Ценность и Банальность...

Ценность и Банальность.

Никто не знает сутей Бога

Ни пастор, грешник, ни святой

И не имеет право осуждать другого

Кто ищет Бога выданной судьбой.

Блудница, пьяница, распутник

Монах, епископ или царь

Из них кто истину познает прежде?

Кто меньше производит людям зла?

Пока валялся пьяный под забором

Он мало благ в сей мир принёс

Но и не делал в это время злого

Хотя до этого мог быть жесток.

Распутник - мелочный и мерзкий

Может растлить немало душ

Но может дать той утешенье

Кой не нашлось кого-нибудь.

Блудница не осуждена и Богом!

Так как же нам её вдруг осудить?

Её судьбы не пожелаем мы и сами

Но кто ей блуд велит творить?

Цари и всякий сильный мира!

Кто хоть бы сколько-то имеет власть

Они за всех несут грех пира

С их рук вся мерзость разлилась.

Они содержат чашу блуда

Они гарант всех горестей и зла

Тогда как должны быть примером

И в жертву приносить всего себя.

Взяв на свой счёт нести правило -

Они должны за плугом пропотеть

Пока ведёт конь борозду по полю

Потом засеять, сжать, цепы греметь.

Но получив коня в управу

Не поле пашут хлеб растя

А режут лошадь иль торгуют

Чтоб без трудов кормить себя.

Но их страшнее стал епископ

Который должен быть стыдом!

А тот коня корил за дерзость

Что тот на бойню с ярмаркой не шёл.

И властью быть чтоб с сильным равно -

Он индульгенции тому давал

Как будто оправдал того пред Небом

За то что поле тот потея не пахал…

Монах… Почти святое слово.

Наверно он и вымолит сей мир.

Увы, но и его видать не слышет Небо

За то что тот от мира скит свой отделил.

На ком ответственность большая?

На кормчем или моряках?

К чему султанов прославляем

Коль нету пота в их руках?

К чему гневите словословьем Бога?

Где плод достойный с ваших древ?

Сороки словно хвалятся с вороной

За то что воры будто - добывают хлеб.

Ни судьи мира, ни чин, сановник

Ни всякий пастырь грешных душ

Не превзошли блудницу плодом

Сосуд для масла их вечно пуст

Они служители не Царю Слова

А мажордомы Князя Немоты

Терзают нищих вдов, сироток

На подношения тому в пиры.

Блудница не загубит себя столько -

Сколь пастырь к бойне овнов принесёт

Сколь всякий властный наплодит сироток

Сколь всякий алчный в блуд введёт.

Монах… Блудница… При дороге…

Но безразличья всё же больше в ком?

Одному труд, другой работа

И толпы между них идут.

Никто не понял Свыше Книгу

Всем безразличны Разум и Душа

Даже монах - себе искал спасенье!

Спасала всех блудница лишь одна

И все с неё искали взяток

И все с неё ждали утех

А та излила в ноги масло

Что жаждал каждый лишь себе.

Никто не понял Человечность

Не оценили свыше дар

Всем жаждется лишь чресел алчность

Глухи застывшие сердца.

Ложь мира на устах всей власти

Так было испокон в веках

Никто служить не перестанет Пира Князю

Судьба достатка ведь в его руках.

Даже монах с ним аккуратен

Даже блудница не противится ему

Но та хотя б в порывах страсти -

Всю знает цену сотворенному блуду.

И век свой понимает краткий

И ждущее её в присмертье дно

И что обделена всеми правами

И ядом льётся для неё вино.

Вот и нежаль ей было дорогого.

Что ей хранить за нищею душой?

Возлила масло на стопы у Бога -

Вот и весь смысл жизни непростой.

И ей весь свет был в судьях мира!

Любая власть бы осудила грех её

От грешника и до почти святого

Лишь Бог простил её житьё…

О чём же это размышленье?

Не совершайте суд земной

Кто осуждает - принимает грех тот

Который топчет будто бы святой.

Не на себя - так на детей одарит.

Счастливою улыбкой проживёт -

Всю те печаль после него познают,

Коль не исправят осужденья грех его.

Проклятья нет страшнее - быть судьёю

Но коли взялся - истину не лги

И милосердье не топчи ногою

Тем истребляешь свет своей души.

И даже драгоценный коль сосуд

Имеешь всем именьем благовоний -

Не соглашайся ложный творить суд

Отдай всё Истине и Милосердью…

СЁМИР СЁМИРУ