Былина о том, кто в полночь ходит.

В старых землях, в глухих лесах, где тропы петляют, как змеи, а путника никто не ждёт, стоит избушка. Не на курьих ножках — на костях человечьих. Не в чащобе самой — на перекрёстке трёх дорог. Та избушка всегда в тумане, всегда в тишине. И не видать её днём, только ночью, только в самый глухой час.

А в той избушке живёт не жилец — нежить, не человек — нелюдь. Глаза у неё как угли в печи, руки длинные, как сучья, и ступает она по земле — не слышно, а тянет за собой холод. Говорят, кто её увидит — тот уже не жилец. Говорят, кто её услышит — тот сам к ней придёт.

А приходит она к тем, кто бродит по лесу ночью, кто сбился с пути, кто потерял надежду. Сядет на пень, ногу на ногу положит и спрашивает:

— Чего ждёшь, путник?

— Домой хочу, — ответишь.

— А домой, милый, не вернуться, — скажет она. — У тебя дом сгорел, у тебя жена в земле, у тебя дети разбежались. Нет у тебя дома. Нигде тебя не ждут.

И смотрит. Ждёт, когда заплачешь, когда сердце дрогнет, когда отчаяние впустишь в себя. А впустишь — тут и конец. Обовьёт тебя руками-сучьями, холодом обнимет, и уйдёшь ты с ней в избушку на костях. И будешь там сидеть, смотреть в пустоту, ждать, когда следующий забредёт.

Так и живёт она, так и кормится. Горем человечьим, тоской, страхом. Чем больше боишься — тем ей сытнее. Чем больше плачешь — тем ей слаще.

Говорят, можно от неё спастись. Если не бояться. Если на её вопросы не отвечать. Если смотреть прямо в глаза и молчать. Глаза у неё красные, как зарево. В них — вся тьма, весь холод, всё то, что ты боишься в себе увидеть. Но если выдержишь, если не отведёшь взгляд — она растает, как туман поутру. И останется только тишина, только лес, только дорога домой.

Но мало кто выдерживает. Потому что бояться — это по-людски. А не бояться — уже не человек.

Так говорят старики, так в книгах старых пишут. А верить или нет — твоё дело. Только помни: если пойдёшь ночью через лес, если дорога приведёт на перекрёсток, если ветер вдруг стихнет и станет тихо-тихо — не оборачивайся. Не оборачивайся и не плачь. Потому что тот, кто плачет в лесу ночью, тот сам её зовёт.

А кто же это? А это она. Та, что в избушке. Та, что ждёт.

Не спится тебе? Шторы задёрнуты, дверь заперта. А за окном — тишина. Или не тишина? Прислушайся. Ветер? Или кто-то скребётся? Скребётся? Проверь. Проверь, крепко ли закрыто окно.

А лучше — не проверяй. Спи. Спи, пока не поздно. Потому что если встанешь и подойдёшь к окну, если взглянешь в темноту — может, и увидишь её. Глаза, как угли. Руки, как сучья. Стоит, смотрит. Ждёт.

Не вставай. Не смотри. Спи.

А она подождёт. Она всегда ждёт.