Бродячие

- Дим… Дим, вставай!

Кто-то тряс меня за плечо, усиленно пытаясь вырвать меня из цепких лап сна. Поднимать голову и выползать из-под теплого пухового одеяла не хотелось, зная, что меня встретит лишь холодная тьма зимней ночи.

- Ну-у пожалуйста!

Голос принадлежал сестре. И чего это Ленка так рано проснулась? Да и что ей нужно вообще?

Я нехотя открыл глаза. В комнате было темно, лишь еле уловимая полоска света от уличного фонаря, просочившаяся сквозь щель в задернутых на ночь шторах, делила комнату надвое. Мне ужасно не хотелось вставать, но сестренка настойчиво продолжала трясти меня. Наверное, ей опять приснился какой-нибудь страшный сон.

- Что случилось-то? Чего ты меня будишь? – я нервно огрызнулся, заворачиваясь назад в одеяло.

- Димка, там… - она говорила тихо, практически шепотом. - На улице ходит кто-то!

–Мало ли кто там ходит! - ответил я, так и не выглянув из-под одеяла, лишь сильнее в него закутавшись.

- Это волки, Дим! – Ленка говорила уже с нотками истерики. – Огромные!

Тут я все же не выдержал и высунул голову. Наверное, я был похож на черепаху, которая выглянула из своего панциря, чтобы оценить обстановку.

- Какие волки?! Может это собаки бродячие? Да и вообще – чего ты в окна глядишь, а не спишь? Темно ж еще, а нам вставать завтра рано. Нам же на День здоровья в школу надо. Опять проспим... Будут потом маме звонить, где мы, а она ж на работе будет еще… Иди спи!

Ленка плюхнулась на свободное место возле меня и подобрала ноги, скрючившись так, что сразу показалась мне раза в два меньше обычного.

- Да я… - начало было она, - я просто попить встала. И услышала, что кто-то ну… рычит как будто на улице. Я в окно осторожно выглянула, а там – они. Страшные, Дим! Волки!

Волков в нашей деревне не было уже очень давно. Папа когда-то рассказывал, что еще его отец с деревенскими по молодости в лес устроили целую вылазку охотничью. Причина была в том, что тогда часто стали волки подходить к окраине деревни. Выли, людей пугали. А у кого подворья были ближе всего к лесу – у тех кур таскали да собак грызли по ночам. Вот местные и решили, что пора эти бесчинства заканчивать. Снарядились ружьями, да и отправились в лес. Папа тогда еще маленький был, чуть старше, чем я сейчас… Но говорил, что деда моего не было двое суток с другими мужиками. Все в деревне переживали очень. А потом охотники вернулись. Притащили они тогда штук тридцать шкур волчьих, не меньше. И вроде как многих волков перебили тогда, если не всех, кто в нашей округе обитал, но горестей тоже хватило. Пару человек израненными пришли, а одного мертвым вернули…

Вспомнив это, я резко сел на кровати и недовольно пробурчал:

- Да не может тут быть волков! Я ж говорю – собаки это чьи-то. Отвязались, бывает же такое. Вон, в соседнем селе мама же рассказывала, что штук пять по улицам бегает бродячих каких-то.

- А ты сам посмотри! – Ленка выпалила это с обидой и страхом. Я лишь молча посмотрел на нее. И вдруг до моих ушей донесся глухой, протяжный рык. Внутри сразу все похолодело. Ленка лишь и успела пискнуть, а потом судорожно начала перебирать руками край моего одеяла. Чтобы спрятаться под ним.

- Дима! Мамочки! Это они…

Я осторожно отодвинул одеяло и аккуратно, стараясь вставать так, чтобы старый матрас предательски не скрипел, ибо мне казалось, что этот звук в тишине дома будет громче, чем удар в огромный колокол. Нащупать ногами тапки от волнения мне не удалось, и я босыми ногами тихонько зашагал к окну, которое вело на улицу. Аккуратно встав у самого края, я медленно отодвинул штору. И замер, перестав даже дышать. В свете уличного фонаря мне удалось рассмотреть тех, кто так напугал мою младшую сестру.

Пол улице бродили… Кто? Это точно были не собаки. Но и не волки. Да, эти существа походили по виду на волков, но их размер был куда крупнее. Взъерошенная шерсть у них была темного окраса. У каждой твари тут и там виднелись проплешины и какие-то язвы по всему телу… На огромных мордах ширились такие же огромные пасти, полные множества клыков… А глаза?! Казалось, они светились красным! Эти… существа медленно бродили кругами по улице между нашим домом и соседским, принюхиваясь и изредка поднимая головы, чтобы осмотреться. Один из затих чудовищных зверей внезапно остановился и, будто бы учуяв что-то, резко вскинул голову кверху. И завыл.

Этот вой пробрал меня до костей. Тогда мне казалось, что ни одно живое существо в принципе не способно издавать столь пугающие звуки. Я отпрянул от окна. Сердце стучало так быстро, так сильно, что мне казалось, что оно бьется не в груди, а где-то в районе шеи, словно пытаясь выбраться из моего тела и убежать… Позади меня Ленка взвизгнула под одеялом. Вой затих и повисла ужасающая тишина. Казалось, что после этого звука все в селе замерло.

- Дима, иди ко мне! Я боюсь! – тонким голоском провопила сестренка из-под одеяла.

И я, сделав шаг по направлению к кровати, но тут до моих ушей донесся скрип открывающейся двери. Напротив нас жил дедушка Игнат. Он был не сильно разговорчивым и редко вообще выходил из дома, разве что в магазин за продуктами или с ведрами за водой. Обычно он всегда сидел дома. Только летом, в теплую погоду, его можно было обнаружить на лавочке, что была возле его забора. Он выходил на нее по вечерам, курил, и очень грустно смотрел куда-то вдаль, словно ждал кого-то. Предбанник его дома немного покосило от времени, дверной проем скрутило, и чтобы открыть дверь, нужно было приложить определенные усилия. Папа как-то приходил к деду Игнату, обтесывал края дверной коробки, что-то подбивал, но через пару недель дверь все равно заедало. Папа говорил, что сам предбанник нужно по-хорошему переделывать: не ровен час – рухнет старому прямо на голову… Именно по глухим ударам в дверь и по следующему за ними скрипу я понял, кто вышел во двор.

Переборов себя, я вернулся к окну и аккуратно выглянул.

На крыльце своего дома стоял дедушка, в руках у него было ружье. Ужасные звери, ощетинившись и нервно подергивая хвостами, стояли полукругом напротив калитки. У старика едва заметно зашевелись губы. Если он что-то и сказал, то с такого расстояния, да и через стекло, я не услышал. Затем он вскинул ружье.

- Дим, что там? – донесся писклявый, перепуганный голос Ленки.

- Да тихо ты… - прошептал я.

Раздался выстрел. Остальное произошло в одно мгновение.

Одно из существу взвизгнуло и осело на снег, остальные практически одновременно прыгнули через забор и налетели на Игната. Крик, вой, рев – все смешалось. От испуга я не мог отвести взгляда. Я смотрел на то, как стая обезумевших монстров на моих глазах заживо разрывает на части моего соседа. Фонарь не доставал до крыльца его дома, но мне казалось, будто я видел брызги темной жидкости, разлетающиеся во все стороны. Крик дедушки я слышал недолго, буквально несколько мгновений. Дальше – только рычание и чавкающие звуки, треск рвущейся одежды и плоти… Меня стошнило.

Пытаясь удержать руками то, что просилось наружу из моего рта, я осел прямо под окном. Меня бросило в холод. Перед глазами не было ни нашей комнаты, ни противно тикающих часов, стоящих на комоде, ни той самой полоски света на стене… Не было даже сестры, которая что-то верещала. Была только ужасающая картина звериной жестокости.

Как долго я сидел, прижав ко рту перепачканные и влажные руки, я не знаю. Но сначала до меня стал доходить зловонный запах желудочного сока, потом я увидел лицо Ленки, которая высунулась из-под одеяла и с ужасом смотрела на меня. Затем я вспомнил все, что видел в окне, и меня снова передернуло. Я пытался избавиться от противной субстанции на руках, наспех вытирая их о висящие шторы. Плевать, что мама могла за это серьезно наказать…

- Дим… - дрожащим голосом прошептала сестра.

Но мне было все равно. Я не хотел бежать на кухню и умываться. Я хотел стереть все это. Желательно – вместе с воспоминаниями о том, что я видел.

- Дим, ты… - снова повторила Ленка.

- Замолчи! – чуть ли не криком велел я ей. И в ту же секунду, испугавшись того, что сделал, добавил. – Ты… Ты просто не видела. Ты не представляешь, что…

- Дима! – Лена закричала, смотря куда-то поверх моей головы.

И только тогда я понял, что натворил. Широкая полоса света, которая расползлась по полу спальни, будто лунная река, освещала нашу комнату. Пока я судорожно вытирал ладони и лицо о шторы, я их раздвинул… Ленка вжалась в кровать, словно маленький перепуганный кролик. Я же, замерев, лишь наблюдал за широким пятном света. Сейчас эти твари, заметившие нас, запрыгнут к нам в комнату, разбив своими массивными телами окно, и от нас не останется ничего, кроме окровавленных ошметков одежды…

Ленка не поднимала головы. Казалось, что она даже и не дышала вовсе. Я сам, словно каменный истукан, сидела под окном, думая лишь о том, не видно ли мою макушку, выглядывающую из-за подоконника, с улицы.

Все ощущения, ранее как будто заблокированные, начали возвращаться, усиливаясь. Часы громко тикали в напряженной и давящей тишине. Каждый удар секундной стрелки был подобен удару в барабан. Секунды, минуты, часы… Я потерял счет времени окончательно. Я так внимательно, практически не моргая, следил за светлым пятном на полу, отчего мои глаза начали слезиться. Я боялся, что увижу там силуэт страшного зверя и думал, что если буду всматриваться в освещенный участок пола, то как будто смогу что-нибудь предпринять, если до этого дойдет… И каждая секунда казалось последней. Сейчас я увижу огромную черную тень безобразного существа. А потом оно ворвется внутрь нашего дома. Резь в глазах стала невыносимой, и я их прикрыл.

Тут же мне в плечо больно стукнул маленький кулачек Ленки:

- Дим, - шепотом обратилась она ко мне. – Вставай, там милиция приехала. К соседу…

Я обнаружил, что лежу в собственной постели, накрытый одеялом с головой. Все образы случившегося пронеслись у меня перед глазами снова и я, словно ужаленный вскочил с кровати. Сестра, испугано отшатнувшись, воскликнула:

- Ты чего так вскакиваешь, дурак? Напугал меня.

- Это из-за волков? Где они? А как я в кровать попал?! – я судорожно озирался вокруг. В комнате было темно, шторы висел так, как и были оставлены перед тем, как мы легли спать. Мои руки были чистыми и ничем не пахли. Ленка… Младшая сестра не выглядела до ужаса напуганной, разве что растрепанной слегка ото сна. Я не мог понять, что происходило. Голова начала кружится.

- Каких волков? Тебе что, страшный сон приснился? - спросила она меня.

Я же, ничего не отвечая, подошел к окну и осторожно выглянул на улицу. Перед нашим домом на улице действительно стоял милицейский «уазик», чуть позади него – еще одна машина с мигалкой и скорая помощь. Люди в форме стояли у крыльца деда Игната, другие ходили по его двору, светя фонариками на стены и участок вокруг дома. В отблесках мигалок я заметил, что двое врачей, присев на корточки, что-то рассматривали на нижних ступеньках крыльца. Нет, ни что-то. Кого-то…

На снегу, скрючившись лежал дедушка Игнат. Неприятно толкнув меня в бок, к подоконнику подошла Ленка.

- Что с ним случилось? – растеряно спросил я. Неужели мне просто приснился кошмар. Но тогда он оказался пророческим, или что-то действительно происходило, и я слышал что-то на улице сквозь сон, а мозг дорисовал остальное? Как бы то ни было, наш старый сосед лежал на холодном снегу. Мертвый.

- Я не знаю… Я встала, хотела воды попить. А когда назад шла, услышала какую-то возню на улице, ругань. Выглянула – а там деда Игнат с какими-то мужиками спорил… Я еще удивилась, кто так поздно к нему решил заглянуть. Ну и спать пошла. Проснулась помню, вроде как кричал кто-то, вроде женщина, но я закуталась в одеяло и все. А потом я опять проснулась, в туалет мне захотелось. Я встала – а эти, - Ленка кивнула в сторону соседского дома и окруживших его людей, на секунду прекратив тараторить, потом продолжила, - уже тут… Вот я тебя разбудить и решила.

Я молча смотрел за тем, как люди снуют дуда-сюда, что-то записывают, осматривают участок. А потом, спохватившись, отскочил от окна и потянул Ленку за собой:

- Иди, ложись в кровать. Будет не очень здорово, если нас увидят и придут с расспросами, а взрослых дома нет. Мама же в ночь сегодня.

- Опять тогда со школы будут ходить и ругать ее? – грустно спросила Ленка.

- Ну, думаю да. Если не хуже. Папа же на вахте. Там вон, видишь и милиция, и скорая. Пусть думают, что дома никого нет…

- Он умер, Дим? Дедушка? – лена смотрела на меня, не сводя глаз.

- Думаю, что да… - ответил я.

- Как думаешь, его могли те дядьки обидеть?

Не желая, чтобы сестра чувствовала себя в чем-то повинной, раз видела подозрительных личностей и ничего не сказала, я решил ей тогда сказать, что дедушка был старый и, возможно, ему просто стало плохо. Хотя кому она могла что сказать? Разбудила бы меня и выговорилась мне? Я бы со страху вряд ли бы решился позвонить в милицию. А кто-то вот позвонил, да может уже было поздно. Я сплю крепко, а Ленка вон услышала какой-то женский крик. Может кто-то из соседей что-то слышал или видел… Мне хотелось думать, что это не мои проблемы. Что я к этому не причастен. Если бы не образы ужасных тварей с горящими красными глазами.

Утром, когда пришла мама, мы сестренка сразу ей все рассказала. А вечером того же дня к нам пришел участковый, с которым мама долго разговаривала на кухне, закрыв дверь. Нас никто ни о чем не спрашивал, а мы и не стремились как-то вписываться в эту историю. Ленка видела то, что видел вместе с ней я. А я… Мой ночной кошмар с ужасными волками-монстрами долго не давал мне покоя. До сих пор я так не знаю, было ли это реальностью, и чья версия в итоге была истиной. Но тогда первые недели я был уверен в том, что эти бродячие монстры сделали свое кровавое дело. Сложно было верить во что-то другое. Ведь выйдя на улицу на следующее утро после тех ночных событий, на снегу вокруг дома я увидел множество следов, похожих то ли на собачьи, то ли на волчьи.