Чердачные хроники. День котов

БАЙКИ ДЛЯ СВОИХ (№7)

Дневник Ерофея: Чердачные хроники

ДЕНЬ КОТОВ (1 марта). Утро.

07:00. Чердак.

Просыпаюсь оттого, что в ухе завелся мини-трактор. Судя по нарастающему гулу, он собрается пахать прямо сейчас. Открываю глаза — Тимофеич. Сидит на подушке, смотрит в упор. Во взгляде — немой укор и вопрос: «Ну?»

— Ты чего? — шепчу осипшим после сна голосом.

— Жду, — изрекает кот.

— Чего ждешь?

— Не чего, а когда. Когда ты наконец проснешься и это начнется.

— Что начнется?

— День, — Тимофеич делает театральную паузу. — Мой день.

И тут до меня доходит. Первое марта. День котов. А я, старый пень, забыл! Ни подарка, ни сюрприза, ни даже завалящей сардельки в холодильнике нет.

— Тимофеич, — начинаю осторожно, пытаясь выиграть время, — я, конечно, помню, что сегодня...

— Помнишь? — кот оживает, уши встают торчком, в глазах загорается огонек.

— ...но ты же знаешь, у нас пост.

Уши мгновенно прижимаются. Хвост, секунду назад подрагивавший в предвкушении, безжизненно падает вниз. Морда вытягивается. Глаза становятся огромными и в них скапливается вся скорбь мира.

— Пост, — повторяет кот таким тоном, будто я сообщил о конце света. — В мой день. Пост. Я понял. Всё понял. Никакой ты не папка... ты — тиран.

Кот картинно встает, разворачивается ко мне хвостом и уходит в дальний угол. Падает в кресло. Смотрит в стену. Я слышу, как он вздыхает. Громко, надрывно, с придыханием — учился, наверное, у народных артистов.

— Карловна, — шепчу я в сторону шкафа, — спасай! Что делать?

— А я откуда знаю? — каркает ворона. — Ты у нас главный по праздникам. Но вид у него — трагедия. Прямо как у меня в прошлом году, когда ветер наполовину построенное гнездо сдул.

— Жора! — взываю я к попугаю. — Жора, на помощь!

Жора на люстре лениво открывает один глаз:

— А? Что? Уже кормят?

— Не кормят, а драма! Как кота поздравить без подарка?

Жора задумывается. Процесс мышления у попугая — зрелище страшное: от напряжения перья на затылке встают дыбом, глаза стекленеют.

— А давай я ему спою! — осеняет его. — Я знаю супер-классную песню! Там такие слова...

— Нет! — рявкаем мы с Карловной хором.

— Почему? — искренне удивляется Жора, но мы молчим. Бережем его психику.

Я лихорадочно перебираю варианты. Что дарить коту, когда пост, пустой холодильник и ноль идей? И тут меня осеняет.

— Тимофеич! — провозглашаю я тоном уличного гипнотизера. — Подь сюды, о трижды прекрасный и пушистый!

Кот не шевелится. Даже ухом не ведет. Но, правда, одно ухо все-таки чуть-чуть поворачивается. Азартно так, по-пеленгаторски, ловит сигнал.

— У меня для тебя особый подарок, — продолжаю я, нагнетая интригу.

Ухо доворачивается до упора. Кот по-прежнему в позе креветки, но хвост уже подобрал поближе, чтобы эмоции не выдать.

— Я дарю тебе личное время. Моё личное время! Перед лицом Карловны, Жоры и этого фикуса торжественно заявляю...

— Что? — не выдерживает кот, поворачивая морду. Интерес пересилил гордость.

— Я буду тебя чесать каждый вечер! — выдаю я козырь. — За ухом.

По двадцать минут! Плюс эксклюзивный массаж холки, и в нагрузку — поглаживание пузика!

Тимофеич медленно, с достоинством переворачивается. Смотрит на меня с прищуром, как директор банка на клиента с огромной просрочкой по кредиту.

— Двадцать минут? — уточняет он ледяным тоном. — По таймеру? С гарантией?

— С гарантией! И еще пункт: я официально признаю дальнее кресло — твоим личным троном. Все остальные будут там сидеть только с твоего разрешения.

Тимофеич смягчается. Подходит, величественно кладет морду мне на колени.

— Ладно, — снисходительно мурлыкает он, давая понять, что это он делает мне одолжение. — Уговорил. Давай демо-версию.

Я чешу. Кот урчит так, что у меня коленная чашечка вибрирует.

Карловна на шкафу довольно каркает:

— Ну надо же, договорились. Мир во всем мире.

— А мне? — снова ноет Жора. — Я тоже хочу на ручки и чтобы почесали!

— Жора, заткнись, — не открывая глаз, ласково мурлыкает кот. — У тебя праздник двадцать первого мая. Иди, готовься пока морально.

Тимофеич урчит, разгоняя вибрацию по всему чердаку. За окном серое небо, но на душе светло. И тут до меня доходит: счастье не в деньгах. Наверное, оно в чём-то другом... может, в минутах, когда тебе чешут за ухом, и в тепле, которое разливается по душе просто так, бесплатно.

Ерофей (Денежный Нос)

(с) Ольга И. Райс