Братья не по крови

ГЛАВА 1

БРАТЬЯ НЕ ПО КРОВИ / СОБРАТЬСЯ ВМЕСТЕ

Понедельник, 6:30 утра. Калифорния.

В просторной комнате через шторы начинает просвечивать луч света, озаряющий пространство и падающий на веки героя. Звенит будильник. Просыпается парень лет пятнадцати.

— Э-э-эх, утречко!

Встав с постели, подтянувшись и пройдя через валяющиеся на полу вещи, он направляется на утренние процедуры.

Сегодня первый день в новой школе — очень престижной и влиятельной, куда принимают исключительно гениев с талантом или с хорошими связями. Умылся, собрался, убрался, оделся — и на кухню. Там его уже встречал полусонный сводный брат по совместительству лучший друг.

— Доброе утро.

— Здорово.

Том не в силах был продолжать разговор и пошёл приводить себя в порядок. Тем временем наш жаворонок принялся готовить им завтрак.

— Приступим.

Готово: яичница с беконом и сок.

7:27.

И вот спустился уже одетый Том.

Т — Вот что значит хозяюшка!

М — Завали и ешь. Мистера Венса нет?

Т — Нет и не было. Он ночевал где-то, возможно, и сегодня так же.

М — Понял. Нам же, кстати, в восемь надо в школу.

Т — Да, Альфред уже ждёт внизу.

М — В первый день опаздывать не хочется.

Т — Да тебе-то что? Ты же на общеобразовательном. Тебе терять нечего.

М — Вообще-то общеобразовательный тоже важен.

Т — У тебя был шанс выбрать любое направление. Чем же он так важен, что ты выбрал именно его?

М — Тем, что только так я найду то, что мне действительно нравится. А не то, что мне навязали из-за популярности моей мамы.

Посуда убрана, и оба вышли из дома в 7:50.

Выйдя на улицу, они увидели поджидавшую их роскошную чёрную машину с водителем, одетым в строгий чёрный костюм. Его звали Альфред, он давно работал у Венсов в качестве личного помощника.

Т/М — Утречко, Альфред!

А — Доброе утро.

Сев в машину, Альфред закрыл за ними дверь, и они поехали.

Гарри Венс — очень влиятельный человек. Известный продюсер и бизнесмен, владеющий целым небоскрёбом в Нью-Йорке. Но сын у него только один — это Том. А за Молом он присматривает, так как у того больше никого не осталось после смерти матери — великой актрисы и певицы, перед которой Венс был в долгу, — Элизабет Тернер.

Вот они подъезжают к школе SAN-Marcos. Территорию закрывает красивый белый забор с красными вставками сверху. Здесь есть четыре направления обучения: Исследовательское, Исполнительное искусство, Спортивное и общеобразовательное, куда не особо каждый рвётся.

Альфред, выйдя из машины, как подобает водителю, открыл двери своим пассажирам.

А — Хорошего вам дня.

М — Спасибо, Альфред. Тебе того же.

А — Благодарю, сэр. Том, позвольте вам сообщить кое о чём.

Т — Мол, я догоню. Что такое, Альфред?

А — Мистер Венс просил передать, что сегодня вечером он приедет и расскажет вам важную новость. Также по этой причине я не смогу вас сегодня забрать.

Т — Значит, у отца новости. Тот факт, что он вообще едет, — это уже новость. Хорошо, Альфред, спасибо. И не волнуйся, как-нибудь мы до дома дойдём.

А — До свидания, юный Том.

Альфред сел в машину и уехал. Какие новости ждут ребят сегодня вечером?

Тем временем к школе подходят всё больше и больше учеников. И вместе с ними на скейте подъезжает парень в не соответствующей школьной форме: в бежевом худи и в наушниках, поверх худи — школьный пиджак. Это был Дэниел Дримур.

М — Ден! Привет!

Д — Здорова! Как доехали, богачи?

Т — Не строй обиженку, будто мы тебе не предлагали поехать с нами.

Д — Да расслабься, я просто шучу. Просто сегодня первый день в новой школе, и у меня хорошее настроение.

М — У тебя хорошее настроение от школы? В жизни не поверю.

Д — Ну и не верь. Тебя никто не заставляет.

Т — Ребят, понимаю, вы хотите поболтать, но у вас будет ещё время. Вы же в одном классе, в конце концов.

Д — Не нуди. Идём уже, идём! И к вашему сведению, я — на спортивном.

М/Т — Обернувшись на Дена с удивлёнными глазами. Чего?

Т — В каком смысле ты на спортивном направлении?

М — Да, Ден, я думал, ты, как и я, на общак.

Д — Вы что, в меня совсем не верите? Так-то в средней школе я на карате ходил и даже кое-что выигрывал. Вот и взяли меня туда.

Т — Ты нам особо не рассказывал, как проводил время в средней школе.

Д — Мой косяк, признаю. Но теперь-то вы в курсе. Попробую, а там посмотрим, может, и понравится.

М — Рад за тебя, Ден, что ты наконец выбрал, чем хочешь заниматься. А мне к этому идти и идти.

Т — Не преувеличивай, Мол. Ден и усердный труд порой несовместимы. Лентяй, одним словом. Он так и будет ждать конца семестра, чтобы переписать заявление.

Д — Обидно вообще-то! Что за мнение обо мне!

М — Ребят, пойдёмте! Вы только посмотрите... — голос Мола потонул в новом впечатлении.

Он ожидал показной роскоши — золота, мрамора, чего-то голливудского. Но SAN-Marcos поражала другим. Это была роскошь тишины, пространства и продуманной гармонии. Классические фасады, фонтан в центре двора, похожий на статичный взрыв хрусталя, дорожки, расходящиеся лучами к разным крыльям — к разным судьбам. Даже цветы на клумбах казались высаженными по тайному, совершенному чертежу. У одной из них, склонившись, копался парень с планшетом — не поливал, а, судя по всему, считывал данные с датчиков влажности.

Мир его матери был миром софитов и грима. Этот мир был миром безупречных формул, зашифрованных даже в ландшафтном дизайне.

Разделил их всё тот же бескомпромиссный звонок.

Мол шёл по коридорам школы, восхищаясь изящными деталями. Проходя мимо классов, то слышал звук пианино, то видел, как рисуют картины. Дойдя до своего крыла, он встретил учителя.

Учитель — Здравствуй. Ты на общеобразовательный?

Немного растерянно ответил Мол.

М — А... Да, здравствуйте. Да, я искал кабинет общеобразовательного направления. Я Мол Тернер.

Учитель — Тернер, значит? Приятно познакомиться. Надеюсь, ты найдёшь тут то, что ищешь.

Он зашёл в класс. Пока он искал кабинет, многие уже успели сдружиться.

Учитель — ТАК, БЫСТРО ВСЕ СЕЛИ! Садись на свободное место.

М — Ага.

По классу слышно, как кто-то шепчется:

(Какое-то лицо знакомое... А он милый, тихий какой-то. Я точно его где-то видел.)

Мол направился на последнюю парту у окна. Рядом сидела девушка, которая крайне сосредоточенно что-то рисовала карандашом в тетради, покачивая головой в такт музыке, что играла у неё в одном наушнике. Но разглядеть не удалось — надо было уже садиться. И просидел он так до звонка.

Звонок.

Все повернулись к Молу и начали его расспрашивать:

— Как тебя зовут?

— Ты откуда?

— Ты актёр?

— Почему ты такой красивый?

Мол растерялся, но ответил почти на все вопросы.

М — Я Мол Тернер. Живу уже долгое время здесь. Нет, я не актёр. Гены?

? — Определённо гены. Ты ведь сын Элизабет Тернер, великой актрисы?

М — Да, это я.

? — Че, правда что ли? Да ладно... А почему тогда на общаке? Зачем у общеобразовательного место занимать, чтобы обычные люди не могли поступить?!

М — Я сам поступил сюда своими силами. И не понимаю, о чём ты.

? — Конечно, не понимаешь. Куда вам, дело до нас, обычной серости?

М — Чего? Нет, даже в мыслях не было! Я просто хочу найти то, в чём хорош я сам. А не быть тем, каким меня представляют люди.

? — С такой серьёзностью это говоришь... Неужели реально, что сын гениальной актрисы — такая серость? Небось, ей за тебя стыдно.

Г — ЭЙ! Вам ещё в одном классе учиться! Хотите врагов себе с первого же дня нажить? Расходимся, расходимся, устроили тут базар! А ты, — указывает на того, кто критиковал Мола, — извинись перед ним.

? — Ещё чего! Тоже мне, защитница. Не видишь, он обычная серость? От мамы у него только личико смазливое.

Г — И что? Если серость, надо оскорблять? Так ты же тоже на общаке. Значит, и тебя так можно, а? Как тебя с такими манерами в эту школу приняли?

? — К чёрту! — Он развернулся и вышел из класса до следующего звонка.

Г — Вот псих, скажи? — Повернувшись головой к Молу, она спросила.

М — У него была причина, наверное. Спасибо, кстати. И прости, что пришлось вмешиваться. Надо было ему нормально всё объяснить.

Г — Таким, как он, и объяснять ничего не надо. Всё равно ничего не поймёт. Смысл тогда?

М — Ты... Ты тоже думаешь, что я здесь за чужой счёт?

Г — Да нет, я тебе верю. Ты же сказал, что это не так, и ты здесь, потому что сам того захотел. Мне этого хватает. Меня, кстати, Гвен зовут.

М — Я Мол. Приятно познакомиться.

Г — Взаимно. — С мягкой улыбкой она села.

В этот момент её взгляд упал на открытую тетрадь. Она вдруг засмеялась — лёгким, заразительным смехом.

Г — Ой, смотри, пока мы тут выясняли, мой король-салатник совсем скучать начал! — Она повернула к нему тетрадь.

На странице был нарисован карикатурный, но удивительно живой человечек в короне из вилок и ложек. Он сидел на троне из книг и смотрел в небо грустными глазами. Подпись гласила: «Его Величество Скука, правитель 3-го урока».

Мол неожиданно для себя рассмеялся.

М — Гениально! Ты... занимаешься этим серьёзно? Рисованием?

Г — О, нет! Это так, баловство. Чтобы диалоги в голове не путались, — она ткнула пальцем в виски. — Я актрисой хочу быть. А когда разучиваю роль, то всех персонажей рисую. Так они живее становятся. Этот, — она кивнула на «короля», — это мой нынешний профессор по литературе. Он так о «Гамлете» рассказывает, будто сам его на помойке написал.

Она говорила стремительно, жестикулируя, и Мол ловил себя на мысли, что за её легкомысленными словами скрывается настоящая, жадная до жизни наблюдательность. Та самая, что была у его матери.

Г — А что до тебя? — Внезапно спросила она. — Есть что-нибудь, что тебе нравится?

М — Пока только ищу. — Честно сказал он.

Г — Искать тоже хорошо. Можно столько всего найти по пути. — Она снова улыбнулась.

Звонок прозвучал как невовремя поставленная точка.

Г — Ладно, продолжим впитывать знания. Рада, что ты попал именно на эту парту, Мол Тернер. — Наклонив голову, она снова улыбнулась.

К третьему уроку класс уже гудел как улей: кто-то обменивался контактами, кто-то спорил о только что пройденной теме. А Мол сидел в своём углу, наблюдая. Он всё ещё был чужим для всех.

И Гвен ушла вместе с подругами.

Мол тоже вышел, дабы осмотреться. Идя по коридору, он то и дело слышал музыку, но теперь уже скрипку. Стены были увешаны патентами учеников, а у главного входа стояла витрина с наградами за первое место по всем направлениям. Он уже подходил к исследовательскому крылу, как по лестнице услышался какой-то звук, непохожий ни на скрипку, ни на научные опыты. Кто-то упал.

МИНУТОЙ РАНЕЕ

Том проходил по коридору, протирая свои очки, но его сбили, и он их уронил. Пробегавшие извинились, но ситуацию это не облегчало. У Тома достаточно большой минус, поэтому поиски очков для него — проблема.

За углом бежала девушка, куда-то опаздывая. И Том как раз уже искал очки примерно там. Он их нашёл, встал — и тут они встретились «взглядами».

Пам-пух, бабац!

Л — Айййй!

Т — Ой!

Л — А что? — Поднимая свою книгу, девушка быстро встала, крича: — ИДИОТАМ С ПЛОХИМ ЗРЕНИЕМ НЕ МЕСТО В НАУЧНЫХ КОРИДОРАХ! — И убежала, не обращая внимания на оправдания и на то, что из её сумки что-то выпало. Это была книга о квантовой физике.

Т — Стой, подожди! Что только что произошло?

М — Том? — Мол замечает Тома на полу с книгой, не понимая, что происходит.

Том встаёт и отряхивается, и снова протирает свои очки.

Т — Ты что тут делаешь? Ваш класс на первом этаже.

М — Я не могу тебя навестить? Да и обед скоро.

Т — Да? Ну, пойдём за Деном. Хотя кто знает, может, его уже отчислили. — С небольшой ухмылкой Том произнёс эти слова, надеясь, что это не так, и понимая, что это вполне могло и произойти.

И они вместе направились в сторону спортзала на заднем дворе школы. По дороге Мол понял, что исследовательское крыло отличается от исполнительного: если там было слышно звуки пианино и скрипки и можно было рассмотреть красивые картины на стенах и хорошо обставленную мебель, то здесь только и слышно, как кипят мозги у учеников от будущих открытий. И куда ни посмотри — везде формулы и разные химические элементы.

М — Сразу видно, что здесь сплошная наука. Скучно.

Т — Если в этом разбираться, это вполне даже весело.

Они вышли во двор школы и, почти дойдя до зала, увидели за дверьми Дена, который только заканчивал разминку.

Со стороны Дена: он заканчивал разминку уже после упражнений. Он был в спортивной форме школы и уже немного устал.

Д — Когда там уже обед... — Отдышавшись, немного жалуясь, произнёс Ден, пока не замечая приближение своих друзей.

Том и Мол подошли к стоящему у входа тренеру и попросили забрать Дена с собой под предлогом, что сейчас обед.

Тренер — Дримур!!! К тебе пришли! Без опозданий, уяснил?

Д — Чего? А, ребят, вы мои спасители! Тренер, не волнуйтесь, приду не позже конца тренировки.

Тренер — Если так и будет, завтра побежишь три круга в зимней форме.

Д — Кгх, жестоко, тренер.

Тому и Молу даже немного жалко стало Дена.

И вот все трое снова в сборе и направились к беседкам на заднем дворе школы рядом с небольшим фонтаном.

Д — Можете меня поздравить: я — подающая надежды звезда карате! — Протирая ушибленный локоть, с пафосом заявил Ден. — Тренер сказал: «Скорость есть, а мозгов ноль». Прямо в сердце.

Т — Поздравляю, тебя назвали тупым. — Пронзительным взглядом, с усмешкой, сказал Том.

Д — Кгх, че ж вы все меня так не любите? Мол, ты, ты хоть за меня будь!

М — Ты молодец, Ден. — С утешающей улыбкой сказал Тернер. — Меня вот, кстати, чуть живьём не съели на знакомстве с классом. Девушка одна прям спасла.

Д — Че, Мол уже девушку себе закадрил? Ай-да, Тернер всё-таки использовал своё личико, да?

М — Чего?!? Нет, мы просто друзья, и всё! Че ты воображаешь тут?

Т — Похоже, мы все здесь не совсем на своём месте, — философски подметил Том, рассматривая книгу той девушки и замечая подпись: «Лиза Кесиди». — Так вот ты кто...

Конец дня. Все трое встретились у выхода из школы, но не все направлялись домой.

М — Ну, че, домой?

Т — Я — нет. У меня ещё занятия по шахматам сегодня. Без меня.

Д — Я тоже. У спортивного, оказывается, ещё тренировки есть. Что за жесть, да?

Т — А че ты думал? Конечно, вам ещё на соревнования ездить.

М — Что это получается, вы меня кидаете, что ли?

Д — Ну, сорян, я че могу поделать. Сам хочу домой.

М — Ладно, пойду я тогда тоже. Уже, бывайте.

Д — До завтра.

Ден и Том ушли в другую сторону. А Мол слышит, как кто-то его зовёт. Это оказывается Гвен, новая знакомая Мола.

Г — МОООЛ!!! Подожди! Ты домой?

М — А, да, я домой. А ты?

Г — Я тоже. Вместе пойдём?

М — А ты разве не с подругами?

Г — Да не, они в другую сторону.

М — Ну, хорошо, ладно.

Они шли молча, пока не скрылись из виду вычурных фасадов школы.

М — Спасибо тебе ещё раз за тот раз!

Г — Да брось. — Она улыбнулась. — Когда все ждут от тебя одного, а ты наперекор выбираешь другое — это смело.

М — Это не смелость, — говорит Мол, глядя на пурпурную полосу заката. — А безвыходность. Я же сын гениальной актрисы. Все ждут от меня того же успеха, что и у неё. А чего хочу я — они и знать не хотят.

Гвен внимательно смотрела на него, и в её серых глазах вспыхнуло узнаваемое понимание и одобрение.

Г — Это и есть смелость, — тихо сказала она. — Если ты пришёл сюда потому, что сам того захотел, несмотря на все предрассудки, — это уже говорит, что ты очень смелый и готов идти к своей цели. А не пытаться быть похожим на образ своей матери.

Мол был тронут её словами и понял, что он действительно на правильном пути.

И вот они подошли к перекрёстку, на котором и разошлись.