Броненосцы. Ты помнишь как все начиналось?

Броненосец. Вот какой у кого возникнет зрительный образ для этого слова?

У кого-то это наверно экзотическое латиноамериканское млекопитающее, фотографии которого заслуживают отдельного рассмотрения – такая себе мыша-переросток в панцире.

Кто-то знает, что броненосцы - это класс кораблей. А возможно вспомнит какой-нибудь.

Например, корабль Российского Императорского Черноморского флота – броненосец «Потемкин», прославившийся матросским восстанием, инициированным, как гласит расхожая, но возможно недостоверная, версия, возмущением из-за плохого качества мяса. Версии восстания и вообще ситуацию с «Потемкиным» в жарком во всех смыслах июне 1905 года подробно разбирает морской офицер в отставке и писатель Владимир Шигин в своей книге «Лжегерои русского флота». Рекомендую, кстати, к прочтению, как минимум, для личного осмысления.

У какого-нибудь лютого япониста это будет флагман адмирала Того «Микаса», который кстати, не японской, а английской постройки. Надо отдать должное – сохраненный в Японии в качестве мемориального парка. У нас из того поколения кораблей только крейсер «Аврора», но, после ремонта в 80х годах прошлого века непонятно что сохранивший от оригинала.

Речь у нас с вами пойдет о кораблях - самых первых в истории броненосцах, поскольку в фауне я разбираюсь примерно никак.

Итак, броненосец. То есть нечто, защищенное броней. Напрашивается аналогия со средневековым рыцарем? Разве что в части бронезащиты, частично дающей неуязвимость, на определенных участках. А по скорости рыцарь спешенный получается, если аналогию развивать дальше. Не отличались броненосцы высокой скоростью. Во-первых паровые машины не самый высокий КПД имеют. Да и их количество в корабельном корпусе тоже ограничено – нельзя же только ими все забить. А броня, а пушки? Тоже вес имеют. Команда где-то ночевать должна. Продукты, снаряды хранить. Так что броненосцы – они как старый бык из анекдота – спокойно подойти к противнику и смести его с поверхности моря. Ну, или самим сместись, выходило по-всякому. И не только при Цусиме той самой треклятой.

Так-то первые опыты обшивать корабли металлическим листом – как бы не в античности предпринимались. В 1820 году - в период наибольшего развития гладкоствольной артиллерии – англичане проводят эксперимент, обшив бриг «Самум» стальным листом и проведя обстрел 32-фунтовыми пушками (в те далекие времена калибр пушки обозначился по весу ядра для них, в данном случае 14,4 кг. Современное понимание калибра как диаметра канала ствола еще не было в ходу, но, если интересно, для 32-фунтовой пушки он составлял около 163-165 мм). Получив ужасающее количество стальных осколков, в то время как деревянные корпуса бывало что обеспечивали застревание ядра в прочных дубовых досках бортов – англичане отказались от идеи бронированного корабля.

Следующий логический шаг - увеличить толщину брони – был сделан французами. И обоснованность его подтвердилась на Черном море в 1855 году в Крымскую войну. Французские самоходные плавучие батареи «Лаве» (Lave, рус. - лава), «Тоннант» (Tonnant, рус. - гром), и «Девастейшен» (Dévastation, рус. – уничтожение) в течение трех часов 18 октября 1855 года, действуя с дистанции 4 кабельтова (кабельтов – 185,2 м, десятая часть морской мили), добились уничтожения фортов русской приморской крепости Кинбурн, не получив от ответного огня повреждений, которые бы повлияли на боеспособность. Так, «Лаве» получил 31 попадание в борта и 44 в палубу, что причинило вмятины глубиной до полутора дюймов (дюйм (английский дюйм) – 25,4 мм) и несколько вырванных заклёпок.

При этом 16 октября крепость бомбардировал парусный флот союзников, включавший, в том числе, 10 линейных кораблей, но фактически безрезультатно, поскольку держался на значительно большей дистанции ввиду большого риска сильных повреждений деревянных кораблей.

Что представляли собой первые броненосцы? Непривычный тогдашнему моряку корпус без мачт, с короткими трубами, по ширине значительно превосходящий деревянные корабли сравнимой длины. Паровые машины позволяли развивать «черепашью», даже в то время, скорость 3,5-4 узла (узел - 1 морская миля в час).

110-миллиметровые кованые стальные плиты бортов размещались на 400-миллиметровой дубовой подложке для парирования возможных сколов брони внутри корпуса. Верхняя палуба защищалась 25-миллиметровой бронёй. На единственной батарейной палубе стояли 18 36-фунтовых бомбических пушек (вес снаряда 16,33 кг, диаметр канала ствола 195 мм).

Если уж совсем быть точным, с такой невысокой мореходностью, не способные к длительным переходам, это были еще не полноценные корабли, а именно плавучие батареи. В Черное море их притащили на буксире. Но, тем не менее, начало броненосным флотам было положено.

Прежде чем коснуться первого боя броненосцев и первого сражения эскадр броненосцев необходимо, наверное, разобраться с их устройством и вооружением. Или, если уж и дальше развивать аналогию с рыцарями – кто какие доспехи носил, у кого «коротка кольчужка» оказалась.

После оглушительного успеха бронированных плавбатарей на Черном море, французы озаботились улучшением мореходности подобных кораблей, и в 1859 году спустили на воду броненосец «Глуар» («La Gloire», рус. — «Слава») – деревянный корпус по все длине, на всю высоту надводного борта и на 1,8 м ниже ватерлинии был обшит броней толщиной 110-119 мм. Броненосец имел одну трубу и 3 мачты и бушприт с парусным вооружением.

Англичане пошли по пути кораблей с железными корпусами, в 1860 году спустив на воду «Уорриор» («Warrior», рус. — «Воин») – тоже трехмачтовый, с двумя трубами. Вероятно, из-за большего веса железного корпуса по сравнению с деревянным, схема бронирования, впоследствии получившая название «цитадельной», предполагала защиту только 67 м из всего 127-метрового корпуса. При этом не была прикрыта броней даже часть батарейной палубы и рулевое устройство, но англичанам удалось добиться хорошей мореходности и высокой по тем времена скорости – 14 узлов.

«Глуар», и в особенности «Уорриор», положили начало подклассу броненосцев – броненосные фрегаты – корабли с полностью или частично бронированным бортом, расположением орудий на батарейной палубе, с парусным вооружением.

Осознав невозможность потопить вражеский броненосец огнем гладкоствольной артиллерии в бронированный борт, конструкторы предложили иной способ отправлять вражеский корабли на дно, и на вооружение броненосцев, в дополнение к пушкам, поступил известный с античности подводный таран. Очень скоро подводная часть броневого пояса стала переходить в подкрепления тарана.

В России в 1862 году ввели в строй бронированную канонерскую лодку с символическим названием «Опыт», а первая броненосная плавбатарея «Первенец», заказанная в Англии, где далее развивались принципы, опробованные в «Уорриоре», подняла Андреевский флаг 1863 году. Интересно, что «Первенец» оснастили не только носовым, но и кормовым тараном.

Первый русский броненосец «Первенец»

Нельзя обойти вниманием конструкцию так называемых «панцирных» или «казематных» броненосцев, переделанных из винтовых линкоров или больших фрегатов с деревянными корпусами – демонтировались мачты и срезался корпус по батарейную палубу (а иногда и еще ниже), в середине корпуса организовывался каземат из броневых плит, закрывающий орудия и паровую машину (такой своего рода «шалашик»), часто в носовой части оборудовался таран. Конечно, от такого обращения с корпусом мореходность сильно падала, но возможно, выходило дешевле кораблей специальной постройки. А иногда и иного выбора не было.

Так, участник первого боя броненосных кораблей – броненосец Конфедерации южных штатов «Вирджиния» был построен как раз по казематной схеме с использованием деревянного корпуса фрегата «Мерримак», подожженного и затопленного северянами в начале гражданской войны в США.

9 марта 1862 года, при попытке южан порвать морскую блокаду портов Норфолка и Ричмонда кораблями северян, произошел первый в истории бой броненосцев. Накануне, 8 марта на Хемптонском рейде броненосец южан «Вирджиния» потопил таранным ударом фрегат «Камберленд», но при этом потерял таран, и заставил выброситься на мель «Конгресс» и «Минесоту», впоследствии добив первый артиллерией и собираясь сделать это со вторым на следующий день. Но в ночь с 8 на 9е на рейд вошел броненосец северян «Монитор» («Monitor»), название которого впоследствии стало нарицательным для обозначения нового класса кораблей.

Рисунок, на котором наглядно видна разница в конструкции «Вирджинии» и «Монитора»

Фотография моделей «Вирджинии» и «Монитора», очень наглядно. "Монитор", если что, к нам носом,
а "Вирджиния" - кормой

На «Мониторе» была впервые опробована идея вращающейся на центральном штыре - конструкция Джона Эрискона, он же автор проекта "Монитора" - броневой орудийной башни (сейчас в ходу конструкция, восходящая к башням другого типа - Купера Фиппса Кольза, вращавшихся на роликовом погоне), что обеспечивало почти круговой обстрел (ходовая рубка в носовой оконечности и трубы с кормы - мешали). Заряжание стоявших в башне дульнозарядных гладкоствольных орудий калибром 280 мм осуществлялось, откатив их после выстрела внутрь башни - как это было ранее в парусном флоте. Над водой был виден только низкий бронированный корпус с башней, дымовой трубой и ходовой рубкой, паровая машина, механизмы и помещения команды находились ниже ватерлинии.

В ходе боя выстрелом орудий «Монитора» в упор при попытке таранить «Вирджинию», броневой каземат был пробит и ядра застряли в деревянной подложке. В остальном бой окончился фактически вничью, без существенных повреждений потивников. При этом, надо отметить, что «Вирджиния» не имела на борту ядер, только бомбы, рассчитывая иметь дело с деревянными противниками. «Монитор» стрелял ядрами, но, поскольку орудия считались экспериментальными, инструкция разрешала использовать только половинный пороховой заряд (15 фунтов пороха вместо 30), боевые возможности были искусственно снижены.

С технической стороны, бой показал превосходство вращающихся башен над орудийными казематами, и вызвал развитие корабельной артиллерии для решения задачи пробития брони. Строительство мониторов развернулось в США, и в других странах, в том числе и в России, на Балтийском флоте, но очень скоро выяснилось, что их сфера применения ограничивается прибрежными водами из-за низкой мореходности и возможности действовать в бурную погоду. Так, родоначальник «Монитор» погиб в декабре 1862 года, захлестнутый волнами в штормовую погоду у мыса Гаттерас.

Сражение эскадр, имевших в своем составе броненосцы, произошло уже в европейских водах, в 1866 году, во время австрийско-прусско-итальянской войны, у острова Лисса (ныне Вис) в Адриатическом море у берегов современной Хорватии.

Два сильнейших броненосца австрийского флота – броненосные фрегаты «Эрцгерцог Фердинанд Макс» и «Габсбург» - были вооружены дульнозарядными пушками, снятыми с парусных кораблей, поскольку заказанные в Пруссии новейшие орудия, из-за начала войны между Прусией и Австрией – не поступили. Осознавая слабость своей артиллерии, австрийский адмирал Вильгельм фон Тегетхофф сделал ставку на таранные удары, и обучал командиров и команды кораблей этой тактике.

18 июля 1866 года итальянский флот в составе 12 броненосцев, 6 парусно-винтовых фрегатов, 4 парусно-колесных корветов и 4 канонерских лодок показался ввиду австрийской крепости на острове Лисса, и начал обстрелы укреплений. Командующий итальянцами адмирал Персано рассчитывал 20 июля высадить десант. Однако, крепость успела передать призыв о помощи по телеграфу до того как подводный кабель был перерезан, и эскадра Тегетхоффа в составе 7 броненосцев, 1 парусно-винтового линкора, 5 парусно-винтовых фрегатов, 1 парусно-винтового корвета и 7 канонерских лодок вышла из базы.

Итальянские дозоры обнаружили признаки появления австрийской эскадры рано утром 20 июля 1866 года, но до 9 часов из-за штормовой погоды возможность сражения оставалось под вопросом. В 9 часов итальянцы увидели австрийскую эскадру, приближающуюся новаторским на тот момент строем – из трех последовательно идущих клиньев, причем первый клин составляли броненосцы.

Итальянцы начали сближение строем пеленга, имя в середине флагман Персано, броненосный фрегат «Ре д’Италия» («Re d'Italia», рус. – Король Италии) американской постройки.

Картинка так себе, но общее представление о строе кораблей дает.

Отдельно держался двухмачтовый броненосный таран (в некоторых источниках – башенный броненосный таран) «Аффондато́ре» («Affondatore», рус. – Противостояние) с парусным вооружением шхуны, прибывший из Англии в Италию уже после начала войны, в связи с чем недостатки, выявившиеся во время перехода, не были устранены. Надо полагать, адмирал Персано возлагал надежды на его 12-узловую скорость и возможность вести огонь башенными орудиями прямо по курсу для подготовки таранной атаки. Иначе невозможно объяснить тот факт, что Персано неожиданно отдал приказ изменить строй на кильватер а свой флаг решил перенести с «Ре д’Италия» на «Аффондато́ре». Однако, сигнал об изменении флагманского корабля подан не был.

Изменение строя, возможно, было вызвано желанием Персано использовать многочисленную бортовую артиллерию итальянских броненосцев, и, в теории, давало возможность сосредоточить огонь на впереди идущих кораблях Тегетхоффа. Но, в действительности , это привело к разрыву строя, а из-за стопора машин «Ре д’Италия» и «Аффондато́ре» в связи с переносом флага, ряд кораблей фактически «раскорячился» на месте. Адмирал Тегетхофф по-полной воспользовался предоставшейся возможностью. Прорезав линию итальянского строя, что привело к потере координации между командирами итальянских броненосных отрядов, австрийские броненосцы, держась «одним кулаком», навязывали бой отрядам итальянских броненосцев в условиях своего численного превосходства. Флагман Тегетхоффа «Эрцгерцог Фердинанд Макс» дважды пытался таранить «Ре д’Италия», но удары оказывались скользящими и не пробивали обшивку. Более удачливый «Кайзер Максимилиан» таранным ударом разбил руль итальянского броненосца, после чего «Эрцгерцог Фердинанд Макс» на 11-узловом ходу нанес таранный удар в середину корпуса «Ре д’Италия», который затонул в 11 часов 20 минут.

Тонущий «Ре д’Италия» и отходящий задним ходом «Эрцгерцог
Фердинанд Макс»

Адмирал Персано на «Аффондаторе» в ходе боя неоднократно пытался атаковать деревянные винтовые корабли австрийцев, но не преуспел. Как утверждает ряд источников, итальянский адмирал, дважды имея возможность таранить парусно-винтовой деревянный линкор «Кайзер», в последний момент менял курс. Находясь под перекрестным огнем австрийцев, «Аффондаторе» не получил пробитий брони, но сотрясения от попаданий, видимо, спровоцировали течи в корпусе, поэтому 26 августа 1866 года броненосец затонул в базе.

"Кайзер", кстати, тоже пытался применить в бою таранную тактику, несмотря на отсутствие броневой защиты.

Разумеется, конец 19го и начало 20 века дало нам гораздо больше примеров боевого использования броненосцев и знаменитых сражений. Но, согласитесь, иногда полезно вспомнить с чего все начиналось.