Божественные безделушки: Павшая армия

По длинному каменному коридору, устланному роскошными коврами и залитому светом настенных канделябров, задыхаясь, бежал мужчина почтенных лет.

Капли пота скользили по морщинистому лицу, стекали за воротник изодранной от клинков ляпистой одежды, а ноги подкашивались. Однако мужчина не собирался останавливаться и с завидным упорством продолжал мчаться вперёд, вкладывая в каждый шаг остатки покидающих его сил.

Он должен сообщить, пока не стало слишком поздно.

Преодолев несколько коридоров, мужчина добрался до толстой двери, перед которой, скрестив алебарды, на своём посту стояли защищённые доспехами гвардейцы. Узнав доверенного слугу короля, они, не проронив ни слова, синхронно расступились, освобождая проход.

— Весь замок залит кровью! — отчаянно выкрикнул прибывший, указывая назад, в глубь коридора. — Я требую от вас стоять здесь насмерть! Настал ваш час, бойцы, исполнить долг!

Отдав команду гвардейцам, мужчина толкнул створки дверей и вошёл в роскошные покои. Своим взволнованным, израненным видом нежданный визитёр перепугал молодых служанок, присматривающих за парной колыбелью.

— Король и королева пали! — сообщил прибывший старик, несмотря на тяжёлую отдышку. — Скорее берите малюток и следуйте за мной. Мы покидаем город.

Тем временем оставшиеся на посту стражники заметили, что по ту сторону коридора появилась группа вооружённых людей в серой форме без единого знака различия. Ощетинившись мечами, она обрушилась на одиноких гвардейцев смертоносной лавиной, сметая всё, что попадётся на пути.

Мысленно распрощавшись с жизнью, верная рыцарской клятве стража заняла боевую стойку и выставила вперёд пики алебард. Ни тени страха в напряжённых лицах, ни желания отступить. За их спинами — беззащитные младенцы. Будущее всего королевства, ради которого они готовы доблестно принять свою судьбу в последнем бою…

Покои королевских наследников остались позади. Седовласый слуга вёл за собой служанок, освещая фонарём тесный коридор тайного хода. В руках девушек тихо плакали, оторванные ото сна, младенцы, чья жизнь едва перешла отметку в одну неделю.

— Сюда! — сказал провожатый, сворачивая за очередной угол извилистого и запутанного пути.

Несмотря на глубокую ночь, в самом дальнем дворе замка их ждали неприметные кареты — две, точно по числу королевских детей, — и отряд гвардейцев. Как только наследников разместили по разным экипажам вместе с прислугой и лейб-гвардией, седой слуга приказал кучерам немедленно трогаться.

— Вперёд! Да оберегут ваш путь боги!

Просвистели хлысты, встрепенулись запряжённые лошади, и кареты покинули территорию королевского замка, отправляясь в таинственную зимнюю темноту, как можно дальше от небезопасного места.

— А ты всё ярче… — прохрипел старик, наблюдая, как с чёрного полотна, где главенствовала одинокая луна, на землю стремительно опускаются хлопья снега.

От созерцания ночного неба слугу отвлёк донёсшийся из тайного хода шум. Повернув голову он увидел, как двор заполняет группа неизвестных ему мужчин при оружии.

— Вы проиграли! — с этим заявлением он подставил к своему горлу лезвие кинжала, который ему оставил один из убывших гвардейцев.

Предупреждение подействовало — прибывшие по следам беглецов убийцы застыли в нерешительности.

— Известно мне, что вам отныне требуюсь живым, — проговорил седой слуга рифмою как можно громче, чтобы перекричать вой ветра. — Однако таковым не дамся! И с честью гордою погибну, зная, что сослужил короне я исправно! А ваши судьбы, псы, пускай определяют звёзды! Запомните эти слова, ведь их сказал Марсель — простой придворный гаер…

…Лошади мчались вперёд по безлюдным ночным улицам. Ни о чём не подозревающие жители столицы, ещё совсем недавно отмечавшие рождение наследников, мирно спали в своих домах и даже не догадывались, что прямо сейчас в королевском замке происходит мятеж, в результате которого были убиты правящие король и королева.

Не могли предположить, что внутри двух невзрачных карет спасаются последние представители павшей династии, и редкие патрули. Но даже если бы постовым захотелось разузнать, кто это несётся на всех парах в столь поздний час, кучера ни за что бы не остановились — им дан чёткий приказ как можно скорее покинуть город и добраться до места назначения. И, беспрекословно следуя этим указанию, вскоре экипажам удалось вырваться за пределы столицы. Однако трудности на этом не закончились.

Снегопад усиливался, и чем дальше экипажи отдалялись от города, тем более труднопроходимой становилась дорога. Не без проблем добравшись до первой развилки, кареты, руководствуясь всё тем же приказом, разделились и разъехались по разным направлениям: мальчика увезли налево, девочка же последовала по правой стороне. Благодаря подобному манёвру, в случае возможной погони будет больше шансов сохранить жизни наследников. Хотя бы одного…

Когда огоньки фонарей левой кареты растворился в кромешной темноте, правая въехала в густой лес. Дорога здесь была заметена снегом так сильно, что лошади, несмотря на грозный свист хлыста и сердитую брань, замедлили шаг и теперь с трудом продвигались вперёд, с каждым метром всё глубже погружая копыта в глубокий холодный снег. Видимость практически исчезла, и кучеру пришлось вести карету буквально вслепую.

Но даже это продлилось недолго. Очень скоро обмёрзшие лошади встали на месте и упёрто перестали реагировать на любые команды. Кучеру пришлось взять один из фонарей и спрыгнуть в снег, пройтись в самое начало упряжки, где он увидел, что дорогу перегородило упавшее дерево. Расчистить путь силами немногочисленных гвардейцев не удалось, и тогда их капитан пошёл на отчаянные, но, кажется, единственные возможные меры.

— Покиньте карету вместе с её высочеством, — потребовал он, высокий мужчина в стальных латах и синем плаще. — Дальше идём пешком.

Прозвучавшие слова потрясли и без того перепуганную служанку, держащую на руках спящую малютку. Но говорить что-либо против не стала — опытный воин, должно быть, знал, как действовать в сложившейся ситуации.

* * *

С тех пор как небольшая группа королевских поданных бросила застрявшую в снегах карету вместе с лошадьми и ушла вглубь леса, прошло не более получаса. Однако этого времени оказалось достаточно, чтобы каждый, от кого сейчас зависит судьба маленькой наследницы, поддался власти беспощадной стужи.

Отдалившись от дороги на достаточное расстояние, капитан отдал приказ разбить лагерь посреди тесной опушки, чтобы переждать непогоду. Часть гвардейцев окружили служанку с девочкой живым кольцом, укрывая их от хлада. Другие бойцы занялись разведением костров — даже применяя магию контролируемого пламени, управиться с поставленной задачей оказалось делом нелёгким. Но когда на кону будущее всего королевства, под силу становиться всё, включая и это.

Вскоре на опушке заблестели языки огня, одаряя теплом всех тех, кого злая судьба свела этой ночью на забытой всеми богами лесной глуши. Хоть танцы огня и согревали, но этого едва хватало, чтобы перестать дрожать и не уснуть вечным сном. Собрать укрытие от снега и ветра из подручных средств не получилось — всё вокруг оледенело, и никакой из клинков не мог перерубить и тонкий сук на молодом деревце.

Казалось, что сегодня сама природа ополчилась против королевской семьи. Неужели это и есть божественная кара за грехи их народа?..

Чтобы не уснуть, от гвардейца к гвардейцу потянулись приглушённые разговоры о произошедшем и о совсем ещё свежих событиях, приведших к этим последствиям. Сначала падение целого соседнего государства, что осмелилось бросить вызов божественному пантеону, а следом за этим — появление безумца, требовавшего передать всю законную власть королевства одному ему «во имя спасения».

Однако развить тему дальше не вышло — капитан потребовал прекратить обсуждение случившегося и сохранять трезвый рассудок. После этого мужчина перевёл напряжённый взгляд на служанку. Девушка прятала под слоями одеял и одежды наследника, оставив для дыхание лишь небольшое отверстие в области грудного выреза.

— Что с её высочеством? — обратился капитан гвардейцев к придворному слуге, наблюдая за ними со стороны и словно опасаясь приближаться — находиться рядом с королевской кровью, даже в подобной обстановке, большая честь, которой удостоены лишь немногие.

Девушка ответила не сразу.

— С… С-слёзки… — сказала она подрагивающим от холода голоском. — Маленькие… Крохотные… Как долго мы будем здесь сидеть?..

Капитан снял с могучих плеч меховую накидку и укрыл ею дам.

— Как только погода решит смиловаться над нами, — ответил он как можно мягче. — Тогда и двинемся дальше.

И, чтобы хоть сколько-то успокоить девушку и вселить в неё надежду на лучшее, добавил:

— Я полагаю, что другая карета уже добралась до помощи, и генерал дель Чарр начинает готовить поход на столицу.

Сказав это, мужчина вернулся на своё место у костра и расстелил на коленях настоящий шедевр и мечту любого путешественника — королевскую карту. Создаваемая на протяжении многих веков, это полотно, пожалуй, самое точное навигационное орудие, существующее на данный момент.

Вопреки своим словам, капитан понимал, что непогода может продолжаться часами и даже днями. Несмотря на наличие магии и провизии, столько они, к сожалению, не продержатся. На счету, как ни прискорбно, была каждая минута.

Гвардеец провёл указательным пальцем, защищённым толстой перчаткой, по шершавой бумаге, скрупулёзно расчерчивая невидимую линию сквозь дремучий лес к одинокому поселению. Здесь их спасение. Здесь они смогут переждать ненастье, как погодное, так и внутриполитическое: утром в столицу прибудет армия, мятежники будут схвачены, и этот кошмар закончится.

Но до рассвета ещё предстояло дожить. И капитан поклялся, что наследница обязательно увидит восход солнца, будучи в тепле и безопасности. Она сделает это, даже если ради этого командиру и его подчинённым придётся расстаться с собственными жизнями. Такова цена за будущее королевства. И с этим ничего не попишешь…

…Закричали ночные птицы, потревоженные странным ощущением чьего-то внезапного прибытия. Под их гнёздами, внизу, между стволами высоких деревьев, неторопливо брела фигура в белом, как повсеместный снег, саване. Её тонкие, исхудалые ноги, скрытые под слоями ткани, казалось, едва касаются земли.

Фигура трижды обогнула неспящую опушку, всё это время не сводя пристального взгляда с тех, кто искал спасения у тлеющего огня. Удостоверившись, что никто из них уже «не вернётся», она вошла во владения лагеря и оглядела застывшие возле дотлевающего костра тела. Ночная стужа сделала своё дело.

В тонких руках, больше походивших на кости, обтянутые бледной кожей, появилась увесистая книга и перо. Прибывшая сделала несколько пометок на ещё не заполненной странице — жирные крестики напротив шести мужских и одного женского имени.

А вот ещё одно девичье имя, расположенное в самом конце страницы, подобной участи избежало.

Запрятав книгу за пазуху, фигура в саване, ориентируясь на едва слышимый плач, приоткрыла толстые слои одежды на груди умершей девушки и бережно вытащила оттуда свёрток с младенцем, а затем ласково провела холодными пальцами по щеке девочки, утирая тёплые слёзки.

— Несчастное… — прошептала прибывшая тонким, лишённым жизни и эмоций голосом. — Несчастное, проклятое маленькое дитя. Этот дивный мир ещё нов для тебя и неизвестен, но уже старается тебя загубить… Как жестоки боги…

Как только малышка услышала голос, похожий на девичий, она тут же перестала плакать и одарила незнакомку взором чудесных голубых глаз. Этот взгляд вызвал лёгкую улыбку на бледном лице, казалось бы, бесчувственного создания.

Незнакомка положила кончики пальцев на лоб малышки и принялась едва заметно шевелить губами, давая человеческому дитя силу, о которой многие смертные могут только мечтать.

— Мне дано знать, что нити твоей судьбы крепко переплетены с будущим этого королевства, — проговорила прибывшая в прежнем тоне. — Так позволим же этим событиям случиться. Данная мной сила будет оберегать тебя до самого судного дня, когда виновные понесут ответ за свои злодеяния… А теперь я вынуждена удалиться. Прощайте, ваше высочество…