Боевые комары

- Кажется, пронесло, - произнёс дипломат Небензя, вытирая платком пот со своей лысины. Внешне он как всегда был невозмутим и без стеснения смотрел на собравшихся в ООН представителей всех западных стран, на всех злодеев-эксплуататоров и слуг Мирового Правительства, созданного рептилоидами для порабощения планеты Земля. Ему-то было хорошо известно, что рептилоиды путешествуют по Галактике при помощи особого топлива - антивещества. Чтобы получить антивещество, они буквально взрывали планеты. И вот теперь их взгляд пал на планету Земля. Можно было, конечно, захватить Марс, но там нужно было с нуля создать технологии, чтобы взорвать планету и из её останков начать производить антивещество. На Земле же была уже готовая инфраструктура, такие планеты циничные рептилоиды очень любили. Небензя смотрел на этих иностранных надутых индюков, как на наивных дурачков, ведь они-то не знали, что рептилоиды не собираются нести на Землю цивилизацию, не собираются лечить болезни и помогать человечеству строить демократию. Земля им была интересна, как топливо. Впрочем, некоторые, посвящённые знали и это, но ящероподобные хозяева обещали им, что возьмут их с собой в далёкое путешествие по Галактике после того, как уничтожат Землю.

И вот сейчас иностранные дипломаты смеялись и на разных языках упрекали российского дипломата, "мол, вот уже 4 года, как идёт война, где же ваши боевые комары?" Действительно, 4 года назад Небензя в этом самом зале говорил, что против российских солдат враги используют специальных боевых комаров, способных заражать тяжёлыми инфекциями и распространять эпидемии. Эпидемия должна была быть, но её случилось, неужели действительно "пронесло"? У Небензи не было на это внятного ответа. Мудрый дипломат знал очень много, он знал даже расположение баз рептилоидов на Луне и на Марсе, но на эту загадку у него не было ответа.

Ответ крылся в далёком 2022-ом году. Комар Евгений и комар Олександр тогда вылетели на свой обычный боевой вылет. С зоркостью коршунов они высматривали внизу добычу, которую следовало покусать. Ошибиться было очень легко, ведь русские и украинцы так между собой похожи. Но ошибки не должно было быть.

- Каждый раз, как выхожу на задание, боюсь покусать не того, - откровенно пропищал комар Евгений.

- Да, у меня такое же ощущение, лейтенант - поддержал его товарищ комар Олександр, - но чутьё меня обычно никогда не обманывает. Вот, чувствуешь?

- Что? - недоумевал комар Евгений.

- Духовные скрепы, - улыбка появилась под длинным хоботком комара Олександра.

И вот они стали снижаться над полями Украины прямо туда, где рассеялись вражеские военные части. Один солдат здесь спал прямо в поле, в той же позе, в какой свалился. Его можно было принять за мёртвого, но запах алкоголя в луже моче рядом намекал на то, что он лишь пьян. Комар Олександр подлетел довольно близко, он мог почувствовать тёплое дыхания из ноздрей жертвы. Конечно, живой. Быстро комар Олександр нашёл открытый участок кожи и сладострастно присел на него всеми своим шестью лапками. Острым, слово лезвие, хоботком, он разрезал кожу и проник внутрь. Кровь, как по трубочке, стала подниматься и наполнять брюшко боевого паразита. Обычно это сопровождалось большим удовольствием, даже некоторым опьянением, а учитывая, что в крови жертвы был алкоголь, можно было ещё словить приход от этанола. Комар Олександр действительно поначалу стал кайфовать, ему привиделось, как он совершенно свободный путешествует по Галактике, кружит вокруг Солнца, и ярко-огненный свет никак не обжигает его крылья.

Но в какой-то момент удовольствие стало прерываться странными образами. Олексадр стал видеть каких-то пасущихся коров, разбросанные в траве коровьи лепёшки, ребёнка с ведром воды зимой идущего от колодца. Это были воспоминания. Такое случалось, нужно было только подавить первую волну, и тогда кайф продолжился бы. Но комар Олександр совершил ошибку: ему стало любопытно. Он увидел, как голенького ребёнка запихивают зимой в холодную металлическую ванную. Несчастное дитя всё дрожало, а его из ковша поливали холодной водой, согретой кипятильников в ведре рядом. Помыв ребёнка, его быстро вытерли одеялом, и тут же надели шапочку - чтобы не застудить голову. Его нарядили в три свитера и двое штанов, но дома было всё равно холодно. Одна мысль радовала, что завтра в школу, а школе обычно хорошо топили, только горячей воды тоже не было, и туалет был на улице.

Комар Олександр стал трясти хоботком, но он уже не мог сбросить с себя поток воспоминаний, отвлечься не получалось. Теперь он видел, как ребёнок становится старше, как ходит в школу, затем в университет, как учит французский язык и делает даже какие-то успехи, ещё не понимая, что в его провинции tout s'en fiche на то, что он знает французский. Мучительный сон продолжался. Появился какой-то старый профессор в пиджаке, который убедил студента, что ему надо учить санскрит. Но зачем? Этого никто не мог знать, сам профессор не знал, зачем он знает санскрит, но был уверен, что раз знает, то нужно кого-то научить - частое явление среди тех, кто знают какой-то мёртвый язык. И вот спустя время молодой человек, проглотив стакан горькой водки за гаражами и закусив плавленым сырком, струёй мочи писал на снегу какой-то слог из санскрита. Разумеется, никто не понимал значение этих крючков, но молодой человек был невероятно доволен собой, и казалось, что теперь в жизни у него всё получится, его ждёт только успех. В какой-то момент на радостях он даже женился, но жена вскоре бросила его, ушла к владельцу мясокомбината. Водка и плавленый сырок появлялись в воспоминаниях всё чаще, часто кадры сменялись холодным вытрезвителем и злыми ментами, иногда менты его били, но не очень сильно. Парень от такой жизни старел всё быстрее, а работать хотелось всё меньше, тем более что и нормальной работы было не найти. На кусок плавленного сырка и водку можно было заработать, просто прочитав стихи собственного сочинения парням у магазина, которые за это отсыпали мелочи. Так прожил ещё какое-то время. Но вот в очередной рад проснулся пьяный в полиции, и обнаружил, что менты как-то странно на него смотрят, с какими-то циничным улыбками. А рядом лежала бумажка, на которой красовалась его подпись. Это был военный контракт. Родных парня особо не было, денег тоже, всё шло к тому, что ему придётся воевать. Как в тумане он потом вспоминал, как его еле живого притащили в участки.

- Ёб твою мать,- произнёс молодой сотрудник, - чего мы это дерьмо на руках несём, путь сам идёт.

И с этими словами стал хлестать пьяного по щекам.

- Чего надо бл..., - прорычал в ответ пьяный, он видел, как один пьяный так делал, и заметил, что если делать это максимально агрессивно, то от него даже отстанут. Но это был не тот случай.

- Вставай давай, обоссанец, - послышалось в ответ.

- Не могу, - честно выдавил из себя мужчина

- Чего там у вас? - послышался строгий голос, видимо, какого-то начальника.

- Да вот, в подъезде спал, - отвечал другой, - пьяный в хлам. До дома, видимо не дошёл.

- И куда вы его?

- Не знаем пока, в обезьянник посадим, он ещё заблюёт там всё.

- Ладно, вы вот что. Рожу умойте ему и давайте его в одиннадцатый. Понял меня?

- Понял, - отвечал лишь молодой сотрудник и почему-то тяжело вздохнул.

В одиннадцатом кабинете работал большой специалист убеждать пьяный до беспамятства контингент идти защищать Родину, ставшую последним оплотом в борьбе с мировой угрозой. Как и многие, кому довелось с ним повстречаться, этот боец тоже не помнил всех деталей, не помнил, как его рука взяла ручку и стала выводить подпись на бумаге.

Комара Олександра уже трясло, как с похмелья, когда он видел бомбёжки, изнасилования, расстрелы, садиста-командира и дезертирство непонятно куда.

С силой комар Олександр оторвал хобот и затряс головой. Он чувствовал себя не наполненным, а выжатым, будто это не он пил кровь только что, а у него. Он переглянулся со своим товарищем, и по его уставшим глазам над хоботком понял, что комар Евгений в данный момент чувствует то же самое.

- Никогда больше не буду пить кровь у русских, - произнёс комар Олександр.

- Согласен, весь кайф обломался, - согласился комар Евгений.

- Значит, дезертируем?

- Дезертируем. А куда?

- Давай в Колумбию, я слышал, так кокаин выращивают, можно словить настоящий приход.

Другие комары увидели дезертиров, но не стали их ловить, а вместо этого полетели вслед за ними.

Конечно, дипломат Небензя не мог об это знать, в какой-то момент он просто встал о осмотрел всех этих приспешников рептилоидов, говоривших на французском, на немецком, на английском и прочих языках. Чего им объяснять, продавшим матушку-Землю? И Небензя покинул зал заседаний ООН. Выйдя из здания на шумную европейскую улицу, он взглянул на небо, где, несмотря на день, хорошо видна была Луна. Но мало кто знал, куда там нужно смотреть. Небензя же хорошо запомнил кратер, в котором находится база враждебных рептилоидов и всегда вглядывался в него, а когда видел, что никакого движения нет, облегчённо вздыхал. "Значит, вторжение на Землю ещё не началось. Слава богу, значит, мы всё делаем правильно".