Безопасный счет

— Елена Петровна, вы с нами? Говорите, пожалуйста! Елена Петровна?

Чувствуя, как подкашиваются ноги, Елена обмякла в кресле. Сердце колотилось, а грудь что-то сдавило, и каждый вдох давался с болью. На коленях лежал телефон, из которого доносился глубокий уверенный голос полковника ФСБ Семенова Игоря Ивановича:

— Елена Петровна, ответьте мне. Что у вас случилось? Елена Петровна, вы меня слышите?

Елена дрожащей рукой поднесла телефон ко рту.

– Да, да, я слышу вас, – пролепетала она.

– Это хорошо, – удовлетворенно ответил полковник. – Я понимаю, вы нервничаете, это нормально в вашей ситуации. Выпейте успокоительного, придите в себя. Только звонок не сбрасывайте. Я повишу на трубке, подожду, когда вы будете готовы продолжить наш диалог. Хорошо?

Пожилая женщина кивнула, забыв, что собеседник ее не видит, и на негнущихся ногах побрела на кухню. Телефон она нервно сжимала в руке. Как такое могло с ней приключиться? Почему именно она оказалась замешана в мошенническую схему, которую «крышуют» на самом высоком уровне? Преступная группировка, имеющая людей в руководстве Омега-банка, хочет украсть ее сбережения. ФСБ уже давно ведет разработку этой банды, пострадало множество людей, но именно ей, простой одинокой пенсионерке, выпала почетная, но и страшная роль – стать «наживкой», на которую поймают бандитов. Участницей специальной операции.

Елена налила в стакан воды, накапала корвалол и мелкими, быстрыми глотками выпила. Стало немного теплее, и сердце постепенно успокоилось. Она справится. Здоровье ее подводит, но духом она всегда была сильна. Она решительно поднесла телефон к лицу и твердо сказала:

– Я здесь.

– Все в порядке? – уточнил полковник. – Вы успокоились и готовы меня выслушать и все запомнить?

– Да.

Елена чувствовала, что готова ко всему.

– Очень хорошо, тогда начну с главного, – удовлетворенно произнес Игорь Иванович. В его говоре слышался легкий южный акцент, и Елена подумала, что он, возможно, ее земляк с Ростовской области, но быстро отбросила эти мысли. Не о том сейчас нужно думать. – Операция имеет гриф «совершенно секретно». Категорически запрещено сообщать о ней посторонним лицам, включая близких родственников. Мы рекомендуем ограничить контакты с родными на время проведения операции. Это необходимо для их же безопасности. Разглашение сведений, имеющих гриф секретности, карается лишением свободы сроком до шести лет. При этом ваши близкие будут привлечены как соучастники. Сейчас мой секретарь пришлет вам подписку о неразглашении. Ее необходимо распечатать, внести данные, подписать и отправить обратно. Вам есть, где распечатать подписку, Елена Петровна?

– На почте можно, – слабым голосом ответила пожилая женщина.

Господи, да что же это такое?! Еще и дети могут пострадать. Только не это! Она на все готова, выдержит любые испытания, только бы не впутывать дочку с мужем. Катенька ждет малыша, не дай бог что! Елена похолодела от мысли, что с дочкой и ее малышом может что-то случиться. До шести лет?! Старший внук в первый класс пошел, что с ним будет? Сердце опять предательски забилась, а ноги стали ватными. Хорошо, что корвалол остался рядом. Елена дрожащей рукой влила обжигающую жидкость прямо в рот.

***

Катя громко чертыхнулась. У матери опять было занято. И на сообщения не отвечает. Опять оставила телефон дома и ушла куда-то? Или нашла себе подругу и болтает с ней часами напролет? А ей теперь переживай. Матери семьдесят, она еще довольно бодрая старушка, только вот сердце... Но ехать не меньше часа, и Катя, написав очередное «Мам, ответь!» вернулась к своим делам.

***

Подписка о неразглашении была только началом. Дальше последовало множество заданий от следственных органов, которые Елена послушно исполняла. Сначала она отправила все сбережения на безопасный счет ФСБ, затем оформила по указке Игоря Ивановича потребительский кредит в том самом Омега-банке. Сотрудница банка долго допытывала ее:

– Вы точно на личные нужды берете кредит? Вам никто не звонил типа из органов? Сейчас очень много мошенников, нельзя переводить им деньги!

Но Игорь Иванович предупредил, что сотрудница банка сама входит в преступную банду, и ни в коем случае не должна знать о секретной операции. Иначе мошенники соскочат с крючка, и вся операция пойдет насмарку. Елена держалась хорошо, и кредит удалось получить. Эти деньги так же ушли на безопасный счет ФСБ. Елена очень надеялась, что выполнила свой долг гражданина, и теперь будет свободна.

Но тут возникла новая напасть. Игорь Иванович сообщил, что необходимо продать ее единственную квартиру в Коньково, чтобы спасти жилплощадь от мошенников в госорганах, которые хотят «переписать» ее на себя.

– Сделка будет фиктивной, под надзором ФСБ. Но об этом никто не должен знать, – объяснял полковник. – Вы меня слышите, Елена Петровна?

– Да, да, – тихо отозвалась Елена. Господи, что же творится! Еще и квартиру хотят украсть...

– Сейчас мой секретарь пришлет вам название и телефон агентства недвижимости, в которое вам надо обратиться. Только напоминаю, операция секретная, и в агентстве ничего не должны знать. Вы должны побыть актрисой, Елена Петровна, но я уверен, что вы справитесь. Надо сыграть роль обычного продавца квартиры. Давайте придумаем вам легенду. У вас есть родственники в другом городе?

– В Саратове сестра... была... – Елена мелко всхлипнула, вспомнив о недавней смерти единственной сестры.

– Ваша сестра скончалась? – уточнил полковник.

Елена, стараясь унять подступившие слезы, подтвердила.

– Но покупатель ведь этого не знает, – рассуждал Игорь Иванович. – А вам будет проще рассказывать легенду, опираясь на реально существовавшую сестру, а не на вымышленного человека. Давайте так. Вы одинокая пенсионерка, вам скучно, решили продать квартиру и переехать к сестре в Саратов. Красивый город на Волге, почему бы и нет? Вы купите там квартиру, и еще останутся деньги на безбедную жизнь.

Елена на секунду и правда поверила, что переедет к любимой сестре в город на Волге, даже представила, как они гуляют вместе по набережной и болтают обо всем. Но тут же вернулась в жуткую реальность. Сестры больше нет, а она - участница страшной и опасной спецоперации ФСБ.

– Вы все запомнили? – спросил голос в трубке. – Я сейчас отключусь ненадолго, чтобы вы позвонили в агентство. Расскажите им легенду и дальше делайте все, что они говорят: берите все справки, показывайте людям квартиру. Я позвоню вам через десять минут, проверю, как идут дела.

***

Катя в сотый раз набрала номер, и на этот раз мать неожиданно ответила.

– Мама, что у тебя там происходит? До тебя дозвониться невозможно!

– Все хорошо, Катя, – напряженно ответила мама. – Как у тебя дела? Как самочувствие?

– Да все нормально, а что у тебя такой голос странный? С кем ты там разговаривала так долго?

– Да так, – Елена запнулась. Подходящий ответ на этот вопрос Игорь Иванович ей не подсказал, надо срочно что-то придумать. – Из банка звонили, насчет новой карты.

– Из какого еще банка? – насторожилась дочь. – Мам, а это не мошенники? Служба безопасности Сбербанка или как они сейчас называются? Ты никому никаких кодов из СМС не говорила?

– Все нормально, дочь, – твердо сказала Елена. – Мать у тебя не дура, на всякую чушь не ведется. Советское высшее образование как никак.

***

Покупатель нашелся буквально через неделю, а еще через неделю назначили сделку. Игорь Иванович звонил каждый день, давал советы: какую цену поставить, сколько уступить, как аргументировать нестандартные условия: выписка из квартиры после сделки и оплата наличными через банковскую ячейку.

– Раньше все сделки так и проводились, – сетовал он. – А сейчас практика изменилась. Но вы, Елена Петровна, скажите, что вы пожилой человек и привыкли всё делать по старинке. Безналу не доверяете, ячейка надежнее. К тому же вы им скидку хорошую сделали, пусть уж пойдут навстречу.

– А меня не выселят из квартиры? – робко интересовалась Елена. – Там покупательница беременная, они ипотеку берут, квартиру снимают...

– Не беспокойтесь об этом! – резко оборвал ее полковник. – Сделка полностью под контролем ФСБ. Деньги покупателям вернут, убытки возместят. Квартира вернется в вашу собственность после проведения необходимых следственно-розыскных действий. Вы что же, Елена Петровна, не доверяете службе безопасности вашей страны?

– Доверяю, – слабым голосом подтвердила Елена. – Как можно не доверять?

***

Лёля нервно отшвырнула окурок на асфальт. Она уже почти приняла решение, но сделать тот самый шаг было тяжело. «Говно, ну полное говно», повторяла она про себя. Деньги нужны позарез. Мефедроновая «мука», на которую она перешла в этом году, стоила недорого, но имела одну ублюдскую особенность: ни на одном месте не удавалось проработать больше пары месяцев. Самой Лёле было надо немного. Под мефедроном она могла не жрать по три дня, а если и пробивало на хавчик, хватало самой дешманской лапши или бутеров. Сиги стреляла где придется, алкашкой ребята угощали. Но мать каждый день угрожала, что откажется растить Лёшика, если Лёля не пришлет денег. А взять сына в чужую, замызганную хату, где кроме Лёли, обитало еще несколько наркошей, было невозможно.

От бессилия Лёля заорала и грязно выругалась. Проходящая мимо женщина недоуменно уставилась на нее. Лёля показала ей средний палец и ушла поглубже в подворотню. Села на заплеванный бордюр и набрала номер.

– О, Лёленька, рад слышать! Как твои делишечки? – ехидно поинтересовался Макс.

– Я насчет работы. Еще актуально?

– Ты прям как чувствовала, вовремя набрала. Наклевывается один заказ. Курьер слетел, хотел уже сам поехать.

– Давай еще раз по пунктам, что надо делать?

– Едешь на адрес, забираешь пакет, везешь до банкомата, кладешь на крипто-кошелек. Всё! Проще не бывает. И полтос твой.

– Много там денег?

– А тебе какое дело? Сколько будет, столько будет. Отложишь сумму, которую я тебе скажу, остальное на "безопасный счет"! – он противно заржал своей тупой шутке.

Лёля сплюнула.

– И через сколько дней меня полиция загребет?

– Не загребет, – уверенно соврал Макс. – Твоя безопасность в моих интересах, Лёлечка. Первое - банкомат без камеры. Заклеим заранее. Второе - никто тебя не знает, и притон ваш не найдут. Ты же не по месту прописки живешь, правильно? Ну и оденься там неприметно как-нибудь. Но лицо не прячь, чтобы подозрения у бабки не вызвать.

– У какой бабки? – насторожилась Лёля.

– Ну, у клиентки, – поморщился Макс. Лишние подробности ей сейчас знать ни к чему.

– Ясно, – мрачно буркнула Лёля. – Опять какую-то старуху на хату развели, да?

– Да вернут ей хату, не волнуйся. У нас же самый гуманный суд в мире, ха-ха! Это у лохов, типа нас с тобой, никогда в жизни не будет своей квартиры, а бабки в Москве по пять квартир имеют, на халяву от государства полученных. Я вот у одной такой снимаю, каждый месяц столько бабла отваливаю! А она не делает нихера, только за баблом приходит.

– Мудак ты, – беззлобно сообщила Лёля. Деятельность Макса и его хозяев вызывала в ней не столько осуждение, сколько отвращение, как поедание склизких дождевых червей. И сейчас такого червя надо было сожрать самой Лёле. Просто чтобы выжить.

– Не хочешь, не надо, – изобразил обиду Макс. – Думаешь, мало желающих такие бабки срубить? За одну несчастную ходку.

Желающих и правда становилось всё меньше. Полиция закрывала каждого второго курьера. Сам Макс только на первые пару заказов съездил сам, а потом сообразил, что благоразумнее искать «смертников» и делиться частью выручки. Полтинник Лёле, сотка ему. Вполне справедливый раздел.

– Не хочу, – сказала Лёля. – Но придется.

***

Ночь перед сделкой Елена не спала. Корвалол закончился, настойка пустырника не помогала. Игорь Иванович весь день не отпускал ее, часами висел на телефоне, снабжая всевозможными инструкциями и повторяя одни и те же успокоительные слова.

– Остался последний рывок, Елена Петровна, – мягко увещевал он. – Завершим операцию, и вы будете свободны, а мошенники - за решеткой. Но самое главное - спасете ваши деньги и вашу квартиру. На безопасном счету ваши сбережения в безопасности, преступники до них не доберутся.

Эти слова действительно утешали. Глубокий низкий голос действовал как гипноз. Елена чувствовала себя спокойно и лишь желала побыстрее довести дело до конца. Но ночью она осталась одна. Полковник пожелал ей хорошо выспаться и отсоединился. И именно сейчас, в гулком одиночестве, без привычного убаюкивающего голоса в трубке, тревожные мысли и саднящий страх вновь овладели пожилой женщиной. Ни о каком спокойном сне нечего было и мечтать. Ей даже захотелось вновь позвонить Игорю Ивановичу и попросить поговорить с ней еще немного, но было слишком поздно, и Елене стало неловко беспокоить этого доброго и заботливого человека, который и так потратил на нее столько времени. Господи, скорей бы пришел завтрашний день.

***

Сделка прошла без сучка, без задоринки. Игорь Иванович всё время был на связи, писал сообщения, интересовался каждой мелочью. Её риэлтор даже спросил один раз с подозрением, с кем это она все время общается? Не с мошенниками ли? Но Елена не растерялась и ответила, что это та самая сестра в Саратове, к которой она планирует переехать. И даже сочинила целую историю про квартиру с видом на Волгу, которую якобы присмотрела для покупки. Так подробно описала, что уже мысленно сама в эту квартиру переехала. И покойная сестра вновь ожила в её фантазиях...

Наконец, деньги за квартиру заложили в банковскую ячейку, а подписанный договор сдали на государственную регистрацию.

– Спасибо вам большое! – дружно сказали покупатели, совсем молодые супруги, но уже ожидающие пополнения в семью. А юная супруга добавила:

– Надеюсь, будем в вашей квартире жить счастливо.

– Конечно, будете! – добродушно подтвердил риэлтор, довольный, что сделка прошла так быстро и без особых проблем. – Первая квартира, первая ипотека... Романтика, эх!

Покупатели захихикали, Елена тоже невольно улыбнулась.

– Через пару дней пройдет регистрация, – уже серьезнее добавил риэлтор. – И мы снова встретимся в банке. Елена Петровна заберет свои деньги и передаст вам расписку об их получении. А еще через две недели освободит квартиру и отдаст ключи. Верно, Елена Петровна?

– Да, конечно, – спокойно подтвердила Елена. Жалко, конечно, этих ребят, но ведь Игорь Иванович сказал, что деньги им вернут и все убытки компенсируют. А операцию необходимо довести до конца. Осталась всего пара дней.

***

Катя заварила чай, достала абрикосовое варенье и позвала мужа на кухню составить компанию.

– Вкусное варенье, – похвалил муж. – Это мама твоя наварила? – Катя кивнула. – Как у нее дела вообще? Раньше ты с ней часами болтала, а теперь что-то не звонит.

– Да я сама удивляюсь, – задумчиво проговорила Катя. – И не звонит, и трубку не берет. А если и берет, то ничего не рассказывает. «Всё нормально» и всё.

– Катюх, это странно. Пожилая женщина, одна живет, мало ли что. Сейчас столько мошенников развелось. А квартира на нее записана?

– Ну да, – Катя озадаченно уставилась на мужа. Про квартиру она даже и не подумала.

– Это плохо, – мрачно сказал муж. – Надо с ней поговорить, чтобы на тебя переписала. А то опасно это все. Ты ей говорила, чтобы с мошенниками не разговаривала?

– Да всё я ей говорила! – взвилась Катя. – Она вообще странная стала. Звоню - не берет. Предлагаю приехать - отказывается. Раньше наоборот обижалась, что редко звоним.

– Так, знаешь что, – муж решительно поднялся. – Одевайся и поехали. Навестим твою маму.

***

Елена Петровна сидела дома и смотрела старую советскую комедию по ТВ. Сегодня полковник был в отличном настроении, поздравил с успешной сделкой, похвалил за артистизм и «неоценимую помощь следствию» и даже немного пофлиртовал с ней. Елена хоть и понимала, что это всё так, несерьезно, а всё же расплывалась в улыбке и чувствовала себя немного моложе. После разговора Елена почувствовала себя совсем хорошо. Дело было почти сделано, осталось только забрать из ячейки деньги и передать их курьеру ФСБ. Сердце больше не беспокоило, и можно было немного расслабиться и отдохнуть. И тут в дверь настойчиво позвонили.

Елена вздрогнула, и сердце опять заколотилось. Кто это? На цыпочках, не дыша, подошла к двери и глянула в глазок. Катька с мужем! Да что ж это такое. Говорила же, чтобы не приезжали! Сейчас начнутся расспросы, Елена обязательно проболтается и завалит секретную операцию! Еще и детей подведет под суд.

Завибрировал мобильник. Теперь по телефону звонят! Хорошо, что звук отключен. Елена отошла в дальнюю комнату и, собравшись с мыслями, ответила на звонок.

– Мам, открой дверь! Это мы.

– Меня дома нет, – строго ответила Елена. – И не надо приезжать без предупреждения. Я вас сама позову, когда время будет.

– А чем ты так занята? – опешила дочь. – Где ты вообще?

– В гости ушла. А что? Если я старая, то у меня и дел никаких нет? Думаешь, ты одна такая занятая?!

Елена против воли ощутила легкую волну злорадства: раньше это дочь все время ссылалась на занятость, а теперь поди ж ты! Сама рвется к матери, а мать не пускает! А вот так вот. Надо было раньше думать. У матери тоже есть, чем заняться и с кем поговорить. Игорь Иванович хоть и при исполнении, а все же заботы и внимания от него больше, чем от всей родни вместе взятой.

– Мам, мы поговорить хотим. Когда ты вернешься?

– Катя, не волнуйся обо мне, – холодно сказала Елена. – У тебя своя жизнь, у меня своя. Через пару-тройку дней приглашу вас с внуком в гости. А сегодня занята, извини.

Елена Петровна отключила звонок и тихонько подошла к двери. Прижалась к глазку - не ушли еще? Сердце все еще колотилось, а ноги опять предательски подкашивались. Только бы не узнали про её вранье. Стыдно будет! Наконец, голоса за дверью стихли. Дочь с мужем ушли.

***

Леля шла на первый заказ. Странно, но волнения не было. Как будет, так будет. Попадется - ну значит, такая судьба. Всё равно жизнь дерьмовая, чего о ней жалеть. А может, и пронесет. Тогда можно будет и матери послать, и самой спокойно жить. От места встречи с бабкой до банкомата, куда Макс велел нести деньги, минут пятнадцать пешком. Маршрут она проработала, камер там вроде мало, авось пробежит как-нибудь.

Жалко ли ей бабку, которая останется без кровных денежек? Да с чего бы! Сама виновата, что такая дура. Верит во всякий бред. Почему-то ее, Лёлю, никто никогда не жалеет. Всем насрать. Ну и ей тогда тоже на всех насрать.

Лёля зашла через арку во двор, недалеко от Омега-банка. На скамеечке сидела старуха с объемной сумкой на коленях. Лёля подошла поближе и вежливо поздоровалась.

– Оленька? – удивленно проговорила старуха.

Лёля непонимающе уставилась на нее. Мать честная! Да это же Елена Петровна, её училка в музыкалке. Охренеть, как тесен мир. В голове у Лёли вдруг заиграла дурацкая песня, которую когда-то сочинил про неё друг-гитарист.

«А когда-то давно училась Лёля в музыкалке по классу фоно»... Фортепиано, то бишь.

– Как твои дела? – допытывалась училка. – Музыкой занимаешься хоть иногда?

– Да некогда, – смущенно пробормотала Лёля.

– Ну да, конечно. У тебя теперь работа ответственная, в органах...

Лёля кивнула, ощутив отвратительный вкус во рту. Мерзкие дождевые червяки извивались, норовя заползти прямо в глотку.

– Ладно, не буду задерживать, забирай! – весело сказала Елена Петровна, протягивая пакет с деньгами, и Лёля нервно запихнула его в рюкзак. – Маме своей привет передавай. Скажи, что она молодец, дочку вырастила умницей.

– Спасибо, до свидания, – скороговоркой выпалила Лёля, развернулась и быстро ушла.

Елена улыбалась. Встреча с бывшей ученицей напомнила ей о временах, когда она была уважаемым, нужным человеком. К ней всегда была очередь из учеников, её правда ценили, а теперь... Елена вызвала такси домой.

Написал Игорь Иванович, спросил, отдала ли деньги. Елена подтвердила и спросила, каковы её дальнейшие действия? Полковник ФСБ не ответил.

До приезда машины оставалась одна минута. Елена кряхтя поднялась со скамейки, застегнула опустевшую сумку. Что-то беспокоило её, но она не понимала, что. Захотелось поговорить с дочерью, но не рано ли? Дело еще не кончено, ведь надо еще вернуть себе квартиру и деньги с безопасного счета. Но почему Игорь Иванович не отвечает? Он всегда был на связи. Наверное, занят? Ну конечно, ответственная работа. Пришло уведомление, что машина подъехала, но где она? Надо выйти со двора, сообразила Елена, и тихонько поковыляла к арке. Голова почему-то кружилась. Ведь она все сделала правильно? Выполнила все инструкции. Почему так нехорошо на душе?

Вдруг в арке показалась бегущая фигура. Елена вздрогнула. К ней подлетела запыхавшаяся Оля, схватила за локоть и, тяжело дыша, затараторила:

– Пойдемте в банк, Елена Петровна, спецоперация отменилась!

***

Елена стояла у стойки в банке и, сквозь гулкий туман в голове, слушала Лёлин звонкий голос:

– Это мошенники! Они хотела украсть ваши деньги! Вот, заберите и положите на счет!

Сотрудницы банка быстро поняли ситуацию и тоже начали увещевать Елену Петровну. Теперь страшные слова доносились с трех сторон:

– Вас обманули. Вы по-настоящему продали квартиру. Нет никакого безопасного счета!

***

Лёля шла по городу и будто впервые за долгое время видела его. Видела цветы в клумбах, разноцветные дома, облака на небе. Красивые лица людей и смешные морды трамваев. А в голове, как заведенная, вертелась забавная и несуразная песня из прошлого:

А когда-то давно

Училась Лёля в музыкалке по классу фоно,

И жизнь её была похожа на цветное кино...

...Куда всё это ушло?