Боги Иррграда

- Религиозные гонения, так же известные как Годы Безбожия, длились с триста восьмидесятого по триста восемьдесят шестой годы от воцарения Первого императора, - голос лектора разносился по аудитории, погружая студентов в сонное оцепенение. - За это время в Иррграде и во всех Внутренних землях было разрушено более двухсот храмов, казнено около тысячи жрецов и служителей, и еще несколько тысяч были выдворены с территории Иррградской империи. Точных данных по другим провинциям у нас нет, но там число, конечно, было значительно меньше.

Вик клевала носом над конспектом. В устах профессора Фурла даже самые интересные темы становились сухими справками из энциклопедий. К тому же все, что он пытался сегодня рассказать, она и так уже давно знала. Как дочь одного из императорских советников, Вик изучала историю империи еще с пеленок.

Гармон V, прапрадед нынешнего императора, был одержим идеей построить исключительно светское государство и искоренить поклонение любым богам и прочим сущностям по всей империи. Он объявил религиям настоящую войну - повсеместно рушились храмы и алтари, сжигались идолы, а адепты подвергались преследованиям.

И если в просвещенном Иррграде, столице государства, он достиг определённых успехов, то на окраинах жители восприняли реформы не столь благосклонно. Годами недовольство росло и вылились в итоге в масштабное восстание. Императору в конечном итоге пришлось отречься от престола, а его сын, пришедший к власти, оказался куда дальновиднее и принял ошибки отца во внимание.

Гонения были отменены, и религиозным организациям предоставили полную свободу. Служители культов снова потянулись в Иррград, вновь отстроили разрушенные храмы и алтари и принялись проповедовать. Со временем их стало настолько много, что императору даже пришлось ввести должность Советника по делам богов. Название громкое, но работа - совсем незавидная. Поди разберись во всех этих учениях и традициях…

В Иррградском университете даже был целый факультет по изучению религий, на котором в основном занимались исследованиями. Вик никогда не понимала, что в этом может быть интересного. Единственное, что привлекало ее в вере в разнообразных богов — это пышные религиозные праздники, регулярно проходящие на улицах столицы.

Брина, ее пухлая жизнерадостная подружка, пнула ее под столом ногой, чтобы привлечь внимание и сунула ей листок бумаги. На нем была неплохо нарисованная карикатура на профессора. Вик постаралась замаскировать фырканье под кашель. Преподаватель кинул в их сторону недовольный взгляд, но ничего не сказал и продолжил лекцию.

- Кстати, мне довелось однажды повстречать самую настоящую живую богиню! - объявил он, обводя аудиторию торжественным взглядом. Студенты его ожиданий не обманули и зашевелились, с интересом возвращая свое внимание в лекции. Все приготовились услышать очередную неправдоподобную историю из жизни профессора.

- Богиню, как же! - закатила глаза Брина. Они с Вик обменялись понимающими улыбками.

- Я наткнулся на ее храм случайно, и там, можете себе представить, на золотом троне сидела она! - вдохновленно вещал Фурл. - Красивая, величественная, сверкающая! Она меня просто заворожила!

Он долго и с восторгом рассказывал о встрече с богиней и ее величии, не обращая внимания на смешки и ухмылки их аудитории. Никто так и не понял, что это была за богиня, кому она покровительствовала, и что ей вообще нужно было от Фурла. Или же ему от нее. Впрочем, к байкам профессора никогда не относились всерьез.

Лекция рисковала затянуться - стоило Фурлу начать пересказывать свои невероятные приключения, и он терял счет времени. Но, на счастье студентов, вскоре раздался громкий звук гонга, возвещающий об окончании занятия.

- Как, уже? Как быстро летит время, когда занимаешься любимым предметом, - огорчился Фурл. - Что ж, надеюсь встретиться с вами в следующем году! Проведите лето с пользой, и возвращайтесь, чтобы узнать много нового об истории нашей Империи!

Его почти никто уже не слышал - студенты побросали письменные принадлежности в сумки и заторопились к выходу. Впереди их ждала свобода.

- Пойдем на площадь, поедим мороженого? - предложила Брина, когда они с Вик покинули душный кабинет.

- Не могу. Меня ждет брат. Договорились с ним встретиться в библиотеке. А то он никогда не вылезет из своих лекарских книг, - девушка закатила глаза.

- Ааа. Ну, передавай ему привет, - подмигнула ей подруга и поспешила к воротам университета.

Вик же пересекла просторный внутренний двор и зашла в здание библиотеки. Дари, ее брат, сидел за одним из столов, полностью погрузившись в увесистую книгу по врачеванию. Он готовился к экзамену, который ждал его через несколько дней.

- Уууууф, последняя лекция профессора Фурла позади, ура! - воскликнула Вик, усаживаясь рядом с братом. Тот поднял голову от учебника.

- И какие же поразительные истории он рассказывал на этот раз?

- О том, как повстречал живую богиню, - ответила девушка, хихикнув.

- О, неплохо. Хотя моя любимая - про то, как он стал вождем одного из северных народов, победив в бою прежнего правителя, - фыркнул Дари.

Кажется, они переговаривались слишком громко, и библиотекарша бросила на них укоризненный взгляд из-за своего стола, заваленного стопками книг.

- Ладно, - сказал брат, захлопывая учебник. - Пойдём отсюда. Йон наверняка нас уже заждался.

Лето уже подступало, и на улице было жарко и душно, хотя и чуть полегче, чем в помещениях университета. Брат с сестрой с наслаждением стянули с себя ученические мантии.

- Везёт же вам, девчонкам, - проворчал Дари, - вы хоть можете юбку под мантией носить.

- Ну так ты тоже можешь. Всё равно никто под этим балахоном не увидит, - весело парировала Вик.

Дари только сердито отмахнулся и утер пот со лба.

Они вышли на площадь Первого Императора. На ней, как и всегда, было шумно и многолюдно.

- Покайтесь в своих грехах, усмирите свои желания и отриньте сиюминутные радости ради спасения! - донесся до них голос, принадлежавший фигуре, с ног до головы завернутой в серое. Несколько человек стояли вокруг и с умеренным интересом внимали оратору.

Дари и Вик переглянулись и синхронно покачали головами. Проповедники секты Конца то и дело попадались на улицах, возвещая о скорой и неминуемой катастрофе. Они утверждали, что путь к спасению лежал через отказ от всех благ и удобств и воспитание собственной выдержки, которая помогла бы пережить любые невзгоды.

Сами они вовсю подавали пример - ели что придётся, носили одинаковые серые тряпки и спали прямо на улицах, а время свое тратили в основном на обращение горожан в свою веру. С переменным, правда, успехом - желающих отказаться от всех радостей ради мифического спасения было не много.

- Разогнать бы этих бездомных монахов, - ворчал иногда отец Вик и Дари, понимая, впрочем, что это невозможно. Императорский указ разрешал выступать на улицах любой религиозной организации. Вот и “бездомные монахи” из секты Конца чувствовали себя на улицах города привольно. Пока тихо бурчали о грядущей катастрофе и не устраивали беспорядков, разумеется.

Вик и Дари миновали площадь и, пройдя через огромные каменные ворота, оказались в Верхнем городе. Здесь жили представители знатных родов и видные государственные деятели. Из-за близости к императорскому дворцу дома здесь не продавались и не покупались, и получить их можно было лишь императорской милостью. В конце концов, имеет же император право сам выбирать себе соседей?

Сам дворец стоял еще выше и нависал над городом вечным символом власти. Он являл собой поистине внушительное сооружение. Каждый император считал своим долгом отметить вое правление какими-нибудь изменениями во дворце. И каждый делал это, не считаясь с общим стилем, а опираясь на свой вкус и царившие в его эпоху архитектурные веяния. В результате дворец напоминал собой какого-то монстра, скроенного из совершенно не сочетающихся между собой частей. Одних башен там было целых семь, и все разные. Одна - изящная и элегантная, другая - приземистая и мрачная, третья - абсолютно черная, с крутой крышей и длинным шпилем… По архитектуре императорского дворца была защищено впечатляющее количество дипломных работ будущих архитекторов, а сама постройка прочно укоренилась на первом месте в списке самых уродливых зданий империи. Нынешний же император, семнадцатый по счету, свою лепту внести еще не успел, довольствуясь тем, что оставили ему его предки. Все с замиранием сердца ждали, чем же он увековечит свое правление. На это даже делали ставки.

Особняк Советника по иноземным делам господина Кория, отца Вик и Дари, был по местным меркам небольшим, но весьма уютным. Брат с сестрой вошли в высокие резные двери и, не теряя времени, спустились в полуподвальную кухню.

Их друг Йон уже был там и с наслаждением жевал пирожок.

- Ну конечно, где еще ты можешь быть, - вместо приветствия сказал ему Дари. - Иногда мне кажется, что ты приходишь к нам только чтобы поесть.

Йон попытался было что-то ответить, но с набитым ртом это оказалось не так просто, и он показал другу кулак.

- А что это ты жуешь такое вкусное? - не унимался юноша. - Дай-ка я тоже попробую.

Он углядел на столе перед Йоном блюдо с пирожками и потянулся за одним из них, когда наткнулся на суровый взгляд госпожи Литы.

- Руки прочь! - строго прикрикнула она. - Это на вечер.

- А ему почему можно?

- Потому что он не хватает без спроса!

Госпожа Лита уже много лет крепко держала в своих руках все хозяйство в доме советника. Она нанимала и увольняла слуг, делала закупки и просто божественно готовила. Йон стал ее любимчиком с первого дня, когда появился на пороге дома, вечно голодный деревенский мальчишка. Он, впрочем, отвечал ей взаимностью и исправно посещал владения госпожи Литы, радуя ее отменным аппетитом.

Йон наконец прожевал и обратился к друзьям.

- Сколько можно вас ждать? Пришлось даже побеспокоить госпожу Литу. Кстати, пирожки с кроликом восхитительны. Эх, вот бы везде готовили так вкусно… Шилонская стряпня уже изрядно надоела.

- А я еще много лет назад тебе говорила, бросай ты эту школу и иди ко мне в поварята. Готовил бы сейчас не хуже меня, да и сыт бы всегда был. Хороший повар везде нарасхват. А вместо этого ты пошел в подмастерья к этому проходимцу Архою, - проворчала домоправительница.

- Почему же проходимцу? - удивился Йон.

- Потому что он шилонец, вот почему. А все они там, в Шилоне, те еще жулики, - безапелляционно заявила Лита.

На кухню зашла мать, энергичная миниатюрная женщина, одетая по последней моде, которую сама же и диктовала в высших столичных кругах. Оглядев присутствующих, она удовлетворенно кивнула.

- Прекрасно, вся ваша шайка в сборе. Сегодня у нас важные гости. Ваш отец принимает нескольких советников. Поэтому будет неплохо, если вы проведете свой вечер где-нибудь еще, - объявила она.

- Нас что, гонят из отчего дома? Какой кошмар! - возмутился Дари.

- Вы хотите остаться? - в притворном удивлении вскинула брови мать, а затем ехидно улыбнулась. - Что ж, думаю, у меня за столом найдется пара свободных мест. Ты, Викорина, сядешь рядом с Советником Урхом, он давно мечтает сосватать тебе своего старшего сына… Ты, Дарион, думаю, неплохо проведешь время в компании Первого Ректора, он не теряет надежды переманить тебя на свой любимый исторический факультет. Ну и тебе, Йон, тоже подберем подходящую компанию. Как насчет Советницы Лайяны? Она как раз любит молодых мальчиков, а ты вполне в ее вкусе.

Все трое побледнели и замотали головами.

- Знаешь, мама, у нас сегодня были планы в городе, - забормотала Вик.

- Да, очень, очень важные планы, - поддержал ее брат.

- Тогда смело отправляйтесь по своим делам и не болтайтесь под ногами. А мне еще нужно обсудить с Литой подачу блюд.

Уходя с кухни, Дари все-таки сумел стянуть с подноса небольшое пирожное, за что едва не получил от госпожи Литы поварешкой.

- Давай делись, - заявила Вик, пока они поднимались по лестнице.

- С чего это?

- Все-таки я старшая сестра.

- Ты старше на восемнадцать минут, так что это так себе достижение, - пожал плечами брат и запихнул добычу целиком в рот. Затем, увидев обиженное лицо Вик, раскаялся и, прожевав, попробовал задобрить сестру:

- Куплю тебе пирожное в кондитерской, договорились?

- Три, не меньше.

Они оставили дома сумки и университетские мантии и поспешили покинуть дом.

- Ну и какие же у нас важные дела? - с иронией спросил Йон, не хуже друзей знавший, что планов на вечер у них не было.

- Кое-кто задолжал мне три пирожных, так что как насчёт кондитерской? - Вик невинно посмотрела на брата.

- Я бы лучше что-нибудь выпил, - заявил Дари.

- Так и знала, что начнёшь увиливать.

- Да куплю я тебе эти пирожные, никуда твоя кондитерская не денется.

- Пойдем, покажу вам одно местечко в порту. Сладкого там нет, да и кухня там не то чтобы выдающаяся, зато эль делают лучший в городе, - предложил Йон.

Дари с энтузиазмом поддержал друга, зато Вик заметно приуныла.

- В порт? Тогда мне нужно было переодеться во что-нибудь попроще, - сказала она, оглядывая свое платье из дорогой ткани.

- Не волнуйся, пока мы с тобой, ничего не случится.

В порту Вик всегда чувствовала себя неуютно. Там было грязно, шумно и на каждом углу околачивались всевозможные сомнительные личности, от которых её, приличную девушку из Верхнего города, порой бросало в дрожь. Особенно не по себе ей становилось там после заката, который уже неудержимо наступал на город, окрасив иррградское небо в оранжевый цвет.

Но преимущество было не на её стороне, и она покорно последовала за друзьями в Нижний город.

Дневная суета у реки уже утихла, и грузчики и матросы расползлись по окрестным кабакам, борделям и прочим злачным местам. Порой им попадались подвыпившие компании, идущие навстречу, и Вик старалась держаться поближе к Йону. Он был уроженцем маленькой деревеньки в нескольких днях пути от Иррграда, но в столице жил лет с девяти и постоянно околачивался в припортовых кварталах, а потому чувствовал себя здесь как дома и держался уверенно.

Они прошли вдоль ряда причалов, возле каждого из которых стоял деревянный идол Рыбоголового Бога, и свернули в маленький узкий переулок, освещённый лишь одним тусклым фонарём. Дойдя до неприметной двери без вывески, Йон потянул ее на себя и завел своих спутников в небольшое полуподвальное помещение.

Внутри было прохладно, от каменных стен тянуло сыростью. Окно там было всего одно, и находилось оно под самым потолком. Народу было немного, несколько одиночек да пара маленьких компаний. У противоположной стены развернулась барная стойка, за которой хозяйничал здоровенный неприветливый мужик в фартуке. Увидев Йона, он угрюмо кивнул ему в знак приветствия.

Друзья расположились вокруг одной из здоровенных бочек, заменявших здесь столы. Йон отправился к хозяину за выпивкой и вернулся с тремя керамическими кружками. Вик с недоверием понюхала принесенное пойло. Дари был не столь подозрителен, и сразу же сделал большой глоток.

- Ого, да ты не соврал. Это и правда лучший эль в моей жизни!

- Когда это я вас обманывал? Об этом месте знают немногие, но оно и к лучшему. Я частенько здесь бывал, когда подрабатывал грузчиком в порту.

Вик наконец решилась, и тоже отпила из своей кружки. Лицо ее просветлело. Сказать, что этот напиток был восхитителен, означало сильно преуменьшить его достоинства.

- Почему ты никогда не приводил нас сюда раньше?

- Что я слышу? Наша девочка из высшего общества оценила простые портовые радости? - поддел ее Йон. Вик в ответ гордо задрала голову.

Их дружба была для многих удивительной - мало кто мог представить детей советника в компании крестьянского мальчишки. Он был старше их на год, когда появился в первом классе столичной школы, бедно одетый и не слишком разговорчивый. Родители отправили его в столицу за хорошим образованием. Впрочем, сам Йон утверждал, что дело было скорее в том, что его отчиму не терпелось от него избавиться. Они никогда не ладили. Домой мальчик возвращался разве что на каникулах, и то в последние годы учебы он делал это все реже, только чтобы увидеть мать и своих младших. Денег из дома ему отправляли немного, и этого едва хватало, чтобы оплатить крышу над головой и скудное пропитание, так что уже с малого возраста он постоянно где-то работал. Он успел побывать и торговцем газетами, и разносчиком писем, и мальчиком на побегушках у местных торговцев, и чистильщиком обуви. Закончив школу, он устроился подмастерьем к господину Архою, уважаемому ювелиру, и вот уже почти два года трудился и жил под его крышей.

Тем не менее, с Вик и Дари он сошелся почти сразу, и часто гостил в их богатом доме. Близнецы же с его помощью открывали для себя ту часть городской жизни, которую до того никогда не видели - жизнь бедняков и простых рабочих. В том числе с подачи Йона они посещали и подобные заведения.

- Какие у тебя планы на день рождения, Йон? - спросил Дари. - Первый день лета уже совсем скоро. Ни на что не намекаю, но я не против был бы сходить сюда еще разок.

- Не в этот раз. Ко мне приезжает мать. Хочет посмотреть, как я устроился в столице. Так что я буду занят.

- А как же твои братья и сестры?

- Они уже достаточно подросли, чтобы присматривать друг за другом, - пожал плечами Йон. - Дети в деревнях, знаете ли, довольно рано становятся самостоятельными.

Предстоящий визит матери был для Йона важным событием. Раньше она периодически навещала его, но несколько лет назад с его отчимом произошел несчастный случай, оставивший ее вдовой с пятью малолетними детьми и фермой, на которой всегда была гора дел. Тогда Йон чуть не бросил свое обучение, чтобы отправиться домой и помогать семье.

К их столу приблизился хозяин и, не говоря ни слова, поставил перед ними большое блюдо с жареными на огне речными мидиями и какими-то улитками.

- Здесь не слишком замысловатая кухня, - поделился с друзьями Йон. - В основном подают то, что сегодня удалось поймать местным ныряльщикам и рыбакам. Никогда не угадаешь, что это будет. Зато все всегда свежее.

К улиткам Вик притронуться не решилась, но мидии оказались неплохи. Друзья уже осушили по кружке и приступили ко второй, когда дверь скрипнула, впустив троих молодых людей.

- Так-так-так, кто это тут прохлаждается за кружкой эля вместо того, чтобы готовиться к экзаменам? - воскликнул один из них, оглядев помещение и заметив Дари.

- Это мои однокурсники из университета, - шепнул тот, помахав пришедшим. - Я сейчас вернусь, перекинусь с ними парой слов.

- Оказывается, сюда и студенты ходят, - с удивлением сказала Вик.

- Публика тут бывает разношерстная, - ответил Йон. - Кого только порой не встретишь. Как твоя учеба, кстати? Уже определилась, что будешь изучать дальше?

Вик рассеяно покачала головой.

- Как же я завидую Дари! Он сразу понял, кем хочет стать. А я уже два года хожу на общие курсы, и все никак не могу выбрать.

Первый год обучения в Иррградском университете студенты не делились по факультетам, и всем скопом посещали лекции по всем возможным предметам, чтобы познакомиться с разными науками. А вот на второй год они имели право выбрать направление дальнейшей учебы. Считалось, что к этому моменту ветер в голове немного утихает и они уже могут сделать осознанный выбор. Впрочем, если в кошельке есть достаточно монет, чтобы оплачивать обучение, можно продолжать ходить вольнослушателем хоть до старости, посещая занятия хоть всех факультетов сразу. Или тех, которые представляют наибольший интерес.

Дари сделал свой выбор, как только попал на первую лекцию по общему врачеванию, а вот Вик продолжала изучать все подряд, ни во что особенно не углубляясь, и никак не могла принять решение.

- А что говорят твои родители?

- Что выбор пути не терпит спешки. Это мне не сильно-то помогает.

- Не вешай нос, - попытался подбодрить ее друг. - Это же здорово, когда никто тебя не подгоняет. Раз они готовы продолжать платить за твою учебу, почему бы этим не воспользоваться?

Вик хотела было возразить, но прикусила язык. Она прекрасно знала, что Йон и его семья были не в состоянии платить за университет, а он был не настолько прилежным учеником, чтобы претендовать стипендию.

- Ну а ты? - спросила она. - Собираешься стать выдающимся ювелиром?

Йон сделал очередной глоток, обдумывая ответ.

- Нет, вряд ли. Работа, конечно, получше, чем в порту тюки таскать, да и мастер Архой человек неплохой… Но недавно он довольно прозрачно мне намекнул, что все свои секреты готов открыть только тому, кто будет частью его семьи. Так что мне, видимо, для достижения вершин мастерства придется жениться на его дочери.

Заметив округлившиеся глаза Вик, он поспешил добавить:

- Она, конечно, ничего, но все эти их шилонские обычаи меня не привлекают. Да и у мастера Архоя и без меня есть, кому передать свое дело.

Пообщавшись с приятелями, к их столу вернулся Дари.

- Эй, ребята приглашают нас пропустить с ними по настойке. Говорят, они тут такие же восхитительные, как и эль.

Компании объединились.

- Из чего это? - шепнула Вик Йону, когда перед ней поставили рюмку с мутной зеленоватой жидкостью.

- Выпьешь, тогда расскажу. Или трусишь?

- Ничего я не трушу, - заявила девушка, не без опаски делая небольшой глоток. Вкус был странным и слегка отдавал тиной.

- Речные водоросли, - сказал Йон, залпом выпивая свою порцию. - Местная экзотика. Остальные вкусы более привычны.

Еще две кружки эля и не поддающееся подсчету количество настоек спустя друзья наконец вывалились из подвала на свежий вечерний воздух. Предстоял непростой путь домой, в Верхний город. Обычно снизу туда можно было добраться на подъемнике, придуманном и собранном колдунами из Башни чародеев, но в такое время он уже, конечно, не работал, так что пришлось плестись пешком. Час был поздний, и улицы почти пустовали. Все приличные люди уже давно разошлись по домам.

Выпитое ударило всем троим в голову, поэтому их разговоры были столь же веселыми, сколь и бессмысленными.

- А вот представьте, станем мы с вами когда-нибудь такими же взрослыми и скучными, и будем вместо этих прекрасных подвалов сидеть в гостиной какого-нибудь советника и… советоваться! - громко заявил Дари.

- Для этого нам самим придется стать советниками. Так и представляю себе: Первый врачеватель Дарион Лааф… Лаарф… Лаарфр… - Йон запнулся. - Никогда не мог правильно выговорить вашу фамилию.

- Я и сам сейчас не смогу ее выговорить.

- Точно придется стать каким-нибудь советником и отменить этот словесный фарс.

Фамилия в Империи считалась показателем социального статуса. Поговаривали, что фамилия Императора едва умещалась на двух листах, и читать ее приходилось по бумажке. Благо делать это нужно было только на официальных приемах. Фамилия Вик и Дари была короче, но все же их предкам правители даровали немало новых слогов за различные заслуги. Впрочем, в повседневной жизни фамилии использовались нечасто, не в последнюю очередь в силу их длины и заковыристости.

- Чтобы отменить фамилии тебе придется стать ни много ни мало Первым советником! - со смехом откликнулась Вик.

- Решено, им и стану! Как прекрасно, когда есть четкий план на жизнь!

- Хорошо, а каким же советником тогда стану я? - поинтересовалась девушка.

- Ты? Хммм… Ну, скажем, Советником по делам советников. А то их у Императора развелось столько, что кто-то явно должен за ними приглядывать.

Их хохот прокатился по пустой улице. На втором этаже ближайшего дома распахнулась ставня, и оттуда раздался недовольный женский голос:

- Хватит орать под моими окнами! Люди спят!

Пытаясь унять смех, троица друзей поспешила дальше.

Близнецы расстались с Йоном на площади Первого Императора, где он нырнул в торговый квартал, где находился дом мастера Архоя, а они продолжили путь вверх по горе. У особняка они заметили поджидавший кого-то конный экипаж.

- Должно быть, Советник Урх. Только он вызывает экипаж, чтобы проехать полторы улицы, - прошептала Вик, отступая в тень. Дари последовал ее примеру. Встречаться с Урхом, Советником по делам Северных провинций, им не хотелось.

Советник Урх когда-то был вождем одного из многих северных племен и считался свирепым и отважным воином. Намучившись с воинственными диковатыми северянами, император в конце концов решил поставить во главе Севера одного из них, и предложил Урху место советника. Со своей задачей тот справлялся неплохо, но все же годы в столице оставили на нем свой отпечаток. Основные победы он теперь одерживал не на поле битвы, а за обеденным столом, и снова и снова рассказывал одни и те же истории из своего славного боевого прошлого.

А вот его старший сын, кажется, воплощал в себе весь северный дух. Его имя то и дело мелькало в городских хрониках. Если где-то случалась большая драка, можно было быть уверенным, что он был там. Он засветился чуть ли не во всех громких скандалах последних лет.

Ничего удивительного, что даже при мысли о том, чтобы познакомиться с ним поближе, Вик страдальчески морщилась.

Они с Дари стояли, стараясь не попадать в свет фонарей, пока из дома не показалась высокая грузная фигура советника. С надсадным кряхтением он кое-как уселся, и его экипаж скрылся за поворотом. Брат с сестрой выждали еще немного для верности, и только затем зашли в дом.

Родители, спровадив последнего гостя, уже удалились в свою спальню. Из кухни доносился звон моющейся посуды. Стараясь не шуметь, близнецы проскользнули в свои комнаты.

Вик уже почти заснула, когда Дари постучал ей в окно условным стуком. Отчаянно зевая, он выбралась к брату на крышу пристройки. С самого детства они частенько вылезали сюда по ночам, чтобы поболтать. Прямо под ними раскинулся небольшой уютный сад, гордость их дома. Сейчас, освещенный только лунным светом, он выглядел таинственно и завораживал взгляд.

- Чего тебе надо, Дари? Я уже сплю, - спросила девушка, потирая глаза.

- Между прочим, я наведался на кухню и обнаружил там целую тарелку пирожных госпожи Литы. Кажется, старина Урх теряет хватку. Может, он их просто не заметил?.. Но, если ты устала, то я, конечно, справлюсь с ними и сам, - Дари продемонстрировал трофейное блюдо со сладостями.

- Еще чего! Они мои по праву, - заявила Вик.

Брат с сестрой поудобнее устроились на крыше и приступили к приятному завершению вечера.