Будни частного стоматолога

Цветков Дмитрий был одним из лучших детских стоматологов в частной клинике. Стоматологическая клиника эта была довольно известна в городе не только своим качеством обслуживания, но и высокими ценами. Позволить себе лечиться здесь мог вовсе не каждый, поэтому основными клиентами были достаточно богатые семьи. Дмитрий был относительно высоким красивым мужчиной тридцати лет. Многие ребята его очень любили за доброту и понимание.

Ох, каких разных деток Дмитрий не видел у себя на приеме. Мужчина очень любил детей, он с ними прекрасно мог ладить, успокаивать. Малыши, конечно, часто плакали во время приема, они же все-таки маленькие и ранимые, но в большинстве случаев они уходили счастливыми. Нередко малыши, которые даже не представляли, что будет на приеме, с легкостью терпели и укол, и бормашинку. Врач умел преподнести все правильно и так, чтобы эти нежные маленькие пациенты совсем не боялись.

Но, что касается вредных деток, Дмитрий их недолюбливал. Нет, конечно, он не мог от них отказаться полностью, он все так же их терпеливо лечил и старался найти общий язык, но работать он с ними не горел желанием. Избалованные богатыми родителями дети, что думают, что им все можно, и пытаются всеми способами добиваться своего, вызывали у него чувство неприязни и непонимания. Как же так нужно было наплевать на своего ребенка, чтобы не видеть, во что он превращается? Среди богатых родителей часто встречались те, что не уделяли достаточно времени собственному малышу, а потом из этих мальчиков и девочек вырастали монстрики побольше. Маленькое неуважение и непослушание, которое эти богачи оправдывали типичным «ну он же просто пока ребенок», переходили в явные манипуляции, а потом родители уже совсем ничего и сделать не могли.

А Дмитрий… Он не совершал таких ошибок с детьми, у него и своих детей-то не было, но из-за статуса клиники, где он работал, ему все равно приходилось возиться с капризными малышами. Именно из-за дорогого обслуживания такие вредные дети могли получить здоровые зубки, здесь с ними могли и поняньчиться, и договориться, в отличие от бесплатной или недорогой клиники, где никто бы не стал тратить свое время на таких детей. Мужчина бы с радость сказал некоторым семьям: «Не сидит в кресле — ну давай, до свидания!», но он не мог. Ведь именно за хорошее качество обслуживания здесь люди платили огромные деньги. Кто, если не он?

В один из понедельников мужчина привычно сидел в своей удобной нежно-голубенькой форме. Детский стоматологический кабинет был выполнен примерно в такой же расцветке: его нижняя часть, которая заканчивалась на высоте подоконника, тумбочки, столики и стены были зеленые с редкими объёмными цветочками, словно травка, нарисованная детьми. Вся остальная часть стен была нежно-голубого цвета, с простыми белыми деревьями и облачками. Стоматологический кабинет в целом был минималистичным и выглядел очень светло и мило с этими детскими рисунками.

Это была середина дня, только что ушел четвертый маленький пациент, и было время, чтобы немного выдохнуть и перезагрузиться. Дмитрий медленно стянул перчатки и с легкостью закинул их в мусорное ведро, пока молодая девушка-ассистент готовила рабочее место для следующего приема. День шел очень хорошо, настроение было отличное, несмотря на легкую усталость. Но для этого и было немного времени между приемами. Мужчина всегда любил их потратить на легкую передышку, чтобы настроиться на следующего ребенка. Все равно, работая с детьми, он невольно уставал от детской наивности, от необходимости переигрывать в некоторых эмоциях и сюсюканьях.

Сегодня пока обходилось без слезок, детки были уже знакомые, и врач надеялся закончить рабочий день в том же духе. Но, как только дверь в клинику открылась, Дмитрий понял, что планам сегодня сбыться почти не суждено. Несмотря на закрытую дверь в сам кабинет и просторный холл, детский капризный крик сразу разнесся по помещению. И вот какова вероятность, что лечиться пришли не к детскому стоматологу, а ребенка взяли просто за компанию? Судя по крикам, вероятность была близка к нулю.

— О-хо-хо… — вздохнул мужчина и перевел взгляд на девушку, в ее глазах отражались легкое удивление, непонимание и даже частички страха. Врач ее отлично понимал. Татьяна устроилась на работу сюда только недавно, так что повидать много не успела, но все же делается когда-то в первый раз, да?

Крик за дверью по голосу принадлежал мальчику, казалось, лет пяти или четырех, и звучал он больше капризно, чем истерично. Дмитрий отчетливо расслышал рычание ребёнка: «Отпусти меня… - по звукам мужчина даже представил, как мальчишка упирается ногами впереди и виснет на руке взрослого. — Я никуда не пойду! Ты… Дебилка!» Мужчина удивленно поднял брови, уже представляя, с чем придется иметь дело… Нет, были, конечно, разные феномены, но, чтобы родителя так легко обзывать…

Все было уже готово, и девушка, быстро собравшись с мыслями, двинулась к двери, чтобы пригласить в кабинет, когда врач ее остановил:

— Тань, подожди, пожалуйста, — попросил мужчина. — Не открывай пока, дай ему пять минуток, может, успокоится хоть, — улыбнулся врач, и девушка понимающе кивнула. Казалось, она была рада этой просьбе, потому что сама она совсем не представляла, что нужно делать в такой ситуации, и если бы врач ничего не подсказал, то пришлось бы справляться полностью самой.

Через две минуты крики и правда немного стихли, но появились периодический топот за дверью и какие-то глухие стуки, как будто ребенок стал бросаться кубиками и мячиками из игровой зоны. Так и оказалось. Как только ассистентка открыла дверь для приглашения, в коридоре сразу же возобновились крики и визги, а после в кабинет вошла молодая девушка невысокого роста с темными прямыми волосами, крепко держа руку маленького мальчика, что извивался, как мог.

— Отпусти! — заревел мальчишка, то сгибая ноги, чтобы повиснуть на девушке, то, наоборот, упираясь в пол, а в руке у него был красный пластмассовый кубик из игровой зоны. — Не пойду я никуда! — верещал ребенок уже со слезами на глазах.

— Марк, прекрати, пожалуйста, — умоляюще попросила девушка. — Ну правда, не страшно это вовсе! Маркушенька… — сладко приговаривала девушка, пытаясь угомонить мальчика. Но ребенок продолжал истерить, совершенно ничего не стесняясь. Когда Татьяна попыталась подойти ближе, чтобы помочь или поговорить, то ребенок завизжал еще громче.

— Не трогайте меня! Уйди! — ревел мальчишка, топая ножкой, и, извернувшись, со всей своей детской силой швырнул единственным, что у него было в руке, — красным кубиком, чтобы защититься. Кубик полетел мимо и слабо — у мальчика не было сил и времени, чтобы сосредоточиться и прицелиться, он просто выкинул его, неумело замахнувшись. Выдернув свою руку, ребенок отбежал в конец просторного кабинета и забился в угол на полу. — Придурошная!

Настроение ребенка и крик все время менялись. Он то злобно рычал и колотил ногами и руками, то опять начинал реветь. Дмитрий спокойно смотрел на всю эту картину, сидя на своем стуле. Уши от крика резало, но он умело все игнорировал, давно ничего подобного не случалось. Он даже не пошевелился с того момента, как вошла мама с ребенком. Нет, ну а что он мог сделать? Ребенок был неуправляемым, и любые действия не улучшили бы ситуацию. Взрослые девушки пытались хоть как-то успокоить вредного ребенка и найти подход, пока мальчишка уже вовсе капризно улегся на полу. Мужчина неодобрительно окинул всю эту ситуацию взглядом и раздраженно вздохнул.

— Маркуш, ну перестань, пожалуйста, — причитала его мама, пытаясь поднять ребенка, но тот включил режим жидкости и снова расплылся по полу. — У тебя же болят зубки…

— Оставьте его в покое, — громко сказал врач, чтобы быть услышанным, с нотками строгости в голосе. Нет, ну если родители не могли никогда проявить эту строгость к ребенку, из-за чего получили это чудо, значит, они сами как дети. — Если ему так нравится лежать на полу, пускай лежит! Ничего страшного, полы у нас чистые. Давайте мы лучше с вами пока поговорим, — предложил мужчина, обращаясь к клиентке таким тоном, что варианта с отказом просто не было. Девушка, устало вздохнув, еще раз взглянула на мальчика и все-таки отошла от него. Было такое чувство, что сделать это ей было сложно… Ну да, если вот так все время бегать за малышом, то и не такое чудовище можно воспитать… — Я вижу, что вы записаны на лечение… — начал говорить мужчина, сев за стол с журналом, и посмотрел на робкую девушку перед собой. Краем глаза мужчина заметил, как его ассистентка еще пыталась поговорить с малышом, присев на корточки в метре от него. — Тань, не надо, — помотал головой врач. — Присядь и отдохни пока, — сказал мужчина, указывая на стул за соседним столом, и продолжил разговор, совершенно не обращая внимания на визг и рев ребенка: — У него нет острой боли, как я понимаю?

— Острой?.. Наверное, нет… — неуверенно начала девушка и оглянулась на мальчика, что все еще продолжал что-то кричать и требовать. В основном слышались фразы: «Я никуда не сяду», «Я никуда не пойду» и «Не трогайте меня», хотя его уже давно никто не трогал… — У Маркуши просто болят зубки, когда он ест конфеты. Он жаловался много раз, но, как только речь заходила о лечении…

— Я понял, — устало кивнул мужчина. Слушать это ласковое «Маркуша», применимое к такому истеричному ребенку, было раздражающе для врача. Разве так можно? Мужчина прекрасно понимал, что ребенок боится, но в этом случае играло важную роль еще и воспитание, которое было просто ужасным. Дмитрий видел много раз, как детки боятся, но в этом ребенке преобладали явные капризы. — Я так понимаю, что лечить он ничего сегодня не даст. Максимум, наверное, получится провести адаптационный прием… Не факт, что получится, посмотрим по ситуации, — вздохнул мужчина, серьезно задумываясь. — Могу вам предложить еще лечение под наркозом, — вздохнув, начал врач, — но придется сдать несколько анализов. Я вижу, боль его сильно не мучает, так что сможет уж потерпеть еще пару дней без сладкого.

— Под наркозом? — с легким удивлением спросила девушка.

— Да, в нашей клинике это не редкость. Делают часто деткам, которые совсем отказываются лечиться. Это недёшево, но детям и родителям перенести это намного легче и быстрее. В этом случае все зубки лечат за один прием, пока ребенок спит, — спокойно объясняет врач. — Обычно лечение под наркозом я советую в крайнем случае. Можно попробовать сначала договориться с ребенком. Сегодня, например, проведем просто осмотр, а на следующий прием попробуем полечить… Но с таким поведением вашего сына я не могу гарантировать успех. Решать вам.

Девушка внимательно слушала, стараясь вникнуть в каждое слово, а на последнем предложении удивленно приподняла брови.

— Сына? О нет-нет! — девушка сразу начала качать головой и аккуратно махать руками. — Он не мой сын, я его няня, — стоматолог уже хотел начать разговор, что ребенка должны сопровождать только родители, но девушка, заметив слегка хмурое выражение лица, сама продолжила: — Его родители уехали в долгую командировку, но у меня доверенность! — сказала девушка, и теперь очередь удивляться пришла мужчине. Хотя теперь все встало на свои места. Родители не уделяли никакого внимания, а ребенок добивался его такими ужасными способами от других. Мальчишка совсем не был виноват в таком поведении, как говорится: «Что воспитали, то и получили». — Дмитрий Алексеевич, я созвонюсь с его родителями, чтобы посоветоваться, ладно? — спросила девушка, хотя это должно было быть больше предупреждение.

— Конечно! — кивнул мужчина и перевел взгляд на все еще ревущего ребенка. Девушка, взяв телефон, вышла из кабинета.

Мальчишка иногда затихал, видимо уставая орать, но периодически снова вспоминал о своем важном деле. Оставшись в кабинете с этим монстром, как думали одновременно и врач, и ребенок о друг друге, Дмитрий выдохнул, наконец получив какую-никакую тишину на пару секунд. Марк сел на полу, все еще постанывая, и мужчина мог его спокойно разглядеть. Он был довольно стильно одет: бежевые джинсы очень красиво сочетались с кроссовками оттенка чуть темнее и синей рубашкой, рукава которой были специальным образом собраны чуть выше локтя. Детские нежные кудряшки спадали на лоб, и, наверное если бы не зареванное лицо и не ужасное поведение, этот мальчишка выглядел бы очень мило.

— А где моя няня Вика? — требовательно спросил мальчишка, когда осознал, что ее нет в кабинете.

— Она отошла… — спокойно сказал мужчина, занимаясь своими делами. Он мимолетно взглянул на ребенка, не задерживаясь, и снова продолжил смотреть что-то в компьютере.

— Она должна вернуться прямо сейчас! Где она?! — капризно закричал мальчик и, встав, топнул ногой. Он так уверенно смотрел на врача, нахмурив брови, что врач, взглянув на мальчишку, невольно усмехнулся. Дмитрий, между прочим, ему ничего не был должен, если перед мальчишкой дома все распинались, то мужчина этого делать точно не собирался, так что такая детская напористость казалась забавной.

— Это еще почему? — в тон ребенку начал мужчина, строго смотря на мальчика. — Может, она решила оставить тебя здесь? — мужчина оторвался от дел, полностью переводя внимание на ребенка. Мальчик продолжал пилить старшего взглядом. Какой забавный…

— Она не может меня оставить! — крикнул ребенок.

— Ты такой вредный и противный… Я бы тоже тебя оставил где-нибудь подальше, — беззлобно и спокойно продолжил мужчина. У ребенка тут же поменялось выражение лица. Марк не отвечал, а только ошарашенно приоткрыл рот, в его глазах отражалась растерянность. Он все еще пытался сделать так, будто он главный, но стопроцентная уверенность потихоньку исчезала, хоть ребенок пытался хмуриться и не показывать этого.

В этот момент в кабинет снова заходит няня. Мальчишка дергается от неожиданности, а потом снова бросает хмурый и злой взгляд на врача. Но Дмитрий полностью перевел внимание на девушку.

— Родители согласны на лечение под наркозом, это будет самое простое решение… — спокойно сказала Виктория, выдыхая. Мужчина кивнул. — Я так рада, даже не знала, как с этим справляться, он же вообще никак не дается, год назад ему только один зубик смогли вылечить… — быстро заговорила няня, но в этот момент рядом пролетел тот самый красный кубик из игровой. Дмитрий удивленно и строго посмотрел на ребенка, встречаясь с таким же хмурым взглядом. — Ой, простите… — робко произнесла Вика. Татьяна, что спокойно сидела за соседним столом, вздохнула и неторопливо встала. Она сделала пару шагов в сторону кубика, когда мальчишка снова истерично заверещал:

— Не трогайте меня! Я никуда не пойду и не сяду… — отшатнулся назад ребенок, уже убегая в свой угол, но ассистентка только непонимающе посмотрела на мальчишку, подняла игрушку и прошла мимо, чтобы вернуть ее в игровую зону.

— Да кто тебя трогает-то? — громко спросил врач и грозно посмотрел на хулигана. — Кто тебя заставляет, м? — мужчина оглядел ребенка, который, видимо, не знал, что ответить, а просто глупо пялился на старшего, хлопая милыми глазками, как будто бы впервые находился в такой ситуации. Врач его сломал… — Тебе вообще не интересно узнать, что мы будем делать? Зубки все равно нужно спасать, они твои, а не мои! Я-то вот могу конфеты есть, а вот ты не можешь! — так же строго продолжал стоматолог. — Иди сюда, послушай тоже, что мы собираемся делать, — врач мотнул головой, приглашая подойти. Марк недоверчиво смотрел в ответ и медлил, все еще держась за свою стенку позади. — Давай-давай! Или ты меня боишься? — с вызовом спросил Дмитрий, и это сработало. Мальчик нахмурился, а потом нерешительно и медленно, но все же стал подходить ближе. Мужчина протянул одну руку, как бы приглашая ребенка в полуобъятия, но мальчишка нерешительно подошел и остановился примерно в метре от старшего. Он настороженно пялился на врача, готовый в любой момент убежать. — Давай-давай поближе, ничего я тебе сделать не смогу, — сказал врач, и, когда мальчик сделал еще один нерешительный шажок в его сторону, аккуратно ухватил его за предплечье, и подтянул поближе. Он мягко обхватил малыша ладонями за плечи и легко поставил около себя.

Ребенок хмурился, но так как старший его почти не держал, а только мягко придерживал, поглаживая, то Марк и не сопротивлялся. Мальчишка только настороженно оглядывался и непонимающе уставлялся хмурыми глазками, будто снова и снова пытался вернуть себе весь контроль.

— Хорошо, значит, сегодня мы лечить ничего не будем! — сказал мужчина няне, но при этом взглянул на ребенка, чтобы понять его состояние. Может быть, он все же разрешит провести простой осмотр? — Татьяна отдаст вам список анализов, которые необходимо сдать. Их немного, можно легко пройти за один день, — мужчина кивнул на свою ассистентку, и дальше девушка продолжила сама.

— Да, вам удобно будет в среду? Успеете? — спросила Татьяна, быстро находя и распечатывая небольшой список на принтере. Няня кивнула. — Хорошо, значит, записываю вас на девять утра… С утра ничего не давайте кушать. Пить можно не позднее двух часов перед приемом, а кушать не позднее шести… — продолжила девушка, а врач тем временем решил пообщаться с ребенком, который, ничего не понимая, оглядывался по всем сторонам, переводя взгляд с врача позади себя на няню и ассистентку. Все-таки мальчик все еще не знал, что его ждет.

— Марк, сегодня я лечить тебе ничего не собираюсь. А вот в следующий раз ты придешь и будешь просто дышать вкусным лечебным воздухом, — сказал мужчина, обращая все свое внимание полностью на мальчика, чуть наклонившись. Удивительно было для старшего то, что мальчик больше совершенно не истерил. Он смотрел в ответ, глаза в глаза, внимательно, но все равно продолжал чуть-чуть сторониться. — Пойдем покажу, какой он, и еще покажу, что у меня вообще интересного есть, угу? — Дмитрий, не дожидаясь четкого ответа, аккуратно взял малыша за запястье и не торопясь повел ближе к рабочему месту. Мальчик не истерил, а послушно двинулся, но, когда мужчина сел на стул и подвел его близко к стоматологическому креслу, он резко и тихо отшатнулся от него. Мальчик сделал несколько шагов назад, а потом и вовсе обошел мужчину с другой стороны, пронзительно смотря на это «кресло пыток».

— Лечебным воздухом? — мальчик недоверчиво покосился на врача, сам того не замечая, положив свои ладошки на его бедро. От волнения или страха он сжимал ногу врача, но тот ничего не говорил.

— Да, лечебным воздухом. Он у нас пахнет шоколадом… — сказал мужчина, улыбнувшись, и достал небольшую бежевую маску, от которой с двух сторон выходил шланг. Врач включил большой аппарат и, аккуратно подведя малыша ближе, поднес маску. — Попробуй. Это на носик надевается, — подсказал мужчина и помог правильно расположить. — Сейчас это просто вкусный воздух, а вот в следующий раз будет немного другая маска, поудобней. Там к шоколадному добавится еще и лечебный воздух, он будет чуть-чуть отличаться, — мужчина говорил доброжелательно, незаметно поглаживая мальчика по спине. Ребенок был, видимо, не против таких прикосновений, иначе с его характером давно бы это продемонстрировал, а он только, наоборот, постепенно подходил ближе к врачу. — Но перед тем, как лечить зубки воздухом, мне их нужно сначала посмотреть! Хорошо? — мужчина, можно было сказать, не сильно спрашивал, а малыш уже спокойно стоял между его коленей, опираясь на бедро. Врач просто плавно подводил к этому моменту, а сейчас просто предупредил. Заметив легкое несогласие и боязливый взгляд в сторону всяких приборов у кресла, врач чуть наклонился к малышу и продолжил: — На кресло необязательно садиться. Просто открой, пожалуйста, ротик, — сказал мужчина, развернув малыша лицом к окну. — Я и так могу взглянуть, — улыбнулся врач, требовательно посмотрев на мальчика. Марк послушался и широко открыл ротик, внимательно водя глазками по старшему, но ручки свои ребенок неосознанно выставил вперед раскрытыми ладошками, защищаясь. Врач никак не прокомментировал это, просто спокойно начиная осмотр.

Зубки у этого пятилетнего малыша были в довольно плохом состоянии, но до крайности все-таки еще было далеко. Все жевательные зубки были покрыты кариесом, а обе пятерки на нижней челюсти были удалены явно раньше своего времени. Они только в десять лет должны меняться… Это значит, что мальчишка точно был у стоматолога, после чего и начал так бояться. Работы было много, но большинство из этих зубов можно было вылечить, не прибегая к анестезии, если бы ребенок позволил. Мужчина хмурился, внимательно оглядывая полость рта, и аккуратненько наклонял голову ребенка, как ему удобно.

— Я сейчас возьму специальную палочку и зеркало. Мне нужно потрогать твои зубки, чтобы понять… — предупредил мужчина и спокойно подкатился на стуле с колесиками к специальному столику.

Марк, как только врач отпустил его, отшатнулся назад на расстояние, с которого его было бы сложно достать. Он не отрываясь следил за старшим и, только когда не увидел для себя никакой угрозы, снова подошел к мужчине. Дмитрий сделал вид, что ничего не заметил, и продолжил осмотр.

— Вот этот зубик у тебя болит, да? — с сожалением спросил врач, несильно надавливая на зубик. Малыш закивал, а врач привычно потянулся за инструментом на специальном подвижном блоге, прежде чем сказать: — Я чуть-чуть воздухом подую…

Глаза ребенка испуганно расширились, он закрыл рот и тут же начал реветь и орать снова, пытаясь вырваться. Дмитрий спокойно придержал ребенка за плечо и непонимающе посмотрел на мальчика:

— Что такое случилось? — строго спросил мужчина, не давая этому капризуле сбежать. Он, может, и не хотел ругать ребенка или насильно удерживать сейчас, но оно само так получилось. Сначала он просто машинально придержал мальчика, ведь снова доставать его из угла не хотелось. Ничего страшного же врач не собирался делать. А потом мужчина уже и не мог его отпустить, ведь ребенок так сильно начал тянуть за руку и брыкаться, что, если отпустить его, этот глупыш сам свалится на пол, и, скорей всего, приземление будет немягким. — Марк, мы же с тобой договорились! — врач убрал безобидный инструмент обратно на место и взял ребенка двумя руками за плечи. — Я тебе ничего сегодня лечить не собираюсь, я же сказал. Слышишь? — врач не обращал внимания на то, что обе девушки, что обсуждали предстоящую операцию, взволнованно посмотрели в их сторону. А до ребенка, видимо, стало доходить, потому что крики и протесты стали тише. — Мне нужно просто подуть воздухом на зубик, посмотри, — мужчина прижал к себе ревущего ребенка одной рукой, а другой медленно взял тот же инструмент с длинным носиком. Он включил сначала его на расстоянии вытянутой руки, а потом спокойненько поднес к лицу ребенка, сдувая милые кудряшки, чтобы не напугать. — Переставай давай реветь… Я же тебе пообещал, что просто посмотрю. Разрешишь мне зубик посушить? — и Марк действительно разрешил, несколько раз кивнув.

Через пару минут все было закончено. Ассистентка рассказала все необходимое девушке: как будет проходить лечение, сколько ребенок будет отходить от наркоза и еще множество рекомендаций. Врач спокойно закончил осмотр ребенка, хоть и не на таком удобном кресле с идеальным освещением, но все же лучше, чем он предполагал изначально. Мальчишка дался ему на осмотр, и это уже немного радовало. Уходя из кабинета, ребенок уже не выглядел тем вредным и капризным чертенком, каким казался вначале, а к двери ребенок бежал вприпрыжку… Хотя можно ли стоматологу этому радоваться?

— Ух… — вздохнула девушка, проводив клиентов, и, сев за стол, замерла, все обдумывая.

— И такое у нас бывает! — усмехнулся врач и сел рядом за свой стол.

— Как вы его вообще смогли на что-то уговорить? — удивленно спросила девушка. — А вначале вы еще так что-то сказали, что он вообще истерить перестал…

— Сам в шоке, — улыбнулся врач, наконец выдыхая всю эту ситуацию, — но нельзя расслабляться, нам еще с ним в среду нужно как-то работать. Я, конечно, надеюсь, что он уже не будет так бояться… Но характер все же никто не отменял.