Бремя тёмного мага 3

Меня втолкнули в камеру и захлопнули за мной дверь. Стоило магическому контуру замкнуться, как я ощутил, что из меня начало вытягивать силу. Я тут же залез в карман, достал ядра и переключился на энергетическое зрение.

Как я и предполагал, камера, а никак иначе это место я назвать не мог, вытягивала энергию не только из меня, но и из добытых мной энергетических ядер. Учитывая, что меня не обыскивали и ничего не забирали, кто-то решил напакостить мне по-мелкому, лишив энергии все мои артефакты, если бы такие были в наличии.

Призраки и монстрик появились сразу же, стоило мне их призвать. Недолго думая, я разделил все ядра на одинаковые с виду кучки и отдал приказ своему «зверинцу» поглотить всё, что они успеют.

Сам я решил провести небольшой эксперимент и призвал спутник-меч. Положив на его лезвие несколько оставшихся ядер, я принялся наблюдать за тем, что будет происходить дальше. Ведь, раз спутник поглощал их за милое дело, то и с предметом должно произойти нечто подобное.

Прошло несколько секунд, но энергия из ядер выходила, но растворялась в воздухе. Меч ни в какую не хотел взаимодействовать с ними. Уже почти отчаявшись, я просто «приказал» ему начать поглощать с них энергию, и это неожиданно сработало! Да, больше половины ресурса было растрачено впустую, но самое главное я понял, в какую сторону идти дальше!

Разобравшись с насущными вопросами, я решил получше осмотреться, куда меня засунули.

Изолятор. Это название звучало, как насмешка. Я и так почти всю жизнь был в изоляции из-за клейма тёмного мага. Теперь же меня вообще заточили в каменную коробку размером три на три шага, без окон, с единственной щелью под потолком, откуда сочился бледный, мёртвый свет от магических кристаллов.

Воздух пах пылью и затхлостью. Этому месту явно не помешали бы проветривание и влажная уборка. А ещё здесь «пахло» чужим страхом и отчаянием. Я чувствовал этот запах, и он мне не нравился. Он был кислым и противным на «вкус». Чем же они тут занимались с «изолированными», что тут такая атмосфера?

Постаравшись абстрагироваться от всего этого, я рухнул на жёсткую лежанку, вмурованную в стену, и закрыл глаза. В голове тут же вспыхнули образы.

Искажённое яростью лицо Даниела. Холодные глаза того мерзавца-зама. Равнодушное лицо Элрика. И кольцо. Это проклятое кольцо, которое я по глупости, по какому-то наивному душевному порыву, решил вернуть.

— Идиот, — прошипел я сам себе, с силой потирая лицо ладонями. — Наивный, бестолковый идиот. Надо было выбросить его в первую же вонючую яму, а не тащить с собой в академию. Подумаешь, предсмертная просьба того парня. Вот к чему она меня привела? В этом мире надо быть хитрее.

Внутри всё клокотало. Ярость, обида, бессилие. Я прошёл через все испытания Проклятых зон, сражался с монстрами и Охотниками, заключил сделку с древним духом, чтобы в итоге оказаться здесь! В клетке! Униженный администрацией академии, которая должна заботиться о своих студентах, а не тащить в изолятор по первому же голословному обвинению.

Бред!

Тьма внутри меня, до этого притихшая, встревоженно зашевелилась. Она чуяла мои эмоции, чувствовала, что я загнан в угол. И, как дикий зверь, попавший в ловушку, тьма не желала сдаваться. Она готовилась к последнему, отчаянному рывку. Шрамы на руке заныли знакомой, почти успокаивающей болью, но я поспешил взять себя в руки.

«Спокойно, Люк, — сказал я сам себе, заставляя дыхание выровняться. — Дыши. Дыши и думай».

Они оставили мне мои вещи. Жезл Вейлора, нож, ядра – всё это было ценным, но без энергии абсолютно бесполезным. Выходит, что, не забрав у меня вещи, они, тем не менее, лишили меня практически всего ценного. Но они не смогли лишить меня самого главного – моей связи с призраками.

Я сосредоточился на тех нитях, которые связывали меня с моими слугами. Пока есть время, надо хоть разобраться с ними и со всеми теми изменениями, которые с ними произошли.

Старый Призрак, стоило мне потянуться к нему по нашей связи, отозвался волной холодного, хищного удовлетворения. Он наслаждался моей яростью и «вкусным обедом». В принципе, а почему бы не называть его просто «Старый». А то «Призрак» звучит как-то глупо.

Второй, призрак-ищейка, слегка дрожал, недовольный тем, что это место высасывает из него силы. С ним я тоже не стал заморачиваться, переименовав его в «Ищейку». Если так разобраться, то он лучше всех справляется с задачами по поиску и охране.

Новый призрак, тот, слабый дух санадрийского офицера, хоть и был всего лишь тусклой искрой по сравнению с первыми двумя, но и он откликнулся на мой зов. С ним я провозился дольше, пытаясь выявить его сильные стороны.

Во время того боя с Проклятыми, мне показалось, что он как будто усиливал остальных моих слуг. И пускай по сравнению с ними он был слаб, зато эта его особенность делала его чрезвычайно ценным и полезным. Особенно, если представить в голове десятки призраков под моим командованием, которые рвутся в бой под его усилениями.

— Будешь «Капитаном», понял? Твоя задача – следить за боем и усиливать остальных. Сам вперёд больше не лезь. Посмотрим, что из тебя получится. Надеюсь, я не пожалею о своём решении оставить тебя.

Остался ещё один. Последний и самый спорный. Смутный, едва сформированный образ чудовищного «жалохвата», после того как он сожрал свою порцию ядер, стал более чётким и опасным на вид. Даже сейчас он превосходил по размеру всех моих призраков взятых. А что с ним станет, если я продолжу его кормить? Уверен, он превратится в чудовищное орудие убийства!

Уголки моих губ сами собой поползли вверх в жестокой ухмылке.

Они думали, что посадили в клетку беззащитного юнца? Что ж, они сильно ошиблись. Придётся их немного разочаровать. Они посадили в клетку голодного и злобного хищника. А голод и злость лишь росли с каждой минутой, проведённой в этих каменных стенах. Лучше бы им поспешить, пока я не решил, что хватит мне тут «гостить».

Не знаю, сколько дней прошло. В камере изолятора время текло иначе. Светильники на потолке никогда не гасли, поэтому мне было сложно ориентироваться. Спал я урывками, просыпаясь от кошмаров, в которых Старый что-то шептал мне из густой тени и тянулся к моему горлу.

Изолятор постоянно выкачивал из меня энергию. Тупая, ноющая пустота быстро стала моим постоянным спутником. Мои призраки дремали где-то внутри меня, истощённые, едва откликаясь на мои попытки достучаться до них. Даже Старый, самый сильный из них, был слаб. Я чувствовал их голод, их злость, их желание вырваться из-под моего контроля и насытиться тем, что первым попадётся им под руку. А кроме меня тут насытиться было нечем. Так что ситуация была довольно напряжённая.

Когда дверь открылась с глухим скрежетом, нарушив гнетущую тишину, я испытал огромное облегчение. В проёме стояли двое стражников в полных доспехах, с боевыми жезлами наготове. Их лица были скрыты шлемами, но я ощущал их брезгливость и высокомерие.

— Выходи давай. Совет ждёт.

Меня повели по длинным, безликим коридорам. Ноги, отвыкшие от ходьбы, слегка подкашивались, но я шёл и не жаловался. Не хотел показывать им свою слабость.

Зал Совета оказался таким, каким я его и представлял – просторным помещением, с высоким потолком. Картины на стенах изображали сцены великих побед магов Арканума над силами тьмы. От меня не ускользнула ирония ситуации. Решили сразу же указать мне моё место? Что ж, значит, как я и предполагал, надеяться на справедливое правосудие глупо и бессмысленно.

В центре, за полукруглым столом из чёрного дерева, сидели они – семь старших магов, чьи решения определяли судьбы сотен студентов, включая мою.

Их взгляды, тяжёлые и оценивающие, впились в меня, стоило мне зайти внутрь. Я стоял посреди зала, в грязной, вонючей, потрёпанной одежде, чувствуя себя не в своей тарелке. Чуть в стороне я заметил Элрика, но его лицо, как обычно, было похоже на каменную маску. Он смотрел куда-то в пространство перед собой, словно боялся встретиться со мной глазами.

Хоть он ничего мне и не обещал, но я считал его предателем. Почему-то мне казалось, что, будь на моём месте кто-то другой, он бы постарался его защитить.

— Начнём, — произнёс директор Кассиус, старик с лицом, испещрённым морщинами, но с глазами, острыми, как отточенный клинок. — Люк, сын… кого-то, — его голос был тихим, но он заполнил собой весь зал. — Так, информация отсутствует, так как тебе подчищали память. Видимо, откуда-то с периферии. Впрочем, это неважно. Ты обвиняешься в использовании запрещённой тёмной магии, неподчинении приказам, убийстве мага Арканума Виктора и, по некоторым данным, сговоре с враждебными силами санадрийцев. Твоё возвращение в общество студентов академии невозможно. Более того, опасно.

Он сделал паузу, давая мне осмыслить то, что он только что произнёс. Внутри всё похолодело. Все эти обвинения звучали дико. Звучали, как приговор. Я видел это в их глазах. Они уже всё решили между собой, и этот так называемый процесс, был не более, чем фарсом. Показухой, чтобы придать этому представлению легитимность.

— Видения студента Даниела подтвердились. Ты вонзил ему ритуальный кинжал прямо в грудь! Тебя ждёт заключение в тюрьме для магов! Ты будешь отправлен туда завтра!

Они решили сгноить меня в тюрьме? Эти… сморчки? Твари! Да я лучше сдохну сражаясь, чем буду гнить в четырёх стенах, угасая с каждым днём.

— Вы забыли упомянуть, что есть ещё один вариант, господин директор, — голос наставника Карина прозвучал настолько неожиданно, что я сперва даже не осознал смысл его слов.

— О чём Вы, наставник Карин? — директор Кассиус недовольно дёрнул щекой.

— О новом эдикте нашего императора.

— Ах, Вы про это, — протянул Кассиус, и в его голосе прозвучала нота снисхождения. — Да, действительно, в связи с военным положением, введённым на большей части территории страны из-за наступления сил Санадрии, у тебя, студент Люк, как у гражданина Арканума, обвиняемого в преступлении, есть право выбора.

Право выбора? Сомневаюсь, что второй вариант будет намного лучше первого. Но это не значит, что я не хочу его услышать. Хочу! И даже очень.

— Ты можешь отбывать назначенное тебе наказание в крепости Тарнхольм, — голос Кассиуса стал ледяным. — Тюрьме для магов, чьи способности представляют опасность. Пожизненное заключение в камере, подавляющей любую магию. Там ты будешь в безопасности. Ведь тёмный дар представляет опасность, в первую очередь, для самого мага.

Сердце упало куда-то в район пяток. Пожизненное заточение в каменном мешке, где моя сила, моя сущность, будет медленно вытягиваться из меня, пока я не превращусь в пустую оболочку. Участь хуже смерти.

— Или, — Кассиус откашлялся и бросил косой взгляд в сторону Карина, — ты можешь воспользоваться указом военного времени и добровольно вступить в ряды обороны. Твой… уникальный набор навыков может помочь солдатам на фронте.

На фронте. Там, где свистят пули и летают заклинания. Где санадрийцы смогут при желании меня достать. Где сражения проходят в том числе и в Проклятых зонах.

— Большая часть старшекурсников академии также будет мобилизована, — добавил он, словно это должно было меня утешить.

Только что-то мне подсказывает, что они займут должности при штабах, в тыловых подразделениях, на относительно спокойных участках фронта. Маги, пускай ещё зелёные и не особо опытные, слишком ценны, чтобы рисковать ими бездумно.

— Твоё место, в случае выбора военной службы, будет определено исходя из твоей специфики. Скорее всего, ты будешь зачислен в какой-нибудь ударный батальон, который действует в самых горячих точках, на острие прорыва. Будешь ликвидировать очаги сопротивления, проводить зачистки в только что отбитых у врага Проклятых зонах. Шансы на выживание там невысокие, но они есть, — добавил наставник Карин, глядя мне прямо в глаза.

Он расписывал всё это таким тоном, словно перечислял преимущества, а не недостатки. Но в его взгляде я не видел ни насмешки, ни презрения. Он словно заранее понимал, какой выбор я сделаю, и готовил меня к тому, что меня там будет ждать.

Мог бы сильно и не стараться. То, что он описал, мало походило на альтернативу. Скорее, это была завуалированная форма казни. Более зрелищная и, чего уж скрывать, полезная. Они бросали меня в самое пекло, надеясь, что я сгину там, но смогу принести хоть какую-то пользу перед смертью.

Я посмотрел на лица членов Совета – безразличные, надменные, источающие презрение. На Элрика, который так и не посмотрел на меня. На стражников, сжимающих жезлы. На преподавателей, часть из которых тоже здесь присутствовала. На изображения, где светлые маги побеждали тьму.

И я сделал свой выбор. Не из храбрости, не из чувства долга, а из желания выжить.

— Войну, — хрипло выдохнул я, и моё слово прозвучало громче, чем я ожидал. — Я выбираю сражаться.

Архимаг Кассиус медленно кивнул, словно ожидая именно этого.

— Да будет так. Завтра на рассвете тебя отправят в расположение батальона. Да пребудет с тобой свет, дитя, — его губы искривились в подобии улыбки. — Хотя, в твоём случае, это, наверное, сомнительное пожелание.

Стража повела меня обратно, в камеру. Но на этот раз я шёл, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Они думали, что бросают меня на убой. Думали, что я сгорю в бездне войны.

Но они все ошибались. Эта бездна станет мне родным домом. И я сделаю всё, чтобы они пожалели о том, что так со мной поступили.

Рассвет застал меня у ворот академии. Я до последнего надеялся, что хоть кто-то из моих знакомых придёт меня проводить, но, увы и ах, моим надеждам было не суждено сбыться. Вместо торжественных проводов, меня ожидали лишь два угрюмых вояки в форме арканумской армии и посыльный от академии в сопровождении пары охранников. Посыльный вручил военным запечатанный свиток с приказом.

Один из них, бородатый детина с шрамом через бровь, развернул его, прочитал, время от времени поглядывая на меня и многозначительно хмыкая, после чего сделал отметку в каких-то своих документах, а бумажку с приказом сунул мне в руки.

— Держи и не вздумай потерять. Полезай к твоим новым друзьям. И поспеши. Нам по пути ещё надо будет забрать несколько человек.

Один из охранников передал мне сумку с вещами, которые академия должна была предоставить всем мобилизованным студентам. Когда я забирал сумку, наши руки случайно соприкоснулись, и он брезгливо отряхнул ладони, словно прикосновение ко мне осквернило его.

Второй охранник, помоложе, нервно теребил рукоять жезла. Его взгляд настороженно скользил по мне, и в его глазах читалось опасение. Отлично. Пусть боятся. В этом мире только так и должно быть – либо ты боишься, либо тебя.

Я развернулся и, не оглядываясь на мрачные шпили академии, которая стала ложным убежищем, зашагал в сторону специального автобуса.

— Не так быстро, — остановил меня один из вояк. — Давай сюда свою руку. Любую.

— Это ещё зачем? — спросил я, не торопясь выполнять идиотский приказ.

— Для твоего же блага, я надеюсь, что это первый и последний раз, когда ты, вместо того чтобы выполнить приказ, задаешь тупые вопросы. Руку!

Я побуравил его глазами, но всё же не стал идти на конфликт и протянул левую руку, на которой тут же защёлкнули браслет.

— Арканит? — хмыкнул я. — Подавитель магии? Боитесь, что я нападу на вас по пути и сбегу?

— Мы ничего не боимся, — жёстко ответил второй вояка. — А браслеты – это стандартная процедура при транспортировке ненадёжных магов. Так что закрой свой рот, и залазь в автобус.

Я не стал спорить и поспешил выполнить очередной приказ. Найдя свободное место у окна, я уселся на сиденье, закинув сумку под ноги, и погрузился в воспоминания.

После того, как меня отвели обратно в изолятор, поместив, правда, в другую камеру, ко мне пришёл наставник Карен. Не скажу, что его появление меня удивило, я ждал, что придёт хоть кто-то, но не думал, что этим «кем-то» будет именно он.

Пробыл наставник не долго и оставил после себя противоречивые ощущения. Его слова висели в спертом воздухе казармы, тяжелые и неприятные, как и вся эта ситуация вокруг меня.

«Не лезь вперед. Постарайся выжить», — в принципе, всю суть его монолога можно передать этими двумя фразами.

Легко сказать. А как это сделать, когда тебя, как скот, погрузили в бронированный автобус и везут в самое пекло, на убой?

Колеса грохотали по разбитой дороге. В полумраке кузова, освещенном лишь тусклым аварийным светом, сидели те, кого Арканум счел расходным материалом.

Вонь немытых тел, страха и дешевого самогона, который кто-то умудрился пронести, висела в воздухе, вызывая рвотные позывы. Я прижался к окну, стараясь не дышать полной грудью, чувствуя, как чужая вонь въедается в мою одежду.

Спутники молчали, придавленные антимагическими рунами, выбитыми на стенах транспорта. Я попытался потянуться к ним мысленно, но связь была слишком слабой, так что я не стал тянуть из них оставшиеся крупицы силы.

— Ну чё, братишка, ты как? — раздался над ухом гнусавый голос.

— Свали, — коротко ответил я, даже не повернувшись в его сторону.

— А чё так грубо? Я же с тобой по нормальному, а ты хамишь. Не надо так. Нам с тобой, возможно, ещё не один килограмм говна придётся съесть, а ты дерзишь.

— Я говно есть не собираюсь, так что нам с тобой точно не по пути. Иди ищи таких же гурманов, как сам. Ко мне не лезь, если не хочешь пойти на корм моим питомцам.

— Каким ещё питомцам, дурень? Ты чё, совсем бредишь? С головой проблемы.

— Я тёмный маг, олух. Так понятнее?

Тип, который всё это время стоял и сопел прямо над ухом, шарахнулся от меня, как от чумного. Да и остальные «пассажиры» начали на меня коситься. Наверное, прикидывали у себя в голове, как бы со мной подружиться. А может и нет. Кто знает? Чужая душа – потёмки. Главное, что больше никто ко мне не лез и знакомства завести не пытался.

Через несколько часов автобус с грохотом остановился. Засовы с громким лязгом отодвинулись, и в кузов ворвался ослепляющий дневной свет, а вместе с ним – приглушенный грохот канонады.

— На выход, мусор! Быстро! — проревел чей-то хриплый голос.

Мы послушно повалили наружу, щурясь и спотыкаясь. Перед нами раскинулся не город, а то, что от него осталось после атаки санадрийцев и магии арканумцев. Дымящиеся руины, почерневшие остовы зданий, тянущиеся в небо, словно кривые пальцы с обгрызенными ногтями. Воздух гудел от пролетающих снарядов и был густо пропах гарью, смертью и магией.

Нас построили в неровную шеренгу перед офицером в заляпанной грязью форме Арканума. Его лицо было усталым и равнодушным, но глаза смотрели цепко

— Внимание, отбросы! — его голос резал воздух, как стекло. — Я – капитан Вайлок. Для вас война началась пять минут назад. Вы теперь часть Пятого Штурмового батальона, или, как его окрестили недоумки из других отрядов, «Батальон смертников». Ваша задача проста. — Он указал обугленной рукой в сторону дымящихся развалин на горизонте. — Вон тот город, до вчерашнего дня назывался «Цветущей Долиной». Сейчас там вряд ли можно найти хоть один цветущий цветок. Теперь в нём сидят санадрийские нелюди. Ваша задача – выкурить их оттуда. На выполнение – сорок восемь часов. Кто выживет – молодец. Кто решит сбежать – расстреляю лично. А может просто выпущу кишки и заставлю смотреть. Вопросы?

По шеренге прошел ропот. Кто-то сзади нервно сглотнул.

— Нам не дали оружия! — крикнул кто-то смелый, а может, просто отчаянный.

Капитан Варлок усмехнулся, и в его улыбке не было ни капли юмора.

— Оружие? — он сделал паузу, давая нам прочувствовать всю глубину нашего положения. — Оружие вы можете найти на месте. У убитых. Своих или вражеских. Что касается магов – попробуйте вспомнить, на что вы еще годитесь без своих жезлов и книжек.

— Украшения хоть снимите? — я потряс рукой с антимагическим браслетом.

— Снимем. Займись, — капитан кивнул какому-то магу, и тот принялся снимать с нас ограничители.

Сразу же стало легче дышать. Теперь хоть появились шансы действительно пережить эту безумную атаку.

— Но как мы сможем очистить город от солдат без оружия? — спросил капитана кто-то из новоявленных «смертников». — Нас же просто перебьют!

— Может и перебьют, — пожал плечами капитан. — А теперь, пока я не передумал и не расстрелял вас прямо здесь, – марш! Вперед! Первая цель – тот разбитый склад на окраине. Не забывайте прикрывать друг друга. Хотя… кого я обманываю? — Он плюнул на землю. — Просто добегите и постарайтесь не умереть в первые пять минут. Мне за вас ещё отчитываться перед начальством.

Толпа дрогнула и, подгоняемая окриками сержантов и затрещинами, рванула вперед, к руинам. Не строем, а стадом испуганных животных. Я, хоть и планировал немного подотстать, чтобы посмотреть, кто куда побежит и как будет себя вести, но у меня ничего не вышло. Я оказался в самой толпе и мен пришлось бежать наравне с остальными.

Первый взрыв прогремел справа, подняв в воздух фонтаны грязи и обломков, когда мы пробежали всего половину расстояния до цели Кто-то коротко вскрикнул, но крик почти тут же оборвался. По телу пробежали мурашки. Это была не тренировка, не учебный полигон. Здесь убивали по-настоящему!

Под грохот редких взрывов и свист пуль, мы ворвались в полуразрушенное здание склада. Внутри царил хаос. Тела в форме Арканума и серых мундирах санадрийцев лежали вперемешку. Воздух был густым от запаха крови и пороха. Сверху доносилась ругань и треск выстрелов — где-то на верхних этажах еще шла перестрелка.

— Оружие! Ищите оружие! — кричал кто-то, уже стягивающий автомат с мертвого солдата.

Я отбежал в темный угол, за груду ящиков, и прислонился к холодной бетонной стене. Сердце колотилось, пытаясь вырваться из груди. «Постарайся выжить», кажется, это мне сказал Карена? Вот уж точно задача первостепенной значимости.

Я прикрыл глаза, пытаясь отгородиться от царящего вокруг хаоса. Нужно было сосредоточиться. Восстановить хоть немного энергии, чтобы хватило на призыв призраков. Вокруг было просто море из негативной энергии, которую я морщился, но впитывал изо всех сил.

Внезапно раздался топот и в моём закутке появилась тень. Высокий, тощий мужчина в рваной магической мантии. Один из тех, с кого снимали антимагический браслет. Его глаза блестели лихорадочным блеском.

— Ты! — он прошипел, указывая на меня дрожащим пальцем. — Проклятый тёмный! Это из-за таких, как ты, все это! Из-за твоей проклятой магии!

Он что-то пробормотал, и в его руках заплясали сгустки нестабильной энергии. Ему явно не хватало боевого опыта. Не знаю, на что он был способен «там», но «здесь» ему не хватало концентрации на простейшее атакующее заклинание. Ему бы поддержать уже вступивших в бой обычных бойцов, но он зачем-то решил выместить свой страх и ненависть на мне.

Я отпрыгнул в сторону. Слабенькая молния ударила в стену за моей спиной, оставив на бетоне небольшую подпалину и наэлектризовав мои волосы. Я ударил в ответ на автомате. Отправил в его сторону щупальце из тьмы, которое обвилось вокруг его шеи и сдавило так, что тот тут же растерял весь свой боевой задор.

Он захрипел, его глаза выкатились от ужаса, и он рухнул на пол, забившись в судорогах. Через секунду он затих.

Я стоял, тяжело дыша, глядя на его почерневшее тело. Вокруг шёл бой, так что можно было надеяться, что никто не заметил произошедшего. Но от тела, всё же, стоило избавиться, чтобы не пришлось потом оправдываться.

Я прислушался к себе и понял, что не испытываю мук совести. Если раньше я бы корил себя за его убийство и переживал, то теперь я не чувствовал ничего, кроме лёгкого раздражения. Да, я не хотел этого делать. Не хотел убивать своих. Но он сам сделал свой выбор, решив покончить жизнь самоубийством таким экстравагантным способом.

— Сожрите его, чтобы ни следа не осталось, ни капли крови, — приказал я своим призракам, выпуская их всех наружу. — Разрешаю жрать врагов, на своих не нападайте. В идеале вообще им на глаза не попадайтесь.

Призраки как раз успели справиться с задачей, когда снаружи донесся оглушительный рев и треск ломающегося камня. Сверху полетели куски крыши, и все ринулись к проломам в стенах.

Я побежал вслед за остальными и выбежал на улицу, тут же спрятавшись за каким-то каменным блоком.

Из-за угла соседнего здания выползло… нечто. Огромное, многоногое, сотканное из ржавого металла и живой плоти.

— Боевой голем санадрийцев! — закричал какой-то умник и принялся стрелять в него из трофейного автомата.

Было видно, что пользоваться им он не умел, так что почти все выстрелы ушли далеко в сторону, не нанеся голему какого-либо ощутимого вреда.

«Глаза» голема, роль которых выполняли какие-то кристаллы, пылали багровым светом, а из какого-то маготехнического устройства, вросшего в его «плечо», бил поток магического огня.

Он методично расстреливал укрытия, где засели остатки нашего отряда.

— Надо отступать! Уходим к центральной площади! — донесся чей-то отчаянный крик.

Всё бы ничего, но кричащий «умник» почему-то не учёл, что там нас тоже могут ждать. А бежать в возможную засада, оставляя за спиной ЭТО, было очень тупо. Нас же просто зажмут с двух сторон и уничтожат. Это же элементарно. Как они этого не понимают?

Выбора не было. Либо я пущу в ход всю свою силу, либо умру здесь, в этом вонючем, никому не нужном городишке.

Я сделал шаг вперед, навстречу чудовищу.

— Эй, железка! — крикнул я, отдавая приказ призракам незаметно добраться до этого монстра. — Ну ты и урод. Валила бы отсюда, пока можешь. Иначе, я от тебя и мокрого места не оставлю.

Голем медленно повернул свою массивную «голову» в мою сторону. Багровый луч его «глаз» уперся в меня, а вокруг его орудия начала закручиваться энергия.

От автора