Боковой путь

Вагон лежал на боку, показывая новенькое металлическое днище. Раскуроченная колёсная пара глядела в небо, торча как гнилой зуб. Её разорвало почти напополам, отчего рельсы с тяжеленными бетонными шпалами так же съехали набок. Под ногами осыпался щебень, кое-где с корнем вырвало анкерные болты. Вокруг состава суетились люди, тепловоз уже отцепили и перегнали подальше, а на соседнем пути стоял железнодорожный кран, готовый оттаскивать повреждённый вагон с полотна.

Около вагона сновали следователи и представители транспортной прокуратуры, а также железнодорожники в жёлтых жилетках. С их бригадиром, жилистым мужиком в серо-красной фирменной спецовке, сейчас беседовал помощник прокурора.

Чуть поодаль от места крушения стояли несколько человек в деловых костюмах и один тоже в спецовке, но другой, тёмно-синей с логотипом ТВЗ и пришитым бейджем «Ярцев К.А.» Сам Ярцев с тоской смотрел на груду металла, ещё недавно бывшую новейшим купейным вагоном увеличенного габарита. Ведущий инженер Ярцев лучше всех понимал последствия этого крушения.

— Жертв нет, и слава богу. — Замдиректора в не по сезону плотном костюме похлопал инженера по плечу. Ярцев поморщился. Замдиректора-то практически ничем не рисковал в отличие от Ярцева. Не замдиректора же принимал акты сертификационных испытаний на стенде, полигоне и в инфраструктуре железных дорог. А Кирилл Ярцев принимал, и его подпись стояла на всех актах сдачи в эксплуатацию.

Он раздражённо передёрнул плечами.

— Иван Степанович, вы как будто не знаете, чем это для нас обернётся.

— Убытки, убытки… — пощёлкал языком Иван Степанович. — Экспертизы… Всю техдокументацию изымут. Но тут, Кирилл Андреевич, ещё бабка надвое сказала. Видал, как этого бригадира утюжат? Минут сорок уже. Ты молись, чтобы дело было в полотне. Понимаешь, о чём я?

Кирилл понимал. Неисправность железнодорожного полотна могла стать той палочкой-выручалочкой, которая спасла бы ведущего инженера от статьи. Кирилл отдавал себе отчёт, что этим надеждам цена один процент, и всё же. Ведь помощник прокурора и впрямь всерьёз взялся за бригадира, что-то уточняя и записывая. Но Кирилл был реалистом и понимал: на девяносто девять процентов причиной аварии стал дефект колёсной пары. То есть то, за что он лично нёс ответственность.

Кирилл сел на корточки и закрыл лицо руками. Вокруг него постепенно образовалось пустое пространство, всем в рабочей группе было ясно, кого назначат стрелочником. Руководство всё спихнёт на инженеров, электромонтажников, слесарей, и среди них фигура ведущего инженера так и просилась на плаху.

Он остался один, без лицемерного сочувствия, но легче не стало. Безумно захотелось курить, а в зажигалке как назло кончился газ. Кирилл повертел головой. У вагона суетились рабочие, подготавливая его к сцепке с краном. Слава богу, подумал Кирилл, что состав был пустым, шёл в отстойник, и кроме машиниста, никого в поезде не было. Машинист не пострадал, хотя к нему на всякий случай вызвали скорую. Он сидел у кареты и пил воду, периодически косясь на рабочих около вагона.

Курить захотелось ещё сильнее. Взгляд Кирилла упал на бригадира, которого уже закончил мордовать помощник транспортного прокурора. Бригадир курил, молча наблюдая за подчинёнными. Его лицо словно было в тени несмотря на то, что прямо ему в глаза било солнце. «Странно…» Кирилл подошёл.

— Простите, у вас о… огня не будет?

— Да, конечно. — Бригадир повернул голову, и Кирилл сделал полшага назад. То, что он посчитал тенью, оказалось почти сплошным ковром синих переплетающихся татуировок на лице, лентами уходящих по шее вниз. Из-под повязанной банданы виднелись странные багровые пятна, точно потёки старой крови. Лицо, резко очерченное, с запавшими глазами неопределённого цвета, ощерилось в ухмылке. Бригадир явно знал, какое впечатление производит на непосвящённых.

— Спасибо. — Кирилл прикурил. Бригадир сунул зажигалку в карман и бросил в пустоту:

— Сочувствую.

— М-м-м?.. — Кирилл непонимающе нахмурился. Бригадир кивком указал на вагон.

— Так расхреначить колёсную пару это моё почтение. Головы у вас полетят… Вы ж с ТМХ?

— С ТВЗ. — Кирилл вздохнул. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что он из рабочей группы от завода. Он нехотя протянул руку.

— Кирилл. Ярцев. Ведущий инженер по эксплуатации. А заодно и главный подозреваемый.

— О как. — Бригадир пожал протянутую ладонь. — А я Олег. Бригадир дистанции пути. Значит, пальму первенства у меня отобрать собираетесь?

— Да о чём вы, господи боже! — воскликнул Кирилл, с силой затягиваясь горьковатым дымом. — Ежу понятно, что с полотном всё окей. Простите, но моей компетенции хватит, чтобы понять, что решётку смяло из-за разрыва колёсной пары.

— А вот господин помощник прокурора считает, что рельсошпальная решётка была уложена с нарушениями, — хмыкнул Олег.

— Он что, бредит? Знаете, Олег, я молил бы всех богов, чтобы причиной аварии стала решётка. Но мы оба не слепые. Это разрыв колёсной пары. Вопрос только, из-за чего.

— А из-за чего может быть? — полюбопытствовал бригадир.

— Дефект монтажа, сборки, усталость металла. Экспертиза покажет. У нас изъяли всю техническую документацию.

— У нас тоже. Завтра в отдел по повестке.

— И мне. — вздохнул Кирилл.

Олег прикурил новую сигарету, пронаблюдал, как кран оттаскивает с рельс искорёженный вагон и снова повернулся к Кириллу.

— Жертв нет. Может, штрафом обойдутся?

— Вы знаете, сколько эта штука стоит? А почек у меня всего две. А вы, я смотрю, вообще не переживаете?

— А хрен ли толку. Я про свою работу всё знаю. Этот участок мы клали месяц назад. По нему уже прошли десятки поездов, от грузовых, пустых и полных, до пассажирских. И ничего, лежит себе, милая, не шелохнется. Боюсь, мне нечем порадовать прокуратуру.

Кирилл открыл было рот, чтобы ответить, как в его кармане зазвонил телефон. Бросив взгляд на экран, инженер не смог сдержать ругани.

— Алло! Нелли! Я занят, слышишь! Это терпит до вечера? Всё, мне некогда!

Он сунул телефон обратно и пояснил удивлённо покосившемуся Олегу:

— Жена. Вы не подумайте плохо, она чудесная женщина, неземное создание. Эльф. И как все эльфы, по грешной земле не ходит, вся в облаках. А почему вы так смотрите? Вы её знаете?

— Откуда? Я и вас-то впервые вижу. Просто имя странное. Необычное. Я такое слышал только один раз.

— Да, редкое имя. Она по паспорту вообще Нинель. Ладно, это к делу не относится.

Кирилл не заметил, как на этих словах у Олега сузились глаза.

— Поверить не могу… Ведь все испытания, стенды, полигоны, Щербинка… Всё было нормально, да что тут могло произойти, в Дорошихе этой?!

— Вы раньше времени себя не хороните, — посоветовал Олег, — ничего же ещё не ясно. Всякое может быть. И уж точно не нам об этом судить. Ну, всего хорошего. Мне работать пора.

Олег уже сделал пару шагов, как Кирилл сказал ему в спину:

— Простите… Ещё пару минут. Олег, мне ваше лицо кажется безумно знакомым. Но я не могу понять, откуда.

— Я вас точно вижу в первый раз, — сказал Олег, — хотите, поклянусь.

Его глаза так и оставались прищуренными, но Кирилл не обращал внимания.

— Где я мог вас видеть?.. — Казалось, он задаёт вопрос сам себе.

— На пути. — усмехнулся Олег. — Где же ещё.