Черный Василек. Первый Охотник.

Годами ранее

- Почему Бог людей могущественнее Богов других народов? – Фиолетовые глаза мужчины искрились бликами улыбки. – Я думаю ответ прост. Ты никогда не встретишь эльфа, рассуждающего о божественном замысле, ты никогда не встретишь гнома, высекающего в камне заповеди. – Мужчина откинулся в кресле. Его волосы и борода были седыми, но возраст определить было невозможно. – У Бога людей есть цель. – Он улыбнулся. – Всего лишь цель. Ни у духов природы, ни у самой земли, ни у небес нету цели, ее нету и у других Богов. Но у Иешуа она всегда была. Сотворение людей и прочих тварей руководствовалось конкретным замыслом, только люди могут похвастаться тем, что с рождения их жизни наделены смыслом. Но он, - мужчина будто с трудом сдержал вырывающийся смешок, - увы им не ведом.

- Это ты так завуалировано говоришь, что умнее всех, Завулон?

- О нет, мой дорогой Сареф. – Улыбка мага стала какой-то сочувственной. – Я ЗНАЮ в чем состоит Божественный замысел.

- Ну конечно. – Вздохнул он, глядя в окно, через которое в комнату лился ровный свет звезд.

- Да. – Спокойно ответил Завулон. – Рассказывать все было бы слишком скучно, но ты подумай вот о чем. Долго ли проживут Боги эльфов после того, как умрет последний длинноухий? – Маг многозначительно выгнул бровь. – Бог людей сделал то, что не пришло бы в голову ни одному другому существу. Он подарил людям землю, не принадлежавшую им. Ваш Бог дал вам силу. Пока другие делали свои творенья идеальными и вечными, Он сделал людей слабыми и мимолетными. – Завулон задумчиво улыбнулся, разглядывая красоты космоса. – Чтобы они упорнее следовали цели. А цель тоже простая: завладеть тем, что Он добродушно подарил вам. Но знаешь, в чем ирония? Эта земля никогда вам не принадлежала и не должна была принадлежать, но пройдут годы, может быть столетия, но не больше, и она станет вашей, а вместе с тем и Его. – Маг улыбнулся вновь.

- Хорошая история, - Сареф вздохнул, - но не слишком соотносится с рассказами о милосердном Господе, наблюдающим за нами на небесах.

- Богу людей неведомо милосердие. – Завулон пожал плечами. – Он его определяет, а не соблюдает. Странно что ты сам не пришел к этой мысли в свои годы. – Ироничным тоном добавил он.

- Напомни, почему я вообще тебя слушаю? – Сарефа начал раздражать вечно насмешливый тон собеседника.

- А у тебя есть выбор? – Насмешливо поинтересовался маг. Сареф направил на него пристальный взгляд, словно в ответ на который за спиной Завулона заклубились, деформируясь, отбрасываемые свечами тени. – Я хочу сделать тебе предложение. И знаешь, думай что хочешь, но я считаю, что отказываться от своей силы это куда большей грех, чем не иметь ее вовсе. – Сареф опустил голову.

- Иди к чертям, старый хрен. – Устало произнес он. – Меня утомил разговор. – Завулон искренне рассмеялся.

- И что ты намерен делать? – Успокаиваясь, спросил он.

- У меня есть дела по важнее чем слушать твои бредни. – Сареф поднялся из-за стола, легко выдирая воткнутый в половые доски тяжелый двуручный меч. – Видит Бог, я надеюсь, что никогда больше тебя не увижу. – Завулон даже растерялся на мгновение, но скоро снова вернул себе привычный уверенный вид.

- Ох, не зарекайся, мальчик… - Сареф развернулся, и, толкнув дверь рукой вышел прочь. Пришлось вновь пригнуться, чтобы преодолеть низкий дверной проем брошенной землянки. – Ох, не зарекайся. – Неожиданно серьезно пробормотал Завулон себе под нос.