Безумный Азарт: Падение Империи

Кенджи повезло родиться в семье крупного японского бизнесмена, Такаши Миядзаки. Давление родителей на мальчика было колоссальным, но он стоически выдержал каждую из свалившихся на него невзгод. В остальных аспектах жизнь юноши была спокойной, размеренной: он без особого труда закончил среднюю школу на высший балл и лёгкостью характера, ответственным отношением к делу, высоким уровнем эрудиции, умом заработал, а вернее сказать, заслужил всеобщее признание и славу. Друзей у парня, разумеется, было хоть отбавляй — не убавится. Резюмируя вышесказанное, человек рос достойный. Высоко оценив его способности, отец оформил перевод сына в частную академию Хяккао — школу для детей влиятельных семей — и наказал ему стать лучшим и там. Кенджи искал любую возможность порадовать семью, поэтому с радостью согласился.

Мистер Миядзаки не посвятил сына в суть данного учебного заведения, ведь ученики там оцениваются отнюдь не по успехам в учёбе или спорте... А стоило хотя бы намекнуть о трудностях, с которыми Кенджи предстоит столкнуться.

Снабдив его всем необходимым, а именно десятью миллионами иен и роскошной квартирой, неподалеку от академии, с заранее нанятым персоналом для обслуживания, мистер Миядзаки попрощался с сыном и продолжил вести бизнес. В отце жила небывалая уверенность в том, что Кенджи справится. Интересно, так ли будет на самом деле?

Рано утром, за день до начала учебного года, в сопровождении своего дворецкого, Хидеко Фукуды, Кенджи Миядзаки посетил частную академию Хяккао для детального ознакомления с её устройством. Не то чтобы он совсем ничего не знал про неё, напротив, ему повезло найти некоторую информацию в интернете, которая, впрочем, уже давно потеряла свою актуальность, просто Кенджи хотелось лицезреть величие академии, о котором он так наслышан от родителей, собственными глазами.

Увиденное превзошло все его мыслимые и немыслимые ожидания: во владениях академии находился обширный территориальный комплекс, ограждённый от внешнего мира высокой стеной из белого кирпича и включающий в себя преимущественно равнинную, находящуюся на западе, и небольшую лесную, находящуюся на востоке, части.

Единственный легальный способ попасть на территорию — пройти через изящные кованые ворота, украшенные различными завитками и узорами. Сразу после них взору предстаёт огромная мощёная площадь с редкими клумбами, усеянными пестрейшими цветами, необычайно красиво сочетающимися друг с другом. Вдалеке виднеются корпуса академии и другие важные постройки, но особое внимание привлекает одинокое куполообразное строение исполинских размеров, занимающее чуть ли не всю лесную часть комплекса. Несмотря на такой контраст, обычные учебные здания тоже были превосходны, мраморные шедевры современного зодчества. Рассмотреть их изнутри Кенджи, к сожалению, не пустили, но он был твёрдо уверен в том, что их интерьер тоже на высочайшем уровне.

Сполна удовлетворённый визитом, Кенджи со спокойной душой вернулся домой и всё оставшееся время провёл за книгами, лишь изредка прерываясь на естественные нужды и небольшие диалоги с прислугой. Перерывы длились достаточно долго, но не потому, что подросток хотел растянуть короткие минутки отдыха, а потому, что он размышлял о предстоящем дне, и эти размышления поглощали его разум. Всякий раз, когда в голове парня возникали приятные сюжеты, он забывался и буквально пищал от восторга, настолько ему нравились даже мысли об успехе. Тем не менее рано или поздно Кенджи замечал, что слишком много витает в облаках, поэтому быстро приходил в себя и продолжал читать. У него была большая библиотека с литературой почти всех жанров, так как погружаться в захватывающие и не отпускающие до самого конца истории было его любимым занятием.

Вот-вот было утро, но внезапно настал день, его тут же сменил вечер, плавно перетёкший в ночь... Время пролетело незаметно. Даже в постели Кенджи никак не мог отвлечься от навязчивых мыслей об академии, но, кое-как собравшись, он сумел сфокусироваться на до жути скучных вещах и заснул.

Конечно же, новоиспечённый ученик заблаговременно проснулся и спешно начал готовиться к первому учебному дню. Зачем он спешил — непонятно, ведь времени было предостаточно, но Кенджи даже не обращал внимание на циферблат часов, лишь метался из стороны в сторону, стараясь сделать рутину максимально быстро.

Итак, Кенджи закончил подготовку. Его школьная форма, состоящая из белоснежной рубашки, багрового пиджака с манжетами, воротником, бортами, листочками боковых и нагрудного слева карманов смоляного цвета и золотыми пуговицами; чёрного галстука, тёмных брюк в клетку и коричневых лоферов была безукоризненна, а сумка-портфель от известного производителя подчёркивала индивидуальность, но не сильно выделялась — истинная роскошь не пытается заявить о себе. В общем, внешний вид вызывал лишь восхищение и восторг.

Кенджи Миядзаки отправился в академию пешком, чем знатно удивил своего личного водителя, впрочем, он даже не посмел возразить, пошёл вместе с ним в качестве сопровождающего, хоть и был очень обеспокоен внезапным решением, дошло до того, что Кенджи пришлось пообещать не рассказывать о внеплановой прогулке отцу. Этот водитель — Хидео Кодзима, один из самых верных людей семьи Миядзаки, служивший ей верой и правдой многие годы. Несмотря на свою незначительную профессию, он был образован, хитёр, богат и в какой-то степени гениален, но направить свои способности в верное русло не решался из-за страха потерять всё, что имеет. К своему новому назначению Хидео относится с энтузиазмом, рассматривая его как солидную возможность укрепить и без того стойкую веру семьи в него.

До академии они дошли за пятнадцать минут. Откланявшись, Кодзима начал возвращаться за машиной, чтобы позднее забрать парня, а сам Кенджи прошёл через широко распахнутые ворота и направился в академию. По пути ему встретилась целая армада учеников: кто-то уже сбился в небольшие группы, что-то бурно и жизнерадостно обсуждающие; кто-то ещё не нашел себе компанию и шёл в гордом одиночестве, изредка оглядываясь по сторонам. Кенджи со своей душой нараспашку с лёгкостью прибился к небольшой кучке таких же, как и он сам, и вместе на своём корабле дружелюбия ребята доплыли до актового зала, интерьер которого был абсолютно типичным, за исключением обширного балкона. Удобные кожаные кресла, чуть ли не сверкающий из-за чистоты пол, резные колонны для поддержания балкона, изумительная сцена с бежевыми матовыми кулисами, трибуной с микрофоном в самом центре — всё в этом зале было сделано из дорогих материалов наивысшего качества.

Как оказалось, студенческий совет захотел сделать небольшое обращение перед началом занятий. Всё проходило не особо примечательно: обычные поздравления с началом учебного года, искренние наставления от старших для полной самоотдачи в учёбе, различные награждения за внеурочную и не только деятельность... Из общего заурядного настроения выбивалась лишь Кирари Момобами, 105-й президент студенческого совета — девушка невысокого роста с белоснежной кожей, не менее светлыми волосами, заплетёнными в два узловатых кольца с вплетёнными в них чёрными лентами; рваной чёлкой чуть ниже бровей, удлинённой по бокам; подкрашенными голубой помадой губами и большими глазами такого же цвета. Её экстраординарная внешность приковывала внимание скучающей публики, но Кенджи не обращал внимание ни на что, кроме её манящего, надменного и пожирающего взгляда...

После мероприятия ученики поспешили на выход и разбрелись по корпусам. Кенджи заранее был определён в класс Ханы, однако никто не сообщил, где он находится... Кенджи чуть не потерялся, благо ему повезло встретить одноклассника, который с радостью помог добраться до класса, — Рюу Хараду, высокого парня с короткими рыжими волосами с выбритой полосой на виске; слабой небритостью на лице, карими глазами и щегольскими туфлями коричневого цвета. Как только они дошли до места назначения, Рюу зашагал куда-то в сторону, а потом и вовсе скрылся за углом, будто уроки его совсем не заботят, однако Кенджи это мало волновало, он никак не мог перевести дух и войти внутрь. Что-то необъяснимое, подобное невидимому барьеру, поглощающему последние капли решимости, мерещилось прямо перед дверью, и обойти это нечто было сложнейшей задачей. Собрав волю в кулак, Кенджи медленно подошёл к двери и постучал три непродолжительных раза.

— Войдите! — послышался немолодой женский голос из класса. Кенджи нерешительно открыл дверь и аккуратно перешагнул через порог, проскочил к преподавательскому столу, шёпотом представился и объяснился.

— Вот как! Мы как раз тебя и ожидаем. Представься перед всеми, пожалуйста, — преподавательница толкнула Кенджи на амбразуру. Он и так на иголках, так как его судьба вершится прямо сейчас, так ему ещё нужно не упасть в грязь лицом и адекватно назваться перед будущими друзьями! Но он не растерялся:

— Привет! Меня зовут Кенджи Миядзаки! Позаботьтесь обо мне! — как легко и беззаботно начал Кенджи, так легко и беззаботно и закончил. Слегка шаблонно, но кого это волнует? В такой ситуации подойдёт что угодно!

Первый день в академии начался...

Кенджи занял свободную парту около окна с видом на кампус и начал готовиться к уроку, одновременно с этим рассматривая помещение и оценивая обстановку. Не приметив совсем ничего любопытного, он включился в учебный процесс.

Учёба давалась парню легко, с его завидной памятью ему не приходилось подолгу заучивать нудные текста, термины, формулы, он всё схватывал на лету и надолго запоминал. Искусно оперируя накопленными знаниями, Кенджи совсем без усилий отвечал на вопросы и безошибочно решал задачи, упражнения.

В перерывах между занятиями он знакомился со своими одноклассниками. Класс был разнохарактерный: неприметные тихони, охотно ограничивающие себя в общении; озорные весельчаки, чуть ли не одержимые придумыванием шуток и розыгрышей; обычные приветливые ребята, с радостью познакомившиеся с новым учеником; высокомерные нагловатые гадюки, не посчитавшие нужным даже обратить внимание на новенького, — контраст получился ярким. Для будущих планов Кенджи приметил пару выделявшихся из серой массы человек: уже повстречавшегося Рюу Хараду, Мэри Саотоме, Сузуму Мурату и Акиру Миуру.

С каждым ему хотелось познакомиться поближе, но первым делом было решено попытаться побрататься с Харадой. То ли из-за необычной внешности, то ли из-за решительной беспечности он магическим образом располагал Кенджи к себе. Их первое свидание не продлилось долго, но даже такого мимолётного момента хватило, чтобы произвести неизгладимое впечатление, оставить щекотливую шероховатость на сознании... Поистине занимательная личность, достойная пристального внимания.

Преподаватель известил учеников о конце занятий, и ребята начали потихоньку собирать свои учебные принадлежности, договариваться с друзьями о совместных прогулках, обсуждать прошедший день, в общем, каждый был занят своим делом. Кенджи же это мало волновало: он начал всех расспрашивать про Хараду. По словам одноклассников, Рюу — безнадёжный лентяй, почти всё своё время проводящий в читальном зале № 2 и имеющий тенденцию на занятиях не появляться вовсе. Накапливать долги и закрывать их в последние дни перед экзаменами — его кредо. Тем не менее это не оттолкнуло Кенджи, а лишь усилило интерес: нужно быть невероятно способным и усидчивым, чтобы за настолько короткий срок закончить множество тем по разным предметам.

Преисполненный надеждами на успешное знакомство, Кенджи отправился в читальный зал № 2, предварительно узнав, где он находится у преподавателя. Это была просторная библиотека с двумя арочными окнами во всю стену напротив входа; шикарным столом для руководителя между ними, большим прямоугольным столом посередине комнаты со стульями вокруг него; огромными стеллажами возле боковых стен, забитыми под завязку книгами; со стремянкой около двери. За главным столом перебирала документы девушка в очках, а вокруг прямоугольного Харада и какой-то мускулистый рослый парень играли в карты. Кроме девушки никто не обратил внимание на Кенджи, она второпях собрала папки и бумаги в стопку, аккуратно положила их в ящик стола и подбежала с расспросами:

— Приветствую! Меня зовут Курихара Айамэ. Вы сыграть? Вступить в клуб? Одолжить книгу? Потерялись? Ищете кого-то? — наступала она, приближаясь к Кенджи, не думая останавливаться.

— Э... Последнее, — растерявшись от такого натиска, вполголоса проговорил Кенджи, рассматривая, как ему показалось, ответственного за зал — высокую, стройную, грациозную брюнетку с каскадным каре, треугольной формой лица, стрельчатыми широкими бровями, длинными ресницами, голубыми большими глазами, прямым носом среднего размера, тёмно-вишнёвыми тонкими губами и худенькой шеей. Помимо стандартной формы, отличающейся от мужской наличием юбки вместо брюк, на девушке были надеты монки угольного цвета и чёрные колготки.

— Понятно. Кого именно? — интересовалась Курихара, остановившись буквально в полуметре от Кенджи, скрестив руки перед собой. Тем временем игра Харады подходила к кульминации, и, судя по его спокойной реакции, он был в превалирующей позиции.

— Уже нашёл. Я пришёл к Хараде, — слегка попятился Кенджи назад и опёрся на стену, едва не задев стремянку.

— Он пока что занят, можешь почит... — спокойно предлагала Курихара, как вдруг раздался оглушительный крик:

— ДА ЭТО НЕВОЗМОЖНО! — осатанел качок. Он резко вскочил из-за стола и намеревался смахнуть колоду карт в сторону, но резко остановился.

— Ты сам принёс колоду, сам предложил игру, сам раздал карты — в чём проблема? — не мог понять причины ярости Харада, любезно собирая карты.

— ДА Я... — что-то хотел сказать качок, но передумал. Он кинул пачку денег на стол, вырвал карты прямо у Харады из рук, положил их в левый карман брюк и, словно идя напролом, вышел из зала.

— Нервный какой, хе-хе... — выдохнул Харада и раскрепощённо раскинулся на стуле. Кенджи с позволения Курихары присел напротив него, сама она вернулась к работе. Обменявшись любезностями, парни перешли к делу:

— Хотел со мной встретиться? Зачем? — начал Харада, достав из кармана колоду пластиковых карт. Он мастерски тасовал их, безупречно исполнял различные трюки и снова собирал, и так по кругу.

— Не проведёшь мне экскурсию? Не знаю почему, но изучить корпуса я хочу именно с тобой, — облокотившись на стол, искренне попросил Кенджи. Харада слегка удивился такому заявлению, но не подал виду.

— Ко мне обращались с разными просьбами, но чтобы такая... Для начала сыграем? На деньги. — Харада выдвинул колоду карт чуть ближе к центру и разложил её веером лицом вниз. Кенджи немного подумал, взвесил все за и против и согласился на предложение Харады. В самом деле, что может пойти не так? Обычная игра для развлечения...

— Вот и хорошо! — похвалил решительность Харада и раскидал карты по столу в хаотичном порядке. — Сыграем в «Железные нервы», но с немного другими правилами, согласен?

— «Железные нервы»? — недоумённо переспросил Кенджи.

— Никогда не слышал? Вот это да! А к азартным играм как относишься? — чуть оживился Харада, даже привскочил с места.

-Не играл ни разу, а отношусь нейтрально, — заметив оживлённость Харады, охотно отвечал на вопросы Кенджи.

— Ладно... Начнём со ставки в сто тысяч иен, — утвердил начало игры Харада и отсчитал сто тысяч иен из пачки денег на столе, предположительно в ней был миллион иен. Кенджи пообещал передать деньги транзакцией в случае проигрыша. Харада объяснял правила игры:

Суть стандартной игры в том, чтобы найти карты одного достоинства и собрать из них пару (2♠=2♥ и так далее). Игроки ходят поочерёдно, при этом если игрок нашёл пару, то он делает следующий ход сразу же и так до тех пор, пока не ошибётся. Менять местоположение карт нельзя. Игрок, собравший наибольшее количество пар, побеждает. Используется колода из 52 карт.

Нововведения:

1)Пары мастей одного цвета («страйки») дают два очка:

♣2♠2 = 2 очка

♥10♦10 = 2 очка.

2)Пары треф и бубен и червей и пик («нули») дают 0 очков:

♦5♣5 = 0 очков

♥8♠8 = 0 очков

♥3♣3 = 1 очко

♦6♠6 = 1 очко.

3)Игрок, два раза подряд собравший «нуль», досрочно выбывает из игры:

♦A♣A = 0 очков

♥J♠J = поражение.

4)Одну из карт при неудаче можно переместить на освободившееся место после удачной попытки, если их нет, то и перемещать нельзя.

— Всё понятно? — хотел удостовериться Харада в понятности объяснения. Курихара подбежала и что-то шепнула ему, затем вернулась на место.

— Всё запомнил, — уверенно сообщил Кенджи, внимательно рассматривая рубашки карт. Не заметив ничего подозрительного, он закончил осмотр. — Я предпочту сыграть только одну партию.

— Первая игра решит всё! Первым ходит гость! — моментально согласился Харада, и игра началась.

Кенджи решил взять одну карту слева, другую справа. Девятка червей, тройка треф.

— Мимо! — воскликнул Харада и сделал свой ход тоже. Туз червей и туз пик.

— Нуль! Не повезло! — немного расстроился он и продолжил делать ходы. Дама бубен, дама червей. Тройка пик, тройка треф. Девятка червей, девятка бубен.

— Да я сегодня в ударе! Ха! — продолжал Харада собирать «страйки» до тех пор, пока не собрал тринадцать — теперь Кенджи никак не победить. Сначала это походило на неудачную шутку, глупый розыгрыш, но Харада продолжал собирать пары, будто для него это рутинное дело. Его лицо не выражало никаких эмоций до самого конца, лишь после победы он фальшиво улыбнулся и взором зверя начал сверлить сомневающегося Кенджи. Он был в замешательстве, совсем не понимал, как такое возможно.

— Это была хорошая игра. Жду свои деньги. И да, экскурсию я тебе не проведу, — отстранённо произнёс Харада и начал вставать из-за стола, как вдруг Кенджи ударил кулаком по столу, это немного оживило мёртвую тишину.

— Ты сжульничал! — Кенджи обвинил Хараду, не имея доказательств.

— Вот как? Докажи, — легко парировал Харада.

— Кхм... — заткнулся Кенджи и начал искать зацепки, но никак не мог обнаружить даже малейшего пятнышка на рубашке карты.

— Ну? Ничего нет? Я так и думал. Увы. — Окончательно встал Харада.

— Стой! Подожди, — поднялся Кенджи, положил руки ладонями на стол и начал изучать карты, визуализируя всю партию целиком. Как Харада мог с такой лёгкостью угадывать, где находится нужная карта? На них нет никаких отметок, никто не подсказывал...

Кенджи кипел, настолько много он ещё никогда не думал. Капля пота стекала по его щеке, на висках начали проступать вены, руки невольно сжимались в кулаки — Кенджи был в тупике. Если не догадаться сейчас, то другого шанса не будет...

— Как я вижу, тебе нечего сказать. Деньг... — хотел напомнить Харада про транзакцию, но Кенджи перебил его:

— Карты были разделены на четыре группы по масти (левая верхняя — черви, правая верхняя — пики, левая нижняя — бубны, правая нижняя — трефы), при этом значение карт верхней левой группы увеличивалось сверху вниз, а верхней правой снизу вверх, нижние зеркально верхним. Я не могу понять лишь одно: как ты сумел так распределить карты? Есть только одна догадка: когда ты разложил карты веером, они лежали по порядку, поэтому их можно было с легкостью расположить как душе угодно, другого объяснения я не вижу, — пошёл ва-банк Кенджи. Одного он точно не знал: зачем так заморачиваться ради ста тысяч иен?! Это же полное безумие! «Этому нет рационального объяснения!» — наивно полагал он.

— Хм, любопытно... — призадумался Харада. Несомненно, он был в восторге от услышанного. — Хорошо! Я проведу тебе экскурсию, Кенджи Миядзаки! — внезапно передумал он и лучезарно улыбнулся. Курихара к такому повороту явно была не готова: её неописуемые жесты и мимика одновременно выражали недовольство и удивление, но Харада не обратил особого внимания и побежал к выходу, позвав Кенджи с собой, он не сразу понял, в чём дело, но в стороне не остался. Курихара сделала вид, что побежала за ними, но остановилась на полпути. «Вот же идиоты...» — читалось в выражении её лица.

— Побег из читального зала — захватывающая авантюра, а? — полюбопытствовал Харада, уходя от воображаемой погони.

— Да! — с полным радости лицом согласился Кенджи. Убегая куда-то вдаль по коридору, ребята по-детски наслаждались моментом. Ха. И вправду идиоты.