Человек, который может

“Человек, который может”

Глава 1

Часы просигнализировали о том, что уже семь часов вечера. Но для владельца часов это было ещё и время его выхода на сцену. Нет, он не был музыкантом, артистом или клоуном. Хотя, порой они мало чем отличались друг от друга. Посмотрите некоторые фильмы, и в большей части вы можете ошибаться. Называя актёра клоуном. Всё зависит от роли, которую он исполняет. Хотя, и чтобы быть настоящим клоуном, нужен талант.

К чему это, ко всему нужно стремиться. Не зависимо от того есть ли у тебя к этому талант или нет. Вот и у Франсуа Корона было одно желание – сделать мир вокруг лучше. К этому он и стремился с самого детства. Но особенно это желание усиливалось, когда на его глаза попадала несправедливость. Но что можно сделать, будучи обычным человеком? Ответ – идти выше.

И Франсуа шёл, и путь ему предстоял тернистый. Это ещё очень мягко сказано. Его глобальной целью было стать президентом. Для того, чтобы исправить проблемы в стране. И стараться быть независимым. Он знал до чего можно довести страну, когда следуешь чужим интересам. Начало двадцатых это ярко доказало и сам Корон тогда жил, едва сводя концы с концами. Хотя ему и было чуть больше двадцати. И вся эта ситуация заставляла сжимать кулаки до боли.

“До чего же мы докатились. Замерзаем от того, что мы зависимы. Слабы. Люди голодают и подсчитываю гроши в кармане. И мы сами позволили это с собой сделать. Родители видят страдания детей и ничем не могут помочь. А людям наверху всё равно. Мы лишь винтики их машины. Он не мёрзнут, не голодаю, их дети счастливы. А простым людям они не стесняясь лгут в глаза. Мы можем всё изменить. Всё в наших руках” – подумал он в те дни.

Минуло более десяти лет с тех времён. Но Франсуа остался верен своим словам и решил всё изменить. Он не был глупым мечтателем, он знал, что его идея выполнима. Но нужно время. Для начала нужно было переехать в столицу. Сделано. Он оставил провинциальный город и уже более семи лет жил в Париже.

Первоначально нужно, чтобы как можно больше людей услышали о тебе и твоих идеях. Но нужны и действия. Сделано.

И вот теперь он выдвинул свою кандидатуру на выборах родного 12-округа Парижа. За годы своей деятельности он стал довольно известен среди граждан. Которые знали его как честного и деятельного человека, который не отступал от своих слов. Заявления его были не были громкими или сенсационными. Нет, он не обещал людям сиюминутных изменений или заоблачных достижений. Он говорил честно, что им предстоит тяжёлый путь. Но всё достижимо. Всё в наших руках. Эти слова и были его лозунгом.

До выборов оставалось две недели. Каждый из кандидатов, уверенных в своей победе усилил свою активность, желая привлечь к себе как можно больше избирателей. Совершая определённые действия, показушные или настоящие. Не важно, главное действовать. Публичные выступления входили в число действий.

Вот и Франсуа Корон про это не забывал. В социальных сетях он постоянно напоминал о себе. Постоянно появлялся на публике. А теперь пришло время публичного выступления перед своими избирателями по ТВ. Время пришло.

Он слегка волновался, руки слегка тряслись. Это никак не проходило. Пускай это уже было его не первое выступление. Но теперь его пригласили на телевидение. Тут его могла видеть вся страна. В том числе и бывшая жена с двумя сыновьям.

- Месье Корон, ваш выход через минуту – напомнил ему молодой работник студии – эфир скорее начинается.

- Хорошо. Я сейчас – ответил он.

Работник ушёл, а Франсуа поднялся из стула и направился в сам съёмочный павильон. Где ему предстояло держать слово перед всей страной и людьми, которые верили в него. Сейчас можно было всё капитально испортить, похоронив свою репутацию на месте. Или наоборот, привлечь к себе ещё больше сторонников. Всё зависело от него и его поведения.

Он зашёл на павильон, где стояло множество камер, которые были направлены на место, где располагается ведущий. Это был стол, пара стульев, для самого ведущего и гостя. И конечно же высокий задник зелёного цвета. Хромакей, а там на компьютере можно было что угодно нарисовать. Хоть оживлённый город, хоть сцену из “Глубокой глотки”.

За столом уже сидел ведущий, сжимавший в руках сценарий. В котором, скорее всего, были прописаны вопросы для Франсуа. Он был готов ко всему. Самого ведущего звали Гийом Майоли, довольно известный ведущий. Одетый в строгий деловой костюм. Он взглянул в сторону гостя, который шёл к нему.

- О, месье Корон. Рад наконец-то личному знакомству – произнёс Майоли, встав изо стола и протянув руку – как вы добрались? Надеюсь, без проблем.

Ведущий сразу начал своим доброжелательностью втираться в доверие к Корону. Значит вопросы предстояли каверзные, чтобы выбить из колеи гостя. Франсуа был с этим знаком, так же пытались делать и различные репортёры, который пытались добыть сенсацию.

- Взаимно, месью Майоли. Не волнуйтесь, у меня всё в порядке – сдержанно ответил он и пожав его руку – мы готовы?

- Конечно. Только вас и ждём – ведущий достал изо рта жвачку и приклеил её к днищу стола.

Работники начали вешать на Корона мини микрофон, которое уже было на Майоли.

- Всё пройдёт быстро. Я задам вам простые вопросы, а вы на них спокойно ответите и разойдёмся – снова сказал ведущий.

Конечно Корон ему не верил. Для канала главное разыграть хоть какой-то конфликт, даже если его придётся высосать из пальца. СМИ по-другому и не умеет. Ведь только сенсационные конфликты лучше всего продаются.

Съёмочная группа засуетилась, камеры были наведены на стол. Свет ярко освещал главных лиц эфира. Режиссёр приготовился отдавать нужные команды. Корон тем временем уселся за стол, сложив на нём руки.

- Так, начинаем через три, две, одну. Мотор – скомандовал он.

Камеры заработали, транслируя изображение на тысячи экранов на которые были обращены так же тысячи взглядов зрителей.

Ведущий поправился, сделал серьёзное лицо и стал смотреть в центральную камеру. Для него вся эта процедура была полостью знакома. Корон старался сдержать волнение, стараясь держать так же уверено, как и ведущий.

“Всё в наших руках. Точнее, теперь в моих руках” – успел подумать он.

Солнце начало медленно подниматься на горизонт, пока окончательно не заняла своё законное место главной лампочки. Которая начала освещать половину Земли, включая даже самые мелкие уголки. Конечно те, которые были на поверхности.

И одним из таких подобных мелких уголков можно было считать и обычный одноэтажный дом в пригороде Парижа. Солнечные лучи старательно пытались пробиться сквозь плотную штору, которая закрывала окно изнутри. Благо, хозяин дома предусмотрел данный момент и выбрал те шторы, через которые у Солнца нет шансов пробиться в комнату, утопив её в своём свете, несущим витамин D. Однако вот в подобном владелец дома не нуждался, даже даром.

Однако на удивление самым невыносимым для него был будильник, а точнее его мелодия. Конечно, можно подумать, что она была на редкость отвратимой и более пары секунд её слушать было невыносимой. В общем, самое то для будильника. Но нет. Это была песня в жанре фолк, с приятным женским вокалом. Только вот за два месяца эта песня ему просто осточертела. Сделал он это специально, чтобы не привязываться к этой песне. Ведь она ему понравилась в самом начале.

Лениво подняв руку, он ударил прямо по экрану телефона. Но удар был нанесён без всякой силы и желания разнести на куски проклятый девайс. Ведь он уже успел до этого разбить один телефон, переборщив с силой. И вот покупка нового влетела ему в копеечку. Поэтому при покупке нового, он сделал выбор в пользу противоударного. Логично подумать, что какой же он идиот, раз так тупо сломал свой предыдущий телефон. Ведь будил он его не первое утро. Весь сыр-бор заключался в том, что на телефоне была установлен сканер отпечатка ладони. Любой части, даже самой незначительной.

После удара, получив отпечаток, телефон замолчал, а вот его владелец медленно поднялся с кровати, надел тапочки и направился к окну. Протянув руки к шторам, он раздвинул их в сторону, впуская внутрь солнечный поток, который поглотил его тело.

Конечно, у него была возможность поставить систему автоматического раскрытия штор, на которую можно было поставить время, когда впустить свет в комнату. И она даже могла каждое утро могла говорить приятным женским голосом “доброе утро”. Можно было и другое, тут уже зависит от желания владельца. Да вот только он знал, что покупка и установка данной приблуды не только сильно ударит по его кошельку, но вскоре начнёт его раздражать. Поэтому ему был более предпочтителен обычный будильник и такие шторы.

Взяв в руку телефон, он медленно вышел из комнаты, выйдя через открытую дверь. Выйдя, он сразу собрался постучать в дверь, которая стояла напротив его комнаты. Но в последний момент опустил руку.

“Эх, никак не могу привыкнуть. От привычки тяжело избавиться” – подумал он.

После чего этой рукой он начал чесать затылок, одновременно начав идти прямо по короткому коридору. Сделав около десятка шагов, он вошёл в основную комнату. Слева от него была компактная кухня, на которой было почти всё в чём нуждался средний повар. Справа же стоял диван, с парой кресел по бокам. Всё они были направлены в сторону телевизора. Но при желании их можно было подвинуть к журнальному столику, который стоял перед диваном. Телевизор же был широкоформатным, хоть домашний кинотеатр устраивай. Толщиной он не был со спичку или вообще проекцией, как было популярно в последнее время. Поэтому телевизор можно было считать слегка устаревшим.

Первым делом владелец направился на кухню, где включил наполовину наполненный чайник. После чего направился направо, где, взяв в руку пульт, включил телевизор. В эфире сейчас как раз был новостной канал. Единственный канал, который он смотрел, от того и был его любимым. Как раз вчера он смотрел по нему программу, где выступал какой-то кандидат, участвующий в выборы главы одного из округов Парижа. Что там было, он не помнил. Разве что как ведущий старательно задавал провокационные вопросы.

Сам же хозяин дома направился в ванную, где совершал все гигиенические процедуры. И про бритьё он постарался не забыть. По телевизору тем временем, по новостному каналу довольно таки красивая брюнетка уже успела рассказать половину новостей. Половину, но не всю. И как оказалось самое важное приберегли на оставшуюся половину.

- Также, именно в этот день, пять лет назад. 18-го июня 2032 года в Париже подписана Декларация о наделении вампиров теми же правами, что и людей – произнесла она – сегодня на центральной площади пройдёт объединённое шествие людей и вампиров, в знак нашего общего единства. Однако всем нам известно и о прошлогоднем теракте, совершённом в этот же день. В результате него погибло 172 человека и 81 вампир. Глава полиции Парижа уверено утверждает, что будут предприняты все меры безопасности и беспокоиться не о чем. Напомним, что до этого не было известно, что вампиры…

Он прервал речь этой ведущей, которая и сама была вампиром. До 32-го года хорошо скрывавшая это. На этом же канале было интервью с ней, где она сказала, что её на самом деле 76 лет, а не 28, как кажется на первый взгляд. Следом за ведущей, выключился и телевизор. Выключен он был его владельцем. Только сейчас он был гладко выбрит и причёсан. Закончив бритвено-гигиенические процедуры, он направился в свою комнату, из которой он вынес полицейскую форму, которая была упакована в полиэтиленовый пакет. Она вчера была забрана из химчистки.

Он начал постепенно надевать её, параллельно заваривая кофе. Причём старательно, не желая запятнать форму. Заварив нужное количество кофе, он перелил его в два бумажных стакана, которые стояли на столе. Ему как раз были нужны обе руки, чтобы полностью одеться. Он застегнул ремень на брюках, после надел пояс со нужными ему предметами, среди которых были пистолет, запасные обоймы, шокер, диктофон и жетон. Хотя и предполагалось носить его на груди. Серый китель он решил даже не брать собой, на улице было слишком жарко. Ограничился он только рубашкой, у которой закатал рукава. Выставляя на показал татуировку в виде горящего револьвера на правом предплечье.

Закончив одеваться, он пристегнул жетон к нагрудному карману, а после вынул пистолет из кобуры. Пистолет сиял идеально чёрным цветом, но это было последнее что интересовало его владельца. Ему было нужно проверить его работоспособность. Вынув обойму, он передёрнул затвор и сделал контрольный спуск. Убедившись, что оружие полностью работоспособно, он вернул его в кобуру. После чего посмотрел на наручные часы.

“Беда. Времени у меня уже не очень много осталось. Похоже, мне придётся опоздать на работу. Снова. Начальство этому будет не очень радо. Благо, что Вихеалло в самом худшем случае сможет лишь обрызгать меня своей слюной. Тоже не очень приятно, но чего же делать” – подумал он.

Оставив эти мысли, он взял со стола оба кофейных стакана и направился к двери, которая вела на улицу. Занятые руки не позволяли ему нормально открыть дверь, поэтому он опустил дверную ручку с помощью локтя. Дверь открылась, и он смог выйти на улицу, где уже был полноценный день, даже несмотря на то, что на часах было всего лишь 8:30 утра. Оглядев улицу из стороны в сторону можно было увидеть такие же такие же, как и у него, дома. Разве что отличались цветом и немного архитектурой. А в целом, были практически полноценной копией друг друга. Сам район этот район был новым, его построили больше трёх лет назад.

Людей на улице не наблюдалось, разве что в качестве исключения несколько человек шли по выложенной дорожке и по дороге проехала пара машин. Самым удивительным было то, что никого из проходящих людей он не знал. Да и знать не желал.

Он повернул налево и прошёл по прилегающей к дому дорожке, Которая привела его к воротам гаража. Сбоку стояла едва заметная консоль. Которая работала только от голосового управления.

- Открыть дверь гаража – тихо приказал он.

- Пожалуйста, предоставьте пароль в голосовой форме – ответил механический голос.

Он недовольно поводил челюстью. И тихо поругал себя за то, что не зашёл в гараж изнутри. Ведь он мог так поступить, даже сейчас. Но впустую наворачивать круги ему не хотелось. Сам пароль он, конечно же, знал, только называть его у него не было никакого желания. Он стиснул зубы и недовольно выдохнул носом.

- Пароль – пупсик – недовольно произнёс он.

- Пароль принят.

После чего ворота с обычной скоростью раздвинулись в стороны и теперь солнечный свет осветил перед его машины. Может это и глупо до банальности, но это была машина марки “Reno”. Понятное дело, что она не была быстрее, мощнее, надёжнее или красивее машин от других производителей. Но, во-первых, она была куда дешевле, чем конкуренты, а во-вторых сотрудники полиции должны иметь автомобиль именно этой марки. Патриотизм ли это или практичность? Скорее всего, и то и другое. Но таким должен был быть именно рабочий автомобиль, при желании можно было иметь второй автомобиль любой другой марки. Но зачем?

Он вошёл в гараж, где автоматически включился свет, когда датчик движения уловил шаги. Теперь ему предстояло открыть дверь машины и в этом деле локоть ему помочь никак не мог. Поэтому он поставил один из стаканов на капот и уже освободившейся рукой открыл дверь, которая открылась вверх. Её хозяин аккуратно поставил один стакан в подстаканник, а после вытянул руку из салона и взял второй, который сразу поставил рядом с первым. Затем он и сам сел в водительское кресло, закрыв за собой дверь.

Завёл он машину одним движением большого пальца, в то самое место, куда ранее вставлялся ключ. Этот автомобиль был электрокаром, то есть запускался без всякого рёва двигателя внутреннего сгорания. Будущее постепенно наступало, пускай и позже чем предсказывали фантасты 20-го века.

Сам же владелец машины пристегнулся, включил режим полицейской машины, после чего на ней появились нужные отметки. И перед самим выездом он решил переложить паспорт, водительские права и кошелёк в бардачок. Нажав нужную кнопку, тот открылся и был готов к приёму всего. Однако те подло в последний момент выскользнули из пальцев и упали на коврик. Паспорт при этом ещё и раскрылся.

- Дрянь – тихо выругался он.

После чего потянулся рукой за всем, что лежало на коврике. В добавок они были освещены лучами света. И как раз они осветили раскрывшийся паспорт, где сбоку была размещена фотография с молодым восемнадцатилетним парнем, у которого были короткие каштановые волосы, гладковыбритое лицом, небольшой шрам на левой щеке и синие глаза. Справа было напечатано имя, которое принадлежало тому, кто был изображён на фото – Даниэль Кюри.

Коробка передач у данной машины была автоматической, так как ручная уже считалась настоящим архаизмом и её днём с огнём уже нельзя было найти. Так же начинали ещё набирать популярность авто с голосовым управлением. Но и ещё из-за них росло число ДТП, ведь чёртов компьютер не всегда разбирал, что там человек порой твердит.

Кюри включил передачу, нажал на газ и выехал из гаража. Ворота автоматически закрылись, как только машина отъехала от них. Выехав, Даниэль резко нажал на тормоз. Ведь едва не сбил свою соседку. Шестидесятилетнюю мадам Люмиль, у которой была привычка по утрам выходить на пробежку, вставив при этом в уши наушники. Так что сбить её как кеглю, не представляло собой сложности. Благо, в этот раз она отделалась лишь испугом.

“Вот же чёртова старуха. Прошу, конечно, прощения. Молодец, что занимается спортом. Но, твою мать, если ты ни хрена не слышишь, то будь добра тогда головой вертеть. Не только мышцы шеи спасибо скажут, но и водители, вроде меня. Или сиди дома на диване и смотри телевизор, раз жизнь недорога. Жизнь водителя” – подумал он.

Получив от пожилой дамы не одобрительный и параллельно проклинающий взгляд, она побежала дальше, в этот раз немного крутя головой. Пройдя через эту короткую, но неприятную, ситуацию, Даниэль вырулили на улицу, повернув налево. В совсем противоположную сторону от той, куда ехали все остальные люди. У него были иные планы. По крайней мере, на это время.

Сам же Даниэль Кюри был двадцатисемилетним полицейским с довольно интересной родословной. Его матерью была француженка, родителями которой были француз и англичанка, что уже было крайне необычно. Ведь всем известно о вечной вражде французов и англичан, одна Столетняя война чего стоила. Это только касательно его матери – Селин Кюри.

Что же касается отца Даниэля, то им был русский путешественник по имени Матвей Борзов, который в один момент избрал целью своего путешествия Францию, в частности – Париж. На котором его путешествия и закончились, ведь там ему удалось познакомить с Селин Кюри. А дальше общение, привязанность, любовь, свадьба и дети. Да, в этом межнациональном браке Даниэль, которого отец называл Даниилом, не был единственным ребёнком. У него была сестра по имени Жанна.

И поэтому сам Даниэль знал три языка: французский, английский и русский. И на всех он разговаривал очень даже неплохо. Даже на русском он разговаривал практически без акцента, особенно ему нравились различные ругательства, которых он нахватался у деда. Главным их плюсом было то, что их никто не понимал. Поэтому он мог ругаться сколько его душе угодно.

С самого детства Даниэль решил для себя, что будет полицейским. Его сестра решила так же, поступив в академию на пару лет позже него. Однако впереди всё было не очень просто и понятно. Ведь когда Даниэль был на последнем курсе, именно в то время, всему миру было открыто то, что среди людей уже не одно тысячелетие тайно живут вампиры. Просто в один день по всем телеканалам было запущено обращение, раскрывающее всё. А в интернет были выложены документы, фото- и видео доказательства. И тут были как раз нужны полицейские, которые занимались бы вампирскими преступлениями. Поэтому половина курса вместе с самим Кюри были переведены на дополнительное обучение, направленное на полное изучение вампиров и всего связанного с ними. Им простояло стать полицейскими, которые занимались бы исключительно вампирскими преступлениями. Пускай это и было не очень легко, а не редко тяжело, но вот уже более четырёх лет как Даниэль был полицейским своей узконаправленной специальности. Да и само расследование вампирских преступлений уже перестало кого-либо удивлять. Разве что бюджеты государств испытывали дополнительное давление.

Через короткое время спокойной и от того унылой езды, Кюри выехал из пригорода. А ещё быстрее он уже подъехал к местному кладбищу. Он остановился рядом с забором, где уже стояла пара машин. Которых к середине дня и ближе к вечеру могло стать так в три раза больше. Поэтому приехать сюда пораньше было полностью логичным решением.

Выключив двигатель автомобиля, Даниэль отстегнулся, открыл дверь и взяв в руки стаканы с кофе, вышел из машины. После чего поставил их на капот, закрыл дверь, достал из кармана пульт управления от машины и запер её. Теперь его путь лежал на кладбище.

Для кого-то кладбище ассоциируется с горечью, печалью, унынием или скукой. Для Даниэля же это место ассоциировалось со спокойствием и тишиной. Далеко не везде может быть так тихо, где одновременно находятся сотни людей. К тому же, никто из них не будете тебе что-то навязывать или перебивать, при этом внимательно слушать, что скажешь им ты. Но здесь Даниэля интересовали только три могилы, которые удобно располагались друг с другом.

Теперь он стоял перед ними, на плитах были выбиты так знакомые ему имена.

- Мама, папа. Привет – тихо заговорил он, опустив голову – вы извините меня за то, что так редко вас навещаю. Сами понимаете, работа и прочее. Да и когда я приезжаю, мне практически нечего вам рассказать. Хорошего у меня мало, а про плохое и вспоминать не хочется. Остаётся лишь стоять перед вами и печально вздыхать. Главное, что я жив и здоров. Вам бы этого хотелось.

Постоя ещё несколько секунд перед могилами родителей, он сдвинулся слегка вправо. Теперь он стоял напротив могилы, на плите которой было выбито – Жанна Екатерина Кюри.

- Привет, малая. Для тебя у меня также нет новых новостей. Да, я такой олух, что до сих пор не смог отыскать себе девушку. В нашем отделе всё по-старому. Шеф продолжает на меня спускать свой гнев. Справедливо, между прочим. А так, ничего нового – и тут он вспомнил про кофе – ах да. Я тебе вот кофе привёз. Всё как ты и любишь, настолько сладкий, что язык слипается с зубами.

После чего поставил один из стаканов рядом с могильной плитой. Где уже лежали две белые лилии. Они были свежими.

- Кажется, тебя сегодня посетить решил не только я – он встал в полный рост – ну ладно, мне пора. До встречи. Надеюсь, не скорой.

Он посмотрел на пустующее место рядом с могилой сестры. Всё его тело проняло неприятное ощущение, даже омерзение. А после он снова обратил внимание на пару свежих лилий. Их точно положили сегодня и совсем недавно. И Даниэль подозревал, кто именно их мог принести. Однако, хоть его сестра и любила лилии, только они были вредны для неё. Как и для Даниэля. У них обоих была на них аллергия.

Именно поэтому он не стал к ним прикасаться. Бросив последний взгляд на могилы родных, он развернулся и направился обратно к машине. По пути он вспомнил про второй стакан кофе и открыв его, начал постепенно пить его. И сейчас он ещё решил взглянуть на наручные часы.

“ Уже более девяти часов утра. Вот же зараза, а казалось, что прошло меньше получаса. К тому времени как я приеду на работу, то уже точно будет десять часов. А если ещё вспомнить про пробки, которые точно будут. Всё из-за этой годовщины Декларации. Зашибись короче. Шеф может готовить для меня гильотину” – подумал он.

После чего одним глотком полностью осушил стакан с кофе. Рядом с выходом с кладбища стояла урна, в которую стакан и был отправлен. И сразу пошагал к машине. Через пару минут он уже на всей скорости стремился к месту своей работы.

Сидя за рулём машины, стоя одновременно в пробке, парализовавшей дороги Парижа, он начал вспоминать о том, как же мир изменился за последние десятилетие. А вспомнить там было что.

В самом конце 20-х годов этого века во всём мире разразился чудовищный энергетический кризис. Связан он был с тем, что запасы газа и нефти внезапно начали иссекать. О чём владельцы углеводородов всё время до этого грамотно умалчивали. Приносит прибыль – хорошо. А потом хоть потоп. Естественно, как только газа и нефти перестало всем хвать на всех, все тут же начали переходить на альтернативные источники энергии. Благо, хоть про них не забывали, и то это было в самых развитых странах. Но от резкого кризиса это не смогло спасти даже их. А кое где даже разразились войны из-за остатков нефти, в частности на Ближнем Востоке, где и так никогда спокойно не было. Со временем почти во всём мире перешли на электрокары, и начали пользоваться солнечными батареями и ветряками для накопления энергии, и про атомную энергетику также не забыли. А в некоторых странах даже начали пытаться создать синтетическую нефть. В общем-то говоря, мир постепенно приходил в порядок, 30-е годы люди встречали с надеждой, стараясь забыть 20-е как страшный сон, со всем тем, что в нём творилось. Никаких серьёзных потрясений мир не испытывал до 2032-го года. В начале весны этого года кто-то внезапно раскрыл перед всем миром, что среди людей живут вампиры, которые скрывались всё время до этого момента. И что они не такие уж легенды и персонажи различных книг и фильмов. А настоящие живые существа, которые уже давно существовали среди людей. Понятно дело, что были и те, кто знал о них до сенсационного раскрытия тайны. Только вот они либо были постоянными обитателями психушек, либо предпочитали об этом молчать в тряпочку. Но всё в том году всё раскрылось. Так же стало известно, что не все вампиры такие уж фанаты человеческой крови. Среди них были так же и те, кто отрёкся от этого. И называли себя “отрешёнными”, вампирами, которые пили кровь животных, донорскую. Или в конце концов искусственную. По началу всем эта разница не была понятна. Лишь потом стало известно, что вампир становится зависимым от человеческой крови, только тогда, когда попробует её тёплую. Прямо вкусив её из живого тела. А вместе с тем и многое другое стало известно, в чём сами вампиры и помогали.

После того как мировой общественности стало известно о существовании вампиров, то сразу начали задавать тысячи вопросов разной степени важности и глупости. Но определённо главным из них был: “и как нам теперь с ними жить?”. Главы ООН сразу обеспокоились этим очень важным вопросом, а главы “отрешённых”, не ставшие прятать головы в песок, приняли в этом самое активное участие. Главная их идея заключалась в том, чтобы дать всем вампирам схожие с людьми права. Для начала. Большинство тут же согласились с этой идей, начав напрягать извилины над конвенцией.

Однако далеко не все люди были согласны спокойно сосуществовать вампиров. То ли из-за ненависти к ним, либо банально опасаясь их. И даже пошли слухи о том, то существует некая организация охотников на вампиров. Но дальше легенд эти слухи не пошли. Пускай и появились группы вампироненавистников, которые пытались заниматься тем, что громко кричали и творили всякие пакости.

Конечно же это не могло помешать тому, что Конвенции о правах вампиров суждено было быть. Данная Конвенция была принята 18-го июня 2032-го года в Париже. Именно с того самого дня вампиры стали полноценными членами человеческого сообщества.

К сожалению, всё хорошо и просто было только на словах и бумаге. По факту все трудности начались прямо с того как Конвенция была принята. Начиная с изменения тысяч нормативных актов, а то и издания новых, всё для того, чтобы внести в них вампиров. И заканчивая изменением паспортов, разделяя людей и вампиров. И всё это было просто титанической работой. И всё для того, чтобы нормально устроить жизнь людей и вампиров.

Также колоссальная нагрузка свалилась и на правоохранительную систему. Так как преступления, совершённые вампирами, требовали совершенно иного отношения, нежели преступления людей. И главным было то, что для расследования таких преступлений требовались сами вампиры, без в них в этом деле нельзя было обойтись. А одними обученными людьми сыт не будешь. Да это было непросто. Но как известно, вода камень точит, так и все названные проблемы начали решаться.

Ясное дело, проблема вампиров тут же затмила собой расистские, гендерные и даже миграционные вопросы. Их решали крайне решительно, оттого и быстро. Пускай методы и не были особо гуманными. Вместе с тем появились и те, кто просто и упрямо продолжали отказываться принимать вампиров, даже если те ещё вчера были их родственниками. Стандартная проблема человечества – отсутствие общего мнения.

И вот, более чем через час, Даниэль заехал на подземную парковку своего отдела полиции по расследованию вампирских преступлений. Главной трудностью для него пока было то, что количество свободных мест на парковке было крайне мало и поиск требовал времени. Но место было найдено, где он и припарковал авто и с облегчением выключил двигатель. Но вот это была мелочь по сравнению с тем, что ждало его впереди. Он откинул голову на подголовник и закрыл глаза.

“Твою-то мать, уже почти двенадцать. Чёртовы пробки, туристы и красный свет светофоров. А думал, что сегодня всё обойдётся и опоздаю на немного. Ага, сейчас. Теперь точно придётся лаяться с шефом. Этого мне только не хватало” – сразу подумал он.

Он выдохнул, открыл дверь и вышел из машины, не забыв закрыть её. А к нему как раз приближалась пара очень знакомых полицейских. Один, брюнет, выделялся усами с бородкой и ирокезом. Телосложение у него было спортивное, но без перебора. И ещё он был вампиром. Звали его Анри де Фано. Второй же полицейским никак особенно не выделялся, блондин с обычной причёской, выбритое лицо, среднее телосложение. В общем, простой полицейский по имени Жан Жаклер. Оба они были давними друзьями Даниэля. И они оба тут появились явно не по наитию или решив встретить своего старого друга. Он же никого не предупреждал о том, что опоздает.

- Знаю, знаю. Можете ничего мне не говорить. Я опоздал почти на два с половиной часа, и шеф прямо-таки кипит негодованием и спалит меня одним лишь взглядом – опередил он их – и вы, скорее всего, пришли меня об этом предупредить.

- И тебе доброе утро, Даниэль – поздоровался с ним Анри – и нет. Шеф уже более-менее успокоился. К тому же, это уже твоё далеко не первое опоздание за последние месяцы. Поэтому мы тебе мало чем сможем помочь.

- Ладно. Раз вы здесь не для того, чтобы предупредить меня. То чего вы тут забыли?

- Всё дело в том, что когда шеф успокоился, то сказал нам разложить шипы там, где ты можешь припарковать свою жлыгу – сказал Жан – кстати, что такое “жлыга”? Я понял, что машина. Но какая?

- Очень плохая и медленная – ответил Анри и посмотрел на Кюри – не буду судить. Но сказал он верно.

- Я бы на его машину посмотрел в сравнении с моей – пробурчал он и глянул на Жана – ну, и где же вы по ошибки разложили шипы?

- На твоё, и не только. Счастье твоё, что мы не восприняли задание шефа серьёзно. А если честно, то мы их тупо не нашли. И к тому же, ты не единственный, кто сегодня решил серьёзно опоздать на работу.

У Даниэля среди его коллег только один мог претендовать на эту роль. И его это ни на грамм не удивляло. Как и всех остальных.

- И почему я не удивлён. Ладно. А вы тут чего забыли? – спросил он и глянул на Жана – я серьёзно спрашиваю.

- Опаздывал бы пореже в не самое подходящее время, то знал бы – ответил ему Анри – ты где запропастился. Я тебе с самого утра всё время звонил. Неужели ты снова отключил свой телефон?

- Именно. Мне и без того хватает, что он меня каждое утро будит. Уже на него смотреть противно. А тут ещё на него постоянно названиваю, предлагая мне приобрести всякий хлам. А моё терпение не безгранично – резко сказал ему Кюри – всё равно без меня тут ничего катастрофического не случилось.

- Это ещё как посмотреть, приятель – произнёс Жан – ты же помнишь какое сегодня число. Ведь помнишь?

- Подожди, Жан. Зачем тебе тогда нужен телефон, Даниэль? Ведь получается, что ты им практически не пользуешься – спросил у него Анри – и как такого человека полагается называть? Вроде бы дурак. Да?

- Ой, кто бы говорил. А зачем тебе женщина, если ты ей практически не пользуешься? – в ответ спросил он.

Анри сразу не нашёл чего ответить на оправленную в его сторону жёсткую колкость. Пускай она уже была далеко не нова, но раздражать продолжало. Пускай он этого практически не показывал.

- Так, так. В стороны бойцы – произнёс Жан – а то ещё гляди вы и до своих матерей доберётесь. А это уже из грани запрещённого. Дальше только драка. Которую Даниэль не сможет вывести.

Что правда – то правда. Поэтому на это Кюри ничего не стал отвечать. Хотя мог бы, но чем это помогло? Вот именно, ничем.

- Согласен с тобой, Жан. Какой смысл в том, что устраивать ссору из-за подобной мелочи. Моя девушка очень приличная и чистая. Мало кому так везёт. И она бы того не одобрила, что из-за неё друзья поссорятся – произнёс де Фано – а постель… что же, не всё всегда и сразу.

- Вот, вот. Вспоминай про эти слова, каждый раз, когда она тебе не даст, ссылаясь на всякую фигню. Глядишь, может и полегчает – съязвил Кюри – ну или, когда она от тебя уйдёт.

Здесь уже стало понятно, что в этот раз Даниэль откровенно переборщил. Это стало видно не только по ошарашенному лицу Жана, который выпучил глаза. Но и по всегда сдержанному Анри, который уже откровенно захотел если не врезать кулаком, то хотя бы влепить хорошей оплеуху по физиономии Кюри. И тут его вряд ли что-то смогло бы спасти.

И тут, совершенно неожиданно, но тем не менее вовремя со въезда на парковку стали слышны звуки очень тяжёлого металла и рычание двигателя внутреннего сгорания. Всё тут же поняли кто тут на подходе.

- А вот и последний опаздывающий работник – произнёс Жан, облегчённо выдыхая.

- Гулар? – спросил Кюри.

- Несомненно. Это все его признаки – ответил Анри.

На парковку сразу влетел спорткар, чёрного цвета с опущенными окнами и бьющей по ушам музыкой. При этом постоянно возникал вопрос, как ему ещё не настучали по голове, словно по барабану? И тут как раз очень полезно было быть полицейским. А больше и не требовалось.

Через пару секунд это роскошное и дорогое авто, украшенное полицейскими отметками, занял одно свободное место. Окна поднялись, музыка замолчала и двигатель был заглушен. Да, эта машина ездила на бензине, что уже было дозволено далеко не всем. Дозволенное право загрязнять атмосферу выхлопными газами.

- Эй, здорова, парни! – послышалось из машины.

И тут же из машины на парковку вышел темнокожий парень, по имени Николя Гулар. Довольно занимательная персона. Сынок очень известного предпринимателя, а также, как он себя считал, гения, миллиардера, плейбоя и филантропа. Однако вместо того, чтобы жить на широкую ногу и тусить сколько влезет, Николя предпочёл стать полицейским, да и не самым простым. Однако вот от папиных денег он отказываться не решился. Уж они-то всяко лишними не будут. И финальным штрихом было то, что он просто на дух не переносил различные виды рэпа. Предпочитая вместо этого слушать довольно таки тяжёлый металл, который чаще всего казался тупо дробилкой для ушей, нежели музыкой.

Он довольно уверенной походкой подошёл к своим друзьям.

- Ты опоздал, Николя. Как и обычно – сказал ему Анри – впрочем для тебя это уже должно было стать обыденностью.

- Вот это точно. А что в этом такого? Шеф мне всё равно ничего не сделает. Ведь мой отец постоянно финансирует наш отдел. Пока я здесь работаю – произнёс он – да и в конце концов, каждый из нас своей жизнью рискует на этой работе. Неужели пара опозданий может опорочить это.

- Ага, именно, что “пара” опозданий – язвительно сказал Даниэль – но всё равно, спасибо. Теперь мне есть чем оправдывать свои опоздания.

- Не думаю, что именно тебе они сильно помогут – произнёс Жан – у тебя же нету столько бонусов, как у Николя.

- Ничего. Попробовать стоит. А чего вы с Анри сюда припёрлись-то? Только не надо говорить, чтобы меня встретить. Не поверю.

- Шеф приказал всем свободным полицейским отправиться на площадь, где будет проходить шествие. Всё ради того, чтобы не повторились прошлогодние события – ответил ему Анри – ты же помнишь какое сегодня число?

- Да, да. Восемнадцатое июня. По телевизору сегодня утром об этом говорили – сказал Кюри – ну, что же. Тогда мне получится сегодня встречаться с шефом.

- Это ты погоди радоваться. Шеф сказал нам, что если встретим тебя, то передать, чтобы ты топал прямо к нему – произнёс Жан – ну, это кратко и убрав ругательства.

Даниэлю это стало чрезвычайно интересно, подробности того почему шеф так жаждал с ним увидеться. Простой втык за опоздание не такой уж и серьёзный повод. Уж кому-кому, а Даниэлю точно было виднее.

- Что же, раз он меня ждёт, то не буду его заставлять меня ждать. Схожу к нему, очень интересно, что у него для меня есть. Кроме ругательств – сказал он – жаль, что наш золотой мальчик вряд ли составит мне компанию.

- Ну, я не жлоб же, чтобы лишать тебя всего того, что шеф для тебя приготовил. Это было бы не по-дружески – съязвил Николя.

И засунув руки в карманы, уверенной походкой направился в отдел. Оставшиеся на парковке, лишь смотрели ему вслед.

- Знаете, друзья. За все свои прожитые годы много чего успел повидать. Но вот мажора, который внезапно решил стать стражем закона ради благих намерений и при этом не прячась от всех угроз, вижу впервые – произнёс Анри.

- И ты это уже более трёх лет твердишь. У тебя часом деменция не началась – сказал Жан – ну, как бы возраст и всё такое. Ради приличия должно было что-то начаться.

- Нет. Пока вроде всё в полном порядке. Едем на моей машине. Поехали, Жан. До скорого, Даниэль.

Тот лишь отмахнулся рукой, а вот Анри направился к своей машине. Жаклер собрался последовать за ним, но тут его за рукав схватил Кюри.

- Это ты был сегодня на могиле Жанны – сказал он – и не пытайся этого отрицать. Ты же прекрасно знал о том, что она любит лилии. Не смотря на свою аллергию.

- Ладно. Ты прав. Я сегодня решил навестить её могилу и не решился прийти с пустыми руками. Решил сделать такой вот подарок – не стал отпираться он – ты же не против? Я по ней очень тоскую.

- Как и я – прошептал Кюри – ладно, тебя Анри уже похоже заждался. Удачи вам обоим. День сегодня будет явно непростой.

Он развернулся и по тому же маршруту, по которому ранее пошёл Николя. Жан же остался стоять на месте, смотря в спину Кюри.

- И тебе удачи, Даниэль – тихо сказал Жан.

После чего направился к машине де Фано, который уже ждал своего напарника. У них сегодня было чем заняться.

По-честному, Даниэлю не особо нравились эти трое коллег. А по факту и сам Кюри был тем ещё фруктом, которого не всякий человек или даже вампир мог вытерпеть. Но вот у этих троих это в целом получалось, так что Даниэль считал их своими друзьями.

Про Николя уже всё понятно, так что можно было поподробнее разглядеть оставшихся личностей. Анри де Фано, как и было сказано, был вампиром, которые были полной нормой в подобных отделах полиции. Ведь никто не может знать вампира лучше, чем сам вампир. Однако стопроцентного доверия от коллег-людей всё равно не было. По большей части, это был страх неизвестного и исчезал со временем. Ну и ещё не всем нравилось, как коллеги-вампиры употребляют кровь в столовой. Самим же вампирам было всё равно. А вот Анри до полиции долгое время был “отрешённым”. Но вот сколько именно времени, он не рассказывал, ограничиваясь лишь словом: “много”. То же самое было и с возрастом.

С Жаном Жаклером было всё в разы проще. Он был обычным парнем, из обычной французской семьи. В общем-то словом “обычный” его и можно было охарактеризовать. Закончив школу, он пошёл в вооружённые силы Франции, служил десанте и бывал в горючих точках, в частности на Ближнем Востоке, когда там начался очередной конфликт из-за нефти. Через год уволился и поступил в полицейскую академию, закончил её и стал полицейским по расследованию вампирских преступлений. И всё бы ничего. Но он начал встречаться с Жанной, сестрой Даниэля, которому это откровенно не нравилось. Сам же Кюри не мог понять причину своего негатива, то ли из-за беспокойства за сестру. Либо банальное ожидание подвоха и мины от всего. Однако всё равно не мешал, так как не желал, чтобы это стало причиной ссоры с сестрой. И всё это продолжалось до её смерти. Нет жирнее точки, чем смерть.

Сделав несколько десятков шагов по лестнице и два раза споткнувшись Даниэль наконец-то попал в основное помещение отдела, где за десятками столов сидело всего несколько человек, кто-то всё-таки должен был остаться. А все остальные же отправились туда же, как и Анри с Жаном.

“И на чём же все поехали на площадь? Вот прям очень интересно. Парковка битком забита. Неужели на общественном транспорте предпочли доехать? Или пешком? Конечно крайне тупо, но в рамках сегодняшних пробок не самый плохой вариант. Но я склоняюсь к тому, что за ними заехали. А это значит, что не только я и Николя сегодня опоздали. Ай, ай, ай, как же не хорошо. Ну, погоди, кровосос несчастный” – подумал он.

Прямо по коридору находился застеклённый кабинет главы данного отдела майора полиции Марко Вихеалло. Финн по национальности, пятидесятилетний полицейский старой закалки, который буквально в штыки принял своё назначение на нынешнюю должность. Ведь нужно было много чего изучить, что ему было совершенно не интересно. Но более высокая зарплата это более-менее уравнивала. Да и внезапно проснувшийся кураж от обновлённой работы также не был так уж плох.

По характеру это был довольно вспыльчивый человек и резким на слово, за что его порой называли “истеричка с высокими погонами”. Однако он был легко отходчивым, готовым сразу извиниться за все сказанные грубости. А порой он был очень даже добрым, готовым простить всякие косяки. Поэтому многие предпочитали называть его “шефом”. А он и не был против. Это всяко быстрее чем “господин, майор полиции”.

Но вот именно в этот момент его нельзя было назвать добрым или отходчивым. Сейчас он был довольно раздражённым, и вряд ли одни опоздания нескольких сотрудников были тому причиной. Тут было что-то другое.

И вот к нему Даниэль, который так же не отличался слишком большим терпением сейчас и направлялся. Он подошёл к двери.

- Ты идёшь на верную смерть, Даниэль – произнесла девушка, которая сидела рядом и полировала ногти – он как раз сейчас и без того не в духе. А тут ещё и ты. Любишь же ты искать приключения на свою задницу.

- Ну, я же как-то встречался с тобой, так что не стоит этому удивляться – пошутил он – особенно, вспоминая какая ты в постели, Люсинда.

- Мы не встречались! – категорически произнесла она – это был секс без каких-либо там отношений. Тебе это понятно?

- Точно и полно. Хотя вот сейчас я вспоминаю то, как ты говорила своему бывшему, что у тебя появился парень, раз в сто лучше, чем он – сказал Даниэль и ухмыльнулся.

- Ну, что? Это лишь было моей ошибкой и не более.

- Тогда ты любительница прыгать на грабли. И как я вспоминаю, ты говорила ему об этом во время нашего с тобой сексуального контакта. Для больше убедительности, верно? – спросил он – и, если мне не изменяет память, ты снова с ним встречаешься.

Люсинда в ответ лишь презрительно молчала. Ведь, что называется, нечем было крыть. А вот Даниэль не собирался сбавлять обороты. И продолжил давить педаль газа в пол.

- Ну, ладно. Всякая хрень случается, но всё это в прошлом и не имеет никакого веса – произнёс он – но вот мне очень интересно. Ты и правда хотела, чтобы мы устроили тройничок, пригласив твоего парня?

- Да пошёл ты, козёл! – прошипела она.

- А вот насчёт козла я бы поспорил. Рога ведь не у меня – язвительно ответил Кюри.

Тут уже Люсинде было банального нечего сказать в ответ, так что она замолчала и лишь издавала шипящие звуки. А вот Даниэль тихо усмехнулся и вошёл в кабинет шефа.

Войдя внутрь, перед собой он сразу видел большой рабочий стол, который стоял в полутора метрах от двери. На нём стояли монитор с клавиатурой, канцелярские принадлежности, рамка с фотографией, которая стояла противоположной стороной к Даниэлю. А также ещё на столе стояла медная пепельница, которая всё время была полностью пустой. Ведь шеф был некурящим, и кто ему её подарил, было загадкой. Ну и центром внимания был тот, кто сидел за столом. Немного с лишним весом, с полувыпавшими волосами и очками на глазах, которые он сразу снял, когда вошёл Даниэль.

“Снял очки, значит недовольный. Ладно, попробуем начать позитивом. А там может в этом русле всё и пойдёт” – подумал он.

- Доброе утро, шеф. Как ваши дела? – с приподнятым позитивом спросил он, одновременно садясь в кресло напротив стола.

Шеф же предпочёл выдержать короткую паузу. После чего глубоко вдохнул и выдохнул.

- Во-первых, для тебя я не шеф, а майор Вихеалло – строго начал он – во-вторых, перед тем как войти, нужно стучаться. В-третьих, тебе я не разрешал садиться. В-четвёртых, это утро ни черта не доброе. И в-пятых, ты снова опоздал на работу. Четвёртый раз за месяц. И это уже не первый месяц. Как прикажешь мне это понимать?

Шеф был явно разозлён и было ясно, что он только разогревался. А вот крупная артиллерия только впереди. И как уже понял Кюри, скандала было не избежать.

- Знаете, тут всё довольно сложно и может стоит…

- А вот и нет, парень! Не стоит! – вспылил он – я тебе целый час названивал, а ты даже не снизошёл до того, чтобы мне ответить. Довольно. Я и без того достаточно терпел все твои выкрутасы. Даже вытерпел то, что вы с сестрой набили себе эти идиотские татуировки, порочащие образ полицейских.

- Шеф, просто выслушайте меня. Я могу всё объяснить…

- Я тебе не терпеливая жена, которой всегда можно объяснять причины измены, при этом уверенно ожидая, что прощение точно будет – продолжил он – ты окончательно достал меня, перейдя все возможные границы. А я, словно идиот спускаю, всё тебе с рук. Хватит с меня.

- Ну, раз вы стали таким категоричным, то будьте добры сперва Николя Гулару уши надрать за всё, что он вытворяет. А там уже можете за меня браться – сдерживаясь, ответил ему Даниэль – или вам слабо?

- Совсем уже обнаглел, мальчишка! – рявкнул шеф – я бы и рад дать пинка под зад этому охреневшему богатому слюнтяю. Да вот только стоит мне это сделать, как его чёртов папаша про это мигом узнает и тут уже я получу пинка. Куда более болезненного. А вот тебя я могу турнуть отсюда без всяких проблем.

- Ну, прям справедливость и равноправие во всей свой поганой красоте. Не так ли? И даже все мои положительные заслуги мне никак не помогут. И всё из-за мелкой фигни.

- Мелкой фигни? Разуй глаза, парень. Ты совсем обнаглел и ещё пытаешься съехать на других. Как ты прикажешь понимать, а? – спросил шеф – и да, тебе все твои заслуги не помогут. Один щелчок моими пальцами, и ты вылетишь отсюда, как пробка. Ты уяснил?

Вот чего Кюри искренне не любил, так это угрозы, к которым примешали нотки властности. Этого он просто не выдерживал, что ни раз приносили ему проблемы, что в школе, что в академии, что в повседневной жизни. И в этот раз он не смог сдержаться.

- Ну так, увольняй, чёрт тебя подери! – крикнул в ответ Даниэль и сорвав жетон, ударил им об стол – давай! Докажи слова делом. Ради бога. Или ты уверен, что я так сильно цепляюсь за эту работу? А вот ни хрена. Так что можешь меня хоть сейчас уволить! Пожалуйста!

- С огромным удовольствием это сделаю. Хотя бы на одну обнаглевшую рожу в этом отделе станет меньше – ответил он – но перед этим, объясни мне, какого хрена ты сегодня опоздал?

- Да могилы родителей и сестры навещал! – сказал громко Кюри.

Шеф сразу же осел и замолчал. Будто у него перекрыли вентиль злости и негатива. Даниэль также замолчал. Начало казаться, что разгоревшемуся огню внезапно перекрыли кислород и осталась лишь пара обуглившихся угольков. Шефу стало неловко за свою несдержанность. А вот Кюри решил, что в этот раз он точно будет уволен. Однако гробовое молчание продлилось около пары минут.

- Слушай, Даниэль. Ты уж меня извини. Что-то я погорячился. Снова. Забываю порой, что у всех есть родные. В том числе у тебя. Земля им всем пухом – сказал тихо шеф – сколько уже прошло?

- С гибели родителей – ровно год. А со дня смерти Жанны – три месяца и пять дней – ответил Кюри.

- Даниэль, я соболезную тебе. Нам всем не хватает Жанны. Она была замечательным человеком и хорошим полицейским. До сих пор помню её мягкую девичью улыбку – сказал шеф Марко – слушай, может тебе сегодня выходной дать? Кажется, тебе сегодня явно не до работы.

“Прекрасно, теперь он стал добрым, словно белокурый ангел. Только вот нимб и белые крылья ему бы явно не подошли” – сразу подумал Кюри.

- Не надо ко мне проявлять жалость, шеф. Я приехал на работу не за тем, чтобы послушать ваши жалостливые слова и уехать домой. Где имеется высокий риск уйти в долбанный запой – ответил он ему – уж лучше мне заняться делам, например, гоняться за вампирами. Кстати, о делах. Тут мне парни сказали, чтобы я топал к прямо к вам. Это ведь не только ради втыка.

- Парни? Какие парни? А, точно. Анри и Жан, ещё одни сегодняшние опозданцы. Совсем о них забыл. Видимо ты уже успел заметить, что сейчас людей в отделе можно по пальцам пересчитать. Почти всех привлекли к охране сегодняшнего шествия. Ты сам понимаешь причину – сказал ему шеф – а тут ещё работа образовалась. Только мне кажется, что ты откажешься.

- Могу. Однако сперва я хотел бы узнать суть той работы, которую вы хотите поручить мне.

В этот момент шеф в очередной раз сделал паузу и хлебнул воды из графина. Но вот ожидание заставляло Даниэля напрячься.

- Сразу скажу, я бы назначил на это работу любого другого. Однако из всех возможных вариантов остался только ты. Про Николя даже и не вспоминай – начал разъяснять шеф и выдохнул – я хочу, чтобы ты принял участие в операции “Альмаграммы”.

От последнего слова Даниэля мгновенно бросило в жар. Кулаки до боли сжались и появилось неимоверное желание вломить шефу по лицу. Ему с трудом удалось сдержаться. Шеф это понял по его глазам.

- Даниэль, я понимаю, что…

- Нет. Не понимаете, шеф. Иначе не предлагали бы мне это – прошептал он – единственное на что я согласен делать с ублюдками из “Альмаграммы”, так это стрелять им в рожи. Вы же помните, что они сделали.

- Помню. Я и сам не хотел тебя втягивать. Но других вариантов у меня банально нет. А обратились они именно к нам. Не Николя же ты прикажешь мне посылать, который может хрень спороть.

- А как будто я не спорю.

- Ты другое дело. Ты отличный сотрудник и, хотя бы работал уже с ними. Я тебе очень доверяю.

Даниэля же подобные слова совершенно не впечатлили и его мнение ни на грамм не изменили.

- Вы меня хоть всего вылижите до блеска. Пусть даже сам президент нашей страны прикажет мне. Но я не стану с ними работать. И точка – высказался он.

- На твоём месте, я бы сказал тоже самое. Однако я загнан в угол. “Альмаграмме” необходим наблюдатель от отдела по расследованию вампирских преступлений того округа, где они будут действовать – сказал ему шеф – да и тебе не придётся с ними работать. Можешь сидеть в машине и просто смотреть. И после можешь спокойно свалить. Прошу тебя, Даниэль. Выручи меня. Я мало о чём тебя когда-либо простил. Но сейчас прошу о помощи.

Тут уже шеф говорил далеко не в приказном тоне. Тут уже был голос человека, которому искренне нужна помощь. Словно мальчишка, который просит неизвестного дядю добавить ему мелочи, чтобы он наконец-то купил заветное мороженое. Да вот только в наше время подобное невозможно, теперь почти все пользуются картами. А вот Даниэль решил кое-что выписать для себя.

- Хорошо, шеф. Я приму участие в муре с “Альмаграммой” – согласился он и тут же поднял указательный палец – но не из-за доброты душевной или внезапного всплеска альтруизма. Взамен я хочу себе удвоенную премию за этот месяц.

- Не упускаешь для себя возможности – подметил он – что же, логично. Хорошо, по рукам. Будет тебе двойная премия, парень. А теперь, раз ты согласился, то тебе пора выдвигаться на место. Но можешь не спешить. У тебя времени до 17:30. Вот, держи – он протянул ему лист с напечатанным текстом и печатью – документ наблюдателя…

- Знаю, знаю. Можете не рассказывать, уже не в первый раз – ответил Даниэль и аккуратно сложив документ, убрал его в карман рубашки.

- Хорошо, место проведения операции 13-ый округ, закрытый вампирский район №9. Там тебя будут ждать. Или тебе придётся их подождать.

- Тогда, мне пора выезжать. А то мало ли, опоздаю.

- Подожди, Даниэль. Ты кое-что забыл на моём столе – сказал шеф, указывая рукой на жетон – он тебе нужен. Ты же не уволен.

- Как и обычно – съязвил он.

После чего схватил жетон и быстро покинул кабинет шефа, а тот снова расслабился в своём кресле.

- Вот же, несносный мальчишка – пробурчал он, после чего усмехнулся.

Даниэль же тем временем шёл по знакомому маршрута, только уже в обратном направлении. По времени, у него было несколько часов, чтобы прибыть на место, где его и должны были дожидаться сотрудники “Альмаграммы”. Ну или ему их, смотря как быстро он приедет.

Сам же Даниэль в крайней степени недолюбливал “Альмаграмму”. И он был далеко не единственным, кто к ней так относился. Среди людей. Вампиры же просто ненавидели “Альмаграмму”, одновременно испытывая чувство страха перед ней. Ведь со временем внесения вампиров в человеческое сообщество, появились серьёзные проблемы, такие как незаконная добыча и контрабанда крови. Да и не все вампиры горели желанием стать равными с людьми, так как считали себя неимоверно выше, испытывая чувство превосходства. За долгие годы они стали настоящей силой, с которой “отрешённые” и боролись. Но успеха не возымели. Ведь у тех были и деньги, и влияние, и сила. И вот с такими вампирами, которых называли “баронами”, простые полицейские справиться не могли. Именно поэтому начали создаваться различные организации по борьбе с вампирскими баронами, которые продолжали преступную деятельность.

Во Франции подобной организацией была “Альмаграмма”, которая пользовалась полной государственной поддержкой. Но вот репутация у неё была довольно неоднозначной. С одной стороны, она действовала очень эффективно. С другой стороны, подобная эффективность влекла за собой множество жертв среди мирного населения. Чаще всего, вампирского. Однако эффективность перевешивала и “Альмаграмма” продолжала свою деятельность.

Сейчас она готовилась провести операцию в одном из закрытых вампирских районов. Там же раньше находились самые криминальные районы, но, когда пора и была собрана вся решительность, весь криминал был вычищен из этих мест. Однако теперь там процветала слегка другая преступность. Но далеко не во всех районах. А так, подобные районы нередко назывались “гетто”. Но вот проживавшим там вампирам было всё равно на это. Их жизнь в подобных местах устраивала. И причина была далеко не в любви к бедности, преступности или затворничеству.

Через час ко въезду в один из подобных районов подъехал Даниэль. Время было 13:20 и никакой “Альмаграммой” даже и не пахло. Естественно. Поэтому Кюри решил скоротать время. Как? Добрался до китайского кафе. Заказал себе несколько разных блюд и газировку. Со всем этим он вернулся в машину и принялся всё это уплетать. На что у него ушло сорок минут. Наевшись, он отключил полицейские отметки на машине и закинув голову на подголовник, уснул. Не забыв перед этим поставить будильник, чтобы не проспать.

Разбудил его звук будильника, по которому в этот раз он не стал бить кулаком. Просто выключил его и посмотрел на время. Было 17:20. И как раз ко въезду подъехали два БТРа и ещё две грузовых машины, из которых уже вылезли бойцы “Альмаграммы”.

Даниэль достал из бардачка кожаные перчатки и начал надевать их на руки.

“Припёрлись, козлы долбанные. Чёртовы маньяки. Сам бы вас расстрелял, как лис в курятнике. Ничего, потерплю. Главное представиться, показать документ, проехать с ними, посмотреть на их “работу”, а после свалить к чёртовой матери. Да легко. За двойную-то премию” – подумал он.

Закончив надевание перчаток, Даниэль взял с панели солнцезащитные очки и вышел из машины. Возле БТРов крутилось около шестидесяти бойцов “Альмаграммы”, в полном боевом снаряжении и только дожидались момента начала штурма. От всех отделился один боец, который шёл прямо к Кюри. Скорее всего, он и был главным данной группировки. Голова была открыта, на глазах были обычные очки, лицо со слабой щетиной. Даниэль же шёл к нему навстречу. И через пару шагов они встретились.

- Тибо ван Кол, глава 3-ей боевой группы “Альмаграммы”. Я возглавляю эту операцию – представился он и протянул руку для рукопожатия.

“Убери руку. Убери руку, падла. Или я тебе в твою поганую рожу выстрелю” – пронеслось в голове Даниэля.

Не хотел не видеть, не слышать и уж тем более жать руку кому-либо из “Альмаграммы”. А ван Кол, всё ещё ожидал рукопожатия. И тут Даниэль вспомнил о документе.

- Инспектор Даниэль Кюри – ответил он и вложил в его руку документ – отдел полиции по расследованию вампирских преступлений ближайших трёх округов. Когда начинаем?

- Сразу к делу, да? Ладно, meneer Кюри – прочитав документ, ответил ван Кол взяв слово из нидерландского языка – наша цель - лаборатория по переработке крови. В этом самом районе. Штурм начинаем внезапно. Мы идём впереди. Вы следом за нами, и не лезьте в бой. Мы сами со всем разберёмся. Вам показать наше разрешение?

“Да больно мне надо помогать и ловить собой пули, которые предназначены для вас. Да и разрешение своё можешь себе в глотку запихнуть. Дай мне волю, я бы сам это сделал. Эх, жаль, что я даже сказать этого ему в рожу” – подумал Даниэль.

- Не стоит. Так, значит мне нужно лишь ехать следом за вами и не лезть на рожон. Без проблем – ответил он – а какое сопротивление следует ожидать?

- Мы рассчитываем, что вампиры нас не ожидают. Но может быть всякое и мы к этому готовы – сказал ему ван Кол – большего вам знать не стоит. Просто держитесь за нами.

Больше он ничего не сказал, развернулся и пошёл к своим бойцам.

- Отряд, приготовиться к бою и выдвигаемся! Бронетехника вперёд, остальным быть рядом с ними – скомандовал он.

Двигатели БТРов заработали, и они сдвинулись с места, остальные же бойцы последовали за ними. Даниэль же презрительно глянул в их сторону. Благо, сквозь очки этот взгляд не было видно. Так что он сел в машину и приготовился следовать за ними.

Через пару минут техника “Альмаграммы” без остановки снесла с пути блокпост. По обломкам побежали бойцы. Теперь они уже были в районе №9, бронемашины ехали по центральной дороге, пока местные жители разбегались по дома. И тут из одного дома начали стрелять по вторженцам. Те же мгновенно открыли ответный огонь по определённым зданиям. Бойцы “Альмаграммы” укрывались за БТРами, ведя стрельбу. Тогда как тяжёлые пулемёты бронемашин расстреливали здания, пули прошивали стены, разрывая тех, кто прятался за ними. И тут из одного окна вылез выглянул вампир, который сжимал в руках гранатомёт.

- Твою мать! Гранатомёт! Третий этаж, снять этого урода – скомандовал ван Кол.

Но альмаграммовцы успели только поднять головы, как снаряд гранатомёта был запущен, и он попал прямо в один из БТРов. Машина остановилась, бойцы рядом с ней упали на асфальт, поражённые осколками.

- Встали, к бою! Носорог-2, открыть огонь по зданиям. Выкоси всех, кто там есть – прокричал ван Кол и укрылся за машиной – Носорог–1, вы там живы?

Ответа не последовала, ван Кол тихо выругался и продолжил стрелять, тогда как второй БТР начал расстреливать те квартиры, из окон которых вели стрельбу.

Даниэль же за всем наблюдал с безопасного расстояния, чтобы по нему также не начали стрелять.

“Вот тебе и самая простая операция. Да это же чёртова зона боевых действий. Вот тебе и элемент неожиданности. Оказывается, что вампиры ждали своих дорогих гостей. Раз они приготовили столько “подарков”. И кажется, можно сказать, что счёт уже в пользу вампиров. У ребят “Альмаграммы” остался один БТР, да и тот, кажется, долго не постреляет. А взорвут его, так и вообще останется прикончить только пехоту. Дураки самонадеянные. Неужели они и в самом деле думали, что этих сил им хватит?” – подумал Кюри.

И в этот же момент над крышами пролетела пара боевых вертолётов. Которые сразу начали стрелять по домам, из окон которого усиленно отстреливались из всего, что было. Спустя несколько секунд и несколько сотен выстрелов из крупнокалиберных пулемётов, они заглохли.

- Что же, кажется, я слишком недооценил ребят из “Альмаграммы”. Они были готовы к подобной фигне – вслух сказал Даниэль.

Силы “Альмаграммы” на земле перешли в наступление, начав продвигаться дальше по улице. С вертолётов же начал высаживаться десант на крыши ближайших зданий. Закончив высаживать десант, вертолёты начали зачищать район от видимых целей, которые пытались скрыться, параллельно поддерживая пехоту. Подведя итог, можно было сказать, что бойцы “Альмаграммы” отлично справлялись со своей работой.

“Вот тебе и высокая эффективность. Мало того, что всё разнесли. Так ещё и строителям работу нашли. Блин, надоело уже сидеть, надо размяться. Пойду, прогуляюсь. Теперь уж меня никто не подстрелит. Я надеюсь” – подумал Даниэль.

Он открыл дверь и вышел наружу, где ещё были слышны звуки нескончаемой стрельбы и взрывов, вперемешку с криками. Даниэль медленно шагал по улице, где всего пару минут назад кипел жестокий бой. Здания были изрешечены пулями или повреждены от взрывов. Он дошёл до подбитого БТРа. На тротуаре же лежали тела убитых. Были здесь и бойцы “Альмаграммы”. Но подавляющие числом были тела вампиров. Мирных жителей, которые были повинны только в том, кто они есть.

“А вот и потери среди мирного населения. Вампирского населения. “Альмаграмма” не изменяет своим поганым принципам” – со злостью подумал Кюри.

На всякий случай он достал пистолет из кобуры и стал идти медленнее, стараясь прислушиваться ко звукам. Таким темпом он прошёл дальше видимого им боя. Тут было то же самое. Рядом машиной сидел боец “Альмаграммы”, который был смертельно ранен. Кюри подошёл к нему и присел. А тот уже испустил последний вздох.

- Ну, что же, вот и вы можете погибать – прошептал Кюри и закрыл его глаза – земля тебе пухом. Пускай я вас и ненавижу.

Тут же мимо него просвистело несколько пуль, которые едва не задели его. Кюри быстро прижался спиной к машине, в которую попало ещё несколько пуль.

“Вот же чёрт. Альмаграммовцы хреновы, халтурят по полной программе. Ничего, у меня с собой не водяной пистолет. Разберусь” – подумал он.

После чего выглянул из-за крыла машины и сделав несколько выстрелов, снова спрятался от пуль. Через несколько секунд он снова выглянул, выпустив ещё несколько пуль. Одна из который попала оружие, выбив его из рук стрелявшего, который сразу кинулся наутёк.

- А ну, стоять! – крикнул Даниэль и бросился за ним.

Он быстро добежал до переулка и увидел, как стрелок бежал прямо по прямо. Чтобы его остановить, Кюри выстрелил ему в ногу. Пуля попала прямо в левую голень и скорость бегу у нападавшего снизилась. Поэтому Даниэль рванул следом за ним.

- Стоять, я сказал! Отдел по расследованию вампирских преступлений! – прокричал он – да стой ты, чёрт возьми!

Но тот, совершенно внезапно, не собирался останавливаться, а Кюри всё быстрее приближался к нему. А тут он ещё увидел возможность сбить его с ног. Даниэль сместился вправо, забежал на мусорный бак, пробежал по двум впереди стоящим и оттолкнулся от последнего. И подобно, летящему на бреющем, орлу вцепился в жертву. Даниэль сразу схватил шокер, однако внезапно для себя, нападавший наотмашь ударил рукой. Которая своим попаданием разбила очки полицейского.

- Ах ты, сука – выругался Даниэль и ударил задержанного шокером.

Особенностью этого шокера была сила тока, которая и была нападавшего. Человека она могла запросто вырубить на пару часов, а если у него ещё и слабое сердце, то вообще убить. А вот вампиров он прекрасно успокаивал и делал более послушными, сводя их силу практически к нулю. На определённое время.

- Отпусти меня, придурок – прокричал нападавший женским голосом – отвали от меня.

Капюшон спал и показалась длинные чёрные волосы. Даниэль увидел, что сейчас под ним лежала молодая и, в принципе, симпатичная девушка. К сожалению, вампир, которых он также недолюбливал. А она ещё пыталась сопротивляться.

- Ты уж извини, но твоя симпатичная моська меня не подкупить. А теперь, успокойся – сказал Даниэль и ещё раз ударил её шокером – и сообщаю тебе новость, ты задержана за попытку убийства полицейского.

После второго удара шокером она обмякла, что позволило Даниэлю надеть на ещё руки наручники.

- Идиот. Ты понимаешь, что только подписал мне приговор – сказала она.

- Только не надо мне драму закатывать. В тюрьме вампирам каждый день выдают порцию крови. Пускай и немного, но жить можно – Кюри поднял её на ноги – так что с голода ты не помрёшь.

- Я не доживу до тюрьмы. Они убьют меня раньше. И всё из-за чего? Из-за того, что я вампир? Сволочи проклятые. А ты им на это и дашь добро.

- Бла-бла. Ты задержана сотрудником полиции и самым страшным для тебя будет ожидание решения суда – ответил он, продолжая вести её – и уж поверь, лучше это чем встреча с ребятами из “Альмаграммы”. А вот очки жалко.

- Недоумок – кратко сказала она.

После чего она окончательно замолчала и покорно шла вперёд, не пытаясь оказать сопротивления. А попробуй оказать его, то получила бы заряд шокером.

“Ну вот и я пригодился. Пострелял, так ещё и задержал преступницу. Отлично. Осталось только дойти до машины и свалить отсюда. Хмм, странно. Что-то выстрелы всё ближе” – подумал Даниэль.

А выстрелы были и в самом деле были всё ближе, а точнее он приближался к ним. Да и на звуки перестрелки это что-то не было похоже. Между ними были слишком короткие промежутки, будто на стрельбище. И только подойдя ближе к подбитому БТРу происходящее становилось более понятным. Рядом с подбитой бронемашиной стояло четверо бойцов “Альмаграммы”, среди которых был и Тибо ван Кол.

“Вот так встреча. Но какого хрена они назад вернулись? В БТРе что-то забыли? Но в кого они тогда стреляли?” – задумался Кюри.

Он надеялся пройти мимо них, чтобы они его не заметили. Но не тут-то было. К нему подошёл ван Кол.

- Вы только посмотрите. Наш наблюдатель не стал отсиживаться в тылу и даже умудрился кое-кого поймать – произнёс он.

- Просто мне надоело сидеть на заднице, вот и решил поработать. Вполне возможно, что она сможет помочь нам в расследовании некоторых дел.

Реакцией на услышанное стало некоторое изменение в лице ван Кола. Он усмехнулся.

- Боюсь, что с этим ничего не получится, meneer Кюри – сказал он и схватил девушку за руку – эта наша операция. И эта вампирша наша.

Девушка не могла сопротивляться, так как ещё не отошла от удара шокером. А вот Даниэлю чертовски захотелось прописать по роже этого прихлебателя “Альмаграммы”. И поэтому вампиршу ему не отдавал.

- Она была задержана мной – ответил Кюри – поэтому, она пойдёт со мной.

Судя же по лицу Тибо ван Кола, можно было понять, что тот абсолютно уверен в своей правоте. А вот упёртого полицейского ждёт только разочарование, если не хуже.

- Раз так, то тогда у нас возникает конфликт интересов. Который быстро перейдёт в судебное разбирательство. Из которого победителем выйдет “Альмаграмма” – произнёс он – а вот для тебя это всё выльется в тюремное заключение и лишение возможности быть полицейским. Ведь это операция “Альмаграммы”,санкционированная властями. А ты здесь не более чем наблюдатель, который, в данный момент, препятствует нам. Можешь прочитать это в том документе, который ты передал мне. Там всё чёрным по белому прописано. Поэтому, в последний раз предлагаю. Отдай нам кровопийцу, и я забуду про этот инцидент.

“Ну, конечно. Вы, сукины дети, про любые инциденты можете спокойно забыть. Ваш зад отлично защищён. И хрен с ним как поспоришь. Зараза. Пусть забирает её, а я как можно быстрее свалю отсюда. Что мне какая-то вампирша?” – подумал Даниэль.

Конечно же ему не нравилось то, что происходит и понятное дело он был готов протестовать. Однако это упорство привело бы только к худшим для него последствиям. И всё это ради незнакомой вампирши? Нет, оно для него того не стоило.

Поэтому, когда другой боец “Альмаграммы” взял девушку за руки и повёл к БТРу, Кюри не стал сопротивляться. Но в её глазах он успел прочитать полнейшее отчаяние.

- Что с ней будет? – спросил Даниэль.

- Тебя это уже не должно беспокоить – лаконично ответил ему ван Кол – твоя работа окончена. Можешь уезжать.

“Да и хрен с ней. Пусть делают с ней, что им угодно. Мне-то какая разница? Я своё дело сделал. Осталось только дать дёру отсюда и всё. Но я вот никак понять не могу, в кого же они стреляли?” – задумался Даниэль.

Сами же сотрудники “Альмаграммы” уже отвернулись от него и пошли за БТР, туда же они повели и девушку. Даниэль уже направился к машине, но здесь любопытство взяло верх, и он посмотрел туда, где были альмаграммовцы. И увиденное привело Кюри в оцепенение. У окровавленной стены лежало более десяти трупов вампиров. Мужчин и женщин. Их просто расстреляли.

Генетическая память от его предков тут же всплыла, и он представил себе подобные картины давно ушедших дней. Тех самых дней, когда часть человечества показала самую чудовищную жестокость. Которую смогли с трудом победить. И ради чего? Чтобы всё это повторилось спустя столетие.

Злость обуяла Даниэля, кулаки и зубы стиснулись. А он ещё и сам отдал им девушку на расстрел. Стал пособником.

“Ах вы, поганые ублюдки. Расстрелы устраиваете, фашисты. И это ваша операция? Долг? Или вы просто твари?” – подумал он.

- Что вы тут творите? – громко спросил Даниэль.

Он быстро подошёл к ним, к нему обернулся только ван Кол.

- Свою работу. Это всё?

Он сказал это очень спокойно, без лишнего напряжения. Словно каждый день подобным занимается.

- И в чём же ваша работа заключается, а? Расстрел вампиров у стенки? Да это же долбанный геноцид.

- И что с того, что мы их расстреливаем? – невозмутимо спросил ван Кол – это же не люди. Это всего лишь вампиры. Или у тебя есть доказательства того, что они не пьют по ночам кровь невинных людей? Я так и понял, у тебя их нет. А мы как раз занимаемся защитой людей от них. Так что не мешай.

- Чего? У вампиров те же права, что и у каждого из нас. И ни что не даёт вам права там просто убивать. Или у тебя есть доказательства их виновности? Вот именно, что у тебя ничего нет. Да вы же куда чудовищнее вампиров. У тебя хватает наглости говорить о том, что вы защищаете людей. И как? Расстреливая всех вампиров без разбора – не сдержался Даниэль – и я на это так просто смотреть не буду.

По лицу ван Кола было видно, что последние слова полицейского привлекли его внимание.

- Серьёзные слова. А как же конфликт интересов,meneer Кюри?

- Да плевать я на это хотел. Справедливость слепа, а перевешивает правда. А правда явно не за вами.

- Хм, и что же ты сделаешь? Неужели попытаешь помешать нам? И как же, убьёшь нас? – спросил у него ван Кол – я так не думаю. Раз ты так легко отдал нам кровопийцу, то и мешать нам ты не рискнёшь. Так что проглоти эту жестокую правду и убирайся отсюда. Пока цел.

Это было последней каплей для Кюри. Он и без всего этого ненавидел “Альмаграмму” за всю ту боль, которую они причинили ему, лишив сестры. Теперь он видел, что это было не конец их злодеяний. Они расстреливают вампиров без суда и следствия. А теперь собирались оборвать ещё одну жизнь. И теперь он не собирался это так оставлять. Его рука потянулась к пистолету.

“Да, знаю, что буду после об этом жалеть. Буду ругать и проклинать себя за это. Скорее всего, в конце сам приставлю пистолет к своему виску. Я всё это знаю потому, что собираюсь встать на тернистый путь. Но теперь я не могу бездействовать. Теперь я этого так не оставлю. Пусть будет так” – пронеслось в его голове.

Сам же ван Кол уже решил, что полицейский просто бравировал словами и ничего большего не сделает. Поэтому спокойно отвернулся от него, желая посмотреть за расстрелом. Это был отличный момент, Даниэль выхватил пистолет и прицелился в того, кто собрался расстрелять девушку.

Кюри нажал на курок, и пуля пробила череп сотрудника “Альмаграммы”, но тот успел нажать на курок и несколько пуль попали в девушку. Альмаграммовцы не ожидали подобного поворота событий, а Даниэль бросил пустой пистолет на асфальт и схватил шокер, которым ударил ван Кола в шею и прикрылся им как щитом. Третий боец взвёл оружие и начал стрелять в своего коллегу, которым прикрылись. Кюри же схватил автомат ван Кола и разрядил всю обойму во врага. После чего выхватил из кобуры ван Кола пистолет и бросив его самого на асфальт, начал стрелять в четвёртого альмаграммовца, который укрылся за БТРом. Даниэль быстро к нему приближался и приготовился отойти слегка в сторону, чтобы пристрелить врага с расстояния. Однако сотрудник “Альмаграммы” опередил его, действуя куда стремительнее. Он резким движением в сторону смог увернуться от выпущенной пули, а после одной рукой отвёл пистолет в сторону, а второй вонзил нож в бок Кюри. Боль тут же прошлась по нервам, словно по натянутой струне, а вместе с тем желание выжить возросло в разы. Он со всей силы ударил альмаграммовца лбом в нос, а коленом в пах. Хватка его сразу ослабла, а Даниэль направил пистолет в его лицо. И выстрелил.

Он аккуратно вытащил из бока нож, сложил его и убрал в карман. Улик оставлять не следовало. Рану он сразу зажал рукой.

- Значит, я недооценил твои намерения и у тебя есть яйца, meneer Кюри – услышал он из-за спины.

Обернувшись, он увидел ван Кола, который с трудом приподнялся на колени. Видимо шокер был уже сильно разряжен, раз он не смог его вырубить. А большинство пуль попали в его бронежилет.

- Но ты всё равно самоубийца – продолжил он – лучше застрелись прямо здесь. “Альмаграмма” тебя найдёт. Ты подписал себе смертный приговор, от которого…

Его слова прервала пуля, которая была выпущена в его голову. Его тело упало на асфальт.

- И без тебя знаю – прошептал Даниэль, бросив пистолет.

Он начал постепенно отходить и одновременно с этим осознавать, что натворил. Он только что убил четырёх сотрудников “Альмаграммы” и ему теперь точно конец. И всё ради того, чтобы спасти вампиршу, которая лежала мёртвой. Всё было впустую, и это злило его. Но инстинкт самосохранения говорил ему, что нужно как можно быстрее скрыться, пока не стало слишком поздно.

Даниэль поднял с асфальта свой пистолет, убрал его в кобуру и уже собрался бежать к машине. Как тут он услышал женский стон.

“Точно. Совсем забыл, что вампиров не так уж просто убить. Значит, не зря четырёх человек убил. Хотя, что с этого прока? Ей всё равно конец. Только если… ну нет, я и так влез в проблемы по уши из-за неё. С другой стороны, она может мне помочь разобраться с “Альмаграммой”, пока те не разобрались со мной. Или она может прикончить меня, что в целом будет справедливо. И что же делать?” – задумался он.

- Да чтоб оно сгорело – пробурчал Кюри.

После чего подошёл к ней, аккуратно поднял и закинул к себе на спину. Она была без сознания и, к счастью, довольно лёгкой. Так он и пошёл к машине, одной рукой придерживая её, а другой зажимая рану.

Он добрался до своей машины, открыл заднюю дверь и положил девушку на сидение. После чего снял с себя рубашку и туго затянул ей свою рану.

“Надеюсь, у меня получится дотянуть до дома, а там уже что-нибудь придумаю” – подумал он.

Затем открыл водительскую дверь, сел за руль, запустил двигатель и вжав педаль газа в пол, резко развернулся на месте и на всей скорости покинул этот район.

Едя по почти опустевшим дорогам, он глянул на часы. Которые показывали 20:40, да и на улице начинало вечереть. Он немного удивился с того как пролетело время и ещё на него накатила волна негодования.

- Вот идиот, чем только думал? Нашёл себе проблемы. Хотел себя показать. Ну так вот результат, кушай, не подавись. Баран! – заорал он и начал бить кулаком по рулю – а теперь ещё и машину от крови отмывать. Твою мать!

Через двадцать минут он уже подъехал к дому и к счастью, мадам Люмиль нигде поблизости не наблюдалось, так как она в это время уже смотрела очередной попсовый сериал. Машина Даниэля подъехала к гаражу и осталось только открыть ворота. Благо, выходить было не нужно.

- Пароль – пупсик. Открывай живо – резко сказал он.

Ворота без лишнего промедления открылись, и машина въехала внутрь. Затем Даниэль выключил двигатель, вылез из машины, открыл заднюю дверь и вытащил оттуда вампиршу, которая всё ещё была без сознания.

- Хорошо, что ты сейчас в отключке. Поменьше хлопот будет – вслух сказал он – а вот что будет утром…

Пару минут спустя он уже положил девушку на диван, на который предварительно положил ненужную простынь. Сам же он уселся в кресло, а журнальном столике разложил аптечку. В его руках была иголка с ниткой, зашивание раны было в самом процессе. С каждым моментом того, как иголка пронзала кожу, Даниэль шипел сквозь зубы. Как рана была зашита, он оборвал нитку и завязал её узлом.

Теперь же ему пора было помочь девушке, которая лежала на его диване. Он потратил немного времени на то, чтобы вытащить из неё все четыре пули, по одной из ключицы и голени и две из живота. И вот пули “Альмаграммы” привлекли его внимание.

“Очень интересно. Вроде бы стандартный калибр, но вот сама пуля имеет на своей поверхности режущие кромки, которые, скорее всего, немного расширяются при попадании в цель. Скорее всего, для больших повреждений. Вот почему она отключилась, болевой шок. Да и раны что-то не спешат затягиваться” – подумал Кюри.

Мозг запустил мыслительные процессы, которые должны были решить задачу под названием “как же ей помочь?”. Решение выходило только одно – дать ей кровь. Но вот резать себе Даниэль никак не желал, одного раза ему и без того хватило. Его внимание привлёк шланг для переливания, который лежал в аптечке.

- Чтоб его. Это очень плохая идея. Но в моём положении либо такие, либо никаких – сказал он вслух – спасибо тебе, Жанна.

Он взял всё нужное из аптечки, а вместе с ними и ленту таблеток для повышения метаболизма, половину из которых он сразу употребил, горстью закинув в рот. После пододвинул кресло близко к дивану, взял шланг для переливания и иголку на одном из концов. Даниэль взглянул на него, выдохнул и вставил себе в вену на руке. Далее он тоже самое сделал и девушке. Теперь ему только осталось разжать шланг, чтобы его кровь пошла ей. Но он медлили.

- Не думал, что дойду до такого. Но всё бывает в первый раз. И к сожалению, далеко не в последний – прошептал он и усмехнулся.

После чего разжал шланг и его кровь медленно побежала по шлангу и через пару секунд дошла до вены девушки. Процесс шёл медленно, и Даниэль поудобнее расположился в кресле.

- Эх, завтра у меня просто гора дел. Отмыть кровь, сжечь одежду. На работу точно опоздаю. Опять – произнёс он в потолок и посмотрел на девушку – надеюсь, я проснусь раньше тебя и, хотя бы, смогу узнать, как же тебя зовут.

Глава 2

Город уже был во власти вечера, и лишь уличные фонари будучи подобными застывшим светлячками, оставались островами света, куда тьма не могла зайти. В окнах некоторых квартир уже погас свет и с каждым часом подобных становилось всё более, пока со временем их количество не сократилось до единиц. В одной из подобных “единиц”, в своей комнате сидела маленькая девочка, которая играла с такими же маленькими куклами. Играла уже не первый час, и её не надоедало. Вся соль заключалась в том, что тема игр постоянно менялись, сначала были дочки-матери. Спустя несколько минут ей они надоели, теперь её куклы приняли роли врачей. Когда надоела и эта игра, то всё перешло в путешествие по джунглям с плюшевыми чудовищами. Необъятная детская фантазия и свобода мысли во всей своей красе. Однако и этим играм было положено закончится.

- Милая, уже очень поздно – сказал ей мама с кухни – тебе уже пора ложиться спать.

Девочка же явно не хотела заканчивать игры. Чтобы начатое путешествие закончилось на середине. Она боялась, что завтра она не вспомнит всю сюжетную линию.

- Ну, мам, ещё пять минуточек – попросила она – ещё не слишком поздно. И завтра в школу не надо. Ну, пожалуйста.

- Дочка, ты и завтра сможешь весь день играть. Вот и доиграешь. А сейчас всем маленьким девочкам положено спать в своих кроватях – сказал ей отец – ты не исключение.

- Папуль, у меня приключение в самом разгаре. Лилли, Шури и Нене встретили монстров и те загнали их в ловушку. Они не знают, как спастись. Но скоро должен появиться герой, который спасёт всех.

- Ладно, пускай храбрый герой появится и спасёт всех – согласился отец.

- А после наш маленький режиссёр чистит зубы и ложится спать – добавила мама.

Радость девочки не заставила себя ждать.

- Спасибо.

Она снова полностью погрузилась в игру и в тот момент, когда трёх кукол уже загнала в угол стая из плюшевых собак, тигров, обезьян и мышей. Но в последний момент к ним на помощь пришёл отряд нескольких бравых солдатиков. И откуда они взялись у девочки? Всё просто, их забыл мальчик из соседнего дома.

Плюшевые чудовища были повержены и рассеяны героическими солдатами, а куклы поблагодарили их за спасение. На этом игра была окончена, продолжение должно было начаться завтра. Игрушки были убраны, после чего девочка начала собираться в ванную, чтобы почистить зубы. Но подойдя к двери, она услышала разговор своих родителей.

- И насколько всё серьёзно? – спросила мама – вдруг его подозрения очень сильно преувеличены. Неужели ты сам так не думаешь, Симон?

- Я бы хотел в это верить. Но Ганс не стал бы просто так разбрасываться подобными предупреждениями – ответил он – поверь, Мишель, враги приготовились к нападению. Мишени уже выбраны. И мы среди них.

- Тогда начнём сейчас же собираться. Пока у нас есть ещё время. Нельзя, чтобы они застали нас врасплох – сказала она – уедем прямо сейчас. Нам надо…

- Успокойся, любимая. У нас есть ещё время. Может сутки. Так что давай сделаем это утром. Не хочу пугать дочурку – успокоил он её – не волнуйся. Всё будет в порядке. Верь мне.

- Мне хочется. Главное, чтобы всё было хорошо.

Их дочка, которая невольно их подслушала, захотела к ним выбежать, чтобы обнять. Однако этому не было суждено случиться. По всей квартире разошёлся звук выбивания двери, которая слетела с петель. За чем последовали выстрелы.

- Мишель, спасай дочь! – рявкнул Симон.

Голос оборвали несколько выстрелов.

- Нет – вскрикнула Мишель.

За этим криком последовали ещё несколько выстрелов. А за ним уже прокричала от боли и сама мама. Девочка не выдержала и открыла дверь на кухню. Помещение было изрешечено пулями, дверь выбита, стол перевёрнут. В дверях стояло несколько человек, у их ног лежало два тела. А перед самой девочкой лежала её мама, в луже собственной крови.

- Мама! Папа! – вскрикнула она и выбежала.

Она подбежала к матери, в неё попали несколько пуль. Глаза малютки наполнились слезами.

- Мама. Мамочка, вставай. Не умирай – прошептала она сквозь слёзы – пожалуйста.

- Уходи, прошу тебя. Спасайся – прохрипела она в ответ – не дай им тебя…

Поток её слов прервала пуля, которая оборвала её жизнь. Она умерла на глазах своей дочери.

- Чего делать с девчонкой? – спросил кто-то из нападавших – тоже прикончить?

- Смысл? Преподнесём её господину. Он явно будет рад подобному трофею – ответил другой – хватай её. Чего встал?

К ней пошёл один из убийц, желая схватить маленькую девочку. Которая вытирала слёзы с глаз и всё слышала, что они говорили. Но она не хотела, чтобы они её схватил.

- А ну ка иди сюда, малявка – пробурчал убийца и схватил её за спальное платье, подняв перед собой – ты идёшь с нами.

А вот она не была с этим согласна. И это подтвердила вилкой, которую она незаметно подобрала с пола. И вонзила столовый прибор в глаз подонка, который тут же взревел и выпустил её из рук. Она упала на пол.

- Мелкая дрянь. Убью её! – вскрикнул он – тварь!

Она подняла глаза от пола и свет люстры заградило тело и рука, которая сжалась в кулак и летела в её сторону. Девочка испугалась и закрыла глаза.

И тут же раскрыла глаза. Теперь она смотрела на натяжной потолок белого цвета с потолочными лампами, которые были выключены. Потому что в комнате было светло и без них. Солнце уже давно взошло. Но ей было необходимо узнать каким образом она тут оказалась? И самое главное, как она смогла уцелеть?

“Где я? Ничего не понимаю. Единственное, что помню, то это как в меня выстрелил урод из “Альмаграммы”. Но что потом случилось? Они бы меня точно не оставили в живых. Да и на рай это место что-то не похоже. Неужели я смогла сбежать в состоянии аффекта? Не верю. Что же тогда на самом деле произошло?” – подумала она.

Она приподняла голову, осматривая помещение, в котором оказалась. Сама она лежала на диване, рядом стояло кресло. За ним стоял телевизор. На против неё стоял журнальный столик, на котором лежал шланг для переливания крови, который был испачкан кровью. Правее от него лежал пистолет.

“Странно, шланг испачкан кровью. Получается, что им воспользовались для переливания. Но кому именно? Я чувствую некоторую бодрость и сытость. И что-то не вижу на себе ранений. Получается, что кровь переливали мне. Но кто и зачем?” – задумалась она.

В этот момент она услышала звук льющейся воды в душе. Которую сейчас же и перекрыли. Значит тот, кто мог ей всё объяснить был в душе. Она поднялась с дивана и обнаружила то, что должна была заметить сразу. Она была абсолютно голой, и нагота была прикрыта лишь полотенцем.

“Какого чёрта! Какой извращенец меня раздел?” – пролетела мысль.

От представления того, что с ней могли сделать, пока она была без сознания и беспомощна, стиснулись зубы и по телу прошла дрожь. Ну, хоть совести хватило прикрыть полотенцем. Но её это не особо-то и утешало.

- Мерзавцы – прошипела она.

После чего туго обмоталась полотенцем и взяла со стола пистолет, сразу сняв его с предохранителя. Она запомнила откуда шли звуки воды, вытекавшей из крана.

Даниэль медленно проводил по лицу бритвой, которая легко срезала проросшие волоски. В отражении он видел лицо молодого и спокойного парня. Но вот ощущал он себя, как старый, больной и от того злой старик, которому наступили на ногу в автобусе и уже собравшемуся прописать тростью наглецу за это по голове.

“Давно я не ощущал себя настолько хреново. По мне будто асфальтоукладчиком проехали, а после ещё и разбомбили с самолёта. Сколько я поспал? Вроде часов восемь. Должен был вроде как отдохнуть. Но пока салон машины отмыл от крови. Пока сжигал всю одежду, вместе с покрывалом. Конечно, всё это жалко было так терять. Но зато всё не так уж и плохо. “Альмаграмма” меня пока что не нашла, а лежащая на моём диване вампирша всё ещё мирно спит. А вот на работу я точно опоздаю. Да и хрен с ней, шеф тут уж точно не сможет мне что-то сказать. Но сперва нужно поесть. Нет, неправильно. Мне срочно нужно пожрать, причём много, чтобы притупить метаболизм. А там и с девчонкой разберусь. Хм, интересно, какая у неё будет реакция на то, что я её спас?” – подумал он.

Сбрив последние остатки слабозаметной щетины, он тщательно промыл от волос бритву, после чего положил её на раковину. Затем он открыл кран и подставил под воду обе руки, которыми отмывать лицо от пены для бритья. Вымыв лицо, Даниэль поднял голову и посмотрел в зеркало. Он видел своё гладковыбритое лицо. И ещё девушку с угольно-чёрными волосами, которая направляла на него пистолет. Причём, его собственный табельный пистолет. Она же была готова увидеть кого угодно, но только не того, кто её подстрелил и сдал “Альмаграмме”.

- Ты. Ты. Ты – процедила она сквозь зубы.

- Да, да. Это я. Вижу, ты проснулась раньше, чем я предполагал – невозмутимо ответил он – так что, доброе утро.

- Какое к чёрту доброе утро? Где я? И какого хрена ты здесь? – спросил она – отвечай, живо. Или пристрелю.

В ответ на это Даниэль только выдохнул.

- А такого хрена я здесь делаю, потому что это мой дом. Ясно? Дальше тебе объяснять, надеюсь, не нужно – произнёс Кюри – и к тому же, я ожидал благодарности за спасение, но явно ни такой.

- Благодарность? – взвизгнула она с крайней степенью недоумения – да ты же меня подстрелил, а потом пару раз шарахнул шокером. После чего отдал уродам из “Альмаграммы”

- Но потом я тебя спас, несмотря на то, что ты же первой начала в меня стрелять – ответил ей Даниэль – и я мало того, что тебя спас. Так ещё вытащил оттуда, привёз к себе и помог как смог. Вот как минимум за это можно сказать “спасибо”.

Её продолжало разрывать от недоумения. Но сложив всё сказанное парнем, стоящим перед ней без одежды, можно было его и поблагодарить. Ну так, самую малость. Только вот она не собиралась этого делать. Да и как любой порядочной барышне, ей нашлось до чего придраться. Причём логично.

- Хорошо, ты мне помог. Но тогда ответь, какого чёрта я голая? – недовольно спросила она – да и почему ты без одежды?

Даниэль сразу уловил к чему она ведёт и его логика в подобном ручье начинала раздражать.

- Ну, уж явно не по той причине, что ты себе там напридумывала – сдерживаясь ответил он – а мне же нужно было помыться после вчерашнего дня. В одежде это делать как-то затруднительно.

- Ладно. А почему я без одежды?

“Вот тугая. Задрала. Вроде как не блондинка, а тупит хуже неё” – подумал он.

- Да всё по той же причине. Ты вся была в крови и пыли. А мне не очень хочется устраивать химчистку своего дивана. Поэтому я решил тебя вымыть. Уж извини, не дожидаясь твоего разрешения. И я тебя только помыл, не более. Хотя, было приятно посмотреть на обнажённое женское тело – он ухмыльнулся.

- Ах ты, извращенец. Ты ещё скажи, что испытал удовольствие.

- Я испытал удовольствие. Потому что я нормальный и здоровый на голову мужик, которому нравятся женщины. В любом виде – ответил уверено Даниэль – а теперь, мне хотелось бы одеться.

Она сразу же напряглась и взвела пистолет, приготовившись в него выстрелить.

- Стой! Не двигайся – потребовала она – я бы спросила тебя зачем ты меня спас, несмотря на то, что сам меня отправил на гибель. Но у меня нет времени…

- Душ уже свободен, так что можешь заходить. А я пошёл – произнёс он и повернулся к ней.

Девушка перед ним сразу удивилась его поведению, но пистолет продолжала держать уверенной хваткой. Однако она никак не могла понять причину полностью равнодушного поведения Даниэля. Неужели он был настолько бесстрашным или тупым?

- Не двигайся, я сказала. Или пристрелю тебя не месте. Я не блефую – предупредила она.

- Раз не блефуешь, то чего же ждёшь? – спросил он и подошёл к ней – ну же. Может тебе ещё до трёх досчитать.

- Самоубийца что ли? Я ведь и в самом деле выстрелю.

Он уже упёрся грудью прямо в дуло пистолета. Идеальная мишень, лучше не найти.

- Стреляй или уйди – сказал он ей – может тебе ещё и на курок помочь нажать? Ладно, помогу.

Он протянул руку к рукояти пистолета и нажал на палец, который был на курке. И вылетевшая пуля пробило тело насквозь, застряв в стене. Вылетевшая кровь запачкала белоснежную ванну, а тело Даниэля замертво упало на влажный пол.

Так всё было бы, будь пистолет заряжен. Однако затворная рама отъехала назад. Девушка стояла в недоумении.

- Но как? Неужели ты…

- Я не полный дебил, чтобы настолько серьёзно блефовать своей шкурой – ответил Даниэль и выхватил свой пистолет – и ствол в боевом состоянии я с чужой личность не оставлю. Ты может и сняла его с предохранителя. Но вот обойму проверить забыла.

Она уже приготовилась получить по лицу за свои угрозы. Но внезапно прошёл мимо неё.

- И ты так просто уйдёшь?

- Не думаю, что ты согласишься, чтобы я потёр тебе спинку. Поэтому, сам уйду.

После этого покинул ванну, пошагав уже по дому, а вот она осталась в ванной. Она подошла к зеркалу и в кой-то веки могла посмотреть, как выглядит.

“Чёртовы волосы, я их слишком запустила. Нужно их укоротить. Надеюсь у него найдётся машинка. Не пойму я его. На него навели пистолет, а он в ответ проявляет равнодушие. Даже зная, что он не заряжен. Мог же сразу уйти или вломить мне. Да и зачем он меня спас?” – задумалась она.

Эти мысли никак не отставали от неё. Она открыла дверцу шкафчика. Где кроме сменных станков для бритвы, зубных щётки и пасты, пены для бритья, была ещё машинка для стрижки.

- Ответы подождут – прошептала она и взяла машинку в руки.

Кюри же тем временем надел полицейскую форму, как всегда, кроме кителя. Погода продолжала оставаться жаркой. Так что и рукава у рубашки он закатал, так же, как и вчера. После взял в руку пистолет и зарядил в него полную обойму. После отправился на кухню, где принялся готовить себе овсянку, засыпав всю упаковку в кастрюлю. Одновременно с этим он начал жевать вафли, запивая их кофе. Наконец-то начав утолять чудовищный голод.

“Вот же дрянь клыкастая. Я её, значит, спасаю, сам при этом едва не откинув коньки. А она направляет на меня мой же пистолет. Хорошо хоть я догадался не заряжать полную обойму. Не будь она девушкой, то сразу бы по лицу прописал. И не раз. Хотя, не будь она девушкой, то и вряд ли бы спасать стал. Хм, вот тебе и “ваше симпатичное личико меня не привлекает”. С другой стороны, в моём доме в кой-то века девушка” – подумал он.

Набивая желудок едой, он приподнял рубашку, чтобы проверить рану, которую он сперва зашил. А после душа, перебинтовал ей антибактериальным бинтом. Обезболивающее продолжало действовать, но слабая боль при прикосновении всё ещё была. Здесь он даже позавидовал вампирской регенерации. Но после вспомнил об их постоянной жажде и отбросил данную зависть.

Она же тем временем закончила подстригать себе волосы и уже были длиной, что едва касались её плеч. Теперь она точно узнавала себя в зеркале. Но всё происходящее не могло успокоить её мысли.

“Странный он. Для начала подстрелил меня, поймал, ударил шокером и отдал “Альмаграмме”. А затем внезапно передумал и спас меня. Как он сам утверждает. Но вот зачем? Ведь за это у него самого теперь должно быть проблем выше крыше. А может это всё обманка? Вдруг меня банально вырубили, а он теперь пытается втереться ко мне в доверие” – подумала она.

Однако в этих мыслях она не была абсолютно уверена. Да и сами размышления могли затянуться на довольно продолжительный срок. И что самое обидное, могли оказаться ошибочными. Так что она решила одеться и постараться убрать волосы с пола. Она хотела найти веник. Но обернувшись, нашла решение обеих задач. На корзине для грязного белья лежала одежда с запиской. На которой было написано “одежда для тебя”. А вот рядом с корзиной стоял в ожидании задачи блинообразный робот-пылесос. Она присела рядом с ним, рассмотрела и нажала кнопку пуска. Робот мгновенно запустился и направился к тому месту, где лежали волосы. Которые он начал всасывать в себя.

- Удобно – прошептала она.

Дав роботу спокойно выполнять свою работу, она начала надевать на себя одежду, которая была предназначена для неё.

Даниэль же к тому времени уже успел съесть свой приличный, если не сказать “обжористый”, завтрак. Теперь он сидел за столом, попивая кофе, пристально смотря в то места, откуда должна была выйти его гостья.

“Хм, а может она со всего разгона прыгнет в окно и даст дёру, параллельно напугав до чёртиков мадам Люмиль и несчастная старушка наконец-то сляжет надолго в больницу. И тогда я смогу спокойно выезжать из гаража” – подумал Даниэль.

И вот именно из-за этих мыслей и опасений он держал одну руку на пистолете.

Однако вместо эффектного трюка, который может выполнить почти любой каскадёр, к нему вышла спокойным шагом молодая девушка с короткими чёрными волосами. Одетая в красную футболку и белые шорты. Казалось, что подвоха нет. Но Кюри его ожидал.

Как собственно говоря и она. Поэтому старалась притворится, что поверила его словам. Подыграть ему. И ей конечно же было приятно одеться в чистую одежду. Но одновременно с этим её не оставлял в покое один вопрос.

“ Так, ладно он смог отыскать у себя футболку и шорты моего размера. Они вполне могут быть и его, мало ли он был очень худым. Но вот зачем ему нужны женские трусы и лифчик, это уже куда интереснее” – подумала она.

- Ты выглядишь очень спокойным, как для человека, который рискнул перейти дорогу “Альмаграмме” – произнесла она.

- А с чего ты взяла, что я спокоен? – спросил Даниэль – может я уже принял, что мне капец и не вижу смысла нервничать или рыпаться.

- Тогда, ты наоборот выглядишь недостаточно спокойным, как для того, кто уже принял и ждёт свою смерть – сказала она, приближаясь к столу – ведь ты держишь правую руку на пистолете.

- Это просто у меня такой защитный рефлекс такой. Ёж при опасности в клубок сворачивается, а я держу руку на пистолете. Инстинкт самосохранения превалирует в любом случае. Ты и сама понимаешь – ответил Кюри – вижу, тебе подошла одежда.

- Ну, да, она и в самом деле впору мне. Только я не думаю, что ты так быстро смог бы купить одежду моего размера – сказала она и села за стол – ты не думаешь, что твоя девушка может быть против меня?

- А почему сразу девушка, а не жена? – в ответ спросил он.

- Просто я что-то не наблюдаю обручального кольца на пальце. Поэтому остаётся только вариант с девушкой – сказала она – ведь про футболку и шорты можно сказать, что это твоё. Но насчёт нижнего белья, не думаю. Только если ты…

До Даниэля сразу дошло, к чему он без всякого стеснения вела. Поэтому решил действовать на опережение.

- Нет – резко отрезал Кюри – я не вхожу в клуб любителей таскать женское нижнее бельё. Я больше предпочитаю снимать его с девушки. Которой у меня нет. Это бельё у меня есть и всё.

- Хорошо, хорошо – согласилась она.

После чего положила руки на стол, подобно любому первокласснику. Разве что вместо учительницы сидел Даниэль. Которого не отпускало чувство того, что эта девушка напротив него что-то подозревает. Как раз он решил это проверить.

- Я бы тебе предложил кофе, но…

- Слушай, я может и кровопийца, но мне нужны и простые калории. Да и от кофе я не отказалась бы – сказала она и взяла кружку с кофе.

Это кофе Кюри приготовил для себя. Ведь одной кружки ему было мало. Но на эту наглость предпочёл не реагировать, а она же уже начала сыпать в кружку сахар.

- Вот кому, кому, а уж тебе это должно быть известно.

- Ну, извините. Просто мне не всякий раз приходится проводить завтрак наедине с вампиром – ответил Кюри.

Конечно же ему было известно об этом. Всё это изучалось ещё в академии, на пятом курсе. Сейчас он решил не хвастаться своими знаниями перед той, кто сейчас пила кофе напротив него. На данный момент его интересовало немного другое.

- Слушай, мне было бы куда проще общаться с тобой, знай я твоё имя – произнёс он.

До неё сразу дошло к чему всё это приведёт и поэтому сразу предприняла ответные действия.

- Не думаю, что стоит это делать – сдержанно ответила она.

- Да блин. Ты мне до сих пор не доверяешь. После всего что я сделал – возмутился он – неужели всего сделанного мной недостаточно?

- Например за то, что ты отдал меня маньякам из “Альмаграммы”, перед этим прострелив ногу и ударив током – вскочила она из-за стола – конечно же я тебе не доверяю. К тому же, я не знаю подробностей того как ты “спас” меня. Вдруг ты сам из “Альмаграммы” и тупо разыгрываешь передо мной спектакль.

После подобной оскорбительной для него клеветы Даниэль ни на грамм не собирался сдерживаться. Особенно после всего то, что ему пришлось сделать.

- И всё из-за того, что ты первая начала по мне палить. Хотя там и слепому было понятно, что я ни один из уродов “Альмаграммы”. Это и тупому было понятно – сорвался он – а теперь у меня из-за тебя колоссальные проблемы. Я убил четырёх альмаграмммовцев. У меня рана нефиговая на животе, спасибо обезболивающим, что ещё держусь. С утра мне пришлось всё от крови отмывать. А теперь ещё “Альмаграмма” того и гляди придёт за моей головой. А всё из-за того, что я решил спасти твою задницу. Так что за это я, как минимум, заслуживаю доверия. Хотя бы небольшого.

- Такие полицейские, вроде тебя, для нас ничем не лучше псов “Альмаграммы”. Вы отличаетесь от них лишь тем, что не расстреливаете вампиров налево и направо. А стараетесь действовать, прикрываясь законом – ответила она – да и я тебя не просила о том, чтобы ты бросался меня спасать. Вот зачем ты это сделал?

- Уж поверь, были у меня причины. Сугубо личные – сказал ей Даниэль – но теперь, хочешь ты того или нет, мы оказались в одной лодке. И грести в одну рожу я не собираюсь.

Оба стояли друг напротив друга. Он не был намерен отступать от своего и был готов продолжать спор. Тогда как она внезапно начала становится более мягкой. Что-то говорило ей о том, что он заслуживает хотя бы небольшого доверия. Однако она старалась этого не показывать.

- Что же, насчёт одной лодки ты прав – согласилась он и села на стул – но чем я могу тебе в этом помочь?

- Да чем угодно. Вряд ли “Альмаграмма” стала бы отправлять толпу своих боевиков в ваш район просто ради того, чтобы они тупо разнесли его. Слишком нелогично. Да и судя по сопротивлению, их там ожидали. А значит, там было что защищать – сказал Кюри – нам же с тобой нужно действовать быстро и, скорее всего, скрываться. Сейчас на каждом углу камеры и ваш район точно не исключение.

Она в этот момент усмехнулась и Даниэлю стало очень интересно узнать почему.

- Извини. Я забыла, что ты не очень хорошо знаком с тем как работают боевые группы “Альмаграммы” – произнесла она и поставила пустую кружку на стол – и ты можешь расслабиться. Перед своими нападениями “Альмаграмма” полностью обесточивает район и перекрывает доступ в интернет вместе с мобильной связью.

- Короче говоря, создаёт полностью “мёртвую зону”, чтобы никто и ничто не смогло запечатлеть, что происходит после. Логично, учитывая методы этих уродов.

- Верно – кивнул она – им это совершенно не нужно. Поэтому в каждом районе знают, как понять, что на них готовятся напасть. И готовы к сопротивлению. Так, и какая у тебя цель?

- Самая главная – остаться в живых – ответил Даниэль и задумался – а так, я далеко не смотрел. Скорее всего, разделаться с “Альмаграммой”. Или хотя бы попытаться.

На мгновение она ему полностью поверила и решила, что теперь у неё появился партнёр по борьбе. Однако она далеко не была наивной дурочкой и стать ей совершенно не желала. Поэтому сразу вернулась в режим ограниченного доверия.

- Раз у тебя подобная цель, то нам точно по пути. С чего нам стоит начать?

Вот тут Даниэль очень серьёзно призадумался. Проблема заключалась в том, что легко поставить перед собой колоссальную цель и считать, что сможешь её решить. И вот самым сложным является поиск способов решить её. А вот его цель была мало того, что колоссальной, так ещё и очень рискованно, с какой стороны не глянь. Но слова были сказаны, а значит нужно было доказать их действиями. Хотя бы придумать, что именно делать.

- Конечно, у меня нет вот прям-таки готового плана. Но думаю, что для начала нам нужно собрать как можно больше первоначальной информации – сказал он – может у тебя есть что-нибудь?

Здесь она почувствовала, что перед ней сидит агент “Альмаграммы”, который вытягивает из неё информацию. А она была готова клюнуть на крючок.

“Вот проклятие. А вдруг он просто мне лжёт. Но и молчать тоже не выход. Значит, буду подавать информацию порциями. Если я ошибаюсь, то ничего страшного” – подумала она.

- Ну, так, есть пара информаторов со сведениями. Однако лично с ними увидеться не получится.

- Этого и не надо. Только лишний риск. У меня есть компьютер в комнате, так что… - успел сказать Кюри, но его прервал звук телефона – вот же чёрт.

- Тебя вызывают?

- Да нет. Будильник сигнализирует о том, что я начинаю опаздывать на работу.

- Точно. Может ты попробуешь собрать какие-нибудь сведения об “Альмаграмме” через вашу базу данных? – предложила она – может там есть что-нибудь.

Даниэль встал изо стола и убрал пистолет в кобуру.

- Идея хорошая. Однако не факт, что у меня получится чего-нибудь откопать. Но я попробую – ответил он и направился к двери – так, а ты свяжись со своими информаторами. Если что, то можешь позвонить мне. Телефон в моей комнате.

- Я могу выйти из дома? – спросила она.

- Нет. Тебе лучше в лишний раз не отсвечивать. Просто сиди дома, телевизор можешь, например, посмотреть. Ну или ещё что-нибудь ещё можешь сделать – ответил ей Даниэль – только скажи мне, как тебя зовут.

А вот насчёт этого она оставалась непреклонной, словно царь Леонид перед Ксерксом. Правда у него была отмазка про больное колено, а она же тупо молчала. Типично по-женски. Даниэлю, конечно же, была понятна причина этого.

- Слушай, я знаю, что ты мне не шибко-то и доверяешь. В целом, мне это понятно, и я не прошу доверять мне. Но тебе лучше поверить в то, что мы с тобой сейчас в одинаково хреновом положении. И отмалчиваться не самый лучший вариант.

Она в ответ продолжила молчать.

- Ладно, значит не сейчас – заключил он и завязал шнурки обуви, собрался выйти.

- Ева – произнесла она – меня зовут Ева. А как тебя? Я своё имя назвала, теперь твой черёд.

- Баш на баш? Справедливо – ответил Кюри – меня зовут Даниэль. Можно Даниил.

- А можно “Дэн”?

- Можно – кивнул он – ладно, я поехал. Если что, на связи.

После чего открыл дверь и покинул дом, через минуту из гаража выехала машина. Ева же стояла перед окном и смотрела за этим.

“Странно, давно такого не было, чтобы перед незнакомым человеком я раскрыла своё имя. Может и действительно что-то поменялось” – подумала она.

Даниэль же спокойно ехал по дороге пригорода Парижа, и вот сейчас он мог понаблюдать за Эйфелевой башней, которая едва виднелась вдалеке. Но за годы проживания здесь эта мировая достопримечательность полностью перестала его удивлять. Да и ему было о чём подумать, нежели наблюдать за этой высоченной башней, на которой ему так и не довелось побывать.

“Конечно, всё идёт не так как мне хотелось бы. Но то что сейчас ни самое плохое. По крайней мере, она не попыталась дать дёру, и даже назвала своё имя. Хотя, если хорошенько задуматься, то, сука, до чего я докатился. Вместе с вампиршей собираюсь развалить “Альмаграмму”. Хотя и до этого кое-кто уже пытался это сделать. И чего? А ничего, хрен у них что вышло. Не знаю, что им помешало это сделать, но у меня теперь обратной дороги нет. Да и если получится её нащупать, то я по ней точно не поеду” – подумал он.

Он решил отбросить от себя все подобные мысли, которые активно лезли в его голову. Так что вместо этого он решил послушать радио, вдруг там могла попасться хорошая песня. Однако его желание тут же было опровергнуто жестокой реальностью. По радио шли новости.

- И новости за вчерашний день. “Альмаграмма” провела успешную операцию в районе №9, где была ликвидирована ячейка вампирской преступной организации “Сеть”, которая занималась незаконной контрабандой человеческой крови. Глава “Альмаграммы” сообщил, что операция была проведена с минимальными потерями среди бойцов подразделения, которое проводило операцию. А теперь к мировым новостям, в СССР сегодня прошли выборы в… - успел сообщить диктор.

Даниэль недовольно выключил радио и не выключи его сразу, то он бы сделал это кулаком.

“Ну, конечно, конечно. Потери среди подразделения минимальные. А вот про мирное население ничего не сказал. Ясен хрен, что тут ещё сказать, когда расстреливаешь их как искренний фашист. Но самое смешное, что среди своих потерь мало. Конечно, не приятно осознавать, что и вас самих валили, как бешенных собак. Трясутся за свою репутацию, как главные шлюхи города” – подумал Кюри.

Больше не решаясь включать радио, он доехал до своего отдела. В этот раз парковка заняла ещё больше времени, ведь в этот раз все сотрудники были на месте. Даже Николя уже был на месте. Потратив несколько минут, Кюри всё же смог втиснуть, а по-другому это нельзя было назвать, между двумя машинами. Выключив двигатель, он начал пытаться вылезти из машины, что пришлось делать, втянув живот. Благо, сам Даниэль был довольно среднего телосложения, а разогнанный метаболизм успел сжечь несколько килограммов. Закрыв дверь и поправив одежду, он направился в отдел.

И зайдя внутрь, он увидел стандартный отдел по расследованию вампирских преступлений. За большинством столов сидели сотрудники. Одни были заняты делом, другие активно болтали и громче всех разговаривал Николя Гулар, рассказывая женской половине сотрудников о самых дорогих блюдах Италии. Можно сказать, вешал им на уши спагетти. Даниэль молча прошёл мимо всех и подошёл к двери кабинета шефа.

- Тебе, видимо, жить спокойно совсем надоело, раз снова опоздал и сознательно идёшь к нему – сказала ему Люсинда – хотя, судя по твоему паршивому виду, смерть для тебя будет милостью.

Даниэль решил не обращать на неё внимания, словно на болтливую старуху, которая выдумала, что он педофил и нарколыга, лишь из-за своей неприязни. Но вот сейчас негодование было на пределе и копить его уже было нельзя. Его было необходимо выплеснуть. И стерва Люсинда Феари подходила для этого как никто другая.

- Это точно. Уж лучше умереть от вопля шефа, чем постоянно слышать твой противный голос и видеть твоё лицо, загримированное как у зомби – выбросил он – и я сейчас точно выгляжу симпатичнее тебя.

- Ах ты, сволочь – гаркнула она.

- И ещё, всему отделу известно, что ты стонешь во время секса, как рожающая корова – добавил он – и да, об этом растрепал я. Адьё.

Люсинда оскалилась и покраснела, словно была готова вот, вот взорваться потоком оскорбительных слов. Даниэль, у которого мгновенно поднялось настроение, быстро вбежал в кабинет шефа.

“Даже не знаю, может я поступаю как конченная скотина, обнаглевшая сволочь и просто хам. Но, чёрт, какое же охренительное чувство” – сразу подумал он.

Зайдя внутрь, он увидел перед собой знакомый стол, на котором появились кружка с чаем, и такого же шефа, который и пил его. Однако он выглядел более спокойным, чем вчера. Судя по всему, он что-то читал. Ведь на лице у него были очки, которые были довольно архаичны для 2037-го года. Архаичны, потому что простая лазерная коррекция могла восстановить зрение почти до стопроцентного. Но шеф упёрто стоял на своём. Банальное недоверие в процедуру.

- Здравствуй, Даниэль – поздоровался шеф, и убрал журнал в сторону и снял очки – не ждал тебя сегодня. Ты же мог сегодня спокойно отдохнуть.

- День добрый, шеф – ответил он - а я вот взял и приехал, чего-то не захотелось штаны дома протирать.

- Похвально. Ну, что же, раз приехал, то присаживайся. И рассказывай, что там было вчера – предложим ему шеф – и ты как плохо выглядишь.

“Да вашу мать. Теперь и шеф заметил мой хреновый внешний вид. Блин, может и в самом деле стоило сегодня остаться дома. Тем более, что он и не против был. Но теперь приехал, чего уж жалеть” – подумал Кюри в этот момент.

- Я всегда на ахти выгляжу – произнёс он и сел на стул – а вот насчёт вчерашнего, я вряд ли смогу вам что-то новое рассказать или уж тем более удивить. Обо всём уже рассказали в новостях.

Шеф усмехнулся, потянулся в кресле и поднялся из него, взяв со стола кружку с чаем.

- Ты же не хуже меня знаешь, что в новостях всё совершенно по-другому и в самом лучшем случае только половину правды, а вместо второй только реклама – сказал он и отхлебнул – а вот мне хочется знать правду от очевидца. То есть, от тебя.

- А с чего вы решили, что я буду рассказывать исключительно правду? – спросил Кюри.

- Даниэль, я тебя уже достаточно долго знаю. Да и не думаю, что ты будешь с какой-то радости скрывать то, что натворила “Альмаграммы” – сказал шеф и повернулся к нему – а она уж точно что-то натворила.

Кюри молча кивнул, а вот Марко Вихеалло стал ожидать, когда рассказ начнётся. Только вот рассказчик осознавал, что ему сейчас уж точно придётся скрыть половину правды, если не больше.

- Ладно, шеф. Но я вас сейчас вряд ли удивлю – сразу предупредил он – в целом, “Альмаграмма” сработала как обычно. Её бойцы вломились в район и давай стрелять во всему, что движется. И вот переходим к тому, что новости не рассказали. Вампиры ожидали нападение и сразу оказали сопротивление альмаграммовцам. В процессе завалив несколько их и подбив один из БТРов.

- О как – удивился шеф – сразу видно, что не очень приятно осознавать то, что вам надавали по заднице. Но хорошо, что по новостям будут заливать то, что всё прошло по масло и без проблем. Хм, а теперь даже думаю, что на самом деле у “Альмаграммы” ничего не вышло.

- К сожалению, нет. Пускай у них и выбили один из БТРов, но у них остался ещё один и потом им на подмогу прилетела пара вертолётов, которые и перевесили чаши весов в их сторону – продолжил Кюри – а потом эти гады совсем озверели. Ведь начали расстреливать мирных жителей.

Шеф, после услышанного, посмотрел на Даниэля довольно странным взглядом. Словно тот внезапно сошёл с ума и стал нести откровенную брехню.

- Слушай. Нам всем известно о том, что во время операций “Альмаграммы” гибнут мирные жители – сказал он ему – это не новость, но…

- Да я не об этом. Альмаграммовцы в самом деле начали расстреливать мирных жителей-вампиров. Прямо к стене ставили и расстреливали – упёрся Даниэль – эти сволочи в самом деле это вытворяли.

Шеф покачал головой и выдохнул с некоторым осознанием горечи.

- Я совсем забыл. Ты не любишь врать, но вместо этого ты можешь преувеличить – произнёс он и поставил кружку на стол – все знают, что действия “Альмаграммы” может повлечь потери среди мирного населения. Но это лишь случайные потери. До того о чём ты говоришь, они точно не дойдут. К тому же, ни для кого не секрет, что у тебя к “Альмаграмме” личные счёты.

Воспоминания тут же нахлынули на Даниэль, подобно волне и он тут же разозлился. А здесь ещё прибавляется то, что он видел вчера.

- Это верно. У меня есть к этим сволочам личные счёты, потому что именно они повинны в гибели Жанны. Хотя можно было бы обойтись без её смерти, но они наплевали на это – тут же сорвался он – а теперь ещё мне довелось увидеть, что они расстрелы устраивают. А вы мне не верите.

- А где доказательства сказанных тобою слов? – спросил у него шеф – твоих утверждений и совести недостаточно. Да и будь оно так, то альмаграммовцы вряд ли бы дали тебе спокойно уйти. Ведь ты же опасный свидетель. Вот как же тебе удалось уйти?

- Да потому что я… - сказал он и резко остановился, чтобы не сказать лишнего – смог быстро скрыться оттуда. Шеф, у меня нет смысла вам врать.

Шеф вздохнул, поправил рубашку и сел обратно в кресло.

- Мне хотелось бы тебе верить. Однако на слово я поверить не могу. Прости – произнёс он – хочешь мой совет? Никому об этом не распространяйся. Не знаю, как отреагируют окружающие, но вот “Альмаграмма” уж точно мимо ушей это не пропустит. Хорошо, Даниэль?

Конечно ему хотелось сказать “нет”. Да и в голове сделал это. А вот перед шефом он мог лишь недовольно вздыхать и лгать. Но вот в чём был прав Вихеалло, то в том, что лучше “Альмаграмме” не знать о том, что известно Кюри. И благо, он не был один, хоть союзник и был вампиром.

- Хорошо, шеф. Как вы скажите – неохотно ответил Даниэль – а теперь может дадите мне какое-то дело? Не зря же я проявил сознательность и приехал на работу.

- Узнаю старого, доброго Даниэля Кюри – произнёс шеф с некоторой успокоенностью – а дело у меня для тебя есть. Тут нас как раз простая полиция вызывает. Говорят, что есть подозрение на преступление, совершённое вампиром. Основная информация у де Фано. С ним и выезжай на место.

- Понял вас, шеф. Тогда, я к Анри, и мы в путь – ответил Кюри и встал со стула.

- Ты не торопись – приостановил он его – как только осмотрите место происшествия, и окажется, что дело к нам не относится к нам, свяжитесь со мной. А если наше, то работаете. А теперь иди, удачи вам.

Даниэль в ответ, что-то пробурчал себе под нос и вышел из кабинета. И пройдя мимо Люсинды, которая мгновенно оскалилась, подобной злой собаке, которой прописали пинка, пошёл к столу. За которым сидел Анри де Фано.

“Эх, шеф, шеф. Хотя, я не могу его винить. Трудно поверить в то, что гос. организация занимается натуральным геноцидом вампиров, которым уже как пять лет дали те же права, что и людям. Но чёрт, поддержи меня шеф, то мне было бы куда проще собрать компромат на долбанную “Альмаграмму”. А так, остаётся работать с Евой. Которая может в любой момент выкинуть любую фигню. Не хватало, чтобы она случайно вывела на мой дом убийц. Ладно, нечего над этим думать. Только голова начинает болеть и больше никакого толку. Лучше поработать по своей профессии” – подумал он.

И вот как раз сейчас он увидел Анри, который сидел со своим столом и смотрел в монитор.

- А вот и кладезь вопросов нашего отдела – произнёс Анри, не отвлекаясь от монитора – как у тебя дела?

“Ну, хорошо хоть он ничего не сказал о моём паршивом внешнем виде. Хотя, он ещё не отвернул голову от монитора. Тогда, как он узнал о том, что я подошёл?” – задумался Даниэль.

- В целом, дела у меня не в порядке. Как обычно – ответил он – а почему я главная кладезь вопросов?

Анри всё-таки решился отвлечься от монитора и повернул голову к Кюри. И теперь мог наблюдать его полностью.

- С удовольствием перечислю их. Начнём, как тебе удалось закрутить роман с Люсиндой, расстаться с ней, а после разбалтывать про неё всякое, при это ходя с целым лицом? – загнул он один палец – как тебе удаётся постоянно опаздывать на работу, лаяться с шефом и при этом не быть уволенным…

- Попрошу. Сегодня я вообще мог не приезжать, да и с шефом не лаялся.

- Из всего бывает исключение. Но вопрос этого не снимает – ответил Анри – так, ещё как тебе постоянно удаётся находить свободное место на парковке?

- У тебя их целый список что ли?

- Вообще-то, да. Я пока что задал самые интересующие лично меня.

На каждый из этих вопросов у Даниэля конечно же был ответ. Точнее, на все, кроме одного единственного. Ведь ему и самому было очень интересно узнать почему Люсинда до сих пор не выцарапала ему глаза.

- Наверное я просто везучий – иронично ответил Даниэль – но ты задал самые громкие вопросы, которые лежать на поверхности. А что насчёт мелочи?

- Мелочи? О, их как раз гораздо больше. Но задам только один – сказал Анри – например, почему ты закатал только из рукавов рубашки?

Даниэль перевёл внимание на правый рукав, который был закатан. Таким образом демонстрирую татуировку на внутренней стороне предплечья.

- Ах, это – заметил он и начал закатывать второй рукав – это для того, чтобы мне напоминали про второй рукав. Опрос на сегодня окончен?

- Конечно нет. Но боюсь нам пора выезжать, пока полицейские не затоптали все следы на месте происшествия – ответил де Фано и встал изо стола – хотя, я соврал. Есть у меня ещё один вопрос.

Однако вот Даниэлю эти вопросы уже начали наскучивать. Учитывая, что секунду назад, Анри сказал, что им нужно ехать.

- Слушай, ты сам сказал, что на них нет времени. Что же изменилось?

- Я солгал. Как и любой другой человек – ответил Анри, разведя руками – однако, это вопрос касается дела.

- Да неужели. И в чём же он заключается? Не усну ли я в процессе или не напугает ли моя уставшая рожа окружающих?

Анри на мгновение улыбнулся, выключил монитор, взял папку со стола и убрал её в стол.

- Если ты добавишь свой озлобленный голос, то у тебя это вполне выйдет – съязвил он – но нет. Меня интересует то, на чьей же машине мы поедем?

Понятно дело Даниэль предпочёл бы сидеть на пассажирском кресле и в процессе подремать. Тем более, что Анри всегда водил с соблюдением всех правил ПДД. Поэтому выбор был для него очевиден.

- Давай на твоей – ответил Кюри.

- Правильный выбор. Теперь мы точно сможем добраться до места без ДТП – сказал Анри – идём.

Конечно, Анри не подбирал слова, как и обычно. Поэтому часто его изречения могли звучать оскорбительно для других. Однако, беда была в том, что Анри так не считал, ведь для него это было справедливой правдой или шуткой. Только, к сожалению, не каждый мог определить, что именно прозвучало из уст полицейского-вампира.

Даниэль же предпочёл пропустить эти слова мимо ушей, так что через короткий промежуток времени они уже сидели в машине Анри. И вот внутри неё было видно, что хозяин заботится о ней как не всякая мамочка о ребёнке. Всё чуть ли не скрипело от чистоты, пыль можно было найти только в самых недоступных местах. Хотя, скорее всего, и там её было немного.

“М-да, вот она искренняя любовь к чистоте. Даже не знаю, может мне стоит разуться, чтобы не испачкать эти блестящие от чистоты коврики. Хотя, за все прожитые годы можно без проблем стать мастером в уборке” – сразу подумал Кюри.

Анри тем временем пристегнулся, запустил двигатель и включил двигатель.

- Ну, и куда мы держим путь? – спросил Даниэль.

- Не очень далеко от нас. Двенадцатый округ. Пробок быть не должно, так что доедем быстро – ответил ему Анри.

Навигатор тут же построил маршрут, Анри включил скорость. Однако машина продолжала стоять на месте.

- Анри, ну и чего мы стоим? – не выдержал Даниэль.

- Я жду, когда ты пристегнёшься – произнёс он.

- Ты серьёзно? Нам ехать до места всего лишь несколько минут, если на светофорах долго стоять не будем. Да и мы полицейской машине, в конце-то концов. Погнали уже.

Но вот на Анри подобный аргумент совершенно не подействовал, и он был намерен стоять до своём до самого конца.

- Я за свою жизнь успел попасть в тридцать девять ДТП. И почти всегда было так, что был не пристёгнут либо я, либо мой пассажир. И всё кончалось серьёзными травмами. Я даже один раз вылетел через лобовое стекло. И это было очень больно – сказал ему де Фано – так что лучше пристегнись. На всякий случай.

- А если я не захочу пристёгиваться?

- Ну, тогда мы будем просто стоять на месте и ждать от моря погоды – невозмутимо ответил Анри.

Даниэль решил, что вампир решил блефовать, чтобы добиться своего. И вот только сейчас он вспомнил о том, что вампиры могут ждать очень долго. Едва ли не вечно.

- Ай, ладно. Хрен с тобой. Уел – недовольно сказал Кюри и тут же пристегнулся – спасибо за заботу.

- Рад, что ты решил поступить разумно – отреагировал Анри – а теперь, поехали.

После этого он уже нажал на педаль газа, и машина плавно выехала со своего места и затем направилась к выезду. Всё правильно и чётко, прямо как в автошколе. В общем-то, Анри всегда так и ездил.

По городу всё было так же. Ни одного превышения скорости, пропуск каждой машины, без обгонов и плавные повороты. И даже если бы пришлось простоять на светофоре лишнее время. Это было томительно, но можно было спокойно поспать. На что и рассчитывал Даниэль. Однако же вот какая оказия. Случается, такое, что ты выжатый как Африка в 19-ом веке, и самый подходящий момент, чтобы поспать. А сон, зараза бесстыжая, никак не приходит. Что, ясное дело, нервировало Кюри. Особенно, смотря на Анри, который был как всегда невозмутим и молчалив. Но у Даниэля появился способ его разговорить.

- Эй, Анри.

- Слушаю тебя – сразу откликнулся он.

- А почему ты сегодня работаешь в одиночку? – спросил он – ты же вроде в этом месяце работаешь с Жаном.

- Верно. Однако сегодня Жан не смог выйти на работу. Он сейчас лежит в больнице.

Эта новость немного встревожила Даниэля, пускай на его лице этого и не было видно.

- Что с ним случилось вчера? – спросил Кюри.

- Ничего особенного. У него простое острое кишечное отравление – ответил ему де Фано и повернул руль налево – всё из-за того, что он позарился на дешёвую еду, которую продавали на шествии. И ближе к вечеру его скрутило. Хотя я его предупреждал, что еда там была не очень качественной.

- Дай угадаю, ты хотел добавить “прямо, как и тебя, Даниэль. Только вот ты меня послушал” – произнёс он – и к слову, о шествии. Как там всё прошло?

Первое сказанное им, Анри решил пропустить мимо ушей, как всегда, и сразу решил ответить на вопрос, связанный с шествием.

- В целом, прошло всё гладко. Были различные эксцессы. На подобии нескольких пьяниц, провокаторов и расистов, мы их быстро угомонили. Есть же у нас различные способы. Но целом всё было в порядке – ответил де Фано – про задержанных террористов нечего сказать не могу. Нам они не встретились. Хотя…

Слух Даниэля мгновенно ухватился за последнее слово.

- Кажется это “хотя” означает, что что-то интересное да было – произнёс он – так что я тебя очень внимательно слушаю.

Анри стало понятно, что ему не отвертеться. Да он и не собирался этого делать. Поэтому мгновенно воспроизвёл в своей голове события прошедшего дня.

- Это произошло примерно в половину четвёртого дня, когда шествие было в самом разгаре. А собралось несколько тысяч людей и вампиров. Конечно, не прошлый год, но всё равно много – начал он – я и Жан внимательно смотрели по сторонам. Мне уже в тот момент начало казаться, что всё пройдёт тихо и спокойно. Но тут Жан молчаливо ткнул меня локтем и указал на группу молодых ребят, которые стояли в переулке.

- И что же Жана в них привлекло?

- Я и сам у него сразу это спросил – продолжил Анри – он же в ответ сказал, что они ведут себя подозрительно и причём озираются на нас. Поэтому мы решили их проверить. И тут мы увидели, что они забеспокоились.

В этот момент он замолчал, уступая дорогу машине на перекрёстке.

- И что было дальше? Они попытались дать дёру? – спросил Даниэль.

- Именно это они и попытались сделать. Особенно, когда Жан приказал им стоять на месте – ответил де Фано – они уже собрались бежать, но очередное предупреждение и направленный пистолет творят чудеса. Дальше мы подошли к ним и увидели, что это подростки. И они были очень напуганы.

- Видать, они были напуганы не только из-за того, что на них ствол направили.

- Именно. Мы сразу же приказали им снять рюкзаки, расстегнуть их и показать нам что внутри – продолжил рассказывать де Фано – и тут же один из них начал чуть ли не во весь голос говорить о том, что наши действия незаконны. Да и к тому же, его мама очень серьёзная персона. На что Жан грубо ему ответил, что ему глубоко плевать на его мамашу-буржуа. После чего приказал ему немедленно открыть рюкзак, иначе ему придётся туго.

- Прямо в его стиле. Он же у нас социалист и не может терпеть того, когда кто-то пытается показать, что он важнее других – сказал Даниэль – особенно это усилилось, когда он прошлом году в СССР слетал.

- И тут дело не только в этом. Парень посчитал себя выше всех из-за того, что ему так говорила мама. Но я продолжу. Ребята, под нашими внимательными и настороженными взглядами, медленно и неуверенно расстегнули рюкзаки. И там кроме еды, газировки, камеры и прочего хлама, лежала ещё и бомба. Точнее, её макет – закончил он.

- Макет бомбы? – удивлённо спросил Кюри – на кой хрен она им понадобилась? Решили напугать толпу народа?

Анри тем временем уже подъехал к нужному многоэтажному дому, а навигатор вежливо сообщил: “вы прибыли на место”.

- Почти. Они решили устроить пранк, заснять это на камеру и выложить в интернет – ответил он – и ты, скорее всего, уже догадался, кто был главным в этом.

- Ага. Маменькин сыночек, тьфу. Она же во всяком случае сможет отмазать – мрачно произнёс Кюри – вот после этого и разделяешь социалистические взгляды Жана. Да я вообще просто падаю с них. Решили снять пранк, при этом даже не думая, что их могут пристрелить. Одно слово – дегенераты. Очень интересно узнать, что вы с ними сделали.

Водитель как раз выключил двигатель электрокара и отстегнул ремень безопасности.

- С его сообщниками – ничего. Решили просто отпустить, конечно, перед этим записав их персональные данные. А вот обнаглевшего и визжащего мажора мы так просто отпускать не были намерены. Мы его задержали, передали полицейским, а они его отправили в ближайшее отделение – ответил ему де Фано – эх, столько лет живу на этой планете, а подобной глупости ни разу не видел. Может и в самом деле каждое новое поколение тупее другого. Обратная эволюция.

После этого они вышли из авто, Анри и увидели, что на парковке стоит пара полицейских машин. Теперь их путь вёл к многоквартирному зданию. А вот Даниэль вновь задумался на тем, сколько же Анри на самом деле лет. Хоть тот и выглядел на тридцать лет, но ему могло быть на самом деле все триста лет. А может и три тысячи. Правду знал только сам вампир. Которую он никому так и не раскрывал.

- Знаешь, Анри. Ты так часто говоришь о том, что случилось за твою жизнь, а вот только свой настоящий возраст ты так и не раскрываешь – произнёс Даниэль – один вопрос, почему?

Тот же тем временем открыл дверь подъезда и оба полицейских вошли внутрь, направляясь к лифту. Анри же продолжал молчать.

- Или спрашивать возраст вампира так же неприлично, как у девушки? – спросил Кюри.

- Нет, конечно. В этом ничего неприличного нет – ответил Анри и нажал кнопку вызова лифта, двери перед ними открылись – нам на четвёртый этаж.

Сам он вошёл внутрь, а за ним зашёл и Даниэль, не дожидаясь приглашения. Он встал перед панелью выбора этажей.

- На четвёртый, так на четвёртый – пробурчал Кюри и нажал на нужный этаж, двери закрылись и лифт начал подниматься – ну, так что там про возраст?

- Начну издалека. Все вампиры делятся на две категории – начал говорить он – на маложивущих и долгоживущих. Знаешь в чём между ними разница?

Лифт остановился и двери его открылись, оба полицейских пошли по коридору. Нужная квартира была в конце коридора.

- Разница между ними заключается в возрасте? – предположил Кюри.

- Нет. Разница между ними заключается в том, что долгоживущие говорят о том, что им мало лет. А вот маложивущие наоборот, говорят, что им много лет – ответил он – почти каждый пытается солгать.

Даниэль тут же ухватился за сказанные слова, произнесённые Анри.

- И к какой же категории относишься ты? – спросил он у него.

- Я? Из всего есть исключения, я как раз отношусь к этой категории – парировал де Фано – да и вместо лжи, я предпочитаю молчать.

Он словно всегда был готов к подобному вопросу, хотя за прожитые им годы можно было подготовиться, что Анри и сделал. Однако Даниэля подобный ответ совершенно не удовлетворял.

- Это означает, что тебе есть чего терять. Или скрывать – произнёс он – и как после этого ты хочешь, чтобы я тебе доверял? Если мне даже неизвестно зовут ли тебя на самом деле Анри? И что ты прикажешь мне делать?

Тут он увидел, что они почти дошли до нужной квартиры, возле которой стояла пара полицейских. Лицо же Анри оставалось невозмутимым, хотя взгляд его слегка изменился. Могло показаться, что слова Даниэля его зацепили.

- Поверь, ты можешь мне доверять – ответил он – и меня на самом деле зовут Анри.

- Одной просьбы поверить мало – сказал ему Даниэль.

- Знаю – кивнул он – может я расскажу тебе больше. Но не сегодня. Прости.

Даниэль же хотел продолжить разговор, добиваясь своего. Но они уже подошли к полицейским, которые только и ожидали их. Это были мужчина и девушка, возможно стажёр. Кюри сразу решил, что будет молчать, вытащил из кармана рубашки очки и надел их. Не хватало, чтобы простые копы смотрели на синяки под его глазами.

- Добрый день, господа – поздоровался с ним Анри – я – инспектор Анри де Фано, а это мой напарник – инспектор Даниэль Кюри. Пятый отдел по расследованию вампирских преступлений – представился он.

- Добрый день. Юбер Орлоно – представился мужчина-полицейский.

- Луиза де Тирон – представились следом девушка – вы немного опоздали. Пробки?

“Ага, ясное дело, пробки. Не скажешь же им, что опоздали из-за того, что постоянно пропускали вперёд всяких водятлов” – подумал Кюри.

- Отчасти, просто дорога сюда не очень быстрая – ответил Анри.

- Вы-вампир? – спросил полицейский.

То, что он сразу об этом догадался не было удивительным. На сером кителе Анри, а именно на груди, была красная полоска. Которая обозначала сотрудника-вампира.

- Верно. Я-вампир. Это будет проблемой? – спросил он.

Обычные полицейские тут же переглянулись между собой. Было видно, что они чего-то опасались. Да и его напарник доверия не внушал.

- Ничего, ничего. Никаких проблем – быстро ответила Луиза – идите за нами.

Они вошли внутрь квартиры. Даниэль же вместе с Анри начали надевать перчатки на руки. Но вот Кюри было интересно узнать, как де Фано отнёсся к реакции на него обычных полицейских. Пускай они уже и работали вместе, но вот с обычными полицейскими ни разу.

- Анри…

- Знаю, что ты хочешь спросить – опередил он его – не волнуйся. Человеческая кровь не представляет для меня интереса.

- Спасибо, что успокоил. Однако мне хотелось услышать твоё отношение на реакцию этой парочки полицейских.

Анри надел перчатки и посмотрел на своего напарника.

- Я – вампир, Даниэль. На девять миллиардов людей приходится в лучшем случае полтора вампиров – начал говорить он – я живу в квартире многоэтажного дома, где проживает только семь вампиров, не считая меня. Я привык к тому, что люди смотрят на меня с подозрением. А порой и с опаской. Неизвестное пугает. Но время всё исправит. А теперь вернёмся к нашей работе. Идём.

Он первым вошёл в квартиру, а вот Даниэль не сразу последовал за ним. Он понял, что его слова заставили слегка кровоточить старые раны Анри.

“Вот тебе и хладнокровие. Мне не понять его. Ведь вампиры столько боролись за то, чтобы спокойно жить среди людей. А в результате им не доверяют и постоянно ждут кровавой подлянки. И вот “Альмаграмма” есть результат этого” – подумал Кюри.

Он покачал головой и вошёл в квартиру. Пройдя мимо шкафа с одеждой, перед ними были два пути. Один вёл на кухню, второй в спальню. Именно во второй и было место происшествия. Там уже были те двое полицейских, а также и ещё парочка их коллег.

- А вот и наши коллеги из отдела по расследования вампирских преступлений. Приветствую – поздоровался один из полицейских, возрастом около сорока лет – капитан Люк Реше.

Не смотря на некоторый презрительный тон голоса, он протянул руку. Которую Анри незамедлительно пожал.

- Инспектор Анри де Фано – ответил он и повернулся к Даниэлю – это мой напарник Даниэль Кюри. Если с знакомством закончено, то давайте перейдём к делу. Что тут у нас?

Реше сразу указал на труп, который лежал на полу в луже своей собственной крови.

- Думаю, вы его знаете. Это Франсуа Корон – сказал он.

- А с чего ты решил, что мы должны знать этого мужика? – тут же спросил Даниэль – лично я нигде его до этого не видел.

Остальные полицейские переглянулись, недоумевая от его реакции. Ведь он же должен был его знать, как они считали.

- Серьёзно? Ты разве телевизор не смотришь? – спросил у него капитан Реше, пропустив мимо ушей то, как он к нему обратился.

- Я его предпочитаю слушать. Так в чём дело то? Он известный актёр или ведущий?

- Ни то, ни другое. Он известен тем, что два дня назад его пригласили на телевидение, чтобы записать с ним интервью – ответил Анри – и интервью получилось довольно скандальным.

- Ничего себе, скандальное интервью. Да чёртов ведущий специально подстрекал его. Ну и Корон ему жёстко ответил, сказав, что он не видит разницы между людьми и вампирами, а если ведущий так не считает, то пускай скажет это открыто – добавил капитан Реше – и ещё он сказал, что мир можно изменить. Всё в наших руках. После чего резко покинул студию. В общем, нормальный был человек.

- Земля ему пухом, раз он был нормальным человеком – сказал Даниэль – только теперь давайте перейдём к нашей работе.

С ним все были полностью согласны, а сам Кюри сделал заметку в памяти, что нужно будет глянуть это интервью.

- Как я уже и сказал, что перед нами Франсуа Корон, тридцать девять лет – начал капитан Реше – причина смерти – рваная рана на горле. Мы подозревали о том, что убийцей является вампир.

- А откуда вы узнали о его гибели? – спросил у него Анри – и кто вас вызвал?

- Консьерж нас вызвал. Опережу ваш вопрос о том, как он узнал о смерти Корона, отвечу. Корон сам предупредил о том, что к ему должны доставить новую плиту. Поэтому попросил консьержа предупредить его об этом. И вот когда плита была доставлена, консьерж попытался позвонить Корону, но ничего не вышло. Поэтому он поднялся к нему и принялся барабанить по двери. Не получив результата и заподозрив неладное, он вызвал нас.

- И отчего же он заподозрил что-то неладное? Почему он был уверен в том, что Корон внутри? – спросил Кюри.

- Он бы обязательно заметил, что Корон покинул здание. На входе стоит камера наблюдения, поэтому никто не может выйти, чтобы его не заметили – ответил ему Анри.

Реше молча кивнул, как и Даниэль, любопытство которого было временно удовлетворено. До следующего момента, когда появится возможность что-то спросить.

- Капитан, вы сказали, что подозревали в убийстве вампира. Что изменилось? – спросил у него де Фано.

- Верно. Причина в том, что мы нашли под кроватью – он подошёл к комоду и взял с него пакет с содержимым – вот это.

В пакете лежало, что похожее на крюк, только двойной. Окончаниями крюков и были нанесена рана. И всё это действительно совпадало с тем, как убивают вампиры.

- Но несмотря на это, вы всё равно вызвали нас – заметил Даниэль – с чего бы это?

- Мы вызвали вас до того, как смогли найти это орудие убийства – ответил он – а до её находки всё было похоже на убийство, совершённое вампиром.

- Однако, теперь, прибыв на место происшествия, мы не может так просто уехать – сказал Анри, который присел рядом с трупом – мы должны проверить всё и убедиться в том, что это преступление не относится к нам. Это на займёт много времени… хм, кажется я нашёл следы, которые вы упустили.

В этот момент Кюри заметил, что остальные полицейские слегка напряглись. Конечно же они мало того, что не ожидали приезда подобных “коллег”, так теперь ещё один из них, будучи вампиром, разглядывал труп поближе.

- Неужели? И где же? – с интересом спросил Реше.

- Подойдите ближе, капитан, и присмотритесь к самому началу раны – сказал ему Анри, указывая пальцем.

Капитан Реше присел рядом с ним, присматриваясь к началу раны. Даниэль же предпочёл осмотреть комнату, перед этим бросив краткий взгляд на простых полицейских, которые стояли в проходе.

“Судьба та ещё жестокая проказница. Не раскрой вампиры себя миру, то был бы я таким же полицейским, как эти ребята. Выполнял бы рутинную работу, и жил такой же жизнью. И возможно даже, что… хрен с ним. От этих мыслей только тошно становится” – подумал он.

Реше тем временем внимательно всматривался в рану, пытаясь найти то, что нашёл де Фано. От самого вида раны ему было не по себе. Но ещё больше беспокойства добавляло то, что рядом с ним вампир, который так же внимательно смотрит на окровавленную рану.

- Не беспокойтесь, капитан Реше. Я уже сыт – произнёс Анри – вернёмся лучше к ране.

- Хорошо. А что с раной?

- А вы не увидели? Обратите внимание на орудие убийства. А точнее на шипы. Они должны были оставить рваное начало раны. Теперь же посмотрите на саму рану – он перевёл внимание на рану – здесь начала округлённые и гладкие. Не похоже, чтобы удар был нанесён тем средством убийства, который был найден. Вы догадываетесь к чему я веду?

- Это следы могли оставить только клыки. Вероятнее всего, вампира. А крюк всего лишь отвлекающий манёвр – предположил Реше.

- И теперь это преступление уже переходит под контроль нашего отдела – заключил Анри – вы можете быть свободны.

Капитан Реше покачал головой, но спорить и не собирался. Пускай это преступление расследуют те, кто в них разбирается.

- Тогда, желаю вам удачи – согласился он и встав, обернулся к своим подчинённым – мы здесь уже не требуемся. Пошли.

Полицейские начали покидать квартиру. И когда их шаги были уже далеко Даниэль снял очки и присел радом с Анри, взяв в руку пакет с орудием убийства.

- Знаешь, Анри. Я, конечно, не сомневаюсь в твоих знаниях в сфере изысканных убийств вампирами – начал он, рассматривая крюк – но ты точно уверен в том, что сказал Реше?

- Если бы я хотел выпить кровь из человека. То кусал бы именно в это место. Как и любой другой опытны вампир – спокойно ответил он – и опять же, здесь видны следы. Это сделал вампир, а этот крюк оставили как отвлечение и всё.

- Ясно, теперь нам предстоит искать вампира – заключил Кюри – однако искать его будет крайне затруднительно.

- Не согласен с тобой, Даниэль. Для начала вызовем группу специалистов, пусть они заберут тело и иные улики – ответил Анри и встал – а пока они едут сюда, мы опечатаем квартиру и попытаемся найти подозреваемого вампира.

С этим Даниэль был полностью согласен, только вот у него возникли серьёзные вопросы, касающиеся поиска подозреваемого. И на этот вопрос Кюри хотел бы услышать ответ от Анри.

- И как же ты предлагаешь нам выискивать этого подозреваемого? В этом доме десятки квартир и ещё не факт, что в части из них сейчас кто-то есть. Стучаться в каждую что ли предлагаешь?

- Понимаю к чему ты ведёшь. Однако сейчас 2037-ой год. Можно связаться с нашим информационным центром. Они как раз проверят указанный дом и скажут, кто и в какой квартире живёт. Дальше мы спустимся к консьержу и проверим по камере, кто сегодня покидал здание – ответил ему Анри – так что выбирай.

- Чего выбирать?

- Будешь звонить и вызывать специалистов? Либо звони в информационный центр.

Даниэль недовольно выдохнул и достал из кармана телефон.

- Я вызову группу – ответил он, выбирая нужный контакт.

- Отлично. Тогда на мне информационный отдел.

После чего оба начали звонить в нужные места. Закончив звонки, они покинули квартиру, предварительно опечатав. Информационный центр не заставил себя ждать с ответом. Им были сброшены имена всех жильцов. Далее он направились с этим списком к консьержу, где они выяснили, кто из жильцов-вампиров не покидал в этот день здание.

Так что через полчаса они уже двигались к двери определённой квартиры, которая находилась на третьем этаже.

- Вот он век продвинутых технологий, когда от всего мира уже почти невозможно скрыться – восхищённо произнёс Анри – зато теперь полиции куда проще работать.

- Ты уже третий год к ряду так восхищаешься от всего, словно только вчера родился – сказал Даниэль, надевая очки, которые должны были скрыть синяки под глазами – не думаешь, что пора бы и привыкнуть?

- Я уже давно привык. Однако нужно восхищаться новым технологиям.

- Пока они не устарели и не канули в лету, следом за предыдущими достижениями – предположил Кюри – или пока они ещё происходят?

- Абсолютно верно. Я про оба твоих варианта – ответил де Фано – ты даже не представляешь, как мир был поражён изобретениям Томаса Эдисона. Лично я был очень впечатлён.

- Эдисона? – удивился Даниэль – чёрт. Да сколько же тебе лет?

И тут Анри, в своей стандартной манере, начал скрывать свой возраст. Однако не банальным молчанием, как обычно. Всё дело в том, что они уже подошли к нужной квартире и тут уже было не до разговоров.

- А вот и квартира “67”. Проживающий - Флавио Турченко – произнёс Анри – как нам известно, он единственный вампир, который сегодня не покидал дом.

- Флавио Турченко? Это какой-то итальянец с украинскими корнями что ли? – удивился Даниэль – а что там ещё про него известно?

Анри внимательно смотрел в телефон, где была вся известная информация об определённой личности.

- До этого у него правонарушений не было. Работает официантом в ресторане “Его величество” – ответил он – кажется, тут у нас законопослушный гражданин.

- Как для законопослушного гражданина у него не хватает хотя бы одного развода. А так, всё выглядит ну слишком чистом, что даже не верится – отреагировал Кюри – ну, ладно. Давай стучаться, уступаю старшему.

- Благодарю.

“Опять никаких эмоций. Блин, хотя бы на хрен послал. Нет, только вежливый ответ. Хотя, если вспомнить сколько он прожил на этом не очень белом свете. То он точно пережил ни один десяток подобных мне остряков. И не меньше переживёт” – подумал он.

Анри тем временем пальцем нажал на кнопку звонка. Хоть что-то и остаётся неизменённым. Однако им пришлось подождать пару минут, прежде чем они услышали некоторое движение за дверью. И ещё через минуту она перед ними открылась. В проёме перед ними стоял чернокожий мужчина в белой рубашке и чёрных брюках, словно только сейчас и собирался выйти на работу.

“Ну, вообще охренеть. Итальянское имя, украинская фамилия и чёрная кожа. Хотелось бы мне посмотреть на его очень пёструю родословную” – подумал Кюри.

Разговорную часть он решил в очередной раз отдать Анри. Да и тот был только “за”.

- Добрый день. Надеюсь, мы вас не побеспокоили – произнёс он в вежливом тоне.

- Здравствуйте. Нет… нет. Я не был занят – немного дёргано ответил Турченко – я как раз собирался на работу. Вам что-то нужно?

- Пожалуйста, не волнуйтесь. Мы из отдела по расследованию вампирских преступлений. Меня зовут Анри де Фано, а это мой напарник Даниэль Кюри – представился он, показывая удостоверение.

Глаза Турченко мгновенно расширились после того как он узнал, кто именно постучался в его дверь. Особенно учитывая кем он сам был.

- Отдел РВП? Но я… ничего не совершал противозаконного – пробурчал он себе под нос.

- Мы здесь не из-за этого. Этажом выше был убит жилец этого дома, Франсуа Корон – сказал ему Анри – его убийство совершил вампир.

- И вы хотите обвинить в этом меня?

- Ни в коем случае, месье Турченко. Мы здесь лишь для того, чтобы задать вам несколько вопросов – ответил де Фано – хорошо?

- Хорошо, хорошо. Но я боюсь, что мало чем смогу вам помочь. Меня сейчас срочно вызывают на работу – дёргано ответил он – а мне нужна эта работа и босс не любит, когда мы опаздываем. Иначе увольнение. А мне нужно оплачивать проживание в квартире. Простите.

Анри в ответ решил промолчать, так как не мог запретить вампиру зарабатывать себе на жизнь. Да и заставить отвечать на свои вопросы он права не имел. Это был не допрос. Для полной картины ему оставалось только развести руками. Но вот Даниэлю нашлось чего сказать.

- Не волнуйтесь, мы всё понимаем. Но вот скажите, месье Турченко. Вы точно работаете в ресторане “Его величество”? – спросил у него он.

- Да. Я работаю в ресторане “Его величество” – более спокойно ответил он – это всё?

- Это всё. Могу сказать, что в этом месте отличные раки, дерьмовое пиво и высокие цены – сказал Даниэль – и ещё. Это заведение работает только по вечерам. И вот на кой хрен там срочно понадобился официант в дневное время, мне не очень понятно. Может вы мне скажите?

После услышанного глаза Турченко ещё больше принялись бегать, осознавая то, что он попал по-крупному. Анри же подозрительно пригляделся к нему и принюхался.

- От вас пахнет кровью, месье Турченко – заметил он – вы принимали её недавно?

- Да, да. Недавно, только полчаса назад – выдавил он из себя.

Голос его дрожал, словно его уже ждёт приговор и лишь любое слово могло бы всё переменить. Но вот чёртовы нервы начали его сильно подводить. Что довольно сильно волновало и Даниэля. Поэтому его рука лежала на рукояти пистолета. Анри же оставался хладнокровным, но взгляд его был очень подозрительным.

- Почему вы нервничаете? – спросил он – мы всего лишь хотим задать несколько вопросов, а вы уже буквально хотите убежать от нас. С вами всё в порядке?

- Да – кивнул Турченко – я в порядке. В полном порядке. Просто немного нервничаю.

Однако была проблема в том, что его “немного” выглядело и звучало как “чрезвычайно много”. Как бы он не пытался это скрыть.

- Хорошо, тогда вы не будете против, если мы осмотрим вашу квартиру – сказал Анри.

- Не думаю, что это необходимо. У меня чудовищный бардак – сразу отреагировал он.

- Нам нет дела до вашего бардака. Нам нужно только быстро осмотреть её. Я настаиваю.

Анри чуть двинулся вперёд. И тут же Турченко воспользовался рукой, которая была скрыта за дверью. Как оказалось, не просто так. В ней был нож. Которым сразу нанёс порез на груди Анри, а после вонзил его по самую рукоять в ключицу полицейского. Даниэль тут же выхватил пистолет и направил его на Турченко. Который увидев его, со всей силы толкнул Анри, который сбил Кюри с ног. После чего дверь захлопнулась.

- Вот же сука! – прорычал Даниэль, сбросив очки с лица – Анри, ты ранен…

- Раны не смертельные. Всего лишь один порез и нож в ключице – ответил он и начал вынимать нож – давай за ним. Не дай ему уйти. Я тебя догоню.

Кюри кивнул, быстро поднялся на ноги, выстрелил в замок и со всей силы выбил дверь ногой. Дверь с треском открылась и полицейский сразу ворвался внутрь, держа перед собой пистолет.

“Ну и где ты, гнида многонациональная? Я прямо так и знал, что этот хмырь чего-нибудь да учудит. Да я просто чёртова Ванга” – быстро подумал он.

Слух Даниэля уловил шум, который шёл из кухни. Он быстро направился туда. Войдя в неё, он увидел стоящего посередине неё Турченко.

- Стоять на месте! Иначе замочу на хрен! – рявкнул Кюри.

Однако тот вместо того, чтобы покорно выполнить требование, тут же побежал к окну. Даниэль пару раз выстрелил в него, обе пули попали в его спину. Однако это не помешало Турченко выпрыгнуть в окно.

“Надеюсь, ты разбился, гад” – пронесло в голове Кюри.

Он подбежал к окну и увидел не то, чего ему хотелось. Оказалось, что Турченко прыгнул в окно не от того, что осознал своё отчаянное положение. Он смог допрыгнуть до стены соседнего здания, которое стояло близко. А на её стене была пожарная лестница, по которой и спускался Турченко.

- Падла хитрожопая! – выругался Даниэль и со злости ударил ногой по столу – ну, ладно. Ты от меня не уйдёшь.

После чего убрал пистолет в кобуру, отошёл к началу кухни и приготовился. Однако тут в его голову начали лезть иные мысли.

“Да, это опасно и возможно я погибну. Но так ли это плохо для в меня, в моём-то положении? Да нет, конечно. Теперь я точно делать, что взбредёт в мою голову. Хуже уже точно не будет” – подумал он.

И тут же сорвался с места и что есть силы оттолкнулся от подоконника. На мгновение он решил, что именно ему предстоит разбиться насмерть, подобно любому самоубийце. И тут его руки вцепились не в лестницу. А в плечи Турченко.

- Отвали от меня, чёртов коп! – прокричал он.

- А хрен тебе на блюде, урод – сказал в ответ Кюри – ты пойдёшь со мной. Живым или мёртвым.

- Недоумок, мы же сейчас вместе полетим вниз…

- Вот теперь тебе стоит очень сильно нервничать – ответил Даниэль.

После чего со всей силы рванул руками вниз и Турченко не смог удержаться за лестницу. И оба полетели вниз. Проведя несколько секунд в падении оба приземлились. Турченко на асфальт, а вот Даниэль встретился с пластиковой крышкой мусорного бака. А после свалился с него. Всё тело ныло болью, но переломов вроде не было. Он посмотрел на Турченко. Который лежал рядом с ним.

- Вот так и лежи – прошептал Даниэль, поднимаясь на ноги.

- Рано радуешься.

Турченко оказался жив и начал поднимать на свои ноги. Даниэль резко вскочил и достал из кобуры пистолет. Но вампир быстро выбил его. Затем ударил полицейского по лицу и в бок. В мозг тут же пришёл сигнал о режущей боли. Ткань рубашки начала краснеть.

“Твою мать. Долбанные швы” – подумал он.

Даниэль сразу опёрся о бак, чтобы выстоять на ногах. Турченко уже обрадовался тому, что ему уже удалось выбраться с ситуации.

Но в этот момент он резко обернулся, избегая нападения Анри и лишив его шокера, которым он собирался обезвредить преступника. Теперь ему было нужно воспользоваться навыками рукопашного боя.

Даниэль же пытался набрать больше воздуха, терпя боль. Он чувствовал, как кровь небольшой струйкой текла по штанине. Анри же тем временем осознал, что победить в этой схватке ему никак не выйти. Его соперник был абсолютно сытым, а значит намного сильнее. Так что он уже избивал полицейского.

“Тварь. Нахлебался крови и теперь пошёл на всю. Зато теперь можно тебя спокойно прикончить” – подумал Даниэль.

И тут он заметил свой пистолет. Его глаза заблестели, и он направился к нему. Требовалось сделать три шага, но каждый из них отдавался невыносимой болью. Но пистолет тем не менее оказался в его руке. Кюри направил его в спину вампира и нажал на курок. Пуля попала в спину. И это заставило Турченко снова вернуться к Кюри.

- Что, хочешь умереть первым? – спросил он – я не против. Как уже проголодался.

Он направился в его сторону, и Даниэль начал целиться в его голову. Однако руки тряслись и не желали подчиняться. Последовавшие шесть выстрелов либо не попали, либо не причинили особого вреда.

- Тварь – прошипел Даниэль.

В отчаянии он бросил пистолет в него, а тот увернулся и продолжил направляться к нему. Кюри схватил ржавую трубу и замахнулся ей на вампира. Но тот схватил её, отобрал и прописал кулаком по лицу полицейского. Он упёрся спиной в бак.

- Самое время для аперитива – сказал Турченко.

Он схватил Даниэля за грудки и потянулся клыками к его шее. Полицейский что есть силы начал останавливать его. И его единственная надежда была подобна тому, кто хотел его смерти.

- Анри! Анри, чёрт тебя подери! – прокричал Даниэль – пристрели его! Скорее!

Однако от него не последовало ответа. А вот оголодавший вампир продолжал продавливать сопротивление Даниэля, подобно гидравлическому прессу.

- Анри! Спасай! – выкрикнул Кюри.

Клыки вампира уже коснулись шеи Даниэля и тот успел испугаться. Но в этот момент в голову вампира ударил заряд шокера и тот упал на асфальт. Даниэль наконец-то смог вздохнуть и увидеть, как довольно потрёпанный Анри застёгивает наручники на Турченко.

“Вот же урод. Мог же его пристрелить сразу. Но протянул чтобы найти шокер, чтобы потом шарахнуть его им. А я из-за этого уже успел с жизнью попрощаться” – подумал Даниэль.

Всё это его сильно разозлило, и он пошёл прочь из этого переулка, выход из него как раз был в паре метров. По пути он что-то нащупал в кармане брюк. Запустив него руку, он вытащил из него пачку сигарет. Открыв её, он увидел, что в неё только одна сигарета и зажигалка.

“Что же, уже почти полтора года прошло с того момента как я завязал с куревом. Помню, как всё началось с такой же сигареты. Эх, а обещал себе больше не возвращаться к ним. Но сегодня можно. Как никак, едва не погиб” – подумал он.

После чего достал сигарету, зажал её зубами и поджёг с помощью зажигалки. По его лёгким прошли знакомые и забытые ощущения. Только удовольствия он совершенно не испытывал и стресс никуда не пропадал. Мимо него проехали несколько машин. И так он не заметил, как к нему подошёл Анри.

- Мне казалось, ты с ними завязал полтора года назад – произнёс он – что же изменилось?

- Ну в целом, ничего. Кроме того, что меня чуть не загрыз чёртов кровопийца – огрызнулся Даниэль.

- Я слышу недовольство в твоём голосе – подметил Анри – и кажется, оно направлено на меня.

- Да неужели. Охренеть ты догадливый – громко сказал Кюри – ведь именно из-за тебя меня чуть не осушили, как чёртов стакан.

- Но я же всё равно тебя спас…

- Потратив время на то, чтобы найти шокер и ударив им этого гада. Вместо того, чтобы вышибить ему мозги к чертям собачьим!

- Он нам нужен для расследования…

- Какого? Чего? Это он убил того мужика, это и сразу понятно. А уж после его нападения на нас, мы получили полное право его замочить – сказал Даниэль – а ты вместо этого его задерживаешь. Едва не дав ему убить меня. Или это всё из-за того, что он вампир, как и ты. Скорее всего. Будь на его месте человек, ты бы не помедлил. Сразу бы отправил его к праотцам.

После сказанного он сделал глубокую затяжку. Анри же намного изменился в лице. Оно по-прежнему был спокоен, только добавились небольшие нотки возмущённости.

- Ты озлоблен, Даниэль. И не прерывай меня – произнёс он – я тебя слушал, теперь твоё черёд. Я вижу, как ты озлоблен и уже давно. С того момента как Жанна погибла. Ты на всех смотришь со злобой и обвинением. Словно все виноваты в этом и не испытывают никакой горечи. Ошибаешься, друг мой. Мы все горевали, в том числе я. Но подумай, кто на самом деле в этом виноват. Это не шеф, который отправил вас. Не вампиры. Даже не “Альмаграмма”. И ты сам это осознаёшь, но не хочешь признавать. А вместо этого пышешь злостью. Даже сейчас. Тебя никто не просил прыгать за Турченко в окно. Мы бы его всё равно поймали. Но твоя злость не позволяет тебе этого признать. Вместо этого, она заставляет тебя винить меня. Мой тебе совет, Даниэль. Укроти свою злость, пока не стало слишком поздно.

После этого он пошёл обратно к задержанному вампиру. Даниэль же продолжил стоять и докуривать сигарету.

- И насчёт того, что я не убил Турченко из-за того, что он вампир, как и я – произнёс де Фано – я много лет боролся с подобным кровопийцами и убил их немало. И его я мог прикончить без промедления.

Даниэль тут же вспомнил про “отрешённых”, которые и существовали до раскрытия вампиров. Однако Анри даже не упоминал о том, что был одним из них.

- И что же сейчас для тебя изменилось?

- Много чего. Теперь я не “отрешённый”, а полицейский. И убиваю только тогда, когда ничего другого не остаётся – ответил он – ты обратно со мной?

Тем временем Кюри докурил сигарету и бросил её в урну, куда до этого отправилась и опустевшая пачка.

- Да нет. Мне надо бы в больницу съездить. Доберусь на такси – ответил он – слушай, Анри. Сколько же тебе на самом деле лет?

- Много, но недостаточно. И вот, ты оставил их в коридоре.

Он протянул ему его очки, которые Кюри сразу убрал в карман. И дальше не стал у него уточнять, помня о том, что маложивущие вампиры могут солгать.

- Ну, ладно – пробурчал он.

После чего достал из кармана телефон, в котором начал искать номер такси, которое могло довезти его до больницы. А дальше по ситуации.