Чай, гитара и 100 способов умереть

Из дневников Стоунхайда, сидящего на руинах старого мира:

«Основная теория Падения Мира состоит в том, что Бедствия – группа величайших магов прошлой эпохи, желая обрести бессмертие, принесла почти все живое в жертву Всевышнему, став в итоге Демонами Мироздания. Извержения вулканов, пожары, наводнения, глобальное потепление, смертельный вирус, оттаявший из вечной мерзлоты Сибири, голод, переселение народов, бунт ИИ, падение спутников с небес, взрыв множества ядерных электростанций по всему миру – все это человечество увидело своими глазами в течении жалких нескольких лет во второй половине 21го века.

Конечно, Демоны убедились в том, чтобы человечество выжило, а экосистема восстановилась в краткие сроки. Им, должно быть, было довольно скучно сидеть на небесах и ничего не делать. Теперь же они понемногу вмешиваются тут и там, чтобы зрелище было более интересным. Как дети, играющие в кукол.

Гниющий мир с одичавшей природой, мутировавшими тварями, лабораториями Старого Мира, скрывающими еще более жуткие вещи, с людьми, готовыми на самые мерзкие поступки ради освоения магии – это все, что у меня есть…»

114-й год новой эпохи, 11 мая…

Вайборн лежал на полу в углу деревянной хижины лицом к стене на шкуре животного, свернувшись в позе новорожденного. Он итак не выходил наружу неделями, но теперь и хижина казалась ему слишком большой – он не хотел видеть этот мир. Его худое бледное лицо не выражало никакой эмоции или осмысленности, глаза уставлены в одну точку, но, казалось, не видели ничего. В голове был туман. Пожеванные, с множеством покрытых корочкой и совсем свежих ран, закованные в браслеты тяжелые руки вставили в потрескавшиеся губы сигарету и подожгли. Его сердце тревожно и неравномерно забилось, ускорило свой бег, пытаясь гнать по венам густую кровь, пропитанную никотином. Стена перед глазами закружилась, затошнило. Желудок протестующе сжался, сообщая воспаленному мозгу, что ему уже больше недели нечем тошнить, кроме желчи, которая теперь поднялась к горлу, разливаясь мерзкой горечью во рту.

Снаружи расцветал май, и все же в хижине с давно погасшим камином было прохладно. Затекшее от неподвижности тощее тело Вайби, уже не способное согреть себя само, временами болезненно подрагивало. Когда-то пылающее жарким огнем душа сейчас была лишь тлеющим угольком, который грозился вот-вот погаснуть.

В комнате было все необходимое, и дрова, и диван, и вода, но у Вайби не было ни капли силы и воли, чтобы сделать хоть что-то. Он не ел, не пил и не спал уже очень давно. Единственное желание его было просто исчезнуть.

Тяжелые потемневшие веки сомкнулись, немного облегчая зуд в высохших глазах и наконец-то унося утомленное сознание Вайби в бредовый сон, полный кошмаров.

В дверь постучались. Но Вайби этого даже не слышал. Стук повторился через минуту, более настойчивый. Дверь не была заперта вовсе, и Некто вошел внутрь. Прошел в середину хижины и осмотрелся.

- Умер что ли? – спросил Некто, найдя бессознательное тело в углу. Два теплых пальца нащупало сонную артерию Вайби. – Мда, ну ты даешь, - Некто взялся за края шкуры, кряхтя и тужась, потащил парня к дивану. – Тебя даже ребенок утащит, - сказал напряженный голос. Не без усилий, Некто затащил тело на диван, стоящий перед камином, накрыл сверху шкурой, после чего пошел разжигать огонь. – Ты подожди, я скоро вернусь.

Входная 🚪 скрипнула, и Вайби снова остался один. Только теперь он собрал достаточно сил, чтобы раскрыть глаза и увидеть разгорающееся пламя в камине. Потом веки сомкнулись вновь.

Почти через час Некто вернулся, подкинул дров в огонь, зажег свет в нескольких масляных лампах по всех хижине и вернулся к Вайби с небольшой, но совершенно бездонной сумочкой. Зачарованный предмет ранга А, наложенные на него чары позволяют хранить и без труда переносить невообразимое количество вещей. А вторичные чары помогают найти необходимый предмет с первого раза.

- Столько мороки с тобой. А ты даже не видишь во мне женщину, дурак, - голос был женский, очень юный. Незнакомка взяла руку парня, протерла пропитанной спиртом ваткой на сгибе и безошибочно воткнула в вену полую иглу, резиновым шлангом подсоединенную к пакету с физраствором. Следом она вытащила прозрачную бутылочку с фиолетовой жидкостью, это было восстанавливающее зелье, набрала его в стеклянный шприц полностью и впрыснула в физраствор. Принесла стоящую рядом с входом деревянную вешалку и повесила на него пакет. – Я выпишу тебе за это такой счет, что у тебя и мыслей не возникнет умереть до того, как выплатишь долг, так и знай.

Незнакомка пошла на кухню и стала греметь посудой, даже больше, чем нужно, в отместку за то, что Вайби до сих пор игнорирует ее. Хотя он просто был в отключке, и она это знала. Девушка наполнила котелок водой, бросила туда кусок дикой птицы, которую принесла из дома – в холодильнике парня она и не надеялась что-либо отыскать, добавила несколько трав и кристалл каменной соли, повесила его на крючок с длинной стороны толстого металлического прута, закрепленного шарниром на вертикальную опору, и, толкнув за короткое плечо «крана», завела котелок в камин.

Пока бульон готовился, девушка вернулась к своему пациенту, пощупала лоб. Температура тела постепенно переходила с отметки «труп» к отметке «отморозок».

- Теперь я буду называть тебя просто «тело», - сказала она и заползла под шкуру, прижавшись к телу, чтобы не свалиться с тесного дивана. – И от тебя воняет. Просто жуть как воняет! Поэтому это даже не награда, а мучение какое-то, так что ты все еще будешь мне должен… - она поцеловала и укусила его за нижнюю губу.

Вайби почувствовал прикосновение чего-то мягкого и теплого к своим губам, но, с трудом приходя в себя, не понял, что это. Да и не задумывался об этом, в голове было так же пусто. Когда он разлепил веки, увидел перед глазами улыбающееся жизнерадостное лицо зеленоглазой девушки, почти девочки.

- Привет, - сказала она.

- Не привет, - прохрипел он сухим горлом. – Зачем?..

- Зачем я трачу свое драгоценное время на такое унылое тело? Тебе не понять замыслов великой меня. Но я спасла тебя, и теперь ты должен мне миллион денег.

- Воды… - попросил Вайби. Девушка скатилась на пол, бодро вскочила, сбегала на уголок кухни и вернулась со стаканом воды. Парень жадно выпил. – Еще, - после еще одного стакана, выпитого залпом, Вайби отдышался и улегся обратно, закрыв ненадолго глаза. Ему все еще нужно было хорошо выспаться, но согревшееся тело болело намного сильнее, чем раньше. Вайби сжал челюсти и закрылся рукой. Его тело начало содрогаться от беззвучных рыданий. Слез тоже не было.

- Эй, ты чего? – спросила девушка, обеспокоенно положив ладошку на руку, которой закрылся парень.

- Пульса, я больше не могу так жить, - сказал Вайби через некоторое время, пересиливая ком в горле.

- Почему? Я могу чем-то помочь тебе?

- Нет. У тебя будут проблемы из-за меня. Я проклят. Тебе вообще нельзя здесь быть, - ответил он, временно собрав себя в кучу и отложив жалось к себе на время, когда останется один.

- Ну а я хочу здесь быть. И ни ты, ни бабушка мне в этом не помешают, - действительно своенравная девочка. – Это все из-за нее, да? – предположила она. – Из-за этих браслетов тебе так плохо? – парень не ответил. Но это было очевидно. Он не раз пытался отгрызть себе кисти рук, только чтобы снять их. Эти браслеты были разработаны еще до Падения мира. Но, учитывая, что скрывающиеся в подполье маги не слишком-то хотели становиться подопытными кроликами в лапах «Института Метафизики», артефакты подавления не были доведены до идеала. Магия тесно связана с самой сущностью человека, и подавление ее постепенно приводит к сумасшествию и смерти подопытного. Чем же Вайби заслужил к себе такого отношения в родном городе? Поговаривают, что он убил своего ровесника. Хотя Вайби не помнит этого, а единственный свидетель того события в глубине души ненавидел Вайби. Когда его спросили, что же тогда случилось, свидетель просто сказал, что магия Вайби опасна и неконтролируема, что ее лучше запечатать.

– Если подпишешь со мной договор, я решу все твои проблемы, - сказала Пульса после нескольких секунд молчания с задумчивой моськой. - Бульон скоро будет готов, так что поднимайся.

Она взяла его за израненные руки и помогла сесть, после чего отошла к камину, чтобы перемешать и опробовать бульон на вкус.

- Страшно представить, что ты потребуешь взамен, - сказал Вайборн, коря себя за то, что даже на секунду, даже в теории допускает реальность такого решения.

- За кого ты меня держишь? Я всего лишь потребую от тебя жениться на мне, любить меня, ухаживать, дарить подарки, обнимать, веселиться со мной и петь песни. Это много? – уточнила она, увидев, как парень вытаращился на нее.

- Почему я? – спросил Вайби, будучи абсолютно уверенным, что он полное ничтожество, которому уже некуда падать в жизни.

- Потому что это ты, - не понимая вопроса, ответила девушка. – Мне всегда было весело с тобой. Ну… до того, как ты решил стать «телом».

- Но ведь…

- А что касается сестрицы Санни, - перебила она, снимая котелок с огня голыми руками, - я правда думала, что у вас все будет хорошо, но… я не видела вас вместе уже… раз, два… почти три года! Скоро двадцать, а она не замужем. Когда я стану главой города, выдам ее за этот… как его… «Пижон»!?

- Пульса, я не женюсь на тебе, - сказал Вайби.

- Почему!? – в шоке вскрикнула девушка, резко обернувшись к парню.

- Потому что тебе тринадцать, - привел весомый аргумент юноша. Даже с учетом того, что в современных реалиях средняя продолжительность жизни составляла около пятидесяти лет, а совершеннолетие считалось с пятнадцати.

- Почти четырнадцать, вообще-то, - угрожающе сузив глаза, ответила Пульса. До ее дня рождения оставалось чуть больше трех месяцев. – Девушки взрослеют быстрее, чем парни, так что мои почти четырнадцать – все равно что твои восемнадцать, - пренебрежительно махнув рукой, она отвернулась, процедила бульон в единственную чистую кружку, подошла к парню и уселась рядом. Зачерпнув ложной, она заботливо подула на золотистую жидкость, прежде чем поднести ее ко рту парня.

- Я не могу есть, меня тошнит от одного вида еды, - сказал Вайби, почувствовав, как его желудок старается вывернуть самого себя наизнанку.

- Ешь, кому говорят! А-то маме расскажу!

Парень заставил себя проглотить жидкость с ложки. Рвотный рефлекс сработал незамедлительно, но Вайби хоть и с трудом, но удержал бульон в положенном ему месте. На самом деле, он доверял Пульсе. Не в первый раз ведь. В начале прошлого года он два месяца жил дома у доктора, проходя реабилитацию после отказа от «Инфинита», боевого наркотика, на который он подсел, чтобы оставаться дееспособным в этом жестоком, кровавом мире. Ограничение магии запечатывающими браслетами, уход отца, невыносимое поведение сестры, Мэй Фловер, и отдаление Санни вконец добили его тогда. И все повседневные заботы о парне легли на дочку доктора, Пульсатиллу, с чем она прилежно и даже с энтузиазмом справлялась.

- Вторая ложка пойдет легче, - сказала девушка, снова зачерпывая бульон. Так продолжалось до тех пор, пока она не заставила его выпить полстакана. – Через часик повторим? – улыбнулась она, вытирая пот с его лба. – Вспотел, хороший признак.

- Ты что же, целый день собралась тут торчать?

- Точно, сэр Тело. Никуда не уйду, пока мы не споем ту песню.

Вайби с тоской посмотрел на гитару, висящую на стене, и на свои изодранные руки, в которых он вовсе не чувствовал уверенности. Раньше Вайби часто брал в руки музыкальный инструмент, всегда выступал на общих праздниках, до того, как произошел тот инцидент. Людям нравилась его музыка.

- Ты ведь без понятия, почему я пришла сюда сегодня, да? – спросила Пульса, возвращая к себе внимание парня.

- Похвастаться, что достигла уровня Святого? – несерьезно предположил Вайби.

- Да, то есть… Нет! Как ты узнал?

- Эй, я же шутил! Ты серьезно? – в шоке спросил Вайби.

- Хи-хи, - хвастливая девочка вскочила с дивана, встала перед камином лицом к Вайби и закрыла глаза, сосредотачиваясь. Даже с запечатанными силами парень мог видеть ауру, окутавшую стройное тело девушки. Над ее головой начало формироваться энергетическое кольцо, похожее на нимб – верный признак того, что девушка действительно стала Святым. Когда она распахнула веки, радужки ее глаз без зрачков имели форму четырехлистного клевера. Пульса продержалась с десяток секунд, прежде чем все вернулось в прежнее состояние. – Как-то так… - сказала она, запыхавшимся, но чрезвычайно довольным голосом.

- Это удивительно! – с восторгом сказал Вайби. – Я тебя поздравляю. Твое имя теперь будет известно всему континенту. В Преск Айл наверняка скоро прибудут из Сотни, чтобы именовать и пригласить тебя!

- Ну вообще-то это секрет, - сказала она, приложив палец к губам. – Так что никаких именин и вступлений в Сотню. Я здесь останусь, как мама. Но я ведь молодец и заслужила хотя бы обнимашек?

Парень протянул руки, приглашая, и счастливая девчушка мигом оказалась у него в объятьях. Пульсатилла Эвергрин, благословленная всеми Демонами Мироздания, внучка ведьмы Бедствия Эвергрин, причастной к уничтожению Старого Мира, достигла уровня Святого в 13 лет… Это ничуть не угнетало Вайборна, несправедливо заключенного в убивающие его оковы около четырех лет назад, когда он еще даже не освоил свои способности. Для Вайби она была близким человеком, почти сестренкой. Будь на его месте любой бандит, то обоссался бы от страха, увидев Святого, и бежал бы, не оглядываясь. Даже если этот Святой явился перед ними в виде симпатичной маленькой девочки.

- Так что ты думаешь на счет контракта?

- Если ты сможешь снять с меня оковы, госпожа Пульсатилла, и если меня не убьют твои родители и бабушка, а они точно попытаются… то, когда тебе исполнится пятнадцать, я не против сделать тебя своей второй женой.

- Я ведь могу поломать тебя прямо сейчас, - с милой улыбочкой сказала Пульса со светящимися глазами,что означало активацию магических сил, и сжала парня в объятиях так, что Вайби не мог и вдохнуть, а ребра заскрипели, грозясь сломаться. У девушки был потрясающий контроль силы, и до этого момента ничто не отличало ее от обычной девочки. – Не называй меня полным именем, пожалуйста. И я не собираюсь быть второй женой.

- Прости дурака, - прохрипел Вайби. Девушка отпустила его, дав отдышаться. – Странно все это.

- Что именно?

- Странно, что мы до сих пор живы. Твоя бабушка ведь слышит любой шорох в пределах города.

- Я закрыла твой дом барьером.

- Ага, и возникший среди города барьер – это вообще не подозрительно, - с сарказмом ответил Вайби.

- Ну, пока он цел, я уверена, что все происходящее здесь будет нашим маленьким секретом.

– Ладно, - согласился, наконец, Вайби, - дай хотя бы прочитаю.

Пульса вытащила из своей бездонной сумки свернутый лист бумаги. Юноша развернул контракт и пробежался по написанному глазами, временами приговаривая что-то типа «Ммм..» или «Угу, угу».

- Ну, все понятно, - сказал он с улыбкой… и резким движением разорвал листок пополам. Пока контракт не подписан, это всего лишь клочок бумаги, которую может уничтожить любой человек.

- Ты что натворил! – взвизгнула девушка от возмущения.

- Пульса, - сказал Вайби спокойно. – Демон Сделок проклянет меня, а потом сам спустится с небес и убьет меня трижды в тот же день, как я подпишу его. Потому что твой контракт полное безумие. Я не смогу его выполнить. Давай сюда бумагу.

- Нет, ты напишешь полную фигню!

- Я разве хотя бы раз тебя обманывал?

- Да десятки раз!

- Ладно, нет так нет. Тогда я продолжу делать то, что собирался, - он встал и направился в сторону того самого угла.

- Стой же ты, Тело, – вскрикнула она, вцепившись в его одежду. – Хватит умирааать! Я согласна, согласна, только перестань!

Вайби сел за стол, получив листок и перьевую ручку, сгорбился и закрылся рукой, чтобы Пульса не видела, что он пишет. Любопытная девушка всячески пыталась заглянуть и поймать парня за написанием «фигни», пробовала и слева, и справа, даже на стол залезла.

- Ну вот, - сказал Вайби, закончив. Девушка выхватила у него листок и принялась жадно вчитываться в строки. - Это все, что я могу тебе дать. Большего не проси.

К концу чтения Пульса была совсем уж грустной. Контракт теперь был уж слишком пресным и «реалистичным», хотя и учитывал все ее важнейшие пожелания. Будь в Вайби немного больше желания жить, он подошел бы к делу с большим энтузиазмом. Будучи довольно наивной, что характерно для ее возраста, она и не замечала, что даже в пунктах, учитывающих ее интересы, было много «дыр». Она бы заметила, если читала с «горящими глазами», с активированными силами, то есть.

- Ну что? – спросил Вайборн.

- Согласна, - ответила Пульса понурым голосом.

- Тогда… - сказал парень, понизив голос, и заозирался по сторонам, высматривая что-то. Девушка поняла, чего опасается парень, и тоже навострила ушки, прислушиваясь к посторонним шумам.

- Вроде все нормально, - сказала девушка шепотом. Чувство секретности того, что они сейчас собираются делать, вернуло ей хорошее расположение духа. Лучше такой договор, чем никакой – решила она. Пульса вытащила иголку и передала парню. – Сначала ты.

Вайби проткнул большой палец и старательно выдавил каплю крови. Но не успел он поставить отпечаток, как отовсюду сразу и прямо в головах ребят послышался голос старушки.

- Не против, если я присоединюсь?

«Способ умереть №1: От голода и обезвоживания»

_ _ _

П. А.: Вот так примерно выглядит Пульсатилла Эвергрин, а Вайби вы можете видеть на обложке