Буран, Тайга и Асмодей. Конец игры. Том 1

Корабль лениво покачивался с боку на бок, натужено скрипя снастями. Ветер изредка наполнял паруса, подгоняя нас, но вода, напоминавшая тягучий кисель будто удерживала «Аглен», вынуждая ее с трудом одолевать каждый метр. Я выглянул за борт силясь разглядеть жуткие щупальца или нечто еще, столь же скверное, порожденное Разломом и вцепившееся в днище, но вода казалась чистой и совершенно обыкновенной. Выдохнув, я снова повернулся к Санрайз, разглядывающей горизонт на баке. Я ловил ее силуэт между снующими по палубе матросами, не замечая больше ничего вокруг. Ее образ, подчеркнутый тлеющим светом заката, завораживал своей красотой и я был готов провести всю жизнь просто любуясь ею.

- Зуб даю, ты думаешь, что попал на круиз мечты, - внезапно раздался голос Вероники у меня за спиной.

На ее лице снова сверкала знакомая хитрая ухмылка, но в глазах уже не было язвительного огонька.

- Чего?

Я ничего подобного не думал, но только до тех пор, пока Вероника об этом не заикнулась.

- Х…й знает, сколько времени на корабле посреди моря в компании с возлюбленной, что может быть романтичней? - продекламировала она, будто из какого-то страшно креативного туристического буклета.

Я снова перевел взгляд на Санрайз. До сих пор наша поездка круиз не напоминала, хотя за все время в пути ни один монстр нас не потревожил и мы даже позволяли себе надежду, что в море их особо не водится. Тем не менее, сложно было расслабиться осознавая, что впереди нас всех могла ждать смерть, но… с другой стороны, смерть всегда ждет впереди и Вероника была права. Здесь и сейчас мы с Санрайз были вместе. День за днем проходил без происшествий, а значит, у меня действительно была лучшая возможность стать ближе к ней и завоевать ее сердце, прежде чем нас снова окружит война…

Осознав, что смотрю на Санрайз совершенно не скрывая своих чувств, я поспешно отвернулся, но обмануть Веронику было невозможно:

- Не волнуйся, ДиКаприо, я мешать не буду, - усмехнулась она, - Действуй, если она тебе действительно дорога. Только не утони.

Я удивленно посмотрел на девушку, но за ее улыбкой невозможно было прочесть истинных мотивов такого великодушия.

- И про конкурента не забудь, - кивнув в сторону Дарлиса, подмигнула она.

Игорь беседовал с Андреем, расположившись на бочках у грот-мачты, но также как и я поглядывал в сторону Санрайз. Решив, что для него наше путешествие так же может стать «волшебным круизом» и отличной возможностью сделать предложение, я поспешил к Санрайз, пока Дарлис меня не опередил.

Робко встав рядом, я какое-то время смотрел на закат, подбирая слова для начала разговора, но ничего не шло на ум. После слов Вероники я будто и вправду почувствовал себя на отдыхе с любимой девушкой и теперь, несмотря на все пережитое вместе, смущался как мальчишка на первом свидании. Далеко не сразу я сообразил, что все дело в тишине и покое, которым дышало море. Хоть я и писал Санрайз любовные письма, хоть и признавался ей в любви лично, но никогда прежде у нас не было возможности для настоящего свидания. И вот сейчас она как будто появилась! И я не знал, что делать…

- Красивый вид, - тихо произнес я, держа в мыслях не столько морскую гладь и закат, сколько саму Санрайз.

- Тревожный, - качнула она головой, - Я никогда прежде не путешествовала морем.

Я посмотрел на нее и чуть улыбнувшись, признался:

- Я тоже. Но всегда хотел.

Санрайз опустила взгляд:

- Оно пугает меня…, будто Разлом никуда не делся.

В глазах Санрайз блеснули слезы и она поспешно их вытерла:

- И Элан где-то там, в самом его сердце!

Повинуясь порыву, я коснулся руки Санрайз, уверенно шепнув:

- Но Разлома больше нет. И Элана мы обязательно разыщем.

Санрайз посмотрела на меня и, опустив глаза, кивнула улыбнувшись:

- Спасибо. Мне все чаще не хватает уверенности и я рада, что она у кого-то осталась.

Ее пальцы неожиданно переплелись с моими и она подняла на меня взгляд. На мгновение мир будто замер, позволяя мне окунуться в бездну ее глаз, прекраснее которых я не встречал. Боги, как же мне хотелось дать волю своим чувствам, просто выразить их так, чтобы Санрайз могла их ощутить! Сейчас они походили на безудержный теплый свет, который озарил весь мой мир и которым я хотел объять Санрайз, гоня прочь все ее страхи и тревоги. Внезапно в ее глазах сверкнул какой-то теплый огонек, словно пламя в моей душе нашло отражение в ее сердце:

- Удивительно…, прежде я боялась тебя, - неожиданно произнесла она, - А теперь мне спокойней, когда ты рядом.

Я ощутил внезапную дрожь от этих нежных слов и едва не воспарил над палубой. Сердце в груди дико колотилось, не веря своему счастью, будто я, наконец, услышал ответное признание. Какое-то время Санрайз молчала, затем отвернулась к морю и вздохнула:

- Мне так жаль, что наше знакомство вышло таким…

Она силилась подобрать слово и я, улыбнувшись, подсказал:

- Сумбурным?

- Да…, - она снова улыбнулась, - Наверно.

- Думаю если сталкиваются два мира, иначе и быть не может.

Санрайз кивнула и внезапно снова посмотрела на меня:

- И все-таки ты изменился…

Ощущая, как запылали щеки, уже основательно заросшие щетиной, я опустил глаза, вздохнув:

- Ты знаешь, как я выгляжу на самом деле.

Но Санрайз качнула головой:

- Я не про внешность.

Она прижала ладонь к моей груди, необыкновенно тепло и серьезно произнеся:

- Ты стал другим здесь. А внешность только отражение тебя нового. Ты стал воином и надежным другом, о каком я не могла и мечтать.

Я с удивлением и трепетом смотрел в ее глаза, пока она со вздохом не отвернулась.

- Мне жаль, что я ничем не могу отплатить тебе за все то, что ты сделал для меня и делаешь до сих пор.

Мой разум словно заполонило невероятно уютным туманом, в котором сразу возникло множество вариантов, но прежде я удерживал их на языке и старательно скрывал от Санрайз, но сейчас…, почему-то именно сейчас я решил, что могу их озвучить.

- На самом деле мне бы хватило всего одного поцелуя.

Она снова посмотрела на меня, вскинув бровь, на чарующих губах внезапно появилась улыбка, от которой я дико смутился и спрятал взгляд:

- Извини, я…, это слишком много для меня.

Ее ладонь внезапно коснулась моей щеки, заставив снова взглянуть в синий омут ее глаз.

- За жизнь моего сына, за мою жизнь и все то, что мы пережили на пути к Разлому, это не большая цена…, которую я с удовольствием заплачу.

Не поверив своим ушам, я изумленно распахнул глаза. Рука Санрайз скользнула мне на затылок, привлекая к себе…, к нежным карминовым губам… и вот, в последний миг, когда наши губы почти соприкоснулись, я проснулся!

- Черт! – невольно сорвалось с языка, когда я открыл глаза в темноте каюты.

Страшное разочарование охватило меня вместе со злостью на то неведомое, что прервало мой сон на таком месте. Стиснув зубы от досады, я прислушивался к звукам, силясь понять, что именно это было, но вокруг было тихо, только палубные доски скрипели, да раздавался тихий сап моих спящих товарищей. Корабль плавно качался из стороны в сторону, будто хотел вернуть меня в чудесный сон, но всего его усилия были тщетны. Осознав реальность, я понял, что уже не усну и не поддамся обманчивым видениям Морфея, воплощавшим мои мечты.

Я кое-как сел в гамаке и огляделся, изучая в темноте общей каюты спящих попутчиков, но, к счастью, ни один из них не проснулся, или по крайней мере не подал виду, что слышал меня. На миг закрыв глаза, чтобы воскресить в памяти чарующий образ Санрайз из сна, я тихо выбрался из гамака.

Сейчас на вахте стояли матросы Камлена. Поначалу не просто было довериться им и мы, несмотря на то что считались пассажирами, всегда делили вахту с кем-нибудь из них, но в конце концов решили, что без доверия не было смысла отправляться в путь. Поэтому сейчас в каюте собрались мы все, оставив дозор опытным морякам. Я нашел глазами самый ближайший ко мне гамак Вероники, за ним разместился гамак Дарлиса, а напротив Пикселя и Андрея. С другой стороны заняли места Тиалинд и Санрайз. Приглядевшись, я различил в темноте силуэт мирно спящего эльфа, но гамак Санрайз пустовал! Испытав неясную тревогу, я оглядел всю каюту, будто Санрайз могла оказаться где-то еще, но предсказуемо не нашел ее.

Тихо проскользнув между спящими, я поспешил к лестнице на палубу. Шесть дней назад мы отплыли из порта Элинара в надежде догнать северян, похитивших Элана, найти Джеймса и добравшись до Оскернелия покончить с мерзавцем Кранаджем, унаследовавшим от Амерона армию мертвецов. С тех пор мы не раз собирались за столом нашей каюты, чтобы решить, как действовать дальше, но поскольку толком не имели представления о том, что твориться на Севере, ничего путного придумать не могли. Из нас всех в Оскернелии побывали только Пиксель с Андреем и большую часть пути мы внимали их рассказам, которые, оказались весьма отрывистыми и малоинформативными. Тогда ни Андрей, ни Пиксель и думать не могли в какое приключение попали и были уверены, что оказались в игре, потому больше поражались реализму окружающего мира, нежели уделяли внимание деталям, которые были важны для нас теперь.Все, что у нас было для знакомства с северной страной, это карты, прихваченные Камленом, которые мы скрупулезно изучали первые дни плаванья, силясь запомнить названия городов и поселений. Впрочем, от этих карт так же могло оказаться мало проку, поскольку составлялись они, судя по всему, еще до захвата Севера нежитью Амерона. Выходило, что мы могли лишь догадываться, каким Север был теперь и единственное, что знали наверняка, это то, что Кранадж ждет нашего появления и если мы последуем его приглашению, полученному в Эглидее и просто причалим в порту Дорхейма, то окажемся в ловушке. Разумеется, это нас не устраивало и едва ли устроит команду «Аглен». Впрочем, этот вариант вполне серьезно с самого начала рассматривала Санрайз. Она искала любую возможность как можно скорее найти Элана и сдаться людям Кранаджа в порту казалось самым простым способом. Конечно, Санрайз не просила нас об этом и рассматривала подобный вариант прежде всего для себя, но всякий раз нам удавалось убедить ее, что Кранадж едва ли даст ей возможность освободить сына и если она угодит в плен, то помочь ему уже не сможет. В конечном счете, мы сошлись на том, что в Оскернелий лучше приплыть тайком. Команда «Аглен» должна была высадить нас на берег и отправиться обратно, оставив нас своей судьбе. Это все, что нам удалось придумать и последнее время мы пребывали в томительном ожидании грядущего, которое большего всего мучило Санрайз, лишая ее покоя и сна. Всякий раз, когда мы делили вахты, она была готова дежурить хоть всю ночь, но мы с Дарлисом убеждали ее, что усталость не поможет ей спасти Элана. Но даже когда мы, наконец, доверились морякам Камлена и больше не дежурили по ночам, сон все равно не давался Санрайз, оставляя ее днем в рассеянной полудреме. Похоже в этот раз тревога снова не позволила ей уснуть и она поднялась на верхнюю палубу. Еще толком не представляя, что смогу сделать, я по скрипучей лестнице, выбрался следом за ней.

Снаружи царила безмятежная ночь. Мы ждали, что с приближением к северу будет холодать, но пока еще было тепло и только легкий морской бриз порой касался лица прохладным влажным дыханием. В небе светились рожки месяца среди невероятной россыпи звезд, которые висели так низко, что их казалось можно было выкрутить как лампочки. В первую ночь, заставшую нас в море, я впервые за долгое время попытался отыскать на небе знакомые созвездия, но быстро бросил эту затею, а теперь, поднявшись на палубу, ощущая приятный прохладный ветер, снова поднял глаза к небу. Его звезды оставались незнакомыми, все, кроме одной…, спустившейся с небес и хоть не излучавшей света, являвшейся для меня самой яркой и заветной. Санрайз стояла у фальшборта там же, где я застал ее во сне, на баке корабля. В легкой стеганке, расшитой серебром, она будто прекрасная нереида вглядывалась в темный горизонт, за который сыпались звезды. Ее волос робко касался ветер, как измученный томлением любовник, не позволяющий себе большего.

Я замер в тени мачты, любуясь прекрасным видением и очнулся лишь когда, услышал позади голос:

- Видом любуетесь?

От внезапного вопроса, я едва заметно вздрогнул, тут же отвернувшись от Санрайз и уставившись на подкравшегося Камлена.

Казалось, в море щупленький парнишка явно младше моего настоящего тела серьезно преобразился и излучал уверенность бывалого морского волка. Он твердо стоял на покачивающейся палубе, капризные темные волосы приструнил, повязав их в хвост зеленой лентой и теперь походил на молодого викинга, даже в его глазах появился какой-то холодок, который сейчас, впрочем, смешивался с чем-то еще, что я подсознательно определил как тень юношеского вожделения. Этот огонек я заметил еще в нашу первую встречу в таверне и знал, кто его разжёг в глазах и похоже в штанах юного капитана… Хотя сама Вероника как будто не замечала своего почитателя и чаще смотрела сквозь парня, нежели на него. Впрочем, с ее противоестественной прозорливостью, я был уверен, что она намеренно его игнорирует, не найдя интересным для себя.

- Эмм, да, - растерянно краснея ответил я.

- Понимаю, - улыбнулся парень, взглянув на Санрайз.

Осознавая, что засранец понял куда больше, чем следовало, я поспешил сменить тему:

- Что-то случилось?

- Ничего милорд, - заверил меня Камлен, - Идем прежним курсом.

Мне хотелось, чтобы он и дальше «шел прежним курсом», отчалив от меня подальше, но откровенно ему об этом сказать я не решился и мельком взглянув на Санрайз ждал, когда он сам дозреет до этой мысли.

Помявшись немного, будто набираясь смелости, Камлен внезапно спросил:

- Милорд Рейнар, могу ли я спросить?

Я вздохнул про себя, мысленно готовясь в очередной раз услышать вопросы о наших дальнейших планах, которые предсказуемо интересовали капитана. Наше доверие к команде «Аглен» хоть и окрепло, все же не было полным и не сговариваясь, мы решили не посвящать Камлена в детали, тем более что сами их толком не продумали. Все, что ему было известно, это наш курс и вполне очевидная цель прикончить Кранаджа. Конечно, Камлена интересовало, как именно мы планируем это сделать, но до сих пор четкого ответа мы избегали, ссылаясь на могучие способности Всадников и секретность нашей миссии.

- Спросить о чем?

Парень заметно смутился, покраснев не хуже меня.

- Я, как вам известно, решился на это плаванье из большого уважения к Всадникам.

Я кивнул, подтверждая, что мне это известно.

- В Элинаре редко говорят о том, что не связано с ловлей рыбы и всякая история чаще всего описывает удаль рыбаков…

Камлену без труда удалось передать мне тоску от этих историй одной лишь интонацией, и я слушал его вполуха, по-прежнему украдкой поглядывая на Санрайз.

- Но когда Разлом закрылся, к нам стали прибывать люди, желающие увидеть море без стены Барьера и узнать, что же стало с Бездной.

- Ясно, - хмыкнул я, не найдя в этом ничего удивительного.

Парень заметно стушевался и внезапно снова робко признался:

- Тогда я пытался из каждого приезжего вытянуть хоть что-то о Всадниках, одолевших некроманта и закрывших Разлом.

История о том, как парень зафанател от моих друзей меня совершенно не интересовала, но через минуту стало ясно, к чему Камлен вообще взялся ее рассказывать.

- Мне кажется, я узнал все о Всадниках еще до вашего прибытия в Элинар, но… мне никогда не доводилось слышать о вас, милорд, хотя, вы очевидно хорошо знакомы с ними.

Только теперь я посмотрел на застенчиво покрасневшего капитана. Он смотрел на меня с совершенно невинными глазами, на минуту снова превратившись в любопытного мальчишку. Где-то в глубине проснулась прежняя обида на то, что мои подвиги, возможно где-то куда более серьезные, чем дела моих друзей, остались никому неизвестны, но я усилием воли подавил ее, несколько раздраженно ответив:

- Да, мы хорошо знакомы.

Парень заметно расцвел и будто желая подсластить мне пилюлю, внезапно объявил:

- В таком случае вы для меня не меньшая легенда, чем они!

Я про себя улыбнулся, ощутив себя эдаким приложением к легенде и уже был готов услышать просьбу рассказать о своем эпическом знакомстве с Всадниками. Сочинять очередную чушь мне не хотелось и я пытался найти какую-нибудь вежливую фразу, чтобы отделаться от парня, но как оказалось, его интересовал вовсе не я...

- А как хорошо вы знаете миледи Веронику? - неожиданно спросил пацан.

Впрочем, этого вопроса стоило ожидать, поскольку его чувства к нашей бестии были столь же очевидны, как мои к Санрайз.

- А что? - невинно вскинув бровь, спросил я.

Парень снова покраснел, уставившись куда-то за борт.

- Да просто об остальных Всадниках столько легенд сочинили, а о ней я мало что слышал.

Я ручался, что о Джеймсе он слышал еще меньше, но, очевидно, канадец совершенно не волновал Камлена. Во мне тут же возникла дилемма: что я мог рассказать о Веронике? Раньше она и для меня была загадкой, а теперь я как будто знал больше, чем хотел. Во что-то не мог до конца поверить, а о чем-то явно не стоило рассказывать влюбленному парню.

- Ты можешь сам с ней поговорить, - выкрутился я.

Парень вздохнул, явно разочарованный ответом и покачал головой.

- Боюсь, мне не хватит решимости. Миледи Вероника... она...

Парень мечтательно уставился на горизонт, силясь подобрать слова и не мог, но я его прекрасно понял, просто посмотрев на Санрайз.

- Понимаю, - передразнил я парнишку, криво улыбнувшись.

Парень совсем оробел и опустил глаза.

- Поэтому я к вам и обратился, - неожиданно признался он, - Мне казалось, что вы поймете.

Пока я самодовольно и без труда считывал страсть этого парня к Веронике, он так же просто читал мои чувства к Санрайз. Вот говнюк!

- Миледи Вероника не кусается, - вздохнул я, хотя не был до конца в этом уверен, - Характер у нее своеобразный, но человек она не плохой.

Пожалуй, это все, что я знал о Веронике наверняка. Этого описания едва ли было достаточно для исчерпывающего портрета личность, но его хватило, чтобы приободрить сникшего Камлена. Хотя, он с заметным усилием решился еще на один вопрос, который, видимо, волновал его в первую очередь:

- А ее сердце... Вы не знаете, свободно ли оно?

Он с явной надеждой посмотрел на меня, вынудив отвернуться, пряча сочувственную улыбку. «Ох, парень…,» - подумал я, - «…куда же ты лезешь?» Я был уверен, что Вероника ест таких на завтрак, но не мог и не считал нужным предостерегать Камлена от опрометчивых решений.

- От любви точно, - ответил я и, повинуясь порыву, добавил, - Но возможно, кто-то сумеет поселить ее в нем.

Хлопнув словно в напутствие нашего капитана по плечу, я, сбегая от непростого разговора и будто подавая пример, направился к Санрайз, хотя не был уверен, что готов к разговору с ней и даже не представлял, что собираюсь ей сказать.

Глупо было надеяться, что ее привел наверх похожий на мой сон…, еще глупее было рассчитывать, что сон сбудется. Все то время, что мы провели в море Санрайз не покидали мысли об Элане и даже Камлену она казалась удивительно отстраненной и замкнутой. Большую часть времени она проводила за картами, будто хотела выучить их наизусть и редко участвовала в наших попытках скоротать время за праздными разговорами. Не сговариваясь, мы решили, что всему виной вынужденное бездействие. В отличие от суши, на корабле от нас ничего не зависело и, если мы восприняли это как редкую возможность передохнуть, Санрайз ощущала лишь удушающую беспомощность. Она просто ничего не могла сделать для Элана, никак не могла узнать о его судьбе и повлиять на приближение встречи, только довериться ветрам и команде Камлена. Просто ждать…, а ожидание для матери, разыскивающей сына, было невероятно мучительной пыткой. И я шел к ней с наивной надеждой избавить ее от мучений…

Оперевшись на планшир рядом с ней и преодолевая внезапно нахлынувшую робость, я решил начать разговор, как начал его во сне, не сильно надеясь, что финал в реальности будет таким же.

- Красивый вид.

Санрайз мельком взглянула на меня и качнула головой:

- Меня он пугает. Не по себе от мысли, что вокруг на много километров нет ничего кроме воды. Пугает бездна под нами.

Я взглянул на профиль Санрайз красиво очерченный лунным светом. Как всегда, мне показалось, что в эти слова она обличала настоящий страх, который терзал ее с тех пор, как был похищен Элан. Она видела это море его глазами и переживала его вероятный страх как свой собственный.

Я поднял взгляд на темнеющий впереди горизонт, воображая себе трехлетнего мальчишку в окружении злобных дикарей Кранаджа. В голову тут же вихрем ворвались тревожные мысли: цел ли он? Накормлен ли? Или северяне не особо утруждают себя заботой о маленьком пленнике? Может его мучает холод и боль от увечий, нанесенных пьяными скабенитами… Эти мысли выворачивали душу наизнанку, и я закрыл глаза, будто прячась от них. Но не смог. Прежде я старался не думать о будущем слишком далеко, избегая страшных мыслей об Элане, но теперь они будто вирус перекочевали от Санрайз ко мне и не желали покидать голову. Я снова посмотрел на нее, обреченно опустившую глаза к плещущейся за бортом морской тьме. Всего одно мгновение, на которое я позволил себе задуматься об Элане, наполнило мое сердце тревогой, а она живет с ней уже больше месяца, а возможно еще с того самого момента, как я вернулся в ее мир с вестями о проклятом Кранадже.

Я видел, как ее измучил страх. Каждая минута вдалеке от Элана будто истощала ее и с моих губ сами собой сорвались слова:

- Тебе нужно отдохнуть. Ты нужна Элану сильной.

Санрайз качнула головой. Осознавая, что мои слова не прогонят ее страх, я замолчал, уставившись на бьющие о борт волны. Мне самому они казались банальными, но в то же время единственно верными, несмотря на то что сказать всегда было проще, чем сделать…, особенно сейчас.

- Я не могу…, - помедлив, выдохнула Санрайз.

Она замолчала и казалось уже больше ничего не скажет, но вздохнув неожиданно, призналась:

- Хоть море и пугает меня, здесь я могу увидеть что-то кроме кошмаров, которые приходят всякий раз, стоит мне закрыть глаза.

Она на миг спрятала лицо в ладони, словно отгоняя упомянутые сны и снова устремила взгляд к горизонту.

Я кивнул, выражая понимание и в очередной раз осознавая свою беспомощность. Санрайз надеялась увидеть паруса северян, хотя прекрасно понимала, что мы едва ли сумеем их догнать до того, как они прибудут в Оскернелий.

- Я боюсь, что мы будем вечно плыть до горизонта и никогда не догоним Элана…, боюсь, что…, боюсь…

Ее голос дрогнул, и я видел, как она проглотила подкативший к горлу страх. Я было хотел снова произнести что-то успокаивающее, но взглянув на Санрайз понял, что ей нужно не это. Ее душили чувства и отчаянно искали выхода в словах, поэтому я просто слушал, всем сердцем разделяя ее боль и отчаяние. Мне безумно хотелось обнять ее и казалось, что она не будет против, но я замер, боясь сбить ее с мыслей, которые и так метались из-за тревоги.

- Прежде мне не давал покоя страх, что северяне что-то сделают с Эланом, что он окажется в руках Кранаджа. Теперь, когда мы вышли в море, я не могу отделаться от мыслей, что корабль северян пожрала пучина и он вовсе не доплыл до Оскернелия.

Вот та самая заноза, которая не давала покоя Санрайз! На берегу нам все было ясно: скабениты двигались к побережью известными дорогами и рано или поздно мы могли встретиться, но здесь, в море их след терялся. Мы шли наугад в надежде, что верно угадали замысел Кранаджа, а между тем он вполне мог обмануть нас… Элан мог оказаться где угодно: остаться в Орлинге в каком-нибудь секретном схроне северян, в темнице Оскернелия, как думали мы или… на дне моря…, возможно уже где-то позади нас. Я видел, как отчаянно Санрайз сражается с этой мыслью и постепенно проигрывает.

Она замолчала, а я вздохнул, судорожно подбирая слова, которыми мог бы успокоить ее и ощущая, что каждое мгновение моего молчания только нагнетает тревогу, будто я признаю, что страх Санрайз обоснован. Но даже если это действительно было так, я должен был хоть что-то возразить!

- Пока ничего опасного мы здесь не встретили. Едва ли только нам так повезло.

Я произнес эти слова и сам тут же осознал, сколь мало в них убедительности, сколь мало во мне уверенности, чтобы они прозвучали твердо. За ними отчетливо проглядывалось наше общее неведенье об опасностях, которые могли таиться в море. Но я не позволил этому робкому аргументу унестись ветром и придал ему веса, добавив:

- Вполне возможно, что страшные истории об этом море не более чем слухи моряков, чтобы отвадить конкурентов от рыбных мест или набить себе цену выдуманными подвигами.

После шести дней спокойного плаванья мы все склонялись к этой мысли, даже моряки Камлена приободрились духом и не редко позволяли себе шутки и смех, но очевидно Санрайз не могла так легко с ней согласиться и я продолжил делиться всеми доводами, что приходили в голову.

- Если бы здесь действительно было слишком опасно, едва ли флот северян сумел бы добраться до Орлинга.

Санрайз покачала головой, разумно напомнив:

- Большую часть его армии составляли мертвецы, которым не страшен ни один шторм. Кроме того, мы понятия не имеем, сколько кораблей Кранадж потерял по пути в Орлинг.

- Но те, кто преодолел море вряд ли бы вернулись в него, если бы риск был слишком велик, - не сдавался я.

Санрайз только повела плечом. Очевидно все мои доводы она уже сама успела не раз обдумать еще до этого разговора. Но правда была в том, что мы ничего не знали о судьбе Элана, кроме того, что нам сказал посланник Кранаджа, один из его скабенитов запытаный Вероникой и предатель Давилар. Никто из них не заслуживал доверия, но только их слова дарили надежду на то, что Элан еще жив.

- Я уверен, что Кранадж позаботился о безопасности Элана.

- Почему?

Впервые, после начала нашего разговора Санрайз заглянула мне в глаза. Ее взгляд был исполнен надежды, что у меня найдется аргумент, который она еще не знает и который, в отличие от прочих, будет невозможно разрушить.

- Почему ты думаешь, что Элан нужен Кранаджу живым?!

Ее голос дрожал от отчаяния и при виде страха в ее глазах, мои мысли пугливо разбежались. Я не знал ответа…, но я должен был что-то ответить, иначе мир Санрайз рухнет в пучину ужаса. Я отчетливо видел это в ее глазах!

Незваными всплыли воспоминания о слухах, которые кто-то распустил в Орлинге. Элана называли наследником Кеола и подлинным королем Севера. Уже одни эти слухи могли стать смертным приговором для малыша, но его не убили на месте, а похитили и только это внушало нам надежду на то, что Элан еще жив.

- Мы знаем, что он был на корабле северян, - максимально уверенно напомнил я, хотя даже здесь нас могли обмануть, - Если бы Кранадж желал его смерти, скабениты не стали бы везти его через весь Орлинг.

Это был вовсе не железный аргумент, но все, что я мог предложить Санрайз. Вздохнув, она снова посмотрела вдаль. В ее глазах теплилась надежда увидеть паруса корабля, за которым мы следовали, но впереди была лишь подернутая рябью водная гладь, в которой отражалось небо.

Ощущая себя проигравшим, я оперся о планшир и смотрел, как вода бьется о борт. В голове было отвратительно пусто, словно я выскреб из нее все, что было, но там не нашлось ничего полезного Санрайз. Но теперь я лучше понимал причину, по которой она сбегала ночью на палубу. Здесь, несмотря на абсолютную опустошенность и беспомощность в душе ощущалось движение, а с ним надежда на перемены.

- В моем мире люди платят большие деньги, чтобы отправиться в плаванье, - вспомнил я спустя время только чтобы как-то заполнить мучительную тишину между нами.

- Огромные деньги за возможность пойти ко дну?

Санрайз вздохнула, покачав головой и тут же ответила сама себе:

- Хотя не удивительно…, в твоем мире людям явно нечем заняться.

Я мысленно согласился, но Санрайз, вероятно сочтя свои слова слишком резкими, вздохнула:

- Прости, я…,

- Все в порядке. По большей части так и есть.

Я улыбнулся Санрайз, и она чуть расслабилась, неожиданно признавшись:

- Мне невыносима мысль, что люди сейчас где-то живут спокойной жизнью, будто ничего не происходит. Меня душит ненависть к ним от того, что выпало на мою долю, на долю Элана…

Лунный свет заблестел на слезах, застывших в глазах Санрайз.

- Хуже того, теперь я боюсь принимать решения!

Ее голос надломился:

- Помнишь Арполи? Как мы прятались от канумов среди трупов?

Я кивнул. Тот момент удивительным образом сочетал в моей памяти страх и радость и я не редко вспоминал как мы лежали рядом, задержав дыхание, чтобы не выдать себя жутким тварям.

- Страх за Элана столь сильно завладел мной, что я боюсь каждого боя. Когда я лежала среди мертвецов, до того, как ты пришел…, тогда я боялась, что погибнув, не смогу помочь Элану, не смогу его защитить. Это сковало меня и я не знала, что делать!

- Но теперь ты бессмертна, - напомнил я.

- Да, благодаря тебе.

Санрайз кивнула, тут же покачав головой:

- Но я не могу использовать твое бессмертие, когда не знаю, жив ли мой сын! Что если его уже нет?!

Она с отчаянием посмотрела на меня, и я узнал этот страх в ее глазах. Я сам точно так же терзался выбором, когда медальон Эольдера предлагал мне сохраниться, а я боялся, что сохранюсь в мире, где Санрайз уже нет…

- Ты не стала сохраняться? – скорее утвердительно, чем вопросительно произнес я.

Санрайз отвернулась, покачав головой. Последнее сохранение было три дня назад, о чем я узнал благодаря Веронике. Она, как всегда, не преминула объявить о нем, но тогда Санрайз никак его не прокомментировала и вот теперь стало ясно, что она им не воспользовалась.

- Но ведь в этом нет смысла, если Вероника сохранилась?

Санрайз взглянула на меня с отчаянием в глазах:

- Если она сохранилась, а Элана больше… Боги, это невыносимо! Я не знаю, что мне делать и есть ли у меня вообще возможность что-то изменить!

Она спрятала лицо в ладонях и в этот раз я не стал поддаваться робости и сомневаться в верности того, что делаю. Я просто бережно заключил Санрайз в объятия, выбросив из головы и сон и все, что прежде останавливало меня. Раньше я боялся, что она оттолкнет меня или нас обоих скует чувство неловкости, но этого не произошло. Она сама будто ребенок прижалась к моей груди, дав волю слезам и только тогда у меня в голове возникли, казалось, нужные слова:

- Этот страх знаком мне.

Санрайз вздохнула, явно сомневаясь, но я уверенно продолжил:

- Всякий раз до встречи с тобой я боялся сохраняться, потому что не знал, жива ли ты и все ли хорошо с Эланом. Я боялся, что сохранюсь в мире без вас и уже ничего не смогу сделать.

- И как…, как ты с этим справился? - проглатывая слезы с надеждой в голосе спросила Санрайз.

Тогда примириться со смертью, своей и близких, мне помог Андрей, но я не мог предложить Санрайз примириться с возможной смертью Элана, потому ответил, слегка пожав плечами:

- Я просто верил, что мы встретимся.

В этот момент я осознал, что это действительно так и помедлив добавил:

- Я никогда не смогу избавиться от страха потерять вас…, тебя с Эланом, Андрея, Дарлиса, Пикселя…, но я не могу позволить этому страху лишить меня сил и надежды защитить вас.

Санрайз чуть отстранилась, подняв на меня свои невероятные глаза, в которых еще блестели слезы. Я посмотрел в ответ, чуть улыбнувшись ей:

- Я уверен, что с Эланом все хорошо и мы обязательно его вызволим.

Ее взгляд потеплел и она снова доверчиво прижалась ко мне:

- Просто он там совсем один…, - шепнула она, - И я ничего не могу сделать. Не могу быть рядом с ним…, просто успокоить его.

Санрайз вздохнула обреченно, а я только нежно прижал ее к себе, тихо спросив:

- Ты помнишь обитель Амерона?

Она едва заметно кивнула, выдохнув:

- Хотела бы забыть, но едва ли выйдет.

- Я помню, как не мог найти себе места от страха за вас. Я был в своем мире и ничего не мог сделать…

Мой взгляд уплыл к горизонту и к тем уже как будто бы далеким временам:

- Я не испытывал ничего хуже этой беспомощности и не могу себе представить пытку страшнее.

- Да, - едва слышно согласилась она и отстранившись вытерла слезы, - Это невыносимо.

- Но мы выбрались. Выбрались все вместе, хотя против нас был сам Амерон и почти весь бестиарий Рыжика.

Санрайз кивнула, но тут же вздохнула:

- Но тогда Элан не был один… Он был со мной или…, с тобой.

Последние слова заметно смутили Санрайз а во мне вызвали приятное тепло от доверия, которое за ними скрывалось. В этот момент, как когда-то давно я вдруг снова почувствовал себя отцом Элана. Пусть биологически я им не был, но я оберегал его как мог всю дорогу до Разлома…

- И сейчас он не один, - твердо напомнил я, - Один он останется, если мы сдадимся.

Санрайз посмотрела на меня, и я ответил ей максимально уверенным взглядом, добавив:

- Если поверим, что опоздали.

Она скользнула взглядом в сторону и поджав губы кивнула:

- Ты прав… Я не должна позволить сомнениям встать на пути и лишить меня сил.

- Верно. И не позволишь.

Санрайз взглянула на меня, чуть улыбнувшись:

- Ты очень изменился…

От этих слов, так похожих на слова из сна у меня в душе сразу потеплело.

- Надеюсь к лучшему, - робко шепнул я.

- К лучшему.

Санрайз скромно опустила глаза к воде за бортом, признавшись:

- Прежде я бы не стала искать мудрости у демона-студента, поселившегося в моем теле.

Эти слова вроде как должны были задеть меня, но почему-то вызвали улыбку. Возможно потому, что Санрайз вовсе не хотела обидеть меня и просто сказала правду, которую я и сам знал.

- А теперь ты всегда находишь слова, чтобы успокоить и поддержать меня…

Знала бы она, как не просто мне это дается, подумал я, а вслух ответил:

- Без тебя я бы остался прежним жалким демоном-студентом.

Санрайз посмотрела на меня с тенью робкой улыбки на губах и когда наши глаза встретились, я, едва осознавая себя признался:

- Я не могу позволить угаснуть огню, без которого мой мир станет темной ледяной гробницей.

Мои слова зависли в воздухе и какое-то время я, смутившись, убеждал себя, что они не покинули моей головы, но взгляд Санрайз, в котором сверкнуло отблеск того самого огня, говорил о том, что она меня услышала. Она не отвернулась, лишь немного опустила глаза, безмолвно принимая мое едва завуалированное признание в любви. Мне казалось, что мои слова оказались не к месту и снова лягут тяжким грузом на плечи Санрайз, требуя от нее какого-то ответа, потому тут же поспешил извиниться, сам не зная за что:

- Прости…

Я нарочито небрежно бросил это слово уставившись на небо и крайне неловко пытаясь сменить тему, но Санрайз только улыбнулась:

- Не нужно. Мне…, мне приятны твои слова и если это правда, то за нее не нужно извиняться.

- Тогда забираю свое извинение, - с облегчением выдохнул я.

Санрайз улыбнулась в ответ, но ее улыбка тут же потускнела:

- Просто я не могу…

Она силилась подобрать слова, чтобы в очередной раз объяснить мне то, что я и так понимал.

- Я знаю, - перебил я ее, - Все в порядке.

Санрайз вздохнула, слегка кивнув:

- Три года спокойной жизни пролетели как одно мгновение, и я снова начинаю ее забывать. Хотя с Эланом было не легко, но я бы все отдала, чтобы вернуть те дни хлопот и забот о нем. Я не найду покоя, пока не верну его.

- Мы вернем его, - снова уверенно произнес я, - Обещаю.

Санрайз кивнула, вздохнув и снова посмотрела на горизонт:

- Наверно я действительно просто устала, поэтому не могу отделаться от кошмарных мыслей.

Очевидно, Санрайз говорила не о той усталости, которая проходит после сна и я ее понимал. После нашего путешествия к Разлому я прожил всего три дня в своем мире, и они отнюдь не были спокойными.

- Да уж. После всего, что мы пережили нам определенно полагается продолжительный отпуск, - улыбнулся я, уцепившись за новую тему, - У вас здесь найдется какой-нибудь курорт, где можно будет отдохнуть, когда мы разберемся с Кранаджем?

- Курорт? – растерянно спросила Санрайз.

- Какой-нибудь уютный пляж, на котором можно поваляться без необходимости сразиться с монстрами?

Я посмотрел на Санрайз, с удовольствием и облегчением, заметив тень улыбки на ее губах.

- В моих фантазиях всегда было тихое озеро…, как в Рантее…

- Хорошо, пусть будет озеро, - спешно согласился я прежде, чем Санрайз поглотили скорбные воспоминания о Салиме, и доме, который он построил для нее в Рантее.

Казалось, куда не глянь в прошлое, везде находился повод для грусти, поэтому я решил больше к прошлому не возвращаться, сосредоточившись на фантазиях о светлом будущем для меня Санрайз и Элана.

Я старательно рисовал перед ней живописные картины безмятежного отдыха, пока в какой-то момент она не подняла на меня серьезный взгляд темных в ночи глаз. Тень тревоги будто оставила их, сменившись чем-то иным, и она неожиданно спросила:

- Значит ты все еще намерен остаться здесь?

Этого вопроса я не ожидал и на мгновение мне даже показалось, что Санрайз хотела бы избавится от меня, как от еще одного плохого воспоминания. Я смущенно отвел взгляд, зацепившись им за одну из тысяч звезд на небе и сдерживая голос от подкатившей тревоги, ответил:

- Если ты все еще не против.

Она не ответила сразу и я, ощутив внезапный страх повернулся к ней, снова оказавшись в плену ее изумительных глаз.

- Не против, - как-то тепло и робко улыбнулась она, опустив глаза.

На эту улыбку я не мог не ответить. Пусть в моем сне все зашло куда дальше, но этой реальной улыбкой Санрайз я дорожил больше, чем всеми своими грезами вместе взятыми.

- Значит решено! – провозгласил я, - Вернем Элана и отправимся отдыхать. Я научу его играм из моего мира, хотя, признаться они куда скучнее всего того, что я видел здесь.

- Для разнообразия ему не помешает поскучать, - устало выдохнула Санрайз и помедлив добавила, - А мне все же не помешает поспать.

Казалось, тревога ее действительно оставила, и она вместе со мной заглянула в куда более светлое будущее, чем то, что ей виделось до сих пор.

- Спасибо тебе за разговор. Мне стало легче.

В ее глазах светилась искренняя благодарность.

- Не за что, - улыбнулся я в ответ.

В это мгновение мне вдруг показалось, что я могу снова обнять ее, но счел, что не могу себе позволить быть столь навязчивым и только пожелал:

- Приятных снов.

- Спокойной ночи, Дима, - кивнула Санрайз и направилась к лестнице.

Я смотрел ей в след, ощущая радость в душе от того, что пусть немного и быть может ненадолго, но мне все же удалось успокоить ее.

Проследив за ней взглядом до самого трапа, я снова повернулся к морю, желая продолжить фантазии о нашем общем будущем, но прежняя жестокая реальность выдернула меня из грез куда раньше, чем я мог себе представить!

Едва обернувшись к блестящей под лунным светом глади моря, я вдруг увидел, как отражения звезд в воде начали двигаться. В первое мгновение я решил, что это просто игра бликов на волнах, но потом понял, что это нечто другое, обитающее в глубине.... В тот же миг, подтверждая, что мне не мерещится, сверху на марсе раздался удивленный голос впередсмотрящего:

- Что за чертовщина?! Вижу огни в воде прямо по курсу!

Удивленный тон и сама формулировка вызвали тревожную волну по моему телу. Различать корабли, рифы и отражения звезд в море матросы Элинара умели едва ли не с детства, и, если увиденное так удивило Гарена, значит это было что-то необычное!