Он есть — не как присутствие, а как процесс, который уже происходит и не может быть остановлен, потому что не имеет точки начала.
Там, где возникает связность, она не разрушается сразу.
Она удерживается достаточно долго, чтобы почти совпасть с собой — и остаётся в этом состоянии, пока отклонение не становится неизбежным.
Форма складывается — и остаётся незавершённой.
Линия продолжается — но не приводит к следующей точке, а уходит в сторону, сохраняя видимость движения и лишая его результата.
Он не вмешивается.
Он удерживает всё в состоянии, где совпадение не может произойти.
Там, где части должны соединиться, они удерживаются рядом — но не совпадают.
Связь возникает, но не закрепляется.
Она существует достаточно, чтобы быть ощутимой, и недостаточно, чтобы стать устойчивой.
Ничего не обрывается.
Но ничто не фиксируется.
Материя сохраняется.
Она проходит через состояние почти-собранности — и в этот момент смещение становится окончательным, не как разрушение, а как отмена завершения.
После него форма уже не может совпасть с тем, чем она должна была быть.
Он не создаёт хаос.
Хаос — это следствие того, что совпадение стало невозможным.
Его действие точнее.
Он делает так, что ни одна форма не может остаться в собственной границе.
Контур намечается — и уходит.
Граница возникает — и не удерживает.
Каждая часть занимает своё место — и сразу утрачивает возможность в нём остаться.
Смещение не нарастает.
Оно не прекращается.
И этого достаточно, чтобы любое целое стало недостижимым, не в будущем, а уже здесь, в самом факте своего возникновения.
Целое не распадается.
Оно не может возникнуть.
Где-то внутри сохраняется точка, в которой это ощущается.
Она удерживает ощущение — и в тот же момент не может его закрепить.
Она чувствует — и теряет то, что только что было пережито.
Она остаётся — но не совпадает с собой достаточно, чтобы стать устойчивой.
Он не обращается к ней.
Но её наличие делает процесс плотнее.
Там, где возникает удержание, становится ясно:
не существует состояния, в котором удержание возможно.
Любая структура проходит через фазу, где она почти становится собой.
И именно там происходит отклонение.
Не резкое.
Не разрушительное.
Но такое, после которого возврат невозможен — не практически, а по самому устройству.
Форма не разрушается.
Она навсегда остаётся не совпавшей.
Мир остаётся.
Он не исчезает и не разрушается.
Он продолжается в состоянии, где всё существует — и ничто не может закрепиться.
Связи возникают.
И не даются зафиксироваться.
Он не движется.
Но отсутствие совпадения не имеет точки, в которой могло бы остановиться.
Где-то сохраняется то, что чувствует.
Оно не удерживает собственное состояние.
Не подтверждает его — и не утрачивает окончательно.
Оно остаётся внутри процесса, который не даёт ему совпасть с собой.
И ничего не заканчивается.
Потому что завершение требует фиксации.
А фиксация невозможна.
Он есть.
И этого достаточно.