Четверо в бочке

- Уф! Чуть совсем не запуталась! – проворчала Муха. Она только что вытащила заднюю лапку из липких паутинных нитей, и тревожно огляделась. Паука нигде не было.

Ветер крепчал. Белые облака мчались по небу. Качали ветками развесистые яблони в саду и ёлка, одиноко примостившаяся у забора. На неё-то и присела Муха, чтобы переждать ненастье. Но порыв ветра с силой тряхнул еловую ветку. Лапки Мухи заскользили, и не успела она опомниться, как уже захлебывалась в мутной воде, которая так и пропахла бочкой. Муха невзвидела света от страха и отвращения. Крылышки ее намокли, и распластались. Все шесть лапок неистово молотили воду, а глаза искали, за что бы уцепиться. И вот, почти рядом с собой, Муха увидела лист яблони, который, словно большой плот, качался на воде. Она забарахталась еще отчаяннее, и потихоньку приблизилась к листу.

- Спаслась! – ликовала Муха, когда ей удалось уцепиться за лист.

Но, не тут-то было! Большая зеленая голова показалась у края листа, и скрипучий голос закричал:

-Куда лезешь? Это мой лист! Отцепись! - и зеленая голова оттолкнула Муху, а волна тут же накрыла ее с головой.

Когда Муха пришла в себя, то почувствовала, что кто-то поддерживает ее и не дает захлебнуться.

- Ну, ож-жила, что ли? - спросил Бронзовый Жук, едва Муха шевельнула лапой.

Он уже давно свалился в бочку, но выдержка и присутствие духа не давали ему утонуть. Теперь он крепко держался за гвоздь для ковша, который торчал в стенке бочки на уровне воды.

Муха вцепилась в жучиную лапу, отдышалась, и тут только увидела, что рядом барахтается длинноногий Паук. Муха сжалась в комочек и притаилась за широкой спиной Жука.

- Давай лапу! Давай! – басил Бронзовый Жук. – И ты, мудрый Паук, на Гусеницу понадеялся! Будто не знаешь их гнусной породы! Вот и Муха - чуть жива. Ну что ты за меня прячешься? Не до тебя Пауку! Лучше подумаем, как нам отсюда выбраться.

Смеркалось. Ветер стих, и сиреневое небо отразилось в воде. Толстая Гусеница неторопливо жевала край своего листа.

Вдруг Муха тихо и весело зажужжала:

- Придумала! По - одному нам не выбраться. А, что если Жук будет внизу. Я заберусь на его спину. На мою спину – Паук. У него лапы самые длинные. Он ухватится за край бочки и вылезет. Потом вытащит меня. А как вытащить тебя, Жук, я пока не придумала.

В бочке опять замолчали, и только Зеленая Гусеница хихикала:

- Ничего у вас не получится! Все утонете! На дне встретитесь!

И тут Паук радостно шлепнул Жука по спине, да так, что тот окунулся с головой.

- Слушай! Когда мы с Мухой вылезем, я спущу тебе крепкую паутинную нить и мы тебя вытянем!

- Нет. - печально сказал Жук. - У вас не хватит сил. Но все равно - Муха хорошо придумала. Спасайтесь хоть вы.

-Нет! Нет! - закричали Муха и Паук. – Мы тебя не оставим!

- Да я всех пауков соберу, а тебя вытащу! – заверил Паук.

Как решили, так и сделали. Муха влезла на спину Жука. Паук на Муху. Вытянулся в струнку, напрягся и вылез на край бочки. Потом Мухе лапу протянул.

Бронзовый Жук уже терял силы, когда толстая паутинная нить спустилась к самой воде. Наверху слышалось шуршание многих ног. Жук собрал последние силы, вцепился в нить и тут же почувствовал, как она поползла

вверх. А пауки, осторожно перебирая лапами, тянули Жука все выше и выше.

На краю бочки все обсохли, распрощались и направились кто куда.

Прошло время. Густые сумерки заволокли сад. Зажглись первые звезды. Тишина и покой разлились вокруг.

И только Одинокая Гусеница печально смотрела на серп луны, медленно поднимавшийся над заснувшим садом.