Бледная Молли

Пролог

По узким каменным коридорам, выдолбленным в сердце гор, раздавались шаги и злобные перешёптывания. Тусклый свет факелов, чадящих густым, тяжёлым дымом, вырывал из темноты фигуры тёмных людей, закутанных в мохнатые одежды. Их лица были искажены ненавистью, глаза блестели в полумраке, словно у голодных хищников. В центре процессии, волоча ноги, спотыкался и дрожал чужак. Его руки были скручены грубой верёвкой, а по исцарапанной коже стекали кровавые следы от многочисленных ударов.

- Пожалуйста, остановитесь... Я не сделал ничего плохого... — хрипел он, срывая голос.

Его лицо было перекошено от страха, волосы спутаны грязью, а тело — истощено. Он почти не чувствовал своих ног, каждая попытка сделать шаг сопровождалась болью. Но никто не отвечал. Толпа, окружавшая его, шла мрачно и неумолимо. Иногда кто-то из них протягивал руку и больно дёргал его за волосы или пинал по ногам, выбивая остатки сил.

«Демон!» — шипел кто-то из темноты. «Проклятый солнечный ублюдок!» — кричал другой, выплёвывая слова, как яд. Они не верили его словам. Для них он был чужаком, пришедшим из мира наверху, где текут реки света, где живут чудовища, что своим прикосновением могут сжечь кожу до костей.

Они ненавидели его. Страх перед светом, который веками питала Молли, стал их единственной правдой. И этот человек, этот «демон», стоял перед ними как доказательство их веры. Его присутствие было преступлением против их богов.

Коридоры становились всё более узкими. Грубые каменные стены то и дело царапали кожу пленника, обдирая его до крови. Он попытался снова заговорить, спотыкаясь на каждом слове:

- Пожалуйста... Я пришёл по ошибке! Вы должны понять...

Его голос утонул в очередном ударе — кто-то сильный и грубый ткнул его в бок, заставив согнуться от боли.

- Ошибки не бывает, когда приходишь из мира демонов! — прошипела женщина с суровым лицом, её глаза, казалось, горели лютой ненавистью.

Она подняла над головой факел, и огонь на миг осветил её перекошенное от ярости лицо.

- Ты — проклятие, посланное нам за грехи! Молли всегда говорила, что вы явитесь!

Толпа вырывалась всё больше и больше из-под контроля. Их руки рвались к его телу, хватая, щипая, рвали его одежду, словно хотели ощутить, действительно ли перед ними демон. Чужак не успевал кричать — он только дёргался в отчаянных попытках сбежать, но верёвки слишком туго стягивали его запястья. Ещё один удар — теперь в лицо. Кровь забрызгала камни, и толпа взревела от ярости.

Они уже видели впереди большой зал, где должна была свершиться их священная расправа. Грубый каменный трон Моли ждал их.

В тёмном зале, который когда-то был пещерой, выдолбленной самой природой, а теперь стал центром власти, чужака бросили на холодный каменный пол. Он глухо ударился, скривился от боли и остался лежать, едва дыша. Его рваная одежда уже не скрывала ран и кровоподтёков, оставленных толпой. Мутные глаза мельком оглядели сводчатые стены зала — на них висели массивные железные факелы, но света от них было мало. Только зловещие отблески, играющие в тёмных углах, прятали неизвестные искажённые силуэты.

Над этим мрачным местом возвышалась фигура Моли. Она сидела на каменном троне, и её огромная фигура заполняла собой всю верхнюю часть зала, напоминая древнее чудовище, которое стерегло вход в ад. Её кожа была настолько бледной, что казалась полупрозрачной, как у существа, не видевшего света на протяжении всей жизни. Под глазами нависали тёмные мешки, губы тонкими нитками скривлены в презрительной усмешке. Молли смотрела на пленника с полным отвращением, её маленькие, злобные глазки бегали по его телу, будто она уже мысленно взвешивала его судьбу.

Толпа собралась вокруг неё, словно стая голодных волков, ожидающих команды своего вожака. Они шептались, перешёптывались, изредка бросая в сторону пленника новые оскорбления. Атмосфера в зале была напряжённой, как струна, готовая лопнуть.

Молли медленно поднялась с трона, её движение было неуклюжим, как у гигантской лягушки, но вся толпа тут же стихла, следя за каждым её шагом. Она подошла ближе к пленнику, опираясь на длинный жезл, украшенный костями каких-то зверей. Когда она заговорила, её голос был хриплым и глухим, как если бы его источником была не она, а сама пещера.

- Этот демон… пришёл к нам из мира наверху. Из мира лжи и света, который нас всех уничтожит, если мы позволим себе усомниться в истине.

Её слова с каждым разом вызывали всё большее одобрение в толпе. Люди кивали, согласные с каждым её высказыванием, их лица были покрыты злобой и ненавистью. Для них она была живым воплощением истины, и каждый её шаг был шагом их правды.

Молли обошла пленника, прикасаясь к нему своим жезлом, как если бы изучала его, словно жуткий учёный, разглядывающий редкую находку. Она остановилась напротив, глядя ему прямо в глаза.

- Ты, демон, пришёл, чтобы искушать нас. Своей ложной добротой ты хочешь нас обмануть, но мы не позволим. Мы знаем, что ты принесёшь только смерть и страдания!

Пленник попытался снова заговорить, но слова застряли в горле. Он уже понимал, что его слова бессмысленны. Эти люди не слышали ничего, кроме собственного страха, замаскированного под ненависть. Он взглянул в глаза Моли, и его кровь застыла. В них не было ничего человеческого, только холодная, животная жестокость.

- Приговорённый к смерти! — возвестила Молли, её голос прорезал воздух, словно нож, — Как правительница подземного мира, я выношу тебе единственный возможный приговор. Ты будешь растерзан, как всякий демон, посмевший ступить на наши святые земли!

Толпа взревела, будто получила долгожданный приказ. Кто-то вытянул руки вперёд, словно уже готов был рвать плоть. Дети, женщины и мужчины — все смотрели с одинаковой жаждой крови.

Молли подняла руку, и толпа на мгновение замерла.

- Но перед тем, как ты умрёшь, ты испытаешь муки. Ты увидишь, что значит бросить вызов нашему народу!

Она повернулась к одному из своих стражей и кивнула. Из глубины зала потянулись тяжёлые цепи. К ним уже прикрепили крюки с острыми, ржавыми концами. Пленника схватили, подняли на ноги и приковали к цепям, растягивая его руки в стороны.

Он попытался вырваться, но его силы иссякли, и отчаяние захлестнуло его разум.

- Пожалуйста, пощадите... Я не демон... — хрипел он, но его голос уже никто не слышал.

Он был лишь фоном для яростных криков толпы.

Первый удар хлыста пришёлся на его спину. Он вскрикнул, но крик был едва слышен под ревом толпы. Второй удар раскроил его кожу, оставляя кровавый след. Молли наблюдала за этим с холодным удовлетворением, её губы искривились в мерзком подобии улыбки. Это была не просто казнь, это был ритуал — ритуал их единства, их страха и ненависти к миру наверху.

- Ещё! — вскрикнула Молли, её голос дрожал от возбуждения.

Стражи с новыми силами обрушили удары хлыстов, и крики пленника заполнили зал, эхом отдаваясь в его сводах.

Его тело содрогалось от боли, кожа трещала под ударами, кровь стекала тонкими струйками по ногам и рукам, окрашивая камни под ним. Молли сделала шаг вперёд, её дыхание стало чаще. Она, словно жаждущий хищник, не могла оторвать взгляда от этого зрелища. Для неё каждый удар был доказательством её власти, её силы над народом и этим «демоном».

Толпа начала скандировать что-то, требуя финала, требуя смерти. Они хотели видеть, как светлый демон будет уничтожен, чтобы их вера снова окрепла, а страх перед светом не ослабел.

Молли медленно подняла руку, призывая к тишине. «Начать казнь!» — её голос прозвучал как приговор не только пленнику, но и всему, что он представлял.