Боги и катастрофы: краткий перечень

Джером был великим магом, хотя половина Академии считала, что он великий идиот.

Его идеи контроля времени были слишком радикальны. Преподаватели шептались, что “так в реальности не делают”, студенты обходили его лабораторию по дуге.

Сейчас был его момент триумфа. Пятнадцать лет подготовки. Пятнадцать лет борьбы с миром, который будто сам отвергал его теорию. Пятнадцать лет, в течение которых останавливались часы, сгорали записи, рушились эксперименты, а жрецы разных культов присылали ему “знаки свыше”: не лезь.

Для Джерома все это означало одно: он идёт в правильную сторону.
Если мир сопротивляется, значит, ты трогаешь что-то по-настоящему важное.

Ритуал накопления магической энергии в закольцованном времени был его магнум-опусом. Закрытая временная петля. Идеальный аккумулятор. Вечный двигатель на причинно-следственных связях.
Через час он должен был доказать всем, что они ошибались.

Вместо этого в его аккуратном, математически ровном кольце времени застряла одна проблема — девушка-альбинос, которая уже третий час объясняла ему, почему он идиот и разрушит мир.

Её критика была жесткой и резкой.

Он устал её убивать.

Каждый раз одно и то же.

Она говорит. Он злится. Он убивает. Время отматывается назад. Девушка стоит на прежнем месте и продолжает с того же места, только уже ещё злее.

Иногда Джером ловил себя на мысли, что если бы её слова не были на восемьдесят процентов из оскорблений, он бы даже смог что-то из этого принять. Но поток язвительных замечаний накрывал его с головой.

Диана тоже устала умирать.

Её спасало только одно: сейчас она была по сути наблюдателем. Госпожа Дельта одолжила её тело. По венам Дианы текла божественная сила, а сама она висела где-то в глубине сознания, пристегнутая к креслу пассажира.

Нет, она не родилась альбиносом. Это было последствием высшей ступени посвящения в “Дельте Времени”.

После посвящения причинно-следственные связи распахнулись перед ней, как чёткая диаграмма. Будущее стало похоже на дельту реки: тысячи ответвлений, миллионы вариантов. Действия могли сложиться как угодно, но в конце выбирался только один рукав. И она заранее знала, какой именно.

Каждая девушка, прошедшая высшее посвящение, была уверена, что её зовут Дианой. Это входило в побочные эффекты: имя, пришитое линией судьбы. Где-то глубоко внутри Диана знала, что когда-то её звали иначе. Но с этим приходилось жить.

Она понимала ещё одну вещь. Вся её прежняя жизнь была, по сути, сном и подготовкой к одному-единственному моменту — к принятию высшего посвящения. И вот теперь её тело использует сама Богиня Времени, и формально это “великая честь”. Фактически — Диана три часа подряд смотрела, как её тело превращают в фарш, а потом собирают обратно, и слушала, как её богиня ругается.

Дельта собирала её из ошмётков примерно раз в полминуты. Каждый раз сопровождала процесс такой отборной руганью, что у Дианы в глубине души вспыхивали и горели уши.

Она была монахиней.

Она молилась, постилась, читала священные тексты.

Она искренне не подозревала, что Богиня Времени знает столько грязных выражений.

Часть из них, к её ужасу, Диана считала очень… выразительными. И это смущало её ещё сильнее.

После каждой смерти Дельта отматывала локальное время тела до идеального состояния, встряхивала им, как куклой, и продолжала объяснять Джерому его ошибки — на удивление спокойным тоном для такой ситуации. Правда, каждое второе предложение всё равно состояло из крепких слов.

— Ну так, теперь ты понял, где ошибся? — Ди бросила на мага взгляд преподавателя, который привык ставить двойки за пропущенную запятую. — Твой ритуал перемелет в энергию весь твой мир. С отвратительным КПД. А когда никто уже не сможет его остановить — сметёт и Вселенную!

Диана наконец поняла, к чему была вся эта тирада. Это не просто “опасный ритуал”. Это был с возможностью случайно стереть реальность.

Говорить о том, что Ди была раздражена, не было смысла. Дельта бывшей профессией была профессором математики. Её терпение заканчивалось там, где кто-то в третий раз делал одну и ту же ошибку в формуле.

Она потратила последние пятнадцать лет, мягко толкая Джерома в сторону безопасного решения. Посылала ему отредактированные трактаты, схемы, намёки, почти готовую формулу, в которой всё работало и никто не умирал.

Джером всё это время либо игнорировал документы, либо переделывал их в дерьмовые идеи. Это бесило её ещё больше, чем разрушение миров.

Но Джером не сдавался.

— Я нашёл тебя, — выдохнул он. В глазах мага вспыхнул фанатичный блеск.

Он начал плести чудовищно сложную формулу разрыва реальности для доступа к личному миру богини. Линии света и тени, символы, числа, узлы — всё сплеталось вокруг него, как паутина.

Диана видела, как будущее распадается на варианты.

Она видела самое вероятное:
формула завершится, мир погибнет, петля схлопнется, импульс уйдёт вверх, и ударит по самому сердцу личного мира Дельты. Богиня будет ранена. То, что смертный маг вообще мог ранить бога, шокировало её больше, чем перспектива конца света. Она листала возможные будущие, как страницы книги. В каждой ветке её мир умирал.

— Как… — ей захотелось закричать, но голос принадлежал не ей, а богине.

Дельта молчала. Она тоже видела эти развилки. Но вмешиваться раньше времени было нельзя. Линии времени могли отклониться в любой момент. Случайная квантовая флуктуация. Малая ошибка в вычислениях. Мозг Джерома мог наконец сложить два и два и испугаться.

Пока формула не была завершена, вмешательство считалось “преждевременным расходованием энергии”.
А старики из Совета очень не любили, когда энергия тратится “просто так”.

Диана с ужасом поняла ещё одну деталь:
Джером правда был гением.
Иначе его формула никогда бы приблизилась к уровню, где возможно задеть бога.

— Как этот человек стал великим магом… — в голосе Дельты прозвучало искреннее отвращение.

Её лицо через тело Дианы исказилось, стало злым и усталым. Так смотрит учитель, который в сотый раз объясняет один и тот же теоремный шаг, а студент всё равно пишет “x = 5, потому что так красиво”.

За секунду до завершения формулы мир приобрёл тёмно-синий оттенок. Всё застыло. Ди щёлкнула пальцами. Она остановила время во всей вселенной. Подошла ближе к Джерому и разморозила только его голову и часть груди. Тело оказалось в ловушке, а сознание — в панике.

Следующие пятнадцать минут она разбирала его формулу, как курсовую работу.

— Смотри сюда, — она ткнула пальцем в зависший символ. — Вот тут у тебя временная синхронизация не привязана к локальной системе координат. Поэтому ты рвёшь сразу две вселенные. Из-за одного числа, Джером. Одного, мать твою, числа!

Она прошлась по дюжине ошибок. Большинство из них были мелкими. В сумме — катастрофа.

— И вот поэтому, — подвела итог Ди, — это приведёт к уничтожению двух вселенных только на темпоральном трении. Потому что ты не установил локальную координату временной синхронизации. Кусок кретина.

Джером был в ужасе.
От формулы.
От масштаба катастрофы.
И больше всего — от этой женщины.

— Итак, — продолжила Дельта тоном лектора, объявляющего оценку, — во-первых: поздравляю. Ты только что нашёл ещё один способ уничтожить мир меньше чем за три часа. И даже более эффективный, чем прошлый.

Диана вздрогнула, так как увидела всплывшие воспоминания богини
Сцены других миров, других магов, других провалов. Дельта и раньше находила такие “решения”.

— Во-вторых, — богиня скрестила руки, — раз ты в этот раз действительно попытался меня убить…

Глаза мага широко раскрылись.

То есть до этого это всё было не считается? — пронеслось у него в голове. — Все эти разы, когда я её убивал… это был “детский лепет”? Какая… невозможная женщина…

В глубине сознания Диана подумала почти то же самое:
Самая злая учительница во всех мирах.

— …я применю к тебе высшую меру, — спокойно объявила Дельта. — Предотвращу твоё рождение. Подготовлю людей, которые закроют все ключевые точки твоей линии времени. Уберу тебя целиком из уравнения.

Она вздохнула:

— Жалко только, что на это уйдёт уйма энергии. А старики опять решат, что я плохо работаю и снизят мне квоту.

К этому моменту Джером уже ничего не понимал. Слова “предотвращу рождение”, “линия времени” и “квота” слиплись в один липкий ком ужаса.

— Что ж, — она подняла руку. — Скажи “п…

— Дорогая, притормози, — раздался новый женский голос.

Рядом с ними стояла женщина, сотканная из плотного тумана. Её силуэт дрожал, будто состоял из дыма, который кто-то упрямо держит в форме.

Джером попытался включить анализ, чтобы не сойти с ума. Результат был нулевым. Происходящее не укладывалось ни в одну его модель мира.

— Старики и правда наблюдали, — сказала туманная женщина мягко. — В этот раз ты была очень терпима и действовала в основном по протоколу.

— В основном? — подозрительно уточнила Дельта.

— Да, — туманная женщина чуть улыбнулась. — Знаешь, остановка всей вселенной — это нецелевое расходование энергии. А если у них будет плохое настроение, они наверняка приплетут ещё и недополученную прибыль.

Она махнула рукой:

— Впрочем, разбор полётов потом. Старики хотят, чтобы ты выкинула этого индивидуума на Осколке Камня. Живым.

— На Осколке Камня? — Ди нахмурилась. — Такой важный мир. Они не думают, что он его сломает?

— Не переживай. Там он будет на уровне второсортного ученика. Либо поумнеет, либо умрёт. И, что ещё лучше, старики компенсируют тебе энергию за это.

У Ди заметно улучшилось настроение.

— То есть, — приподняла она бровь, — их совершенно не волнует, что это не по протоколу?

— Ну, знаешь, — туманная женщина пожала плечами, — правила для нас пишут они. А Осколок Камня за последние две вечности вообще никуда не продвинулся. Так что считают это допустимым уровнем вмешательства для "стимулирования развития".

Ди фыркнула.

— Ну, если компенсируют, уже неплохо.

Мир щёлкнул, как выключатель.

Диана стояла одна в огромной магической лаборатории. Вокруг валялись остывшие артефакты, недописанные формулы, пустые кристаллы. А большая часть окружения была превращена в прах.

Она знала, что стала героем.

Под руководством Богини она победила великое зло и предотвратила разрушение мира. Так ей скажут записи Ордена, так подтвердят хроники, так будут учить учениц.

О том, сколько раз её убивали, как Богиня ругалась, и как две вселенные в нескольких вариантах будущего сгорели почти дотла, никто не узнает. Где-то в глубине сознания Диана на секунду ощутила слабый диссонанс. Будто всё происходящее было не до конца её историей.