Бессмертный пони

"Люди выбирают ботинки на wb" рекламный баннер, ничего необычного. Я бы не заметил даже, если бы надпись не сменилась на "эльфы предпочитают lamoda". Тряхнул головой, наваждение не исчезло. Для того, чтобы знать, что изображение на баннерной ткани не меняется само по себе, даже рекламщиком не нужно быть. А я им был. "Эльфы предпочитают lamoda". Я перечитал и хмыкнул. Ну конечно. Гномы, видимо, закупаются на Ozon, а феи ищут туфли с крылышками в каком‑нибудь "Фарпосте"

Я представил себе картину: высокая эльфийка с луком и стрелами, задумчиво примеряющая в магазине бежевые лоферы. "Эти гармонируют с моим плащом, но не с аурой…" — бормочет она, отбрасывая вторую пару. Рядом нетерпеливо топчется консультант: "Может, вот эти, с кисточками? Они в тренде у лесных духов!"

Я стоял и смотрел на баннер, а в голове всплывали обрывки воспоминаний. "Эльфы предпочитают…" — фраза показалась знакомой, почти родной. Так назывался наш старый проект, один из тех, что мы придумали лет пять-семь назад, когда были молоды, глупы и полны энтузиазма. Безумная фэнтези‑реклама обычных товаров. "Гномы доверяют нашей стали","Феи выбирают этот парфюм"...Мы тогда смеялись до слёз, рисуя эскизы и сочиняя слоганы.

Проект так и не запустили, не было покупателя - слишком рискованный. Но кто‑то, видимо, нашёл наши наработки. Или мысли идиотов сходятся? Я достал блокнот (давняя привычка думать на бумаге) и быстро набросал: "Проверить старые файлы. Связаться с Лёхой — может знать".

Видимо, переутомление. Или кто‑то из маркетологов решил поэкспериментировать. В любом случае, эльфы или нет, а ботинки мне действительно нужны. И, пожалуй, стоит заказать на Али, чисто из принципа. Потому что эльфом я не был, да и к людям никогда себя не причислял.

Я сделал шаг назад, ещё раз окинул взглядом баннер и достал телефон — решил сфотографировать на память. Может, потом разберусь, что это было: глюк, вирусная реклама или чья‑то шутка. Но баннер снова был "нормальным": "Люди выбирают ботинки на wb".

Я открыл приложения и обалдел.

Маркетплейсы радовали: "Гномы оценили прочные ботинки: усиленная подошва, улучшенная защита!". Под текстом — изображение коренастого гнома в рабочей каске, гордо демонстрирующего пару массивных чёрных ботинок. В углу — маленькими буквами "Не тонут в лаве, не боятся кирки".

Я замер, забыв, зачем вообще достал телефон.

"Что за…?" — пробормотал я, отчаянно моргая. Но гифка не исчезла. Более того, через пару секунд она плавно сменилась другой: "Феи в восторге: туфли с крылышками теперь и в зимней версии! Утеплённый вариант — с меховой подкладкой и антискользящим покрытием для полётов в гололёд". Рядом — изящная туфелька с крошечными серебристыми крылышками на каблуке.

— Да ладно… Полеты в гололед!— я нервно рассмеялся. — Это уже не переутомление. Это полномасштабная галлюцинация. И крылья на каблуке - это не эргономично.

Огляделся по сторонам. Прохожие шли мимо, не обращая внимания ни на тот самый рекламный щит, ни на меня, нервно перещелкивающего приложения с однотипной рекламой

"Орки выбирают берцы: выдерживают марш‑бросок, танцы на дискотеке и хорошую драку".

"Драконы оценили огнеупорную подошву: не плавится даже при +800 °C".

"Русалки протестировали водонепроницаемые кеды: идеально для прогулок по рифам и деловых встреч на суше".

Последнее было явным сюром. Если это наши русалки, то причем здесь рифы, а если европейские, то куда они будут надевать кроссовки, на хвост?

Я глубоко вздохнул, закрыл глаза, досчитал до десяти и открыл их снова. Картинка не изменилась. Более того — мой мобильный сошел с ума и теперь предлагал "ручной инструмент, достойный Луга Многоискусного". Это было чересчур. Слишком конкретно. Слишком далеко от официальной версии распределения небесных должностей.

"Ладно, — подумал я, — допустим, это не глюк. Допустим, кто‑то запустил странную масштабную кампанию, нацеленную на… на кого, на меня? На любителей кельтской мифологии? В Новосибе, угу. На тех, кто в курсе фэнтези‑тематики? Или на всех, кто слишком долго сидит на работе без отпуска?" На меня, стопудово на меня.

AliExpress прислал уведомление: "Только сегодня: ботинки "Странник" — для тех, кто не причисляет себя ни к эльфам, ни к оркам. Скидка 20 % — потому что иногда проще быть собой".

Я уставился на уведомление, потом снова на мелькающие гифки.

— Ну конечно, — пробормотал я. — алгоритмы пронюхали и подключились.

И нажал «Оформить заказ». Чисто из принципа. И потому что ботинки мне действительно были нужны. А ещё — потому что где‑то в глубине души хотелось поддержать ребят, которые всё-таки не побоялись и развили нашу тему. Причем, так глобально, что даже китайцев втянули.

Отпуск мне не дали. Потому что я, блин, незаменимый бессмертный пони, который может впахивать по восемнадцать часов в день и оставаться на выходные. А чего бы не оставаться — дома никто не ждёт, а в офисе вайфай и вкусный бесплатный кофе. И Шеф такой же псих, живет на работе, а ночью заказывает бургеры — причём не какие‑нибудь, а "Спартак", с тройным сыром и здоровенным куском ветчины, с настоящим помидором и хрустящими солеными огурчиками. Чтобы мозг лучше работал. И работает же он, мозг, на этом топливе, как миленький! И я работаю. Как дурак.

Телефон завибрировал. Аудио от шефа:

"Слушай, тут клиент из Нью‑Йорка написал — у них там утро, а у нас… ну, ты понял. Надо доработать презентацию. Ты же справишься? Ты у нас волшебник"

Я усмехнулся. Волшебник. Поэтому они и вымерли, волшебники. И эльфы тоже. Гномы, наверное, тоже без выходных в шахтах сидят — кто‑то же должен добывать маркетинговые идеи, но гномы, они выносливее, живучие, гады. Не то что я.

Я сидел за столом, пялился в монитор и думал: а где, собственно, граница между "я просто ответственный сотрудник" и "меня бессовестно используют"? В офисе было тихо — только гудел кондиционер, изредка щелкал бесперебойник. За окном уже часа три как было темно, я всё-таки добил отчёты, которые "срочно нужны были ещё вчера", и засел за пресловутую презентацию.

Достал из ящика шоколадку — мой личный антидепрессант — и откусил кусок. Экран ноутбука мерцал, слайды сливались в одно размытое пятно. Где‑то в глубине шевелилась мысль: "А если просто сказать нет, что будет?". Но я тут же её прогнал. Шеф ведь не со зла. Он искренне считает, что так — нормально. Что если платишь зарплату и даёшь безлимитный кофе, то человек обязан гореть на работе, как факел в ночи.

В коридоре раздались шаги. В дверном проёме появился шеф — в рубашке с закатанными рукавами и с двумя коробками бургеров.

— О, ты ещё здесь! — обрадовался он. — Я так и знал, что ты не подведёшь. Смотри, я и тебе взял. Считай, премия.

Он поставил коробку на стол и плюхнулся в кресло напротив.

— Знаешь, — задумчиво произнёс он, разворачивая свой бургер, — иногда мне кажется, что мы с тобой — последние люди на Земле. Ну, в смысле… нормальные. Все где‑то там, в своих мирах. А мы — тут. Держим оборону.

Я молча откусил бургер. Вкусно. И грустно. Потому что в его словах была доля правды. Только вот вопрос: сколько ещё нужно "держать оборону", прежде чем поймёшь, что обороняешь не крепость, а пустую башню? И что она никому, походу, и не нужна. И что я как последний идиот ведусь на эту окопную манипуляцию, несмотря на два высших образования и опыт работы в нашем "дружном коллективе".

— Слушай, — я вдруг решился. — А может, всё‑таки попробуем по‑человечески? Ну, чтобы и работа была, и жизнь… иногда - тоже?

Шеф замер с бургером на полпути ко рту. Посмотрел на меня, прищурился, потом неожиданно рассмеялся.

— Будет жизнь, будет, — заверил шеф, откусив солидный кусок бургера. — С америкосами разберёмся — и будет. Дня два‑три выходных точно дам. Реально, кроме тебя никто не справится.

Он наклонился через стол, похлопал меня по плечу и откинулся на спинку кресла, задумчиво жуя. В его глазах читалась смесь усталости и искренней признательности — похоже, он и правда не лукавил.

— Слушай, — я сделал паузу, взвешивая слова, — а может, что-нибудь оптимизируем? Ну, чтобы не я один "справлялся", а команда нормально работала? Возьмём ещё пару человек… Я могу помочь с подбором, всё покажу, расскажу.

Шеф нахмурился, побарабанил пальцами по столу:

— Ты же знаешь, бюджет…

— Знаю, — перебил я. — Но прикинь: если я научу кого‑то хотя бы базовым вещам, смогу иногда отключаться от работы. А значит, буду свежее, продуктивнее. И в долгосрочной перспективе это выгоднее, чем выжимать из одного человека все соки. Плюс меньше риск, что я однажды просто упаду лицом в клавиатуру. А бюджет...ну, уволишь парочку самых ленивых.

Он задумался, покрутил в руках обёртку от бургера, скомкал её и аккуратно положил рядом с коробкой.

— Ладно, — наконец произнёс он. — Давай так: доделываем проект с американцами, закрываем квартал — и ищи человека. Но учти: я не готов брать кого попало. Нужен толковый, обучаемый, без вот этой вот… — он покрутил рукой в воздухе, — звёздной болезни и бредней про нормированный график.

— Договорились, — я невольно улыбнулся. Впервые за долгое время появилась какая‑то ясность. Не отпуск завтра утром, конечно, но хотя бы перспектива.

— И ещё, — шеф поднялся, потянулся, хрустнув спиной, — завтра в десять совещание. Прикинь, какие задачи можно делегировать уже сейчас, даже без нового сотрудника. Может, часть аналитики перекинем на Марину из маркетинга — она неглупая, просто пока не в теме.

— Хорошо, подготовлю варианты, — кивнул я.

Он направился к двери, но на пороге обернулся:

— И да, спасибо. Правда. Без тебя бы мы уже давно утонули. Просто… иногда я забываю, что ты не великий маг, а обычный человек. Который, кстати, имеет право на выходные. После сдачи проекта.

Я рассмеялся:

— Да, я обычный. И мне, представьте себе, нужен сон. И горячий суп. И, может, хоть раз в месяц — поход в кино.

— Поход в кино — это святое, — серьёзно кивнул шеф. — Накропай допсоглашение к трудовому: "Обеспечить сотруднику возможность посещать кинотеатры не реже одного раза в месяц". Я подпишу.

Когда он вышел, я откинулся на кресле и посмотрел в окно. Город внизу мерцал огнями, рекламные щиты пестрели разноцветными баннерами. Где‑то там, среди них, возможно, красовалась надпись: "Эльфы предпочитают Lamoda".

Я закрыл ноутбук, собрал вещи и решил, что сегодня — прямо сейчас — пойду домой. Не в полночь, не в два часа ночи, а в разумное время. А американцам презентацию из дома отправлю. Утром, как проснусь. На свежую голову. И пусть учатся жить по нашим часам. У нас, между прочим, уже почти десять вечера.