Брошенный в подземелье

Героев почитают за их силу и подвиги. Четверо из них стали легендой ещё при жизни: Кейран — мечник, несущий справедливость клинком; Рональд — рыцарь в сияющих доспехах; Силан — маг, владеющий стихиями; Мириэль — лучница, чьи стрелы не знают промаха. Их имена звучали как гимн надежды.

Но всегда рядом с ними был пятый — Эйден. Он не блистал славой, не носил блестящих доспехов, не владел заклинаниями, что рассекают небо. Он просто сражался рядом. Верил. Поддерживал.

И именно он оказался тем, кого предали. Сброшенный в подземелье, забытый и отвергнутый, он должен будет пройти путь не героя — а мстителя.

---

Глава 1. Предательство

Подземелье пахло сыростью. Влажные стены покрывали мхи, факелы, оставленные кем-то до них, едва теплели, разгоняя густую тьму. Каменные арки изгибались, будто коридоры были вырезаны из самой земли когтями великанов. Эйден шёл впереди, чувствуя за спиной тяжёлые взгляды своих спутников.

— Осторожнее, — пробормотал он, ощупывая путь копьём. — Здесь может быть ловушка.

— Конечно может, — усмехнулась Мириэль. — Поэтому и ты идёшь первым.

Слова обожгли сильнее огня. Она всегда относилась к нему как к лишнему, но сегодня в её голосе было что-то особенно злое.

Рональд грохнул сапогами, поправив щит:

— Хватит болтать. Пусть проверяет дорогу. Если ему суждено сработать как приманка, значит, так тому и быть.

Эйден обернулся к Кейрану. Лидер отряда обычно сдерживал других, но сейчас лишь молчал, глядя куда-то в темноту. Его глаза казались пустыми, как будто он уже принял решение.

Силан, маг, ухмыльнулся и провёл пальцами по рунам на своём посохе.

— Удивительно, что он до сих пор жив. Слишком долго мы его терпели.

Эйден нахмурился.

— Что… вы имеете в виду?

Ответа не последовало. Они шли дальше.

---

Коридор внезапно оборвался. Пол под ногами Эйдена задрожал, каменные плиты разъехались в стороны, и он рухнул вниз. Крик заглох в темноте, тело ударилось о влажный камень. Боль пронзила ребра, дыхание вырвалось хрипом.

Он поднял голову и увидел сверху силуэты своих «друзей».

— Кейран! — сорвался с его губ отчаянный крик. — Бросьте верёвку! Я жив!

Мириэль наклонилась вперёд, её лицо осветил факел.

— Жив… пока. Но это ненадолго.

— Что? — Эйден не верил своим ушам.

Рональд усмехнулся:

— Мы все знали, что ты слабое звено. Ты не герой, Эйден. Ты всего лишь обуза.

Силан добавил холодно:

— Подземелье тебя примет. Считай это честью.

И только Кейран молчал. Его глаза блеснули — но не жалостью, а решимостью. Он отвернулся.

Последнее, что услышал Эйден, был звук удаляющихся шагов.

---

Он лежал на холодном камне, и в груди поднималась пустота. Его предали. Те, ради кого он рисковал жизнью, ради кого сражался, кого считал семьёй. Они оставили его здесь, чтобы сгнить в темноте.

Но вместе с болью в сердце поднималось другое — огонь. Медленный, но жгучий.

«Хорошо, — подумал он, стискивая кулаки. — Вы бросили меня в бездну. Но я из неё выберусь. И тогда каждый из вас падёт».

Из глубин донёсся рык. Тьма шевельнулась. Первые монстры уже приближались.

И в тот миг Эйден понял: его путь только начинается.

Глава 2. Выживание в подземелье

Тьма дышала ему в спину. Эйден сидел на каменном полу, сжимая в руках обломок копья. Рёбра ныли, колени были в ссадинах, но он всё ещё дышал.

Шорохи приближались. Из тени выполз первый монстр — существо, напоминавшее крысу, только размером с собаку. Его глаза светились кровавым светом. За ним показались ещё двое.

Эйден поднялся. Раньше он бы отступил и ждал, пока герои разберутся. Теперь — он был один.

Монстр рванулся вперёд. Эйден вскинул обломок копья, и удар, полный отчаяния, пронзил тварь в горло. Она захрипела, заливаясь чёрной слизью. Второе чудовище вцепилось в его руку зубами, но он, рыча, вогнал копьё в его глаз.

Он падал, вставал, снова бился. Каждая схватка была мучением. Каждая рана — напоминанием, что он живёт.

---

Дни тянулись в темноте. У него не было часов, но он считал удары сердца, чтобы не сойти с ума. Он питался мясом убитых монстров, запивал водой из подземных ручьёв. Его тело истощалось, но дух креп.

С каждым боем он становился быстрее. С каждым выпадом — точнее. Его слух обострился, он научился различать шаги монстров в коридорах, чувствовать движение воздуха перед ударом.

Он тренировался даже во сне: воображал врагов, отрабатывал удары. Воспоминания о предательстве жгли его, превращая слабость в ярость.

— Я стану сильнее, — шептал он в темноте. — Сильнее, чем вы все вместе.

---

В один из «дней» он наткнулся на зал, где стены были исписаны древними рунами. На полу лежал скелет в латах, в руках — ржавый меч. Эйден осторожно взял оружие. Несмотря на ржавчину, клинок был прочен.

— Ты тоже был брошен? — спросил он у безмолвного скелета. — Я не повторю твою судьбу.

С того момента он стал воином по-настоящему.

Монстры, что раньше были угрозой, стали его добычей. Он охотился на них, словно хищник. Каждая победа дарила новые шрамы — и новые силы.

Но впереди его ждал куда больший враг.

---

В глубине подземелья он услышал рёв, который заставил стены содрогнуться. Это был хранитель — чудовище, о котором ходили легенды. Его победа означала выход. Его поражение — вечное погребение.

И Эйден улыбнулся впервые за всё время.

— Вот он, мой шанс.

---

Глава 3. Битва с боссом

Тронный зал подземелья сиял мраком. Огромные кости, словно колонны, поднимались к потолку. На каменном пьедестале сидел Древний Химера — чудовище с телом льва, крыльями летучей мыши и хвостом змеи. Его глаза сверкали огнём.

Эйден шагнул вперёд, держа в руках свой ржавый меч.

— Я не герой, — сказал он, — но я выживший.

Чудовище взревело и бросилось вниз.

Их схватка длилась вечность. Когти рвали камень, хвост-змея жалил ядом, крылья поднимали вихри пыли. Эйден уклонялся, падал, вставал. Его тело было сплошной раной, но глаза горели решимостью.

Он использовал всё, чему научился: предугадывал удары по дыханию чудовища, вскакивал на его спину, вонзал клинок в сочленения костей.

И наконец, когда силы почти оставили его, он всадил меч в глотку химеры. Чудовище взревело и рухнуло.

Зал содрогнулся, своды подземелья засияли. Перед ним открылся проход наружу.

Эйден стоял над телом поверженного врага, едва дыша.

— Я выжил, — прошептал он. — Теперь ваша очередь.

---

Он выбрался на поверхность. Мир встретил его ветром и светом звёзд. В груди бушевала ненависть.

Его ждала охота.

---

Глава 4. Схватка с Лучником

Первой он нашёл Мириэль. Она жила на окраине леса, где её стрелы оберегали деревни от монстров. Жители боготворили её, считая защитницей.

Эйден следил за ней несколько дней, изучая её привычки. Она тренировалась каждый рассвет, стреляя по мишеням. Её стрелы были точны, как смерть.

Однажды ночью он вышел к ней сам.

— Эйден?! — воскликнула она, увидев его силуэт. — Но ты… ты должен был умереть!

— Я умер, — ответил он холодно. — Теперь я вернулся за тобой.

Она натянула тетиву. Стрела свистнула — и Эйден ушёл в сторону. Ещё одна, и ещё. Но он двигался быстрее, чем когда-либо. Он сближался, несмотря на град стрел.

Они сражались на поляне, под светом луны. Её стрелы рассекали воздух, его меч звенел, отражая удары.

Наконец он прорвался и выбил лук из её рук. Его клинок оказался у её горла.

— Ты первая, — прошептал

он.

Её крик растворился в ночи.

---

Эйден поднял её лук.

— Это напоминание. Следующий — Силан.

Глава 5. Схватка с Магом

Город сиял огнями. Здесь правил Силан, тот самый маг, что первым произнёс слова предательства. Его башня возвышалась над площадью, где толпились люди, слушавшие его проповеди. Для них он был мудрецом и защитником, но для Эйдена — палачом.

Он проник в башню ночью. Тишину разорвал голос:

— Я чувствовал, что ты выжил. — Силан вышел из тени, посох в руке пылал рунами. — Ты стал сильнее. Но тебе не победить магию.

Эйден молчал. Его глаза горели, как угли.

Силан взмахнул посохом — огненные шары обрушились на зал. Эйден уклонился, пламя обожгло стены. Следующая волна — молнии. Удар пронзил воздух, но Эйден прыгнул в сторону и рванул вперёд.

Силан рассмеялся.

— Ты дикарь с мечом! Я — власть стихий!

Но чем больше заклинаний он выпускал, тем быстрее уставал. Эйден выжидал, изучал ритм его атак. И когда Силан задержался на мгновение, он метнул в него лук Мириэль, как копьё. Посох выбило из рук мага.

В следующую секунду клинок Эйдена оказался у его груди.

— Ты говорил, что я лишний, — прошептал Эйден. — Но именно ты лишний в этом мире.

Маг пал. Башня озарилась вспышкой и рухнула, как символ падения его власти.

Эйден взял посох.

— Двое позади. Остались двое.

---

Глава 6. Схватка с Защитником

Рональд был рыцарем. Его доспехи блестели, а сам он возглавлял отряд паладинов, что охраняли столицу. Люди считали его непобедимым.

Эйден вошёл в город открыто. Стража бросилась к нему, но он двигался, как буря: посох Силана ударял молниями, меч резал доспехи. Люди в панике разбегались.

На площади ждал Рональд.

— Ты бросил вызов мне? — его голос гремел. — Я — щит народа!

— Ты — тот, кто бросил меня в яму, — ответил Эйден.

Схватка была иной, чем с Мириэль и Силаном. Рональд почти не атаковал, он стоял стеной, его щит отражал удары, а доспехи гасили клинок.

Эйден бил снова и снова, но металл звенел.

— Ты слаб, Эйден! — гремел рыцарь. — Ты всегда был слаб!

Но слабость стала его силой. Он вспомнил каждый бой в подземелье, каждую рану. Он знал: щит не вечен. И когда Рональд на миг открылся, Эйден ударил посохом, вызвав молнию прямо в щит. Металл раскалился, рыцарь вскрикнул, отшатнулся.

И тогда клинок пронзил его доспехи.

Рональд упал на колени. Его глаза потухли, а Эйден прошептал:

— Вот так падает твой щит.

Он поднял его щит и повесил за спину.

— Остался один.

---

Глава 7. Схватка с Мечником

Кейран был лидером. Его меч сиял, его имя было синонимом доблести. Он жил в замке, окружённый славой и почётом. Люди видели в нём идеал.

Эйден пришёл к нему без маски, без тени.

— Я ждал тебя, — сказал Кейран. Он сидел в тронном зале, меч покоился на коленях. — Я знал, что ты выживешь.

— Ты знал — и всё равно бросил меня, — ответил Эйден.

Кейран поднялся.

— Я бросил тебя, потому что ты мешал. Но теперь… ты стал достойным противником.

Они столкнулись. Клинок против клинка. Каждый удар звенел, как молния. Кейран был мастером меча, и его движения были отточены, как искусство. Но Эйден бился яростью и болью, с силой того, кто прошёл ад.

Часами они сражались. Камни пола трескались, колонны рушились. Ни один не уступал.

Наконец Эйден поймал момент: ударил щитом Рональда, сбив равновесие Кейрана, и пронзил его сердце клинком.

Лидер пал. Его меч звякнул о камень.

Эйден поднял его.

— Теперь я — меч этого мира.

---

Глава 8. Единственный герой

Четверо были повержены. Эйден стоял на руинах их славы. В руках он держал меч Кейрана, щит Рональда, посох Силана и лук Мириэль.

Толпы людей смотрели на него в страхе и восхищении. Он был врагом, и он же стал новым героем. Не тем, кого выбрали боги или судьба. А тем, кто выжил, кого предали — и кто взял силу своими руками.

— Я не герой, — сказал он. Его голос гремел над площадью. — Я —

единственный, кто достоин этого звания.

И мир запомнил его имя.

Эйден, Герой Предательства.