Без срока давности

В какие-то подразделения космических служб женщин брали с большой неохотой, а в какие-то без проблем. Иногда даже зазывали. Как раз туда, где требовалось немного больше внимательности, чуть больше терпения и нестандартное мышление при решении сложных задач. Нет, у мужчин-космонавтов такие качества несомненно присутствовали в достаточном количестве, но, увы и ах, редко сходились вместе и сразу.

Катерина Сверж и Риса Свон работали в паре уже полтора десятка вахт. До этого поменяли много напарниц, а вот как-то встретились и поняли, что работается вместе легко и весело. И понимали друг друга практически с полуслова. Так и стали подругами, связанными одним делом.

В этот раз подписали контракт на сопровождение транспортника с частным заказом в планетарную систему звезды, не так давно носившую всего лишь номер в реестре галактики Паладина, а сейчас имеющую странное название — Вузза. Что оно обозначало, наверное, знал только владелец планеты в этой системе. Купив её одиннадцать лет назад, он дал имя звезде и всем планетам, вращающимся вокруг неё. Имел полное право, как первый поселенец.

Именно для него и был предназначен груз на транспортнике. Ромео Базник решил устроить на Пандаре (такое название носила его круглая космическая собственность), — ни больше ни меньше, — музей космических челноков, использовавшихся абсолютно в разных звёздных системах для разных надобностей, устаревших морально и технически, но способных вызвать ностальгические нотки у наблюдателя, готового заплатить за просмотр экспонатов энную сумму цифровых космокоинов.

Сколько конкретно, Катерину и Рису мало беспокоило. Для них было важно только то, что они получат свой гонорар в тех же самых космокоинах, самой твёрдой валюте на сегодня, и помчатся на родную планету на долгожданный отдых. Они уже начали урывками обсуждать, какое побережье больше всего нравится, каким напиткам отдать предпочтение и какой бунгало выбрать для проживания, — на берегу или чуть поодаль, в пальмовых кущах.

О размерах транспортника мог рассказать его центральный ангар, в котором разместили пятнадцать помятых и потрёпанных временем челноков. По сути, транспортник мог спокойно взять на борт небольшое геологическое поселение со всем оборудованием и перекинуть на новое место обитания. Но и этот был не самым большим. Один раз Катерина и Риса видели со стороны гипер-транспортник «Афина». Такой мог спокойно перетащить небольшую луну. На «Афине» космонавты не просто служили, она там жили, как на свободно передвигающейся по космосу планете. Просто так на «Афину» устроиться было нельзя, — либо по праву рождения, либо по огромному-огромному блату. И то, когда возникала вакансия. Но это миф. Никаких вакансий на «Афине» никогда не возникало.

— Планетка какая-то зеленоватая, — глядя в иллюминатор на Пандару, сказала Катерина. Обратив внимание на отражение в иллюминаторе, она лёгким движением поправила чёлку тёмных волос, выбившуюся из-под штатного бежевого шлемофона, на котором по обеим сторонам красовался символ их вахтенной команды — летящий чёрный дракон. На его фоне поблёскивало одноимённое созвездие, наблюдаемое на ночном небосклоне их родной планеты Земля.

Риса приблизилась к соседнему иллюминатору и посмотрела на Пандару.

— Может, на ней много болот?

— Хорошо, что мы там не задержимся, — отходя от иллюминатора, сказала Катерина и продолжила облачаться в рабочий комбинезон.— Расставим старый хлам на условленной площадке и чёрный дракон свободен.

— Не дождусь итоговой транзакции за крайний период и начала нашего отпуска, — отворачиваясь от иллюминатора, устало улыбнулась Риса. Она застегнула молнию комбинезона до подбородка. — Пошли. Через пятнадцати минут выгрузка.

Никто не гарантировал, что при использовании челнока, сошедшего со стапелей сто или даже двести лет назад, в кабине управления будет сохраняться полная герметизация. А в них иногда приходилось заглядывать по разным причинам. Поэтому перемещать челноки, в любом случае, нужно было облачёнными в легкие скафандры. В них нельзя было долго находится в открытом космосе, но от абсолютного холода и вакуума они предохраняли прекрасно.

Надев скафандры в специальном отсеке, Катерина и Риса вышли в ангар, сели на небольшую транспортную тележку и покатили по ровному металлическому полу к челноку-манипулятору, в цепких захватах которого им предстояло перетаскать на Пандару весть доставленный груз.

Когда девушки оказались внутри манипулятора, Катерина сказала вслух, ни к кому не обращаясь, а просто уточняя:

— Начинаем с первого, заканчиваем пятнадцатым. Ориентируемся на флюоресцентные номера, временно нанесённые на борта челноков. Начинаем.

Катерина уселась в кресло первого пилота и защёлкнула карабины ремней фиксации тела. Риса проделала то же самое в своём кресле. Началась основная вахтенная работа. Подцепить груз, вывести манипулятор из ангара, проделать путь до поверхности планеты, опустить груз на специально предназначенное для него место и вернуться на транспортник, чтобы повторить всю последовательность действий заново. Сейчас предстояло сделать пятнадцать таких рейсов.

Челнок с номером «1» оказался самым массивным. Особая аккуратность потребовалась, чтобы протиснуться с ним в открытый овальный шлюз транспортника. Когда садились на Пандару, опускаясь сквозь плотные слои атмосферы, заметили, как поверхность изменила свой свет на розовый. Такая вот редкая оптическая игра, встречающаяся крайне редко на других планетах с атмосферой.

— Может, у них здесь розовые болота? — усмехнулась Риса.

Первый челнок занял своё место на площадке без происшествий. Верный признак того, что и дальше всё пойдёт гладко. Чёрный дракон их ещё ни разу не подводил.

Второй оказался немного поменьше, второй ещё меньше. Подруги поняли, что челноки, видимо, специально так расположили в ангаре для удобства выгрузки. Последний, пятнадцатый, оказался настолько мелким, что крепёжные телескопические щупы пришлось выдвигать на полную длину.

— Не вывалится? — достаточно спокойно спросила Риса.

— Вывалится — подберём, — невозмутимо ответила Катерина.

В тот момент, когда челнок-манипулятор приподнялся с грузом над поверхностью пола ангара, неожиданно сработала система тревожного оповещения. На панели управления появилась надпись: «Нарушение регламента транспортировки. Устраните проблему!».

— О, боги черной дыры, — привычно для себя выругалась Катерина.

— Что не так?

Риса внимательно изучила изображение, выданное бортовым аналитическим блоком и, ткнув пальцем в картинку на панели, сказала:

— Всё-таки, крепления не достаточно прочно удерживают груз. Челнок в прямом смысле соскальзывает. Мы его либо действительно потеряем, либо он может спровоцировать какую-нибудь аварию при транспортировке.

— И что нам теперь, оставить его в ангаре, как груз, нарушающий регламент транспортировки? Пусть с ним уже на базе разбираются?

— Аналитический блок предлагает его переместить в автономном состоянии, без манипулятора.

— Это как? — Катерина даже слегка развернулась в кресле в сторону Рисы.

— Обычно, — ответила та, — забираемся в номер «15» и доставляем самостоятельно до посадочной площадки.

— Серьёзно?

— Если разобраться, другого выхода нет. — С лёгкой грусть в голосе, Риса добавила: — Опять же, за оставленный груз на борту с нас снимут десять процентов штрафных.

— Вот же… — Катерина сдержала чуть было не вырвавшееся крепкое словцо.

— Надо попробовать. — Риса уже расстёгивала карабины. — Хоть этот челнок рухлядь ещё та, но должна быть на ходу.

— А управление? — тоже расстёгивая карабины, спросила Катерина.

— Зададим параметры и маршрут на панели и полетим. Какая-то документация по управлению на челноке должна быть.

— Ладно, давай совершим маленький подвиг сегодня, — согласилась Катерина, вылезая из кресла. — Не отдам десять процентов.

Стоявший теперь отдельно от манипулятора, челнок с цифрой «15» выглядел не просто побитым временем, а даже каким-то обиженным, словно в его размерах виноват ни он сам, а проклятые короткие щупы креплений.

— Смотри-ка, — неожиданно сказала Катерина, когда они с Рисой подходили к шлюзу челнока. Она указала на потёртый бок, на котором угадывались буквы. — Это что, название?

— Похоже, латиница. — Девушки остановились, с интересом разглядывая буквы. — Два слова. Не могу разобрать, — слегка прищурившись, сказала Катерина.

Риса медленно произнесла:

— Экспекто патронум. Кажется, так…

— Старо-испанский? Или древне-итальянский, может?

— Больше похоже на латынь, — предположила Риса, — странно, каких только названий раньше не давали челнокам.

— Это у них традиция в старину такая была, — хмыкнула Катерина, — ещё со времён, когда большие деревянные лодки бороздили просторы обычного океана. Пошли.

Девушки открыли шлюз и через пару минут стояли у панели управления челнока. Картина им предстала не очень весёлая. Печальная, можно сказать. На всём, что было в досягаемости их взгляда, покоился внушительный слой пыли.

— Ты что, не был на консервации? — обратилась Катерина к челноку, как к живому.

Не дождавшись ответа, за него ответила Риса.

— Похоже, забыли плотно запереть мой шлюз, уважаемая работница транспортно-логистического сервиса. Простите, что я такой грязный внутри.

— Ладно, — махнула рукой Катерина, — не грусти, дорогой. Сейчас разберёмся.

Девушки прошерстили командную рубку в поисках хоть какой-то документации. Ничего.

— Может, на какую-то кнопку нажать надо? — предположила Катерина.

— Какую? Где?

— Ну, вот эту, например.

Катерина откинула на приборной панели прозрачную, но сильно запылённую крышечку и нажала на большую зелёную кнопку. В ту же секунду рубку заполнил тусклый свет штатного освещения.

Мягкий женский голос произнёс:

— Добро пожаловать на борт «Экспекто патронум».

— Ты аналитическая система челнока? — тут же спросила Риса.

— Я интеллектуальная помощница Магнолия. Желаете принять управление челноком?

— Да, — заговорила Катерина, — я хочу принять управление.

— Хорошо, — покорно согласилась Магнолия. — Введите координаты нужного маршрута.

— Ты знаешь, где мы находимся? — решила уточнить Риса.

— Верно, — ответила помощница, — данные уже поступили в мой аналитический блок. Мы на борту транспортника Сизиф.

— Старушка, а работает хорошо, — искренне удивилась Катерина.

— Благодарю за похвалу. Готова к выполнению задачи.

— Отлично. Получи от Сизифа данные траектории полёта и координаты точки приземления. Можешь полететь сама?

— Автопилотирование невозможно. Проблему устранить невозможно. Существенные повреждения цепей, связанных с устареванием протоколов управления системой пилотирования.

— Короче, корыто, — хмыкнула Риса.

— Устаревшая модель научно-исследовательского челнока, — безэмоционально поправила Магнолия.

— Ну ты подумай, — наиграно повертела головой Катерина. — Таким сокровищем ещё не управляла. Рассказывай, что нужно делать.

Магнолия объяснила принципы управления челноком. Кое-что всё-таки работало. И, по сути, нужно было лишь очень внимательно контролировать то, что будет отображаться на главном проекционном мониторе, расположенном посередине панели.

— С этим ты точно справишься, — сказала Риса Катерине, когда Магнолия закончила вводный курс пилота челнока.

— Ну, тогда, по кораблям, — весло подхватила Катерина. — Хочу быстрее с этим закончить.

— Погоди, у меня созрел вопрос к Магнолии.

— Спроси, конечно, если хочется.

Риса сделала шаг ближе к панели, будто именно в ней пряталась живая помощница из крови и плоти, и спросил:

— Почему челнок носит такое название? Откуда оно?

Магнолия, как и положено услужливой программе, начала отвечать спустя долю секунды.

— «Экспекто патронум». Так назван челнок первым владельцем челнока. Это не просто название, а целая традиция и обладание могущественной силой, способной защитить от любой опасности, предотвратить любую неудачу, развеять любые сомнения и неуверенность. Каждый последующий владелец челнока наследовал эту силу. Главное сокровище корабля — заветная книга, хранящаяся в тайном отделении под панелью управления. Она способна объяснить принцип этой могущественной силы.

Катерина и Риса почти синхронно наклонились и заглянули под панель.

За дверцей небольшого отделения лежала потрёпанная книга с закладками. Её вытащила Катерина и принялась аккуратно перелистывать.

— Сейчас развалится прямо у тебя в руках, — усмехнулась Риса. — О чём там? — она повела подбородком. — Древние тексты?

— Книга называется «Гарри Поттер и узник Азкабана», — уточнила Магнолия. — Действительно, очень древняя книга. Эта сделана вручную и в единственном экземпляре первым хозяином челнока.

— Ладно, — не выдержала Риса, — все эти завороты разума, конечно, прикольные, но работу тоже нужно выполнить. Я на манипулятор.

Катерина только сейчас почувствовала, как её сознание плавно вынырнуло из какого-то параллельного мира.

— Да, конечно, — ответила она, — за работу.

Риса покинула челнок быстрым шагом, оставив Катерину в запылённой рубке с разваливающейся книгой в руках.

— Извините за грязь на челноке, — донёсся до Катерины голос Магнолии. — Я не в состоянии отслеживать порядок на борту челнока. Тем более, что последние двадцать восемь лет…

— Да, понятно, не объясняй, — перебила Катерина. — Работа есть работа.

Она опустилась в кресло, перекинув через пояс и грудь единственный страховочный ремень. Видимо, для космонавтов прошлого такой страховки было достаточно.

Через несколько минут в шлемофоне Катерины раздался голос Рисы:

— Готова к сопровождению. Вы готовы?

— Мы готовы? — переспросила Катерина у Магнолии.

— Готовы, — ответила та.

— Я услышала, — подтвердила Риса. — Полетели.

— Следую за челноком-манипулятором, — подтвердила Магнолия.

Из транспортника выпорхнули и устремились к Пандаре, со стороны, скорее всего, напоминая торопящуюся куда-то птицу и еле поспевающего за ней птенца.

— Как ты там? — спросила Риса по радиосвязи Катерину. — Не слишком скучно?

— Нормально, — ответила Катерина. — Летим. Я прямо за тобой.

— Вижу тебя.

Катерина опустила взгляд на колени, на которых лежали её руки с книгой. Она развернула её ровно в том месте, где оказалась длинная деревянная палочка чёрного цвета с изображение серебряной молнии.

Неожиданно раздался взволнованный голос Рисы:

— А это ещё что такое? Ты видишь это?

Катерина посмотрела в обзорный широкий иллюминатор прямо по курсу и увидела череду объектов, тянущихся откуда-то издалека, слева от их маршрута. Они явно летели в том же направлении, только параллельным курсом.

— На астероиды не похожи, — сказала Катерина, давая понять, что тоже увидела объекты.

— Мне пришла информация с Пандары, — быстро заговорила Риса. — Это караван транспортных капсул с каким-то редким минералом. Его добывают на другой планете системы Вуззы и доставляют для переработки на Пандару.

— Риска столкновения нет? — решила уточнить Катерина.

— Минимальный. Но эти чудики из центра координации орбитального пилотирования заявляют, что мы, мол, сами виноваты. Они ждали окончания наших работ намного раньше, до прибытия каравана, поэтому и не стали заранее информировать. Мы, по их мнению, где-то замешкались. Теперь просят быть, по возможности, как можно внимательными.

— Ну, им же не объяснить, что нам древний челнок разбудить надо было, — с улыбкой сказала Катерина.

— Вот именно. Да, ты там не переживай, всё под контролем.

— Не буду. Обещаю.

Катерина взяла в руку палочку, повертела её в руке. Перевела взгляд на страницу и прочитала: «Экспекто патронум! — завопил он. — Экспекто патронум! Экспекто патронум!».

Читая дальше, Катерина поняла, что обозначает это таинственное словосочетание. Гарри Поттер, герой книги, пытается вызвать Патронуса. Заклинание, которое защищает от каких-то дементоров. Видимо, очень злобных созданий. Для этого нужно сосредоточиться на самом счастливом воспоминании и произнести слова заклинания: «Экспекто патронум!». После этого должен появится Патронус — защитник. Выглядеть он может по-разному, в зависимости от духовных привязанностей произносящего заклинание.

«А почему бы и нет», — подумала Катерина. Она взмахнула палочкой и громко произнесла:

— Экспекто патронум! Экспекто патронум! Экспекто патронум! — и после этого снова громко рассмеялась.

— Развлекаешься, я слышу? — спросила Риса.

— Пытаюсь вызвать защитника, — ответила Катерина.

— От кого?

— Не знаю. От всего сразу. — И снова засмеялась.

Яркая вспышка озарила рубку челнока. Затем ещё одна, и ещё. Мир за пределами центрального иллюминатора словно запульсировал светом, доносящимся откуда-то со стороны.

Вместе со вспышками до Катерины доносился голос Рисы, которая не переставая и громко, сыпала отборными ругательствами, некоторые из них Катерина никогда ещё не слышала.

Всё прекратилось так же неожиданно, как и началось. Перед глазами Катерины прыгали яркие всполохи, похожие на солнечных зайчиков. Зайчики блёкли, блёкли, и, наконец, Катерина могла различить картину происходящего за стеклом иллюминатора. Слева от них, там где когда-то тянулся караван транспортных капсул, теперь красовался чёрный шлейф, похожий на вытянувшуюся туманность тёмной материи. И в туже секунду Катерина смогла заметить пронёсшуюся огромную тень какого-то создания, очень похожего на дракона. Если бы не еле заметное серебристое сияние, заметить его было бы, наверняка, невозможно.

«Дракон! В космосе? Бред!» — тут же подумала Катерина.

— … весь караван, — кричала Риса. — Придурки. Могли хотя бы предупредить. Это взрывоопасный минерал, представляешь. Он настолько нестабилен, что может рвануть даже от сильного магнитного возмущения на Вуззе. Нам как раз повезло! Катерина, ты там жива? Почему молчишь?

— Жива я, жива, всё в порядке.

— Слава богам чёрной дыры, — произнесла Риса свою коронную фразу. — Челнок в порядке?

— Летим за тобой.

— Ну я устроим этим засранцам…

Пока долетели до площадки на Пандаре, Риса успела успокоиться. Никого к тому времени она убивать уже не собиралась. Но и выходить из манипулятора к подбежавшим представителям центра координации орбитального пилотирования, спешившим принести извинения за непредвиденную случайность, она не пожелала.

Перед тем, как покинуть челнок, Катерина положила книгу на прежнее место под панель и сказала:

— Магнолия, скажи, в космосе был дракон?

Магнолия молчала. Неужели из-за воздействия взрывов она окончательно вышла из строя?

— Магнолия, ты видела рядом с челноком дракона?

— Это был твой дракон, — наконец отозвалась помощница.

— Мой дракон?

— Да, твой и твоей подруги. Я теперь точно знаю, что у вас один дракон на двоих. Черный.

Катерина немного помолчала.

— Вот как, — заговорила она снова. — Значит он нас спас?

— Верно. Чёрный дракон — ваш Патронус. Он ожил от заклинания магической силы.

— Ясно. Спасибо тебе, Магнолия.

— Не благодари меня, — спокойно ответила помощница. — Благодари ту силу, которую ты носишь внутри себя. Прощай.

Катерина вышла из челнока, прошла через толпу извиняющихся людей, которые не переставая кланялись и скороговоркой объясняли, что они совсем ни при чём. Она их почти не слышала.

Зайдя в манипулятор, Катерина села в своё кресло, защёлкнула карабины и повернула голову к Рисе.

— Работа закончена, можно лететь.

— Рада, что ты в порядке, — улыбнулась в ответ Риса и подняла манипулятор над площадкой.

Когда уже отлетели от Пандары, Катерина всё же решилась спросить:

— Риса. Знаешь. Нас спас наш чёрный дракон.

Риса молчала. И Катерина ужасно перепугалась, что подруга сейчас посмотрит на неё с ухмылкой и скажет, что она, видать, совсем свихнулась после происшествия.

Риса действительно повернула лицо, но не улыбалась. Она тихо сказала:

— Я видела его. Он закрыл нас своими крыльями. Иначе мы бы сгорели. Нам помогло какое-то чудо. Какое-то волшебство. Мне трудно в это поверить.

— Магнолия сказала, что нас спасла сила, которая есть внутри нас с тобой. Один чёрный дракон на двоих. Твой и мой.

Риса снова посмотрела на Катерину немигающий взглядом.

— Вот в это я поверить могу, — сказала она. — И ещё, знаешь, во что?

— Во что, подруга? — улыбка начала несмело проявляться на губах Катерины.

— Когда вернёмся на Землю, то закатим улётную вечеринку. Прямо на берегу океана.

— А нашего чёрного дракона пригласим?

— Обязательно. Без него теперь никак!

Катерина и Риса так громко засмеялись, что у обеих из глаз потекли слёзы неудержимой, шальной радости. Напряжение, вызванное всплеском уровня адреналина в крови, всё-таки нашло выход.

Когда безудержный смех смолк, и начало возвращаться внутреннее равновесие, Риса краем глаза заметила чёрный предмет, кончик которого торчал из технического кармана скафандра Катерины. Решила сразу не спрашивать. Потом, когда сядут на железный пол ангара Сизифа.

«Прихватила какую-то спицу с номера «15». Зачем она ей?».