Чего хотят принцессы

Рыцарь, щурясь, вглядывался вдаль, где среди вересковых пустошей высилась каменная громада замка. Неприступные каменные башни будто дрожали и плавились в мареве полуденного солнца, упираясь острыми шпилями в небо. Он смахнул ладонью капельки пота со лба, убрал пряди слипшихся от жары волос, и, пришпорив коня, двинулся вперед.

Главные врата замка были широко раскрыты, словно дружелюбно приглашая путника войти, рыцарь самодовольно ухмыльнулся и погладил рукоятку меча.

«Это будет даже проще, чем я рассчитывал».

На мгновение солнце скрылось за мелькнувшей тенью, и конь надрывно заржал, взвившись на дыбы.

«Тише, тише,» - взгляд рыцаря встревоженно скользил по сторонам.

В воздухе все отчетливее стало звучать хлопанье исполинских крыльев.

«Ну что ж, - рыцарь опустил забрало и вытащил из ножен меч, ослепительно сверкнувший металлом, - сегодня ты отправишься в пекло, чудовище.»

Принцесса, обмахиваясь веером, перелистнула страницу книги.

«Ну и жарища.»

Стоящее рядом с кроватью магическое зеркало замигало, подсвечивая украшенную витиеватыми завитками надпись: «Пора размяться.»

Принцесса нащупала босыми ногами туфельки, сгребла со стола бархатный мешочек и выбежала на лестницу. Частые шажки отражались от стен башни гулким эхом, ступеньки мелькали одна за одной, пока принцесса не вышла во внутренний двор замка.

Пытаясь отдышаться, она достала из мешочка завернутый в тонкую бумагу табак и пошарила внутри изящной ладошкой в поисках спичек.

«Блин, закончились.»

Принцесса поправила выбившиеся из пучка золотистые волосы, и двинулась к вратам замка, стуча каблучками по каменным плитам под шелест складок шелкового платья.

Возле входа сидела чешуйчатая зелёная громада, задумчиво склонившая над чем-то голову.

- Ты чего сидишь на самом пекле, так же можно и солнечный удар схлопотать.

Дракон молча продолжал смотреть в одну точку.

Принцесса обошла его и увидела внушительную горстку пепла.

- Еще один?

Дракон слегка кивнул.

- Не прикуришь?

Он щелкнул когтями, и на кончике сигареты вспыхнул огонек. Принцесса с наслаждением затянулась и, прикрыв глаза, подставила лицо солнечным лучам.

- Не по-людски это как-то, - дракон, наконец, прервал молчание. – Помянуть бы надо. Сказать что-нибудь.

Принцесса лёгким движением руки достала из корсета фляжку и, открутив крышечку, сделала глоток.

- Будешь? – дракон отрицательно покачал головой. – Ну что ж. Ты был храбрым рыцарем, подвиг твой останется в наших сердцах и… - принцесса сделала еще глоток, тихонько икнув.

- Завязывала бы ты с этим, - дракон бросил неприязненный взгляд на фляжку. - Неужели тебе ни капли его не жаль?

- Ай, да брось. Я же даже его не знаю. Да и разве это что-нибудь изменит?

- Вернулась бы ты домой, да и перестали б они сюда ехать и пытаться тебя спасать.

- Мне и здесь вполне неплохо, с тобой.

- Это типичные проявления Стокгольмского синдрома.

- Ну, предположим, никто меня насильно не похищал. Что ждет меня дома? Бесконечные указки, как мне себя вести и ограничения. Принцесса должна быть кроткой и покладистой. Принцесса не должна браниться. Принцесса не должна мешать мартини с водкой на завтрак, - дракон осуждающе шикнул. - Извини, шучу. Принцессам следует целыми днями учиться музицировать и вышивать платки для рыцарей, участвующих в турнирах, пока ее не выдадут замуж и весь смысл ее жизни отныне не будет заключаться в том, чтоб подарить супругу потомство, предпочтительнее мужского пола. А ты видел, кого мне пророчили в мужья? Наследника престола соседнего королевства. В их династии традиционно устраивают браки между близкими родственниками, что непоправимо сказалось на его характере и, что самое главное, психическом здоровье. Он ходит по замку в одном исподнем, использует свою же кровать в качестве отхожего места и месяцами не моется. А еще и половина прислуги женского пола в замке носит от него под сердцем детей, - принцесса нервно бросила окурок и затушила его кончиком туфельки. – Да когда ты прилетел меня похищать, я была счастлива! Кстати, зачем это тебе было нужно?

- Ну а чем мне еще заниматься. Я остался единственным драконом, всех ж истребили, а тут хоть какое-то развлечение. Да и это тебе не деревенских овец похищать, принцесса — это солидно. Тебя ведь в жены рыцарю, который тебя спасет, обещают. Ты б подсобила ему что ли, вышла там сама из башни. Я б сделал вид, что не заметил. И лицо б не потерял, и рыцарь цел остался…

- Ну уж нет, а как он тогда сможет осознать мою ценность, если ему все достанется без боя? Я читала, что нельзя, чтоб мужчина получал все на блюдечке с голубой каемочкой! Да и что там за рыцари, думаешь, я им нужна? Просто незакрытые гештальты по спасению принцесс. Иногда такую тоску чувствуешь от этого, что хочется влезть на крышу башни и завыть волком. Эти церемонные разговоры, в которых все одна сплошная фальшь. Все знают, что это чушь, но продолжают. Вот с тобой говорю, и чувствую, что внутри свет загорается, становится осязаемым и заполняет внутреннюю пустоту. А поговоришь с таким рыцарем, и свет разом гаснет. И страшно, что это навсегда.

- Смотри, это что-то новое, - дракон ткнул пальцем в рыцаря с длинным шестом, который взял мощный разбег и попытался запрыгнуть в окно башни, но, не рассчитав траекторию полета, с глухим ударом врезался в стену. – Ну, умом они определенно не отличаются, может им шлем там что-нибудь передавливает, - он задумчиво почесал затылок.

- Слушай, а может пошло оно все к черту, а? Эти принцы, рыцари. Давай махнем на море? Песочек, водичка, фрукты. Посмотри на себя, ты уже весь позеленел в этом замке, - принцесса случайно наступила в горстку пепла, оставшуюся от рыцаря. – Ай, испачкалась.Так вот, может там в зарослях мангровых и дракониха какая спряталась, а? – она хихикнула и пихнула лапу дракона плечом.

Дракон провожал взглядом медленно сползающего по стене рыцаря.

- Знаешь, а давай.