Будет завтра. Шиноби

Этой ночью огни по периметру замка горели особенно притягательно для… приглашенных. Вход строго по пропускам и паролям. Грозные охранники, готовые разрубить на части любого, кто хоть на мгновение запнется или замешкается при входе, бесстыдно осматривали всех, кто прибыл по тайным приглашениям. Руки прощупывали складки одежды, карманы, прически… Знающие — как мужчины, так и женщины, уже заранее пришли обнаженными. Под балахонами у них не было ничего, кроме собственных тел, скрывающих черные души.

В прорезях масок, специально заказанных у кожевников, горели демоническим огнем черные бездны. Никто не сомневался, что мифологические персонажи, изображенные на масках, выбраны со знанием дела. Случайностей эти люди не допускали. Каждый их поступок, каждое решение взвешивались на особых весах, и личная материальная выгода здесь хоть и играла роль, но была далеко не на первом месте.

Низко поклонившись, гейша провела гостей по освещенным факелами коридорам в самую глубь замка, в подземелье. Иногда попадались развилки, и тогда гости видели клетки, в которых сидели люди, давно потерявшие человеческий облик. Искры надежды погасли в глазах молодых людей, они лишь машинально поднимали головы, чтобы рассмотреть проходивших мимо, ибо знали: молить о пощаде, помощи и милосердии — бесполезно. Лица в масках, как всегда, просто расплывались в своих демонических улыбках и следовали дальше, в тот зал, куда периодически уводили пленников, и из которого в клетки больше не возвращались.

Развратная аристократия знала толк в развлечениях. Однако человеческая психика такова, что одно и тоже не может возбуждать долго, требуется либо частая смена декораций, либо повышение эмоционального, чувственного градуса.

Широкий зал, освещенный свечами и факелами, встретил гостей по своему обыкновению настороженно, уже заранее будоража воображение. Хозяин замка был мастак на выдумки и вполне заслуженно слыл великим фокусником, а в более узких кругах — настоящим колдуном.

На этот раз он восседал на подушках, разодетый ничуть не хуже императора. Вокруг него вились обнаженные девушки с хвостами и ушками лисиц.

Сигуяма Кетсу — моложавый, красивый, опасный… Повелительным жестом он пригласил гостей рассредоточиться по периметру зала, а сам, ничуть не стесняясь, распахнул свои одежды. Красивые любовницы застонали от одного вида возбужденного естества Кетсу и принялись тереться о его бедра, лаская грудь и шею.

Пока хозяина замка удовлетворяли хвостатые девицы, напитки, поданные служанками, быстро расслабили гостей и позволили уже более свободно воспринимать представление, которое не заставило себя долго ждать.

Вопреки предположениям большинства приглашенных, на этот раз их не ждали никакие садистско-мазохистсткие игры.

Всего лишь танец трех девушек не совсем привычной наружности. Их ноги то или дело превращались в змеиные хвосты. Переплетаясь между собой, изгибая совершенные тела под ритмичные звуки барабанов и флейт, обнаженные нагини предавались танцу настолько искусно, что грань между откровенной любовной игрой и танцевальным выступлением полностью стерлась.

Кетсу внимательно наблюдал за реакцией гостей. Сам факт, что выступающие на сей раз не были людьми, привел многих в замешательство, которое, впрочем, быстро растворилось в дичайшем всплеске желания.

Первобытное возбуждение витало в воздухе, струилось потом по обнаженным, разгоряченным фантазиями телам и проникало под кожу, подобно яду. Им дышали и его же выдыхали. Жаркая ночь с пряными ароматами дурманила рассудок каждого, кто смотрел и фактически сам участвовал в оргии, ведь нагини периодически размыкали страстные объятия и позволяли касаться себя.

Один из гостей не выдержал накала страстей. Схватив танцовщицу, он повалил ее на пол. Большинство из гостей переключили своё внимание с танца на попытки овладеть девушкой. Он крутил ее в разных позах, шумно дыша и путаясь в своей одежде. Нагиня не сопротивлялась. Она и сама принимала развратные позы, призывно выгибаясь и эротично постанывая от нетерпения. Понаблюдав за этой сценой, Кетсу довольно хмыкнул и направил на танцовщиц узкий треугольник. Никто не успел и глазом моргнуть, как нагини исчезли. Мужчина, который пытался еще секунду назад совокупиться с танцовщицей, ошеломленно смотрел на пустой пол под ним.

— Это называется многомерная голограмма, — пояснил в глубокой тишине Кетсу. — Один из артефактов небожителей. Мне с большим трудом удалось достать его. То, что вы видели — этого не существует в реальности, это искусственные модели, равно как и эти, — шлепнув по попе одну из своих любовниц, расплылся в улыбке Кетсу. — Но если вы думаете, что секс — это единственная возможность, которую дарует эта игрушка, то вы ничего не понимаете в жизни и не заслуживаете тех богатств и власти, которые вы тысячелетиями завоевывали.

Кетсу самодовольно рассмеялся и обратил внимание на своих хвостатых любовниц. Погладив их по головам, словно хваля за старания, он позволил довести себя до пика, после чего одной рукой схватил обеих девиц за хвосты, подтянув их повыше. В другой его руке сверкнул меч. Легким взмахом он бы отрезал их пушистые конечности, да тут одна из девиц вдруг рассекла чем-то узким и острым, как бритва, запястье Кетсу. Хозяин замка закричал от неожиданности и боли, когда меч выпал из его руки.

Гости, привыкшие к довольно изощренным представлениям, жадно следили за развитием ситуации. Каждый был уверен, что это тоже часть запланированного шоу, а девицам некуда деться: все входы и выходы в замок Ёкамуро тщательно охраняются. К тому же если девушки — всего лишь искусная иллюзия, сотворенная величайшим магом современности, то вообще не о чем беспокоиться.