отцом, но при этом ограничившись только наклоном головы. – Дядя Хуанг.

Главного старейшину, не являющегося её родственником, напротив, поприветствовала с радостной, открытой улыбкой, как близкого человека. Довольно крупный мужчина с мощными надбровными дугами и белой аккуратной расчёсанной бородой, а также собранными в пучок длинными волосами, закреплёнными деревянной спицей, добродушно улыбнулся.

– А, малышка Нинг вернулась. Проходи. Хочешь финик? – кивнул на вазочку с угощением, предлагая взять самой, обойдясь без церемоний.

– Как прошла поездка? – будничным тоном, обманчиво равнодушно поинтересовался отец, бросив на неё косой взгляд.

Убедившись, что с виду она в полном порядке, потянулся за чашкой с чаем.

– Нашла, что искала?

– Да.

Получив приглашение, Бэй Нинг спокойно уселась за круглый стол, выточенный из огромного куска нефрита.

– И как? Не сильно разочаровалась? Много потратила? – довольно легкомысленно поинтересовался Бэй Цинмин.

Выглядел он худощавым мужчиной средних лет, кареглазым, среднего роста. На первый взгляд, ничем не примечательным, не считая пронзительного взгляда и свирепой, могущественной ауры, вызывающей ощущение, будто находишься рядом с жутким чудовищем, спрятавшимся где-то за его спиной. Несмотря на внешность, на самом деле Бэй Цинмину перевалило уже за двести тридцать лет. Также глава секты Меча заката являлся практиком пятой стадии: Познания небесных законов, достигнувшего в ней четвёртого этапа – предела. К сожалению, пробить границу следующей стадии ему всё никак не удавалось, хотя у Бэй Цинмина хватало почти всего: таланта, мастерства, силы, денег, здоровья. Недоставало только самой важной вещи – вдохновения. Чтобы прорваться дальше, мало повторять уже изученное, делая это хоть сто раз, хоть десять тысяч. Нужно постигать новые, более глубокие принципы Дао, пытаясь найти в них заветный ключик к озарению.

Одобряя поездку дочери, Бэй Цинмин не возлагал на это особых надежд. Посчитал её желание обычной выходкой, совершённой от скуки. Погоней за мечтой и вдохновением, а также поиском новых мест, впечатлений, вкусностей. Молодым людям вполне естественно так себя вести. Он бы больше беспокоился, если бы Бэй Нинг заперлась в библиотеке и проводила свою жизнь только за книгами, при свете свечей. Поэтому глава спрашивал не столько о конкретных результатах, сколько об общих впечатлениях.

По его мнению, вряд ли в столь мусорном царстве нашлось бы что-то действительно стоящее. Однако всё равно отпустил. Решил, пусть лучше она побегает с друзьями там, немного поважничает, подерётся с кем-нибудь, спустит пар, чем продолжит устраивать беспорядки здесь. Глядишь, после возвращения на какое-то время успокоится. Будет послушной. Должен же когда-нибудь пройти её подростковый бунтарский период. Раз уж Бэй Нинг не стремилась к захвату власти в секте, так путь развлекается. Она же девочка. Его задача удачно выдать её замуж, а дальше пусть уже у мужа голова болит, куда её пристроить, и как с ней справиться.

Взяв финик, придирчиво осмотрев спелый плод, Бэй Нинг с аппетитом принялась его жевать.

– Всё, – найдя время, коротко ответила на вопрос отца.

Тот аж подавился чаем, вспомнив список сокровищ, взятых ею с собой.

– Надеюсь, хоть что-то полезнее приобрела? – строго на неё посмотрел.

– Ещё бы. Ты же меня знаешь, – гордо заявила девушка, задрав носик.

– Поэтому и спрашиваю, – немного помрачнел отец.

– Не волнуйся. Я прихватила с собой несколько сувениров, похвастаться. Но вам их не отдам. Только покажу. Показывать? – игриво уточнила, явно предвкушая хорошее зрелище.

– Показывай, не дразни отца, – попросил главный старейшина, наблюдая за этим с понимающей улыбкой человека, уже сталкивавшегося с подобной ситуацией, причём на личном примере.

Ему-то что переживать, не в его же карман залезли.

Бэй Нинг с загадочной улыбкой, словно специально, медленно, по одному принялась выкладывать на стол трофеи, давая мужчинам время на осмотр каждой. Выражения их лиц менялось прямо на глазах, переходя от ожидания к удивлению, от удивления к замешательству, от замешательства к изумлению, а от изумления к нескрываемому возбуждению. Лихорадочно перебирая диковинки, разглядывая их жадными взглядами, мужчины принялись восхищённо делиться впечатлениями. В завершение Бэй Нинг с особым трепетом осторожно положила поверх всего остального ЕЁ – строительную доску.

– Это ещё что за аура? – нахмурился Бэй Цинмин, мгновенно почувствовав в ней скрытую опасность, достаточную, чтобы проняло даже его.

Переоценив свою сопротивляемость к ци меча, он попытался для удобства просмотра немного передвинуть доску, но взялся не за то место. В результате глава секты поражённо уставился на порез, появившийся на его мозолистой ладони, жёсткой, как подошва. Ничуть не расстроившись, мужчина пристально вгляделся в узор, высеченный на поверхности дерева. Прислушался к тончайшим вибрациям ци. Оценил их гармонию. Ещё раз внимательно изучил ауру. Видя пробуждающийся в его глазах знакомый фанатичный блеск, улыбка Бэй Нинг стала медленно гаснуть, сменяясь тревогой.

– Ты же не посмеешь…

Посмел. Ещё как посмел. Дочка была ограблена быстрее, чем успела сбежать. Более того, у неё изъяли практически всё, что она принесла. После сортировки, при полной поддержке главного старейшины, отец сообщил: к этому тебе подступаться ещё рано, к этому уже поздно, это вообще не для тебя, с этим нам самим бы разобраться, это нужно изучить, это спрятать, это продать, это слишком опасно, это слишком ценно.

– Ааааа! – разочарованная девушка в ужасе схватилась за голову, рассчитывав на совсем другой результат.

Кстати, доску у неё тоже отобрали. Буквально силой вырвали из рук, немного поиграв в перетягивание через стол.

– Отец! Так нечестно!

– Ну вот, уже отцом назвала. Молодец, – только теперь похвалил очень довольный отец, с гордостью за своего ребёнка. – Надо же, не ожидал, что ты вернёшься с ТАКИМ уловом. А теперь выпей чаю, успокойся и рассказывай. Подробно. Где? Как? При каких обстоятельствах? – потребовал уже серьёзным, повелительным тоном, вновь став главой секты.

– Ничего не скажу, – сложив руки на груди, недовольно буркнула надувшая губы Бэй Нинг.

Аура Бэй Цинмина немедленно придавила строптивую ученицу к полу, заставив затрепетать края её одежды. Под девушкой даже стул затрещал.

– Ладно-ладно. Не дави, – попросила Бэй Нинг, тут же сдавшись.

Отец хоть и многое спускал ей с рук, но границы дозволенного тоже не нужно переходить. Он вполне мог перестать вести себя как любящий отец. Например, за дерзость и нарушение субординации отправить её в ледяную пещеру к стене покаяния на целый год. В темноту. Проводить время в одиночестве, размышляя о своём поведении, питаясь одной водой и безвкусными пищевыми пилюлями.

Последовав совету, выпив чаю, успокоившись, собравшись с мыслями, в чём ей не мешали, Бэй Нинг принялась рассказывать удивительную историю про загадочного бессмертного практика. Про то, как обо всём узнала. От кого. Как проводила в поездке время. Передала все записи и схему. Также доложила о связи Матвея со старейшиной Хо.

– Насколько я поняла, они познакомились давно. Здесь. В мире Белой реки. Это произошло в городе Весенней ивы, в одном из маленьких ресторанчиков у западных ворот. Названия он уже не помнит. Старейшина Хо тогда возвращался с задания, а бессмертный Ма выпивал в этом месте, пребывая в очень скверном расположении духа. Говорит, буянил, будто с кем-то ругался, кидался едой. Он то ли кого-то сильно оплакивал, то ли о чём-то сокрушался. Причины бессмертный Ма ему так и не раскрыл. Поскольку наш старейшина тоже был раздражён неудачей и устал после дороги, он не захотел искать себе другое место, видя, что проблемный посетитель нагло занял сразу весь ресторанчик, фактически вынудив всех уйти. Разумеется, свою истинную силу бессмертный даже в таком состоянии скрывал от окружающих, чтобы не вызывать большого переполоха, – сообщила с уверенностью человека, словно видевшего это своими глазами.

У неё было очень живое воображение.

– Они тогда сцепились из-за какой-то мелочи, как голодные бродячие псы. Подрались. Потом вместе выпили. Потом снова подрались. Потом снова выпили, только уже в другом ресторане, поскольку прежний нуждался в ремонте. Потом сходили к реке проблеваться. По пути кого-то побили. Скорее всего, важного, поскольку за ними погналась городская стража. Потом они вернулись, побили стражу и снова продолжили пить. Через несколько дней их вежливо попросили покинуть город, заплатив за это деньги. Таким образом, они подружились. Типичная история.

При этом Бэй Нинг почему-то неодобрительно посмотрела на отца типа – все вы такие, не то что мы. Продолжив историю, девушка постепенно дошла до места, где эта пара хулиганов стала обмениваться письмами и посылками. Старейшина отправлял бессмертному Ма, как она его называла при отце, чтобы не было путаницы, вино, чай, семена, некоторые приправы, а взамен получал от него книги, музыкальные пластинки, разные сувениры, подарочные ножи из хорошей стали. Никаких запрещённых вещей или секретов секты старейшина Хо ему не отправлял. Контрабандой не занимался. Готов в этом поклясться на камне правды. О настоящей сущности бессмертного Ма он до сих пор не знает. Считает его обычным бродячим мастером третьей стадии, покалечившимся во время неудачного прорыва.

– Думаю, старейшина Хо не врёт. Я внимательно следила за его аурой и сердечным ритмом, – подытожила Бэй Нинг.

Из-за долгого рассказа, почувствовав сухость во рту, девушка взяла короткую паузу. Сделала пару глотков ароматного чая. Заодно наполнила чашки старших, выполнив свою обязанность.

– Значит, утверждаешь, это настоящий бессмертный? – уточнил отец для надёжности.

– Думаю, да. Учитывая силу тех, кто его окружает и беспрекословно слушается, восьмая или девятая стадия. Молнии бедствия с бессмертного Ма стекали словно обычная дождевая вода. Я видела это своими глазами.

Отец переглянулся с серьёзным и задумчивым главным старейшиной.

– Ты принесла очень интересные новости. Значит, в нашем скрытом царстве находится небольшое тайное сообщество древних мистических существ под руководством загадочного бессмертного, состоящее из представителей тёмных, светлых и нейтральных сторон? Звучит довольно… невероятно. Причём не простых, а особенно редких членов царства зверей, разумных вещей и растений. Вполне возможно, у них там не просто сборище друзей, а часть какой-то скрытой, могущественной силы нашего мира. Кто решил, что вход туда только один? Даже будь этот бессмертный один, он сам по себе является источником огромной силы и возможностей, а все вместе, даже боюсь представить, на что они способны. Наша секта не справится с последствиями, если их оскорбит, – Бэй Цинмин хмуро озвучил неприятную новость. – Надеюсь, ты не создала с ним вражды?

Глава секты испытывающе посмотрел на своенравную дочь.

– Нет. Не переживай. Мы хорошо расстались. Без взаимных обид. Более того, я ему понравилась, – самоуверенно заявила.

– С чего это взяла? – полюбопытствовал главный старейшина, внимательно её выслушав.

– Ну я же не с пустыми руками вернулась, – Бэй Нинг указала на стол, как на нечто очевидное. – Мы получили очень много пользы за то время, что провели у него. Хотя характер у бессмертного Ма скверный, он много на нас ругался, но дальше этого не заходил.

– Кстати, поздравляю с прорывом. Чуть не забыл, – улыбнулся отец, посмотрев на неё с одобрением и гордостью. – Хотел сделать это позже, в подходящей обстановке.

– Так, может… – обрадовалась Бэй Нинг, стрельнув глазками в сторону стола.

– Нет, – безапелляционно заявил глава секты. – Получишь свою награду очками заслуг. По справедливости. В большом количестве.

– Ага, по справедливости, – скривилась девушка. – Что мне с ними делать? Солить?

– Хорошо, – невозмутимый Бэй Цинмин охотно пошёл навстречу. – Не хочешь как хочешь. Обойдёмся праздничным ужином.

– Ээээ?! Нет. Нет! Хочу! Очень хочу! – запаниковала девушка, поняв, что он не шутит. – Спасибо.

– То-то же, – скрыл улыбку Бэй Цинмин. – Что касается бессмертного Ма. Думаю, нам с главным старейшиной придётся вскоре навестить его и засвидетельствовать своё почтение. Одно дело, когда мы не знали о его существовании, а другое, если сознательно проигнорируем. Нельзя, чтобы столь сильный практик жил на территории, за которую мы отвечаем, в состоянии некоторой неопределённости. Нужно аккуратно выяснить его намерения и отношение к происходящему в мире. Он вполне может оказаться другом наших врагов, или наоборот. Такие вещи нельзя оставлять без внимания, уповая на случайность. Кого-то незначительного с дипломатической миссией к нему не пошлёшь. Это признак неуважения. Поэтому нам нужно познакомиться и обменяться с ним приветствиями нормально, как полагается, раз уж он не закрылся от окружающих.

– Согласен, – поддержал главный старейшина. – Неизвестно, как всё сложится в будущем. Поддержка бессмертного может оказаться для нас в сложные времена как спасительной верёвкой, так и безжалостной удавкой. Было бы неплохо наладить сотрудничество. Тем более он контролирует источник очень редких духовных ресурсов высокого качества. Это тоже очень важно. Даже если этого не получится, хотя бы добиться добрососедских отношений уже станет победой. Нет гарантии, что через какое-то время из этого сообщества во внешний мир не явятся демонический король псов или древний феникс первозданного пламени. Лучше, если они не будут питать к нам враждебности. Совсем хорошо, если обратятся за помощью, – рассудил практичный старейшина, строя планы на будущее. – Мы всегда можем присоединиться к чужому успеху, или отойти в сторону от чужого провала. В зависимости от того, что будет выгоднее.

Глава секты кивнул, понимая, о чём он.

– Чтобы не толкаться в очереди, а также не кидать рыбу в чужой пруд, я засекречу эту информацию. Сам поговорю на эту тему со старейшиной Хо, Ванван и Йангом. Возьмёшь на себя четвёртую команду? – Бэй Цинмин обратился к старейшине.

– Хорошо.

– Тогда на тебе младшая ученица Тао, – глава дал указания Бэй Нинг, потихоньку приучая к ответственности. – Также чуть позже встречусь с главой разведки и обсужу ситуацию с Кровавым облаком. Совсем обнаглели, паразиты. Для большой войны поводов пока маловато, – неохотно признал, – однако немного ощипать их крылышки нужно. Чтобы не зазнавались.

Кровавое облако обладало достаточной силой и влиянием, чтобы бездумно бросаться на них с мечом наперевес. Это могло нарушить хрупкий баланс сил в регионе, вызвав непредсказуемые последствия. Другие секты легко могли вмешаться в их конфликт, значительно всё усложнив. Если же привлекать союзников, то с ними придётся чем-то делиться, а если не привлекать, то можно оказаться в одиночку перед лицом сразу нескольких противников. Это пока ты силён, тебя никто не трогает, однако, как только ослабнешь, обязательно найдётся тот, кто этим воспользуется. Поэтому глава секты Меча заката не спешил объявлять карательный поход. Если потребуется, колебаться он не будет, но на данный момент соотношение прибыли и затрат не давали причин для развязывания серьёзного кровопролития.

Пока готовился визит вежливости, не требующий спешки, в отличие от дочери у главы секты не было столько свободного времени, чтобы беззаботно мотаться по свету, Бэй Цинмин отдал специалистам часть вещей, привезённых Бэй Нинг. На изучение, что вызвало довольно забавную реакцию. Вечером он отравил посылки, а ранним утром лицезрел у дверей своего кабинета нетерпеливых глав сразу нескольких павильонов с тёмными мешками под глазами и кучей вопросов. У каждого имелся длинный список пожеланий и уже заполненная заявка на покупку того же, что они получили, только в куда большем объёме и с датой поставки на вчерашний день. Где он это возьмёт, этих жадных негодяев совершенно не волновало. Сколько будет стоить, тем более. Это проблемы главы. Пусть хоть учеников в рабство продаёт. Нужно будет, они ещё наберут. Да хоть лично наловят!

Не став ничего обещать, как и раскрывать источник происхождения этих вещей, глава выгнал шумных просителей благ. Отправил их дальше изучать образцы. Нужно же знать, сколько ловить и кого. Математика – наука точная. Если серьёзно, Бэй Цинмон сильно озаботился вопросом, где взять столько денег. Хорошие вещи стоят дорого. Это не тот случай, когда можно просто отнять и поделить. Тут как бы у них самих чего-нибудь не отняли.

Чуть позже выяснилось, что для серьёзных исследований, не говоря уже о тонкой работе с этими ресурсами, требовались специалисты более высокого уровня, чем имелись в секте мечников. Не их профиль. Если секта мечников сама переработает эти ресурсы, пользы из этого извлечёт лишь самый минимум.

После долгих размышлений, глава секты с неохотой выставил часть полученных от Бэй Нинг сокровищ на ближайший аукцион, передав их в знаменитый торговый дом: Белая Цапля. Эта могущественная организация веками занималась бизнесом, связанным с организацией элитных аукционнов, на которых можно достать всё, что только существует в этом мире, и даже часть того, чего не существовало, за дополнительную плату. Она всегда гарантировала честность сделок, чем заслужила определённую репутацию. Поэтому за сохранность вещей и проблем с покупателями Бэй Цинмин не переживал. Оценщики Белой цапли считались одними из лучших в мире. Если кто и мог определить истинную ценность, а также происхождение выставленных на продажу предметов, то это их сотрудники.

Помимо списка сокровищ, трудно же строить планы, не зная расценок, он отправил в аукционный дом перечень редких ингредиентов, которые потенциально мог достать, вроде: истинной сущности крови древнего феникса первозданного пламени, слезы снежного лотоса божественного царства льда, сердца демонического короля псов, плода бессмертного персика юности, лепестков чудодейственного чая озарения, золотых яблок небесного Дао, ядра священного духовного артефакта восьмой стадии с божественным атрибутом. Мало ли, вдруг загадочный бессмертный Ма скоро умрёт или бесследно исчезнет. Может, он страдает от серьёзных ран, чем-нибудь болеет или потеряет волю к жизни. Не исключено, что столкнётся с каким-нибудь смертельным, непреодолимым кризисом. Или же ещё лучше, лишится своего уровня развития из-за какой-нибудь неприятности. Враг нагрянет, лекарство перепутает, бешеная собака укусит, на несколько столетий уйдёт в закрытую культивацию. Жизнь – штука непредсказуемая. Готовиться нужно ко всему. С одним или двумя мистическими существами секта Меча заката как-нибудь справится. Из тех, что послабее и помоложе. Даже если нет, найдёт помощников. Как всё это устроить, другой вопрос. Пока Бэй Цинмин ничего такого не планировал, но был обязан предусмотреть и такой вариант развития событий. Как любили повторять торговцы: всё упирается в цену вопроса.

Поскольку печально известный, многими проклинаемый, но при этом ими же активно посещаемый клан Цао, специализирующийся на продаже чужих секретов, а также информационная гильдия «Синий кит» не любили питаться одним лишь варёным рисом, тираж списков с сокровищами и ингредиентами получился несколько большим, чем рассчитывал глава Меча заката. Кроме того, шпионы других великих сект тоже не получали зарплату за одни лишь красивые глазки, как Ванван. Йанг тоже, лёжа в бадье с горячей водой, мысленно сочинял письмо под лозунгом: «на деревню дедушке».

***

– Это все, кто пришёл? – с некоторым разочарованием Андрей пересчитал собравшихся.

– А ты чего ожидал? – удивился Павел. – Я всегда говорил, Гриша большой только снаружи. Слился, ну и хорошо. Меньше народа – больше порции.

Усмехнувшись, Павел нагло развалился на вращающемся стуле хозяина комнаты с банкой пива в руках. Григорий с Сергеем решили не лезть в дела бессмертных, помня о том, что они-то как раз смертные. Наслушавшись страшных историй про поход в подземелья, разумеется, сильно приукрашенных, как же без этого, оценив свои возможности и всё взвесив, парни решили, что синица в руках дороже красивой эпитафии. Гриша, смущённо почесав голову, извинился. Сказал, что в следующем году планирует переехать в Петербург и поступить в архитектурный институт. У него в планах нет смертельных схваток на мечах с какими-то безумными фанатиками злых богов на ночных кладбищах. Он не горец. Любит шаурму, качалку, маму и хорошую музыку. Но, если школьным друзьям нужна будет помощь, любая, он всегда на связи. Правда, это прозвучало попыткой откупиться и подавить чувство вины. Сергей тоже откололся от группы, которая считалась неразлучной. Он сослался на слабое здоровье, одинокую маму, о которой кто-то должен позаботиться, другие планы на будущее и желание завести себе нормальную девушку. Романтик. Которая, по его словам, будет ему варить борщи, стирать рубашки, умеренно пилить нервы по выходным, отучая от вредных привычек. Ещё и фантазёр. Вот так и получилось, что через два дня, отведённые на раздумья, кроме девчонок к Андрею пришёл только неунывающий оптимист Павел.

Кстати, группа старшеклассниц тоже сильно сократилась. Со Светланой явилась одна лишь молчаливая, неулыбчивая Ирина, как обычно, старавшаяся держаться где-нибудь позади остальных, скрывая глаза и мысли. Про причины такого сокращения своих кадров хмурая Света не сказала ни слова.

– Значит, это все, – с сожалением подытожил Андрей, рассчитывавший на большую поддержку. – Хорошо. Давайте высказываться. Я за то, чтобы продолжить попытки ступить на путь бессмертия. Последствия осознаю. Говорю это прямо. Вы?

– Я за, – коротко ответил Павел, отсалютовав алюминиевой банкой.

В нём-то как раз никто не сомневался.

– За, – решительно высказалась Светлана.

Ирина молча кивнула.

– Значит, решено. Отныне всё, что происходит в рамках этой группы, в ней и остаётся.

Ребята уже знали о том, что практики придерживались принципа отделения обычного мира, от мира сверхъестественного. Они старались соблюдать режим секретности. Значит, для этого имелась веская причина.

– Теперь мы друзья, а значит, должны друг другу помогать.

– С чего бы? – удивилась Светлана, посмотрев на него, как на дурака. – Я про друзей.

– А кто мы тогда? – парень впал в замешательство.

– Союзники. Чтобы заниматься в одной группе, вовсе не обязательно быть друзьями. Не придумывай лишнего. Однако взаимопомощь и взаимоуважение приветствуется. Так что этот пункт предлагаю сделать обязательным. Если ты хотел поставить вопрос, кто будет лидером группы, то можешь не утруждать себя. Все решения будут приниматься путём голосования, большинством.

– Не успела вступить в нашу группу, а уже отстаиваешь права женщин? А их что, кто-то ущемляет? – вновь усмехнулся Павел.

– А ты лысый, вообще молчи, – привычно заткнула его Светлана.

– Обожаю дружные коллективы, – съязвил Павел, обращаясь к тяжело вздохнувшему Андрею.

Матвей рассчитывал, что напугает детишек походом в страшное подземелье, однако получилось, наоборот. Он их только вдохновил. Всё плохое, как обычно, быстро забылось, а вот яркие эмоции, впечатления от крутости и брутальности восточной магии, от гигантских демонических псов, оживших статуй, разрезанных пополам, глубоко врезались в память, приобретя особый привлекательный ореол. Не забыли они и то волнение вперемежку с радостью, с которым иностранные практики грабили сокровищницу монстров. Где ещё это можно себе позволить? Работая в банке? В какой-нибудь фирме по продаже автозапчастей? Опасность сверхъестественного мира приятно щекотала им нервы, ведь все мы в этом возрасте верили, что уж у нас-то всё будет хорошо. Это у кого-то другого будет плохо.

Поэтому с сегодняшнего дня все четверо с похвальной целеустремлённостью принялись готовиться к вступительным экзаменам, как они себе это представляли. Первым делом, решили подтянуть свою физическую форму. Без этого никуда. Сами видели, что бывает с неподготовленными людьми после забега по подземелью. Быть балластом – совсем не круто. Ребята каждое утро стали выходить на пробежку, подтягиваться, отжиматься, делать зарядку. Светлана на радость родителям, записалась в тренажёрный зал. Ирина в бассейн, рассудив, что он для неё будет полезнее. Позволит развить дыхание, улучшить осанку, повысить выносливость и координацию тела. Мускулы она нарастит потом, если понадобится. Хотя судя по худощавым, поджарым телам практиков, это для них не главное. Павел решил заниматься дома, с гантелями и самодельным турником. Он даже штангу себе соорудил. Ещё постоянно ходил на футбол. Участвовал во всех матчах, каких мог. Андрей тоже нашёл чем себя занять. Родители, которым вечно некогда было заниматься сыном, они даже не интересовались, как он проводил время – впервые проявили к этому интерес. Похвалили. Даже попытались поговорить по-взрослому. Получилось не очень удачно, но зато искренне. Как обычно, дали денег, не зная другой формы взаимоотношений с собственным ребёнком, предоставленным самому себе. Может быть, именно поэтому выбор Андрея не совпал с выбором Сергея или Гриши. Но всё же смутившийся Андрей чуть ли не впервые почувствовал некоторую гордость за принятое решение.

***

Расслабленно разлёгшись на любимом садовом кресле с откинутой спинкой, установленном на летней веранде, лениво пролистывал интернет-страницы на своём телефоне. Изредка бросал незаметные взгляды на валяющегося на солнышке Барбоса, гуляющего по двору красного петуха, плавающего в пруду карпа, яблоню. Тихонько прокашлявшись, настраивая голос, неожиданно заговорил вслух после длительного молчания.

– Что? Опять! Вот сволочи, – разгневанно завопил на повышенных интонациях.

Экспрессивно взмахнув руками, принялся ругаться.

– Всё, достала меня эта Англия. Это возмутительно! Пора объявить войну. Решено, с завтрашнего дня, в полдень, если она не примет моего ультиматума, решительно объявлю ей войну, – торжественно пообещал. – Как они посмели не признавать тридцать второе марта?! Я не могу позволить, чтобы из-за английского парламента пропадал день моей жизни!

Поза собаки не изменилась, однако одно ухо у неё поднялось и немного повернулось в мою сторону. Петух замер. Наклонив голову, он искоса на меня посмотрел. Карп поднялся поближе к поверхности и выпустил пару пузырей.

– Постойте. Готовы ли они к войне со мной? А я? – серьёзно задумавшись, сделал паузу. – Так, двубортный пиджак у меня есть. Собака, – пристально посмотрел на напрягшегося Барбоса, – есть. Ружьё? Возьму у участкового. Отлично. Я готов. Нужно немедленно пойти на почту, дать телеграмму.

Не в силах терпеть этот беспредел, энергично вскочил с кресла. Сделав несколько проходов по беседке, что-то бормоча под нос, словно споря с самим собой, быстро покинул дом.

– К обеду не ждать. Вернусь очень поздно. Ты за главного, – походя, бросил ошеломлённому Барбосу.

Несколько минут во дворе дома стояла звенящая тишина. Звери переглядывались. После чего, словно по команде они одновременно куда-то заторопились. Ветви яблони перестали реагировать на ветер. Карп целиком зарылся в ил. Пёс скрылся в будке, закрыв за собой дверцу с табличкой: «Ушёл на обед», прибитую дурным хозяином. Петух исчез в сарае. Во дворе стало не только тихо, но и как-то пусто, безжизненно.

В главном подземном зале, предназначенным для больших собраний и церемоний, поэтому торжественно украшенном, было организованно экстренное собрание жильцов усадьбы Вечная юность. Участники собирались в большой спешке, оживлённо переговариваясь и постоянно сбиваясь в маленькие группы по интересам. Как только все расселись и немного успокоились, на трибуну взошла Кукла, одетая в пышное красное шёлковое платье, украшенное вышивкой из золотых драконов. Каким-то образом успевшая сделать сложную, замысловатую причёску и наложить воинственный макияж. Магия, не иначе.

– Уважаемые, прошу внимания. Ведите себя достойно. У нас важное собрание. Мы на пороге объявления войны, – громогласно объявила с особой торжественность.

– Простите, а Англия, это где? В России? – послышался неуверенный голос Инь.

– Нет, это независимое островное государство. Оно находится далеко отсюда, – подсказал дракон.

Если бы дело касалось сухопутных стран, не имеющих доступа к морям, где-нибудь в центре континента, он бы тоже растерялся, а так, все островные страны у него были на карандаше, в универсальном путеводителе. Единственное исключение – Беларусь. Господин одно время восторгался богатым уловом белорусских креветок, витебских мидий и могилёвских устриц. Заинтересовавшийся Дракон полез разбираться, надеясь заполнить пробел в своём географическом атласе. После долгих поисков решил, что дело всё в наличии скрытого царства морского типа, спрятанного где-то в белорусских лесах. Не будет же госдепартамент США шутить про отправку американского флота к её берегам. Ну а то, что блогеры это высмеивают не более чем операция прикрытия в рамках теории великого заговора. Давно известно: чем яростнее что-то отрицают, тем охотнее в это верят.

– Кто-нибудь знает, за что наш господин решил объявить им войну, – с искренним недоумением спросила Небесная яблоня, поскольку этого совершенно не было в её гороскопах.

Значит, их нужно переделать. Звёзды, в отличие от господина, могут соврать. Вдруг кто-то из них опять ошибся дверью.

– Они украли у него тридцать второе марта, – с трибуны прозвучало обвинение в святотатстве.

– Это название артефакта? – уточнила наивная Инь с нотками ревности. – Надеюсь, не какое-нибудь холодное оружие.

Судя по голосу, вполне возможно, что по итогам этой войны, если оно и будет возвращено, то уже сломанным. Конечно же, совершенно случайно. Сказав это, Инь бросила недовольный взгляд на Нож, чуть ли не пускающую слюни от экстаза. Она уже никого не слыша, что-то считала на пальцах, загибая их поочерёдно, по десятому кругу. Ещё и, если яблоне не показалось, называя их по именам. Вот уж кто не задавал вопросов, где это находится и кто там живёт.

– Хорошо, уточним, – пообещала ей кукла.

– В процессе, – поддержал демон, добавив это к уже сказанному.

Широко улыбаясь, он азартно потёр руки.

– Чувствую, скоро моя коллекция мертвецов наконец-то пополнится.

Весь зал охватило небывалое воодушевление.

– А там холодно? – нежным голосом поинтересовался снежный лотос.

– Зависит от того, будешь ли ты участвовать. Если нет, там будет жарко. Очень жарко, – предрёк феникс, сменив интонацию, немного растягивая гласные.

– Конечно, буду, – даже с какой-то обидой объявила лотос.

– Не обязательно. Нас всех слишком много для такой маленькой страны. Нужно же что-то и господину оставить. Предлагаю бросать жребий, кто попадёт в экспедиционный корпус. Я готовлю палочки.

– Не спеши, старый мошенник. И вообще, у меня другой вопрос. Скажите, наличие двубортного пиджака является обязательным условием для участия в этом мероприятии, или допустимо явиться в свободной форме одежды.

В зале наступила тишина. Присутствующие растерянно переглянулись, с некоторым напряжением.

– Я уточню, – пообещала Кукла, повернувшись к своему секретарю.

Плюшевый медведь со штопанным пузом тут же внёс соответствующую запись в блокнот.

– Ещё есть вопросы? – выжидательно посмотрела в зал.

– Да. У меня, – послышался вежливый голос из задних рядов.

Неожиданно знакомый. Настолько, что у большинства присутствующих мурашки пробежались по телу, направляясь в сторону сливного коллектора. Кто-то даже попытался изобразить обморок, надеясь избежать разоблачения. Затаив дыхание, одновременно повернув головы, все присутствующие с ужасом уставились на Матвея Игоревича, скромно сидевшего у стены на принесённом им складном табурете. Никто даже не заметил, когда он появился.