Бытие в отпуске

Все ждут- не дождутся отпуска, как манны небесной. Я понимаю их: заслужили.

Но я не жду. Что мне делать в отпускное время? Неужели отдыхать? Конечно, нет. Напротив, в отпуск я работаю: думаю, пишу. Это в рабочее время я отдыхаю. Работа со студентами для меня сплошной отдых. Как правило, на занятиях я не думаю, - студенты все равно не поймут мои мудреные мысли. Если только, проснувшись ранним утром, я, как будда, не задумаюсь и забуду, что уже нахожусь на занятии, где положено учителями не думать, а обучать своих учеников.

Иногда я думаю не только про себя, но и вслух. Это, конечно, недочет с моей стороны, ибо мои думы смущают людей и, прежде всего, моих учеников, не расположенных думать, сопереживать мне в думах. Что касается мыслей, то им никак не угрожает со-мыслие со мной, так как они по-своему опыту не знают, что такое мысль.

К слову сказать, этим грешат не только ученики, но и их учителя.

Если в случае учеников я имею дело контакта с опытом чувств, то в случае с учителями я контактирую с опытом счета. И чувствовать, и считать могут только люди. Речь идет об осознанных чувствах и умении сводить счеты, подчитывать баланс, читать и писать. В принципе любой человек может считать, читать и сочинять, писать, что чувствует. Я так считаю. Но далеко не любой человек может и тем более умеет мыслить. Я так думаю. Может быть, я ошибаюсь. Поэтому я так думаю, а не мыслю. Вот так человек часто противоречит сам себе.

Но если я умею думать, чтобы мыслить, то у меня есть опыт мысли в том смысле, что практикуясь в мысли, в ее творении я уже пользуюсь некоторым материалом мышления, выработанным или наработанным мной в ходе его. На основе так или этак наработанного опыта мысли у меня не может не проявиться своего специфического способа, метода мысли. Если этот способ формируется самой мыслью, то метод является философским, метафизическим, медитативным. Так из формы мысли, из идеи развертывается опыт мысли, который в итоге свертывается в теорию мысли.