Человек-Паук: Больше никакой паутины

Страшная гроза шла по Нью-Йорку, по линзам очков одного неприметного юноши текли капли дождя, одна за другой. Это был наш старый знакомый Питер Паркер, время от времени он протирал линзы, а в голове усердно думал о чем-то своем. Так и крутилась мысль: «Небось весь рюкзак промок. Про костюм вообще молчу». Он бесцельно бродил по родному Куинсу, все никак не мог принять решение. Очень хотелось спать, тело обмякло, каждое движение давалось нехотя, еще и весь продрог. Дождь становился только сильнее, вода с волос затекала Питеру прямо в уши, поражала холодом и щекотала.

Паркер встал как вкопанный. Внимание привлек темный переулок. В этой тьме проглядывался образ мусорного бака. Рюкзак будто бы стал еще тяжелее. Гром пронзил сознание и прогнал все отягчающие мысли. Сомневаясь и менжуясь, Питер вошел в темный переулок. Змейка рюкзака невольно расстегнулась. Костюм Человека-Паука оказался в мусорке.

Он снял очки. Через мутные пятна Питер вгляделся в линзы паучьего костюма. Юный Паркер вспомнил, как он покупал материалы в хозяйственных магазинах, крал по наивности нитки какие-то и ткани у тетушки Мэй, все измерял что-то, переделывал. Ностальгировать помешала старая добрая боль в спине, резкая и быстрая как вспышка молнии, боль в голове не желала проходить, спать все также хотелось неимоверно. Результат изнурительных нескончаемых битв. Питер надел очки обратно, накинул рюкзак за спину и про себя подумал: «Все. Решено».

Он отказался от одной великой ответственности и взялся за другую. Теперь Питер заботится о своей жизни, несет ответственность за себя и свои поступки. Человек-Паук мог бороться за всех, а за себя никогда. Больше такого не будет. Питер Паркер не менее важен. Он вышел из темного переулка, а костюм Человека-Паука остался там, среди прочего мусора.

В ту же ночь на Питера напали. Суперсил больше не было, пришлось положиться на себя. Паркер отбивался как мог, но, когда ствол пистолета уставился ему промеж глаз, стало понятно, что дальнейшее сопротивление просто глупо и ничего никому не докажет, он молча позволил себя обокрасть. С фингалом под глазом и с разбитыми очками, Питер наконец вернулся домой к тетушке, успокоил ее и тихо-мирно лег спать.

1 месяц спустя

Еще одно чУдное утро. Питер потянулся, лучи солнца приятно щипали глаза. Была зима, дружелюбный домосед, окинув взглядом вид из окна, наслаждался пейзажем родных закоулков, осыпанных нежным чистым снегом.

На тумбочке лежала какая-то коробочка, обернутая в сине-красную ленточку. А рядом с коробочкой открытка. Она гласила:

«Питер, я знаю, ты говорил, что сам себе их купишь, но в том-то и дело, ты уже такой взрослый! Позволь о тебе хотя бы чуть-чуть позаботиться. С любовью»

Тетушка Мэй

Раньше Питеру было стыдно и щемило в груди от ребенка внутри себя. Сейчас же он просто улыбнулся и лишний раз убедился, как же ему повезло с тетей.

Первым делом человек-человек умылся. Недавно он начал заниматься спортом самостоятельно, даже пару гирей и гантелей у соседа одолжил, настолько парень был серьезен в своих намерениях, представляете? Спустя месяц кривляний, тяжелых вздохов и трижды избежав возможности заработать грыжу, какую-никакую форму удалось набрать. В отражении был не красавчик, но мужчина с перспективой. Было чем гордиться. И фингал почти прошел. Помывшись, одевшись, отражением насладившись, Питер спустился на первый этаж на кухню, обнял тетушку и поблагодарил ее за новые очки.

За завтраком Паркер думал, чего такого значительного он сделал за этот месяц. На самом деле, тоже есть чем гордиться.

Учиться он стал лучше, преподаватели хвалят, и работы пишутся без особых помех. На работе ворчун Джеймисон все также недоплачивает, но он стал замечать другие работы Паркера, помимо фото Человека-Паука (запас картинок с Пауком закончился еще полмесяца назад. Старику Джеймисону приходилось по новой использовать фотографии, которые уже были на первой полосе. Сейчас новости о пауке даже на второй странице не располагаются, где-то крохотной заметкой там указаны. Чтобы бедолага Джей Джона не кряхтел, а статьи о Человеке-Пауке он любил. Было в них что-то исключительное, ради чего можно не спать ночами). С коллегами общение тоже наладилось. И сейчас бегать приходится, но раньше вообще остановиться нельзя было. А сейчас можно на момент замедлиться, попить кофейку, обсудить то се.

Завтрак кончился. Вечером Питера ждет встреча с Гарри Осборном. Раньше они были лучшими друзьями, но после того, как Гарри посчитал, что Человек-Паук убил его отца, а Питер, якобы его приближенный, не хочет говорить своему другу, где ползучий гад находится, возникло, скажем так, непонимание.

Но вчера Питер все-таки решился позвонить другу детства, предложил ему выпить, поболтать.После нескольких секунд молчания, Гарри промычал свое пресное: «Давай». Обсудить будет много чего, а до тех пор, Питера ждет первая за долгое время свободная суббота. Он гулял, валялся на кровати и ни о чем толком не думал. Было хорошо.

Вечером

Питер и Гарри встретились у бара. Люди безразлично мелькали между собой, сотни машин теснились между собой, озаряли светом фар улицы большого и безумного вечереющего Нью-Йорка. Снег засыпал двух друзей, застывших посреди улицы при виде друг друга. Давно они, однако, не виделись. Пожав руки и недоверчиво улыбнувшись, несчастные зашли в бар.

Пару бокалов пива спустя

Воцарившись у барной стойки, освежившись нежнейшим светлым пивом, Питер и Гарри с остервенением…Не знали о чем говорить. На фоне играла песня группы N.E.R.D «Maybe». Она хоть как-то утешала Питера, а Гарри эта музыка ни о чем не говорила. Какой бы хорошей песня не была, а диалог она не заменит. Чаще всего. Это тот самый случай. Паркер и Осборн изредка переглядывались, без всякого страха, но и без особого рвения, слова находились с трудом, выговаривались без особого желания. Продолжаться так долго не могло и убийственное молчание окончательно настигло.

Недоверие, опаска и страх сказать что-то лишнее приводили в оцепенение, хотя оба активно пытались из него выбраться. Не может же такая дружба закончиться вот так.

Тогда Питер про себя глубоко вдохнул, выдохнул, глотнул вкусного пива.

-А помнишь как…- Питер начал осторожно. – Еще в школе, когда совсем мелкие были, ты тогда еще с прической зализанной ходил, Элвисом себя называл.

Питер пытался посмеяться, поглядывал на Гарри, но тот сидел молча с абсолютно каменным лицом. И внимательно слушал.

-И я тогда случайно задел Флэша плечом. Он меня в тот же момент за грудки схватил и к шкафчикам как приложил. Я тогда земли под ногами не почувствовал. Помнишь его вот это: «Вижу, Паркер, у тебя со зрением совсем худо, сейчас я тебе его исправлю парой коронных». – Питер изобразил безмозглую макаку, придав баса в голосе. Гарри молчал. – В тот же момент, вот будто из неоткуда, появился ты, подошел к Флэшу, абсолютно спокоен и уверен в себе, не смотря на то, что он выше тебя был на голову. Помнишь ту твою легендарную ответочку: «Не помню, чтобы лысым гориллам докторскую лицензию выдавали».

Гарри разразился добрым освобождающим смехом, ему было смешно с нелепости тех его слов. Он также с удовольствием глотнул пива, с искренней радостью посмотрел Питеру в его четыре глаза.

-Да, помню, отметелил он нас тогда будь здоров. Неделю с фингалами гуляли.

-У тебя под левым.

-А у тебя под правым.

Друзья вновь не сдержали смеха.

-…Потом отец обо всем узнал, и Флэш до средней школы боялся мимо меня проходить. – тихо промямлил Гарри.

-Меня же Флэш еще сильней мутузить начал. Только когда ты в поле зрения появлялся, он меня в покое оставлял.

И снова оно. Никакой пьяный галдеж людей на фоне не мог его заполнить.

-Питер.

-…

-Ответь мне честно, если бы ты знал где сейчас Человек-Паук, ты бы мне сказал?

Волосы на руках Питера встали дыбом, сердце колотилось быстрее, слух стал более резким, зрение четче. Раньше так проявлялось его паучье чутье. И все это сработало снова. Но лишь на секунду. Питер взял себя в руки, сейчас или никогда.

-Нет, Гарри. Не сказал бы.

А музыка мирно продолжала играть.

Питер очень аккуратно посмотрел в сторону своего некогда друга. На лицо Осборна младшего было ужасно смотреть. В нем начали угадываться черты отца, сильнее чем обычно. Он о чем-то очень напряженно думал. Бармен заметил со стороны некую неприязнь, перерастающую во что-то неприемлемое, он готовился звонить копам.

Из уст Осборна прозвучало:

-Как думаешь, что с ним сейчас? Чем занимается? Почему его больше нет?

-Человека-Паука? – очень робко.

Осборн посмаковал пиво.

-Да, Пит, его самого.

Питер пытался найтись. И нашелся.

-Не знаю, Гарри. Видимо он пришел к выводу, что…Каждый должен спасать себя сам.

Осборн резко обернулся, посмотрел Питеру прямо в глаза. Паркер снова оказался абсолютно растерян, он не понимал что происходит. Еще пару секунд мучая Питера этим взглядом, Гарри разошелся в той самой улыбке, которую Питер запомнил еще при самой первой их встрече. Гарри положил другу руку на плечи, прижал к себе по-отцовски.

-Налейте нам еще, пожалуйста! – праздно ознаменовал Гарри. С плеч этого несчастного юноши наконец свалилась тяжкая ноша.

Ему не было так хорошо с тех пор, как Человек-Паук принес в его дом бездыханное тело отца. А все потому, что его близкий друг, друг детства черт возьми, впервые за долгое время ответил ему честно, хоть и больно.

-Спасибо, Пит, спасибо… - Гарри глотнул новехонькую порцию пива. – Кстати, Пит, как там Эм Джей?

Питер закатил глаза и усмехнулся.

-Да иди ты.

Гарри доставал его этим вопросом еще в школе, когда Паркер краснел каждый раз как стоило ему пройти мимо самой красивой девочки класса. Питер и Гарри пили до глубокой ночи. Они пели, смеялись друг над другом, вспоминали школу, обсуждали студенчество, а когда веселье кончилось, обнялись на прощание (чуть в сугроб не упав) и разошлись по домам

Дома

Тетя Мэй сладко дремала. Питер аккуратно ввалился в квартиру, снял куртку, ботинки, со спокойной душой, в шапке, в шарфе и в мокрых носках (мы с Питером абсолютно без понятия как носки оказались мокрыми) пошел на кухню. Приготовив тихо еду, Паркер бухнулся на стул и с абсолютно безучастным, пустым взглядом уставился на разбитую плитку. Голова Питера была пуста и счастлива. Его мысли занимал только этот сочный бу-тер-брод. Когда трапеза окончилась, Паркер хлесткими движениями сорвал с себя шапку, шарф, мокрые носки (от них веяло холодом). И бросил все это дело в раковину.

Словно ниндзя, Паркер пробрался на второй этаж, в свою комнату и растекся на кровати.

Посмаковав так пару минут, в голове раздалось эхом: «Как там Эм Джей?»

Питер, не раздумывая, достал из кармана телефон (к сожалению, он был там) и набрал номер Мэри Джейн. Да, она встречается с сыном Джей Джоны, но Питеру было все равно. Он не хотел от нее любви, уже пройденный этап (наверное, скорее всего, вряд ли). Он лишь хотел извиниться за весь тот обман и игнорирование, когда он был…

Абонент принял вызов.

-Але, да. – прозвучал сонный женский голос. Очень красивый и привлекательный, глубокий. Питера пробрало.

-Эм Джей, привет, это Питер…Спишь?

-Я то? Ты что, нет конечно, сейчас же всего, сколько. -взглянула на будильник. Спросонья цифры еле различимы. – Три часа ночи, какое спать.

-Согласен, в общем, я хотел сказать тебе кое-что очень важное. Кое-что, что должен был сказать уже давно.

-Для пьяницы у тебя больно складно получается, Паркер, продолжай. – в голосе Мэри Джейн появился интерес. В ней проснулся ее фирменный азарт.

-Кто пьяница? Я Питер Паркер.

-Да я поняла уже что не Человек-Паук, говори давай.

-Я как раз об этом…Честно, искренне прости меня за весь тот обман, замалчивание и недоговорки, в которые я заплетал тебя словно в паучью сеть. Больше никакой паутины. Никакого обмана.

Абонент молчал. По ту сторону провода Мэри Джейн незаметно выдохнула. Питер Паркер остается Питером Паркером. Но на лице ее сияла улыбка, о существовании которой будет знать только она.

-Готов отплатить за все букетом и вкуснейшим кофе.

-Поздно уже букетами расплачиваться, Паркер. – с вызовом прозвучало из телефона Питера.

-Знаю. Это пожалуй все что я хотел сказать.

-Честно? – тут Эм Джей призадумалась.

Питер без абсолютной капли сомнения.

-Честно-пречестно.

-Да ты че. Что ж, Паркер, это действительно что-то новенькое. – Питер узнал эту интонацию из тысячи. В голове вновь вспыхнул образ ее улыбочки с хитрецой и ямочками на щеках. Опять пробрало, да что ж такое. – Букеты дарить поздно, а вот от бесплатной чашечки «вкуснейшего» кофе откажется только дура. Если совершишь ради меня подвиг и сможешь проснуться пораньше, в обед жду тебя в нашем кафе. Поможешь мне одну моральную дилемму с работой решить. Ты у нас в этом мастак.

-А как же Джеймисон младший?

-Так ты вроде и не на свидание собираешься. – Мэри Джейн почувствовала себя победительницей.

-Да вроде нет. -легко и непринужденно ответил Питер.

-Раз так, вроде увидимся, Питер Паркер.

Абонент завершил звонок.

Юноша провел в довольном недоумении несколько минут. Питер уже не совсем понимает, стоит ли вся эта кокетливость и игра в кошки-мышки (где Эм Джей явно кошка), и нужна ли ему такая девушка вообще, но что-то в этом было, молодость позволяет поиграться.

Он взглянул в зеркало на шкафу (и сразу вспомнил, как они с дядей собирали этот злосчастный шкаф), а там, в отражении, не Человек-Паук. А Питер Паркер, с не сползающей улыбкой.

-Да, Питер, в тебе явно что-то изменилось. – сказал радостно юноша вслух, сам того не заметив.

-Определенно. Что-то изменилось.

Сказала темная фигура у входа в комнату. Питера передернуло. Это была тетушка Мэй. Неужели Питер говорил по телефону так громко? И когда это плитка на кухне умудрилась разбиться?

-Теть…Я…А…

-Спи давай. – с заботой. – Тебе завтра рано вставать.

Конец