Бог на время

1

Эта невероятная история случилась в июле 2017 года, в Москве. Десятого числа один молодой юрист, Дмитрий Игнатьев, ехал по дороге на "Фольксфагене" и слушал радио. Если точнее, «Радио родных дорог»:

— «Радио родных дорог!»

— Интересно если дороги такие родные, то почему они не поют? — задал себе вопрос Дмитрий Игнатьев. — По идее, они должны петь. Но единственные мелодии, которые я слышу, — звонкий стук капота во время аварии. Других дорожных мелодий мне слышать не доводилось.

Дмитрий продолжал ехать в сторону здания суда с целью отдать папку с доказательствами судье. Он должен был участвовать в одном судебном процессе. Людмила Прокофьевна, мать-одиночка, подала в суд на сына, Тимофея Укропова, за "оскорбление чувств верующих". Дело заключалось в том, что Тимофей Укропов, несмотря на крещение, присоединился к атеистам. И его мама, стоило ей лишь узнать об интересах сына, тут же решила подать на него в суд. Дмитрий Игнатьев к этому делу относился слегка скептично, так как находил ситуацию полнейшим абсурдом. Он доехал до здания Мосгорсуда и вышел из автомобиля с папкой на руках. В этой папке как раз находились доказательства увлечения Тимофеем Укроповым атеизмом. Людмила Прокофьевна считала, что сатанизм и атеизм — одно и то же, и информация об этом также находилась в папке у Игнатьева. Он зашёл внутрь и проследовал в зал суда.

— Дима, вот ты где! Мы как раз тебя ждали! Добыл доказательства? — спросил Евгений Розанов, приятель Игнатьева.

— Как видишь, да. — кивнул Дмитрий Игнатьев и протянул другу синюю папку. Тот взял папку в руки и стал осматривать содержимое.

— Отлично! Это именно то, в чём мы нуждались! Осталось отдать это судье! — сказал с улыбкой Розанов и отдал папку с доказательствами Павлу Уткину (судье). Судья осмотрел папку и кивнул с улыбкой.

— Ты отличную работу выполнил, Дима! — воскликнул Евгений Розанов.

— Да ладно тебе, Жень! Это ведь работа юриста!

— Ладно, осталось лишь дождаться судебного процесса. Ох, чувствую будет накал страстей!

2

И шестое чувство Розанова не подвело. Во время суда Тимофей Укропов вовсю защищался, пока Людмила Прокофьевна без остановки продолжала кричать на юношу. Её крики в какой-то момент просто превратились в нескончаемый поток ругательств, которые не имели никакой ценности для судебного процесса. В какой-то момент были оглашены доказательства. В основном они шли в пользу юноше, нежели в пользу его матери. Причиной этому послужил тот факт, что среди всех доказательств были известия о том, что Людмила Прокофьевна имела алкогольную зависимость и не умела контролировать свои эмоции. В конечном счёте дело было закрыто. И оно пошло в пользу юноше. А обвинения матери были признаны уголовными, и её посадили на пять лет. Дмитрий Игнатьев при этом был на стороне Тимофея Укропова, а Евгений Рязанов — на стороне матери. В итоге, они вновь сошлись после суда.

— Это было жёстко, согласись! — воскликнул Евгений Розанов.

— Ну точно! Зато, мы свое дело выполнили!

— Ты прав, Дима!

Они разошлись. Дмитрий добрался до "Фольксвагена".

Он сел в кабину, завёл двигатель и поехал в сторону своего дома, находящегося на Новой Басманной улице (станция метро Бауманская).

Вовсю вечерело. По всей Москве ночью горели жёлтые огоньки. Дмитрий Игнатьев добрался до родной квартиры на шестом этаже, вошёл в неё, разделся и лёг на кровать. Чувства голода у него не было, а вот усталость — колоссальная. После таких ярких судов ты и не так устанешь...

Тьфу на эту Людмилу Прокофьевну с её Тимочкой! Надоели...

Он закрыл глаза и заснул.

3

Дмитрий Игнатьев проснулся утром 11 июля и ощутил странную лёгкость на душе. Он не думал ни о Людмилах Прокофьевных, ни о Тимофеях Укроповых. Он посмотрел в зеркало и увидел, что с его лица исчезли мешки под глазами. Да и вид у него был, на удивление, не тот, к какому он привык: мешки под глазами, уставшее выражение лица. Затем он обернулся и увидел юношу в белом одеянии и нимбом над головой. Юрист подумал, что это какая-то шутка, тряхнул головой, но юноша не исчез. Он смотрел на Игнатьева с лёгким недоумением.

— Ты кто? — спросил Игнатьев.

— Я? Ангел…

— И что ты здесь забыл…?

— Я хочу тебе сказать, что ты…стал Богом…

— Ч-ч-что?

— Вы, Дмитрий Александрович, стали Богом!

— Отличное достижение! И вовремя! Я тут, понимаешь, собираюсь на работу, и тут появляется какой-то левый мальчик в белом одеянии, крылышками и нимбом над головой и несёт околесицу!

— Это не околесица.

— И откуда ты знаешь мое имя и отчество?!

— Я все знаю!

— Тогда скажи, что было вчера!

— Запросто! Вчера был суд, в котором участвовали Людмила Прокофьевна и Тимофей Укропов. Вы, Дмитрий Александрович, были на стороне юноши, а ваш приятель, Евгений Розанов, был на стороне женщины...

«Вот нечисть! Какой-то левый мальчик в белом одеянии и нимбом над головой смеет помнить о вчерашнем дне! Ещё и так отчётливо, будто был участником судебного процесса! Вздор! Абсурд! Нонсенс!»

— ...В общем, я говорю чистую правду! — воскликнул Ангел.

— Хорошо, тогда назови мои любимые книги...

— "Ревизор" Николая Гоголя, "Мастер и Маргарита" Михаила Булгакова, "Бег" Михаила Булгакова, "Театр" Сомерсета Моэма...

— Все, хватит! Я тебе верю! Значит, я стал Богом? Почему во вторник?! Почему не в пятницу, когда я забрасываю работу к чертям собачьим?!

— Это становление не зависит от срока!

— Это получается, что раз я — Бог, то могу делать, все, что захочу?

— В теории — да...

— Да ладно тебе, "в теории"! Я знаю, что сделаю! Я доберусь до работы без автомобиля! Я перемещусь туда с помощью щелчка пальцев!

— Ладно, как сам знаешь... — сказал Ангел и испарился.

«Да! Неужели это случилось? Я — Бог!»

«Я — Бог, чёрт побери! Пошлите эту Людмилу Прокофьевну на Мадагаскар, чтобы она больше не третировала «Тимочку»!»

Дмитрий Игнатьев щёлкнул пальцами, и в следующий момент случилось задуманное: Людмила Прокофьевна, находясь в белом халате, оказалась на Мадагаскаре и крикнула, что есть силы.

«Надеюсь, там фоссы её не съедят, а король Джулиан даст повеселиться!» — подумал Дмитрий Игнатьев с улыбкой и продолжил собираться на работу.